Я буду всегда с тобой

      - Паркуется, паркуется! - почти завизжала Света из бухгалтерии, увидев в окно своего кабинета, как генеральный директор "Технологии северного строительства" Калинин Александр Павлович заехал на парковку фирмы. Девушка схватила в руки свой телефон и написала в групповом чате, чтобы весь коллектив срочно бросал свои рабочие дела и направлялся к центральному входу офиса. Сегодня первый рабочий день их директора после длительного больничного, на который он ушел после автомобильной аварии. И потому все сотрудники решили, что просто необходимо встретить Александра Павловича, как подобает. Празднично, увеселительно, с шариками и хлопушками. И как же без мини-фуршета?!       Калинин был сконфужен очень странным приемом. Еще и столь громкие аплодисменты. Он, наоборот, не хотел особо попадаться на глаза подчиненных, собираясь избегать лишних расспросов, а потому приехал позже на полчаса. Но в итоге попал на какой-то шабаш.       - Ну, вы бы еще цыган и медведей запустили к нам! - воскликнул Александр, обводя глазами довольных своим поступком сотрудников.       - Мы просто очень рады тебя видеть! - взял слово Герман, забывая про рабочую субординацию, обращаясь к нему по-дружески на ты. Он, в самом деле, переживал за Калинина, соскучился по нему, ведь Саша очень сильно ограничил свое общение, прибывая в медицинском центре. Как с ним, так и с Владом, Костей и даже Мишей. - В здравии и хорошем настроении, - к этому заключению он пришел, исходя из того, что Саша был способен с самого утра на сарказм, иронию и колкие шутки.       Так и быть, гендир разрешил всем устроить кофе-брейк, как назвал Герман поедание всех вкусностей, которые сотрудники заказали в честь его возвращения на работу. Саша и себе в кабинет набрал кое-что из десертов и позвал Морозова делать два дела одновременно: пить кофе и входить в курс дела. Калинин не был на работе с июня месяца. Но так и быть ему сначала пришлось выкладывать все про себя, а именно про реабилитацию, про медицинский центр и Испанию.       - Я так надеялся побыть один, - он тяжело вздохнул, делясь самым сокровенным желанием. Ведь он для себя выделил это время, чтобы все разложить по полочкам. Но все встало на свои места именно при возвращении домой. И тоски стало намного больше... Видимо, сработало именно место действия. Собственно родной город свел их вместе, двоих, таких непохожих. - Я же поехал с детьми и мамой. Дал Юле возможность позаниматься собой, отдохнуть... А она что?! Давай мне написывать и маме, чтобы мы больше видео и фото детей присылали, она скучает. И... Короче, взяла и прилетела в Испанию. Потом мама, она и дети улетели. Я только вздохнул полной грудью, прикатил отец. Со своим другом армейским, - Саше до сих пор было несколько сложно подобрать название, определение... Поэтому он так и придерживался этой формулировки в отношении Дмитрия Владмировича. - Всех так мое здоровье и состояние заботит. Потому что я всех содержу? Еще не хватало, чтобы я кони двинул?! - от этих слов Герман поперхнулся пирожным, принимая их и на свой счет. Что не ушло от глаз Александра Павловича, и его этот факт позабавил. Морозов тут же рьяно принялся объяснять поступки всех его родственником и близких, словно Саша маленький ребенок. Кому-то явно не хватает чувства юмора.

***

      - Саша, почему ты такой печальный? Это из-за Юли? - спросил Дмитрий у младшего Калинина, наблюдая за ним и его поведением второй день. Он и Павел Сергеевич решили, что им стоит выбраться от океана к Средиземному морю. Но столь спонтанная поездка была вызвана не только желанием сменить геолокацию. Все-таки они вдвоем подметили, что с Сашей что-то происходило в течение столь короткой поездки в Майами. И вот Дмитрий Владимирович выбрал момент, чтобы все выудить из него, посчитав, что у родного отца не выйдет быть тактичным и хитрым. А он уж точно его разболтает.       - Юли? Причем здесь она? - Александр очень удивился столь странному вопросу.       - Я заметил, что вы неплохо ладите, не смотря на скоропалительный развод. Возможно... - Саша быстро смекнул, к чему клонит Лаврентьев, и поспешил прервать его ошибочные умозаключения.       - Развод, завершение наших брачных отношений - это мой закрытый гельштат. За эти несколько месяцев у меня ни разу не возникла мысль, что я принял неверное решение. - И он считал, что бывшая жена испытывает примерно те же чувства. Им двоим это было нужно, и, видимо, поэтому отношения и общение наладились. - И я не печальный, возвращаясь к анализу своего состояния, настроения. Я злюсь сам на себя... Или как это назвать?! На вселенную, которая исполнила мое желание... На протяжении почти восьми лет не было и дня, чтобы я не произнес вслух просьбу, чтобы Матвей наконец-то понял, что ему нечего делать в нашем городишке и собрал свои вещи, укатив в Лондон. И вуаля! Получите - распишитесь! А еще меня приводит в бешенство мысль, что он пойдет по своим старым проверенным любовным связям, чтобы забыться... забыть обо... - оказалось, что некоторые выводы было очень сложно произнести вслух. - Он уехал, отшил меня... оставил с пустотой внутри. Поэтому я вообще не знаю, как назвать свое состояние.       Дмитрий Владимирович старался держать лицо, будучи уверенным, что его трудно уж чем-то удивить к середине шестого десятка лет. Однако в значительном шоке он все же прибывал от озвученного сыном своего партнера. Он чувствовал, что Саше нужно высказаться, просто произносить вслух все, что накопилось за несколько месяцев, хоть местами это было бессвязно, нелогично. Но Лавреньтьев не хотел его перебивать, в принципе, понимая, что вытекает из всего сказанного. И ведь он, в отличие от необычайно проницательного в этот раз Павла Сергеевича, и вот как тут сказать, что он невнимательный отец, настаивал до последнего, что между Александром и Матвеем ничего нет.       Младший Калинин рассказал о событиях того субботнего вечера, что ему преподнесли его друзья. И в деталях описал каждый проведенный вместе день. Почему-то сейчас это имело особый смысл, и, главное, так хорошо отложилось в памяти. Он бы не смог сейчас пересказать и двух свиданий с Юлей, хотя искренне верил, или убеждал себя, что с ней у него была любовь, иначе бы он на ней не женился. Александр был раздражен тем, что они так толком и не поговорили. Сейчас он понимал, что все их разговоры были какими-то поверхностными, а потому и была куча недомолвок и двусмыленностей. И он отчаянно считал, что должен попросить прощение. Может тогда бы ему было немного легче.       - Я не думаю, что Матвей из тех людей, кто бросается во все тяжкие, чтобы залечить свои душевные раны. Ты сам сказал, что предательство бывшего парня он столько лет держал в себе. Поэтому дай ему время, себе. Каждый из вас должен разобраться в своих чувствах.       Произнеся последнюю фразу, Лавреньтьеву стало странно вдруг осознавать, что младший Калинин влюблен в человека, своего пола, которого ненавидел почти восемь лет. Это резонировало и одновременно казалось правильным. Видимо, сказывался чрезвычайно положительный и привлекательный образ Матвея. Хотя, он все равно до конца не понимал, как это возможно. Почти тридцать пять лет Сашу интересовали исключительно женщины. Но при всем при этом для самого себя он быстро нашел ответ, а потому решил поделиться вслух своими размышлениями, считая, что сын Паши испытывает те же странные чувства по поводу выбора своего избранника. Так сказать, пришло время для настоящих чувств.       - Возможно, тебе не очень интересно слушать мои откровения. Но я считаю уместным поделиться ими с тобой. - Дмитрий Владимирович поведал о своем шокирующем воспоминании, как он осознал, что он не такой как все в возрасте четырнадцати лет. С девушками не выходило заниматься сексом ни трезвым, ни пьяным, ни под действием разного рода стимулирующих. Оказавшись и так за границей "надежды семьи", он как раз пустился во все тяжкие, давая волю своим желаниям. Доступность, как ни странно, быстро приелась и самокопание продолжилось, накладывалось еще и медицинское окружение. - Я пытался найти ответы у Дарвина, - сейчас это вызывало у него улыбку, - если я и так тупиковая ветвь эволюции - детей у меня не будет, то зачем такие, как мы приходим в этот мир. Но в научных трактатах я не нашел, что искал. Жизненный ориентир мне дала среда маргиналов, - так он называл компании своих друзей и знакомых, что пошло от Паши, - в очередной раз напиваясь с ними, я вышел на улицу и со мной заговорила одна девица, которая стояла возле парадной. Мы с ней закурили, я понимал, что она пьяная, я ее не знаю и вряд ли когда-то еще увижу. И так захотелось все ей вывалить по принципу случайного попутчика. И на мои волнующие вопросы она ответила коротко и ясно - любовь. Я тогда был в шоке, слабо представляя себе, как это два парня любят друг друга, ходят на свидания, дарят друг другу подарки, живут вместе. Но она мне все преподнесла в таком странном ключе, переходя на незаурядное сравнение. Вернее, сказала, что каждому из нас отмерено прожить разное количество времени. Так и подобно с любовью. Каждый из нас в разное время испытывает это чувство. И смерть, и любовь к нам приходят, можно сказать, когда совсем не ждешь. И смерть, и любовь к нам приближают или отдаляют те самые разные входные данные, с которыми мы приходим в этот мир. Кто-то родится в богатой семье, кто-то в среде алкоголиков, кто-то красивый, умный или все сразу, а кто-то смертельно больным... И смысл нашей жизни с первых дней, своеобразный квест, в обретении любви, неважно какого она проявления, и отдалении смерти. Это два диаметрально противоположных явления, одно разрушает, другое созидает, а значит делает мир лучше. То есть каждый из нас должен выбрать правильные пути развития, становления личности, закалки характера, обретения душевной гармонии. Именно тогда мы и встречаем своего человека. У кого-то это наступает чуть ли не со школы, у кого-то позже, у кого-то никогда, к сожалению. В зависимости от нашего выбора прохождения жизненного пути и входных данных, напомню тебе. В общем, тогда я не предал значения ее словам, да и, скорее всего, не совсем верно воспроизвел, а может и неправильно истолковал. Но тогда поймал себя на мысли, что нужно бросать пить, чтобы была ясность ума, которой, видимо, и не хватало, чтобы самому додуматься, прийти к нужным выводам, к тому же сильно устал слушать вечные нотации родителей и остальных родственников. Это как раз случилось накануне моего ухода в армию. - Лавреньетьев загадочно улыбнулся своим мыслям, но младший Калинин все понял. - Подведу оптимистичный итог, чтобы взбодрить тебя. Твое - от тебя никуда не денется, возможно, не хватает еще чего-то, какого-то маленького пунктика, чтобы вы были вместе. А потому я тебе еще раз напомню, что ваша разлука, в этом случае, состояние временное. И поэтому воспользуйся им по-полной, извлеки максимальную выгоду.

***

      - Есть одно безотлагательное дело. - Морозов долго не решался вставить слово, чтобы прервать рассказ Саши. Кажется, у Калинина развился дефицит общения по собственной инициативе, и он всерьез увлекся рассказывать про свою реабилитацию и заграничный досуг.       - Какое? - Александр сам поразился переменам в настроении. Еще недавно было несколько не по себе, неуютно, преследовало непреодолимое чувство тревоги. Чуть ли не каждый угол в городе отбрасывал назад, к воспоминаниям, связанным с Матвеем. Но погружение в рабочую среду помогло справиться с этим.       - Андрей Черняев...       - Кто это? - Герман нисколько не удивился, что Калинин не помнит студента, которого сам же рекомендовал взять на стажировку на три месяца, которые как раз истекли к его возвращению. И нужно было решить вопрос, брать парня на постоянной основе или нет.       - Игорь им очень доволен. С первых дней хвалит его. И с документами внимательно работает, быстро вникает во все. - Пока Морозов давал подробную положительную характеристику потенциальному новому сотруднику "ТСС", Александр размышлял в очередной раз об исключительности Полякова. Еще один талант в его арсенале - удивительная чуйка на подборку персонала.       - Ну, что ж. Давай позовем парня и спросим, хочет ли он к нам присоединиться.       Герман вышел из кабинета в приемную директора и попросил секретаря пригласить Андрея к Калинину. Черняев не заставил себя ждать и через пять минут оказался в кабинете Александра Павловича, вместе с ним заглянул и Игорь Максимович Ветров, главный архитектор. Он на всякий случай решил отстоять парня, если все-таки Калинин решит не брать его в штат. Но у Александра не было причин вставать в позу, а потому он просто поинтересовался у молодого человека, хочет ли он присоединиться на постоянной основе. Парень сначала немного растерялся, чувствуя себя совсем зеленым среди трех основных деятелей "ТСС", но быстро собравшись с мыслями, ответил положительно. От радости, обычно в меру сдержанный Ветров, хлопнул в ладоши, призывая не терять времени, и отправляться в кадры. Но Андрей немного замешкался на пороге кабинета, стесняясь произнести волнующий его вопрос, и эта деталь не ушла от взора Калинина.       - Андрей, вы что-то хотите спросить? - у парня проступил румянец на лице от заданного вопроса. А Игорь Максимович немного нахмурился из-за задержки.       - Д-да, - тихонько подтвердил Черняев, - я так рад, что Матвей Алексеевич порекомендовал меня вам, - от услышанного имени и отчества того, кого нельзя называть в стенах "ТСС", у Ветрова вытянулось лицо. Герман тоже немного удивился, понимая теперь, откуда ноги растут. Поляков сам лично нашел идеального кандидата для Калинина. И если бы он не знал, в отличие от Ветрова, что отношения шефа и ненавистного архитектора стали в последнее время теплее, то сам бы вытаращил глаза на Калинина, как Игорь. - Я хотел бы выразить ему благодарность. Но, к сожалению, он не читает и не отвечает на мои электронные письма. А потому я хотел бы узнать у вас его контакты, чтобы сказать спасибо за такую возможность...       - Дело в том, - Калинин позволил себе уже перебить парня, потому что к нему вновь вернулось то состояние, которое он испытал, переступив порог родительской квартиры. Оказалось, что очень горько было услышать вслух имя Матвея. А потому он уже хотел как можно скорее выпроводить всех из своего кабинета и остаться одному. - Что Матвей Алексеевич, - он перевел взгляд с Германа на Игоря, словно отчитывался перед ними, - уехал на ПМЖ в Лондон. И отныне работает там. И мы не поддерживаем общение. А потому я не имею его личных контактов. И даже не смогу передать через кого-либо твою благодарность.       На удивление Калинина Герман словно почувствовал его душевную тяжесть и смог ловко перевести разговор, подытоживая мысль к тому, что директора нужно оставить. Так и сказал, ему нужно побыть одному, прочитать гору писем, эту фразу он произнес благодаря наводке Андрея. Саша безмолвно, только губами произнес спасибо, когда Морозов мимолетно посмотрел на друга. И все наконец-то вышли из его кабинета, направляясь по своим делам. Александр Павлович тут же позвонил Наташе и попросил ее ни с кем его не соединять, никого к нему не пускать.       - В этом-то и проблема... - Калинин откинулся на спинку кресла, расслабляя узел на галстуке. Ему уже начало казаться, что между указательным и средним пальцем правой руки зудит, сигарета так и напрашивалась оказаться там. Но он упорно крепился уже две недели. Раз уж взял с себя слово бросить пагубную привычку. - Нужно попытаться наладить наше общение, - размышлял он вслух, - но нужно как-то раздобыть его контакты. Интересно, Егор сильно охренеет, если я заявлюсь к нему в офис с такой просьбой, - собственные мысли как ни странно подняли настроение. Но Александр Павлович решил, что все это тщательнее обдумает позже и скорее всего коллективным разумом.       Калинин спустя полчаса смог погрузиться в разбор писем в своем ящике, как весь рабочий настрой был сбит каким-то скандалом в приемной. Он сначала прислушивался к голосам, но вскоре терпение лопнуло - он просил тишины и покоя. И потому он выскочил в приемную, чтобы узнать у Натальи в чем дело. И какого было его удивление, когда он наткнулся на Константина, полного возмущений.       - Ну, и скотина же ты, Калинин, - у секретаря открылся рот от обращения к директору, - мы блин переживаем за него, а он... - Асанбаев принялся слишком эмоционально, в своем стиле, описывать все, что он испытывает к дорогому другу, который откровенно положил на них хер, уехав в Барселону, редко отвечая на звонки и сообщения. И даже не сообщил, когда вернется домой.       - Наталья, простите, пожалуйста, моего несдержанного друга, - флегматично произнес Калинин, указывая жестом Косте, чтобы тот проходил в кабинет. Девушка из столь пламенной речи смогла понять, что все было сказано исключительно из большой дружеской любви. И в глубине души была рада, что у шефа есть и такие друзья, не только сдержанный Морозов.       - Ну, ты блин хорошо устроился, - Асанбаев мгновенно остыл, словно забыл по какому поводу чуть ли не штурмом взял головной офис "ТСС", благо возле пункта охраны проходил Герман, который провел старого знакомого, предусмотрительно сказав, чтобы тот не поднимал тему Полякова. - И секретарша у тебя огонь, и кабинет. - Калинин сначала не понял, что Костя решил таким образом съехать с темы, переключаясь на обсуждение прелестей Наташи и удобного кабинета для утех. И как же он сожалел, что Влад был на вахте, а потому не мог в данный момент немного осаживать своего не в меру болтливого парня. Конечно, Саше льстило столь повышенное внимание. Находясь на реабилитации он почувствовал укол ревности, что они втроем отправились в Москву на концерты, слали ему видео со стадиона, делясь своими впечатлениями и эмоциями. В этот момент он чувствовал себя еще более одиноким, чем прежде. Но оказалось, что он все-таки им нужен. Ведь барабанщик задает ритм. Такую фразу они произнесли в одном из коротких видео-приветов. На что он процитировал Ринго Стар, участника Битлов, про судьбу барабанщика, которая заключалась в том, чтобы смотреть на три задницы, стоящие перед тобой.       - Саша, у нас беда! - совершенно неожиданно выпалил Костя, прерывая самого себя на полуслове.       - О чем ты? - Калинин удивился, как быстро Асанбаев поменялся в лице. Так-то ничего не предвещало беды, а тут вдруг речь пошла о какой-то беде.       - Миша решил жениться в третий раз!       - Ну, я бы не сказал, что это беда прям, - Александр, конечно, не ожидал услышать подобную новость, потому даже и не знал, как ее прокомментировать. Но пока он сообразил, что это так-то нормально, у него есть Влад, Мише тоже нужна женщина... От собственных мыслей в голове снова испортилось настроение. Все снова свелось к тому, что каждой твари - по паре, а он, видимо, обречен на одиночество.       - Нет, погоди, ты не понимаешь. - Асанбаев принялся выкладывать, что же его смущает в этом поступке.       Оказалось, что Миша знает эту девушку всего лишь полтора месяца. При этом ни с кем ее не познакомил. Так и отшутился, что она младше него на десять лет. А эта парочка стопроцентно начнет ее отговаривать, с ним связываться. Разница в возрасте и алименты на двоих детей, нужно быть сумасшедшей.       - Они сейчас укатили вместе на Кипр, представляешь?! Он там ей сделал предложение уже. И сказал, что влюбился в нее по уши. Влюбился?! И жить она согласилась за городом, что его и подстегнуло быстрее окольцевать ее. А еще он ей добавил денег на покупку новой машины. Ой, дурак... - Костя начал распаляться, что молодая девица явно раскусила, что у их Сысоева есть деньги, потому что бизнес он расширил. И явно хочет родить ему третьего ребенка, развестись и тоже отжать приличные алименты.       Калинин же не стал делать столь поспешные выводы, но его явно удивило, как можно сделать хорошую свадьбу за месяц. Ведь они подали удаленно заявление в ЗАГС, чтобы расписаться уже в середине октября, за день до его дня рождения. Костя пояснил, что у этой Алены есть куча подвязок, в частности они наняли свадебного организатора, какую-то ее подругу. А сами после Кипра в Екатеринбурге купят кольца, платье и костюм.       - Ты считаешь, что это нормально, что мы ее увидим первый раз на свадьбе?! А если там меркантильный крокодил?! Или еще хуже. Не знакомит, потому что законченная гомофобка.       - В самом деле... беда. - Калинин встал перед выбором: заняться своей личной жизнью или все-таки разобраться с выбором Миши...

***

      Матвей стоял возле окна в своем кабинете и пытался прийти в себя после звонка горячо любимой сестры. Алена почти пищала в трубку, оповещая, что она через месяц выходит замуж. А потому ее не волнует работа старшего брата, чтобы обязательно был. При этом никаких подробностей, на вроде, кто этот сумасшедший, что решил с ней связать свою жизнь после месяца знакомства, она не озвучила.       Размышления на тему, что это какая-то шутка, были прерваны стуком в дверь, и к нему в кабинет зашел Дейв, как всегда в приподнятом настроении.       - Мэт, - Томпсон так и не смог приноровиться к полному произношению его имени, - сегодня пятница, какие планы на вечер?!       - Никаких, - Поляков еще отрицательно помотал головой.       - Отлично! - Дейв широко улыбнулся и решил присесть напротив стола своего зама, чтобы поделиться заманчивым предложением. - Ты помнишь моего кузена Чарли, ну, Чарльза, - Матвей закатил глаза вверх, пытаясь прикинуть со сколькими родственниками англичанина ему приходилось знакомиться с свое время. - Ну, он такой рыженький, - Поляков заметил, что начальник очень осторожно подбирал слова описания внешности. - Ну, да, он тогда заикался. Но сейчас он нормальный. В общем, он когда узнал, что ты снова в Лондоне, так загорелся встречей, вот сегодня пригласил к себе в гости. У него шикарные апартаменты... Да он у тебя с руки есть будет, - Томпсон стал серьезнее, не находя энтузиазма у Полякова, посетить вечеринку, которая, можно сказать, была организована ради него. - Да тебе же нужно просто отвлечься, Чарли все для тебя сделает. Разве это плохой вариант?!       - Он не в моем вкусе! - отчеканил Матвей, чтобы не вступать в спор по поводу своей личной жизни. Томпсон лишь рассмеялся, считая неправильным загонять себя в подобные рамки. И опять же напомнил этим Калинина.       - Но если что подтвердишь, что я приложил все усилия. А то обидится еще, подумает, что я вообще забыл.        - Дейв! - окликнул он Томпсона, который намеревался уже покинуть его кабинет, понимая, что с Поляковым ему сегодня нечего ловить. Тот стал редким затворником, предпочитая не пить, не ходить на вечеринки. - Через месяц моя сестра выходит замуж, и очень просила быть на свадьбе. Я, конечно, понимаю, что у нас много дел...       - В середине октября?! - перебил его друг по колледжу, - думаю, мы сможем вырваться дня на четыре.       - Мы?! - переспросил Матвей, не до конца понимая, над чем размышлял Дейв.       - Ну да. День проведем в Москве, ты же давно меня звал в Россию. А тут свадьба твоей сестренки-красотки. Чем не отличный повод поехать с тобой.       Матвею оставалось теперь думать о подарках - свадебном и на юбилей.