Я буду всегда с тобой

      - Матвей, стой! - Алена пыталась догнать брата на лестнице, которая вела со второго этажа ресторана вниз. Но все попытки были тщетны, босоножки на шпильке не придавали ей ускорения, как и длинное платье, наоборот, она боялась расстелиться на скользкой плитке и что-нибудь себе переломать. Он сжалился над сестрой, притормозив уже на улице. - Ну, а какой ты реакции ожидал от Егора?! - спросила она. - Конечно, он разозлился и послал тебя. А ты сразу и подскочил. Я думала, ты уже давно ему сообщил о своем решении. Но ты превзошел сам себя - сказать в день рождения про свое увольнение. И про свой отъезд в Лондон.       - У меня нет сил слушать нравоучения...       - Зато со всеми собачиться есть. Взял нафыркал на официанта, Алле что-то сказал. А Максим-то чем провинился? То что спросил, как дела у Калинина?! Ну, извините, Матвей Алексеевич, - Алена сменила свой елейный тон на более строгий, - никто не в курсе ваших любовных похождений, чтобы беречь ваши нервы и чувства. Ты даже со мной толком не поговорил.       - О чем говорить? Я же сказал, я устал. Я вымотан настолько...       - Вот именно. Вымотан, какая тебе работа?! Давай не пори горячку с этим Лондоном. Хочешь, я отменю свои заказы на июнь... да хоть на все лето. Поехали вместе в отпуск. Куда хочешь. Можно целый тур устроить. Приведешь мысли в порядок. Давай по России прокатимся, на машине. Отличный вариант. Калининград, Санкт-Петербург, Нижний Новгород, Владивосток.       - Омск, - предложил Матвей. Это был сарказм. Поскольку этот город был "любимым" городом Ильи Варламова. И представлял собой собирательный образ российского города со всеми проблемами обустройства, отсутствием дорог и нерадивыми управленцами.       - Куда пожелаешь! - Алена была в восторге от своей идеи, которая возникла спонтанно. - А потом вернешься обратно к Егору, он тоже подостынет. Мы же семья как-никак.       - Спасибо за предложение, но нет. Работа у Дейва меня очень даже спасет. Новое место, новый коллектив, пока я вникну. У меня не будет времени на страдания и самокопание. А жить и работать здесь?! Я не хочу пересекаться с Калининым никогда.       Алена очень хотела помочь брату, но ничего не могла поделать, ведь он не принимал ее помощь. Она заехала к нему в воскресенье, чтобы узнать, как прошла свадьба. И была в шоке, когда увидела разбросанные вещи по всей гостиной. Матвей сортировал одежду, которую он точно возьмет с собой в Лондон, а что выбросит или отдаст старшему племяннику. Так она и узнала, как прошла свадьба, и как итог ее - очередное бегство брата из дома подальше.       Матвей недовольно посмотрел на экран телефона. Звонок был от Кости. Он был удивлен, что Асанбаев ему названивал с воскресенья по вторник, но потом бросил свою затею, видимо, убедился, что Поляков не собирается поддерживать с ним связь, как и остальной компанией. И все разговоры про Лондон в январе были ложью. Но что его заставило звонить в субботу, спустя три дня?!       - Да ответь ты, - не выдержала Алена, - он второй раз звонит, вдруг что-то срочное. Не чужой же человек. - Матвей хотел было высказаться, но не стал, что друзья твоего парня после расставания остаются с ним, как было в случае с его бывшим, Крисом, которые прекратили с ним общаться сразу. А еще, наверное, были в курсе, что он изменял ему.       Матвей послушался сестру, подумав, что, в самом деле, начал перегибать палку в общении со всеми. Весь свой гнев нужно было бы обрушить только на одного человека. Алене даже не нужно было прислушиваться к словам Кости в динамике, чтобы понять, что случилось что-то страшное. Матвей ничего не говорил, а только слушал, что ему говорят, и по его лицу Алена догадалась, что касалось это Калинина.       - Саша попал в ДТП, - бесцветным голосом произнес Матвей, сбросив звонок, смотря куда-то вдаль. - Я ничего не понял. Какой-то мотоциклист пошел на обгон, шкода еще. Все это на шоссе было. Ему пришлось... съехать на обочину... ничего не понял, чтобы избежать лобового. Костя так протараторил. Сказал, что пришлет сейчас ссылку на видео с авторегистратора, чтобы я посмотрел. Сказал, что произошло это в среду вечером, сегодня его перевели в обычную палату. И вроде как ничего с ним страшного не произошло.       - В какой он больнице? - мгновенно сориентировалась Алена, хотя ей тоже было страшно услышать такое. Но брат совсем впал в прострацию.       - Что? - растерялся Матвей.       - Больница, адрес. Надо такси вызвать. - Алене пришлось уже прикрикнуть.       - Сказал, что в травму увезли всех участников ДТП.       - Ну так поехали.       Алена выхватила у Матвея его телефон и перезвонила Асанбаеву, чтобы уточнить, куда именно идти, Окружной травматологический центр был очень большим, а поскольку им там бывать не приходилось, то и заблудиться не мудрено.       - Эта палата. - указала сестра на дверь. - Иди давай, - сама же она собиралась подождать его в коридоре. - Костя еще там должен быть.       Матвей испытывал двойной ужас. Начала пробивать нервная дрожь от мыслей, что Саша мог вообще умереть. И сейчас предстояло убедиться в том, что он вполне себе жив, и по заверениям Кости, почти здоров. А еще нужно было о чем-то говорить. А что сказать, он и не знал. Он с трудом переборол себя и открыл дверь палаты, переступая ее порог на ватных ногах.       Прошло несколько секунд, прежде чем Костя обратил на него внимание, поскольку стоял спиной и частично закрывал обзор больничной кровати. Но когда он повернулся, то сразу же улыбнулся, отходя чуть в сторону и демонстрируя Калинина во всей красе, который был в не меньшем шоке от появления Матвея, который в свою очередь обалдел от его внешнего вида. Голову зашивали, потому она была перебинтована, на левой скуле был большой синяк и несколько царапин на правой щеке. Так же зашивали рваную рану на правой руке. В целом отделался легкими ушибами, ссадинами и синяками, даже сотрясения не было.       - Я, пожалуй, пойду. Завтра все принесу, что ты попросил, - сказал Костя, ловко подбрасывая ключи от квартиры Саши. Он похлопал Матвея по плечу, который так и застыл на пороге, и предложил ему подойти поближе. Калинин не представляет из себя угрозу для жизни.       - А ты откуда такой нарядный? - Калинин задал самый неожиданный вопрос. Но хотя бы его для начала, поскольку обоим было неловко, а ему так вдвойне из-за своего внешнего состояния, чтобы завязать разговор.       - У Егора сегодня день рождения, - Матвей наконец-то решился пройти ближе к кровати. Немного странно разговаривать на расстоянии трех метров. Платная палата для одного пациента была личной палатой заведующего хирургическим отделением, неудивительно, что Калинина определили именно сюда.       - И ты ушел с праздника, чтобы полюбоваться на меня?! - Матвей оставил этот дурацкий вопрос без ответа.       - Как это все произошло? Как ты себя чувствуешь? Какой кошмар! - Саша принялся детально рассказывать, что ехал он себе тихо-мирно, как тут выскочил этот мотоциклист. Он особо сделал уклон, что был трезв, просто плохо спал и, возможно, потерял концентрацию, а потому упустил из виду ситуацию на дороге. А про свое состояние сказал так: к житью так выживу, чем привел Матвея в бешенство.       - Что ты вообще делал на шоссе? - Поляков разозлился из-за Сашиной легкомысленности и пренебрежительного отношения к здоровью.       - Просто катался. Мне нравится думать за рулем, в квартире я не слышу собственных мыслей.       Общая не гнетущая обстановка помогла Матвею снять внутреннее напряжение, что он позволил себе взять стул и присесть рядом с кроватью Саши. Калинин несколько смутился, что Поляков его рассматривал, и опустил голову вниз. Все что происходило, будь то разговоры или взгляды, все можно было описать одним словом - неловкость. И повисшая пауза была неловкой.       - Я думал, ты уже уехал, - вырвалось у Саши случайно, что он даже побоялся посмотреть на Матвея, чтобы увидеть его реакцию.       - Как я могу уехать, пока ты в больнице. Тебя ни на секунду нельзя оставить без присмотра, - он попытался снизить градус напряженности, пошутив. Но самому было сложно улыбнуться.       - Так и не оставляй.       - Я уеду, когда тебя выпишут. - Матвей не стал давать ложных надежд.       - Может мне в кому впасть? - предложил Саша. Поляков мгновенно отреагировал, все стеснения как рукой сняло.       - Ты дурак? - Матвей сам не понял, как повысил голос. - Что за идиотское отношение к себе? У тебя что, девять жизней? У меня чуть сердце не остановилось, когда Костя мне сказал, что ты попал в аварию. А если бы ты умер... - Калинину стало стыдно, но он не знал, как по-другому сказать, что он абсолютно не хочет, чтобы Матвей уезжал.       Очередную неловкую паузу очень вовремя заполнил лечащий врач, который зашел на осмотр.       - Так, Александр Павлович, - доктор внимательно просматривал папку, рассказывая о результатах анализов, исследований МРТ. Все, и правда, выглядело не так плохо, как можно было себе вообразить. А потому сказали, что лежать ему пока что неделю, наблюдение не помешает.       - Ну вот, недолго до моей выписки, - высказался Калинин, приводя в бешенство Матвея. От того чтобы наорать и врезать ему останавливало только присутствие врача. Матвей хотел было сказать, что он вообще-то пошел в отпуск с последующим увольнением, и он вправе распоряжаться своим личным временем, как ему заблагорассудится.       - У вас тут в анамнезе перелом левой руки. В девятнадцать лет. Не беспокоит? - поинтересовался врач.       - Нет. Ну, бывает ноет на погоду. Б-р-р, зачем напомнили про перелом. У меня прям фантомная боль, как вспомню, как эти спицы доставали. - доктор улыбнулся, услышав о впечатлениях.       - Ну, вы не напрягайте сильно.       - Я правой пользуюсь, - пошутил Калинин, заставляя Матвея краснеть. Ну как можно вот так общаться с врачом, будто это твой дружок. Ладно хоть врач примерно его ровесник и имеет чувство юмора. Он задал еще несколько вопросов и оставил забавного пациента.       - Я правой пользуюсь, - передразнил его Матвей, заставляя Сашу улыбнуться. - У тебя вообще нет никакого чувства такта.       - Зато тебе чопорности не занимать, - ответил Саша. - Ты, видимо, руку не ломал, тебе не понять.       - Ничего не ломал за все свои тридцать один год, - подтвердил Матвей, не видя здесь повода для гордости.       - Наверное, потому что ты никогда и не дрался.       - Разумеется нет.       - Ну, а мне ее сломали в драке.       - Как это произошло? - Матвей мгновенно сменил свой гнев на милость.       - Костя, когда работал в музыкальном магазине, пожаловался, что вечно ходят два гопника и задирают его. Типа у него кудри как у девчонки, да и сам он какой-то подозрительный, вечно приходят, просят показать, подсказать. Один раз испортили несколько буклетов из дисков, достали их, начали шутить над рисунками и порвали. Ему пришлось ущерб оплачивать. В общем, пошел я с Мишей посмотреть как-то раз на этих дебилов. Как раз их застали в магазине. Ну и предложили им отойти поговорить. Зашли во двор один, но мы не учли, что район был не наш, а они как раз с этих дворов. Пока мы стояли, общались двое на трое - было нормально, вроде как они признали, что неправы, больше не будут к нему лезть, а то еще собирались денег с него поднять. Ну, и подтянулись еще их дружочки. И общаться всемером стало уже не так комфортно. Ну, в итоге, нам с Мишей здорово прилетело. Но зато самому борзому зубы мы выбили. Мои-то кости срослись, а зубы новые у него не выросли. Потом мы все-таки выцепили этих парней, потому что на них нарвался один наш знакомый. У него были длинные волосы, что опять же по представлениям тех гопников, делало его девчонкой. Я уже подробностей не помню истории, но ор моего отца до сих пор в ушах стоит. Он хотел мне вторую руку сломать для симметрии, - Матвея пугал радостный тон в голосе Калинина от озвученных угроз, - чтобы я был безруким барабанщиком. Ну, он был зол, что я заступился за своих друзей, сам же пострадал больше всех.       - Безумству храбрых поём мы песню, - процитировал Матвей Горького.       - Да-да, - Саша ухмыльнулся и переключился рассказывать не менее опасные истории про другие драки. Так незаметно пролетело время за разговорами, что в палату зашла постовая медсестра и напомнила, что время посещения уже давно закончилось.       - Ну, мне пора, - заключил Матвей, когда она вышла. Он встал со стула и резко направился к двери, чтобы не злить медсестру.       - Ты завтра придешь? - спросил Саша.       - Если хочешь - приду.       - Хочу.       - Пришли мне сообщение, что принести завтра.       - Ничего не надо. Просто приходи.       - Даже пироженки не надо, ни кусочка торта, ни маффина? - поддел его Матвей.       - Пока ты не сказал, я не хотел. Вот знаешь же мои слабости.       - Жди теперь до завтра.