Конец

Таврос не так-уж много знал о смерти. Он видел чужую смерть, но никто никогда не рассказывал ему, как это — умирать. Как-то не до этого было, да и сам Таврос не спрашивал. Не то чтобы он боялся смерти, просто старался о ней не задумываться. Все сейчас казалось каким-то нереальным, словно он смотрел старый черно-белый фильм, где главным героем был он сам. Адская боль в груди и свист воздуха в ушах — единственные вещи, что напоминали ему о том, что он все еще живой, казались такими далекими, словно проходили сквозь мутную грязную воду. Вот он словно со стороны увидел себя: хрупкого телосложения тролль, еще совсем ребенок, проткнут длинным узорчатым копьем и летит вниз, на холодные плитки. Какая, казалось бы, ирония судьбы. Что-же, Пупа, ты не рад? Лети, Пупа, лети! Жаль, что лететь ты можешь только вниз. Интересно, а умирать — это страшно? Оказывается, совсем нет. Просто немного неправильно и странно, но не более. В итоге тебе становится уже все равно. Холодный каменный пол принимает тебя грубо и нерадушно. Копье обломилось. Ты услышал, как хрустнул твой позвоночник. Тебе совсем не страшно, а боль уже не способна пройти сквозь мутную воду забвения. Ты хочешь согреться, но, увы, твои конечности совсем тебя не слушаются — отказали даже новые робоноги. Но тебе уже не согреться никогда и ты смутно, но в то-же время как-то очень отчетливо это понимаешь. Ты усмехаешься. Глупо как-то вышло, не правда-ли? Еще пару минут назад ты впервые в своей короткой жизни твердо знал, чего хочешь, и был готов это сделать. А теперь... да что теперь? Ты позволяешь холоду медленно поглотить тебя. И все. Конец, ты умер. Но тебе уже все равно. Даже у смерти есть свои плюсы.