Снова ты, всегда ты...

      Сегодня один из прекрасных октябрьских деньков, когда солнышко радует своим визитом, не уступая проливному дождю. Как обычно, люди спешат на работу, учёбу, как и девушка в синей куртке с наушниками в ушах, переходящая дорогу. Настроение было на высоте, несмотря на вчерашнее происшествие, которое, казалось бы, задело стойкость молодой девушки.       И вот, подходя к школе, Ким была уверена, что ничего не испоганит этот прекрасный солнечный денёк. Оставив в гардеробе свою верхнюю одежду, голубоглазка двинулась к своему шкафчику в надежде хоть там встретить друзей. И правда, там она их и нашла с лицами, готовыми убивать. — Хана, ты только не волнуйся, ладно? — Будто успокаивая, накинулась на подошедшую подругу блондинка. — Что? Ты о чём, Лиса? — Непонимая, что именно ей хотят донести, Ким открыла свой шкафчик, из которого тут же полетели листы.       Охнув от неожиданности, она подняла с пола, как она изначально подумала, листовку, на которой красовалась она же собственной персоной. Прекрасно зная, кто это сделал и с какой целью, девушка скомкала в руке лист бумаги и, найдя глазами Пак Чжихё, кинула его в неё. Слава богу, с меткостью у неё проблем нет. — Йа! Кто посмел? — Возмутилась на высоких фальцетах Пак, разворачиваясь и выискивая «обидчика». — Я посмела! — Громко произнесла Хана, смотря точно в глаза раздражающей её особе. — Ах, Ким Хана… Понравилось фото? — Усмехнулась Пак. — Не то слово, — обманчиво спокойно ответила она. — Помню тебя вчера всю в слезах и синяках, — скорчив жалостную физиономию, сказала Чжихё, на что её «свита» засмеялась. — Ну, слёзы доказывают, что у меня хотя бы душа есть, — парировала Ким, усмехаясь. — Это то, чего нет у тебя, но ничего, это лечится. — Да как ты смеешь! Ты у меня ещё получишь! — Развернувшись, Пак ушла с гордо поднятой головой. — Воу, подруга, такую твою сторону мне не удавалось ещё видеть, — Отходя от увиденного, вставила Рози. — Так повода не было, — посмеявшись, ответила ей Хана. — Йа! Чего уставились! — Выкрикнула Дженни, чтобы её услышали все находящиеся в коридоре. И как по щелчку, ученики разошлись кто куда. — Кстати, вы заметили, что фото из интернета исчезло? — Уже тише обратилась брюнетка к подругам. — Так это Техён удалил его, — улыбнувшись, произнесла Рози, словив недоуменные взгляды. — Тэ? — Переспросила Хана. — Ой, — прикрыв рот рукой, пискнула Пак. — Только никому не говорите, что это я рассказала, — умоляюще протянула она. — Мне Чимин по секрету сказал.

***

      POV Хана       Вот закончился последний урок, и наша не маленькая компания, распрощавшись, разделилась, и все пошли кто куда. Я шла с Техёном. Он сказал, что в той стороне магазин, в котором он работает. Между нами повисла небольшая неловкая тишина. Я хотела его поблагодарить, но как начать не знала. Видимо, Ким заметил это и, ухмыльнувшись, произнёс. — Хана, спрашивай, что хочешь. Я не кусаюсь. — Тэ, — я остановилась и подняла голову, взглянув на парня. — Спасибо, что удалил фото.       На самом деле, когда я узнала, что в интернете больше нет того фото, я была на седьмом небе от счастья. Я не боялась осуждения людей по поводу того, что я голая на фото. Больше всего было страшно от мысли, что это фото увидит отчим. Тогда мне будет в разы хуже. — Ну и у кого это язык такой длинный? — Усмехнулся он. — Да так, — я отвела взгляд, показывая, что не намерена отвечать. — Всегда пожалуйста, — произнёс Техён, и между нами снова повисло молчание.       Ещё пару минут мы шли в тишине. Я молилась о том, чтобы он не заговорил за синяки. Не хотелось бы заводить эту тему. Но мои мольбы не были услышаны. — Хана, на фото были синяки. Тебя кто-то обидел? — С беспокойством спросил Техён.       А я боялась ему рассказать. Если отчим узнает о том, что я кому-то об этом донесла, будет только хуже. Заметив моё замешательство, парень продолжил. — Прости, что сую нос не в свои дела, но… — Ким остановился, когда я взяла его за запястье, и посмотрел на мою руку. — Если я расскажу, будет только хуже. — Тебе угрожают? — Удивился Техён, посмотрев мне в глаза. В его глазах была смесь эмоций: злость, удивление, переживание. Я безмолвно кивнула, отвела взгляд и отпустила руку парня. — Родители знают? — Спросил парень, заглядывая в мои глаза. О, ещё как знают, даже не поверишь… — Да, — мой голос немного охрип. Вспомнив причину появления всех синяков, я непроизвольно сглотнула. — Тэ, прошу, давай не будем об этом. Я в порядке, правда. Прости, мне пора.       И я просто сбежала. Сбежала от сложной ситуации. Я не хотела рассказывать, я струсила.       Когда я поднялась на нужный мне этаж, до меня донеслись крики. Нет, только не мама… Я быстро забежала в квартиру, застав крепко держащего маму за горло мужчину. Не придумав ничего лучше, я подбежала и ударила его по лицу. В драках я далеко не эксперт, да что там, я таже не участвовала в них никогда. Поэтому куда попала, туда и попала, после чего он, отпустив от самого дорого мне человека, переключился на меня. — Ах ты, сучка! — Я немного испугалась его. Ну да, просто пьяный мужик, у которого силы намного больше, и в росте он сильно превосходит, надвигается тут на тебя. — Да я же тебя уничтожу, — прошипел этот ублюдок, заводя руку для удара…       И он ударил. Только моя попытка отбиться была настолько никчёмной, что вся моя былая уверенность растворилась в воздухе. В итоге я сижу в паре метров от него, больно ударившись спиной об угол комода, на который, собственно говоря, и опёрлась спиной, приложив руку к горящей от удара щеке. Не успели сойти прошлые синяки, как появятся новые. Замечательно, что сказать? — Не тронь её! — Выкрикнула мама, ударив его скалкой по спине, на что он только сильнее разозлился, выхватывая кухонную утварь из её рук и нанося ей удары. Мама кричала, а я пыталась встать на ноги и сделать хоть что-нибудь. С нескольких попыток я всё-таки поднялась на ноги, и спину прихватила дикая боль. Когда я перевела взгляд на отчима, он уже надвигался на меня. Позади него лежало тело мамы. Она уже не кричала, а глаза её были закрыты. Мой взгляд переместился на мужчину, который подходил всё ближе, всё также держа скалку в руке. — Ч-что ты с ней сделал? — Голос дрогнул, покатились слёзы, оставляя мокрые дорожки.       Я пятилась назад, испытывая дикий страх. Самый родной человек лежит в паре метров от меня. Я даже не знаю, дышит ли она. Я постаралась прошмыгнуть в коридор, ведущий к входной двери, но потерпела поражение почти сразу, не успев и коснуться ручки двери. Схватив меня за волосы, отчим резко дёрнул меня на себя, отчего я потеряла равновесие, повалившись на пол. Он приступил к моему бренному тельцу, сгруппировавшемуся в позу эмбриона после сильного удара в живот той самой злополучной скалкой. Он не останавливался и наносил мне удары один за одним, а я лишь прикрывала голову, зажмурившись и моля Бога о спасении.       Я была слаба и беспомощна, чем он и воспользовался, пытаясь меня раздеть. Блузка расстегнулась, стоило один раз резко дёрнуть, и пуговицы разлетелись в разные стороны. Вот теперь страх подобрался в самые закоулки моей души. Попытки вырваться из рук «маньяка» были провальными. Слёзы текли не переставая. Я кричала о помощи и просила не трогать меня.       Не отчаиваясь, я дёргала ногами, когда он снимал с них брюки, за что получала сильные удары в живот. Не теряя надежду на спасение, я звала на помощь уже охрипшим голосом, находясь в полуобморочном состоянии.       Меня спасли… В квартиру кто-то ворвался с криками перестать. И почти в ту же секунду он перестал, от того, что «спаситель» скрутил ему руки. Было крайне тяжело что-то рассмотреть из-за пелены, стоявшей перед глазами. А потом глаза закрылись и услышав последнее: «Не закрывай глаза!», я провалилась.