Тайны дневника Гермионы

       3 Октября.        Я до ночи сидела у озера. Было холодно, но я этого не чувствовала. За мной пришёл Гарри. Я так была рада его видеть!        — Решила тут ночевать?        — Наверное.        — Не выдумывай, идём в замок.        Я колебалась, не могла решиться.        — Всё, пошли! — настаивал Гарри. — Мне велено за тобой присмотреть, и я буду присматривать, — усмехнулся он.        — Кем велено? — недоумевала я.        — Да Малфоем твоим! — Гарри почти смеялся. Я пришла в полный восторг!        — Он с тобой говорил обо мне? — переспросила я.        — Гермиона, тебе что, пять лет? — улыбался Гарри. — Я сам немного обалдел.        Мне было и смешно, и приятно. Просто невероятно!        — Что ты с ним сделала?        — С кем?        — Ну с Малфоем, с кем!        — А что я сделала?        — Он изменился.        — Да, я вижу! Но это не я, он сам.        — Конечно! — снова улыбнулся Гарри. — Сам с кулаками на Рона полез. Ты тут совершенно ни при чём!        Мы всю дорогу шутили. Гарри так поднял мне настроение, что я почти забыла обо всех неприятностях.        Я вошла в комнату. Джинни не спала. Она сидела на кровати и смотрела прямо мне в глаза. Я не выдержала её взгляда. Мне стало неловко, я снова чувствовала себя ужасно виноватой.        — Почему ты мне не рассказала? — строго спросила она.        Я разволновалась, ком стоял в горле, внутри всё дрожало.        — Я не знаю… — тихо ответила я. — Мне казалось, что то, что я делаю — это предательство. Мне было стыдно. Знаешь, если бы это был кто-то другой… — я не могла дальше говорить.        — Не Малфой?        — Да. Я бы, конечно, рассказала.        — А какая разница? Ты думаешь, я обиделась из-за этого? Или из-за Рона? Нет! Мне обидно, что ты не доверяешь мне! Мы столько лет дружим.        — Прости меня! — шепнула я. Только в этот момент я осознала, насколько ошибалась. — Я была не права! Но этот страх, он был сильнее меня.        — И ты не видела, что мы давно всё поняли? Я и Гарри. Мы же не слепые. Мы всё видели. Как ты смотрела на него, как мучилась, как Малфой изменился. Знаешь, как он на тебя смотрел?        У меня сердце замерло. Дрожь пробежала по всему телу. Я ни разу не видела этого.        — Как? — осипшим голосом спросила я и взглянула ей в глаза. Джинни улыбнулась.        — Как хищник на добычу!        — Не может быть… — тихо произнесла я, как будто сама себе. Глаза наполнились слезами. Мне казалось это невероятным.        — Если ты чего-то не видишь, не значит, что этого нет! Но я это заметила лишь раз, видимо он потерял бдительность.        Слёзы потекли из глаз. Я вдруг почувствовала себя такой счастливой.        — Спасибо, Джинни, — прошептала я. — Прости меня. Я такая дура!        Она молчала минуту, потом серьёзно сказала:        — И ты меня прости. Я не думала, что Рон устроит скандал в зале. Просто ты меня разозлила. Не знаю. Я этого не хотела.        — Нет-нет! Тебе не за что извиняться! Я сама во всём виновата!        Мы некоторое время молчали.        — Знаешь, это поразительно, то, что ты с ним сделала! — неожиданно усмехнулась Джинни.        — То есть? — удивилась я.        — После того, как Макгонагалл вас троих в кабинет вызвала, почти все остались в зале. Такой гул стоял, сама понимаешь, такой скандал.        Я почувствовала, как краска заливает лицо, мне стало страшно даже думать, что будут говорить обо мне. Понимаю, почему Драко так старался всё скрывать. Теперь уже ничего не поделаешь!        Джинни продолжала:        — Потом Малфой вернулся. Представляешь, какая у всех была реакция?        — Представляю… — тихо сказала я.        — Не-а! Не представляешь! Слушай дальше. Он подошёл к нам. Сказал: «Поттер, можно тебя на пару слов», — я думаю, все мухи в зале передохли! Такая воцарилась тишина! Они вышли в коридор, говорили несколько минут. Потом Гарри вернулся и сказал: «Малфой просил Грейнджер одну не оставлять. Она, говорит, не виновата ни в чём. Это я её подставил. А самого почти трясёт, хоть и делает вид, что всё в порядке». Я поверить не могла!        Джинни говорила, а я была просто не в себе. Мне уже казалось, что всё произошедшее не имеет никакого значения. Какая разница, что будут говорить все вокруг? Я снова убедилась в том, что сделала правильный выбор.        Я сижу в гардеробной. Мне стало легче, больше у меня нет секретов от друзей, но всё равно тревожно. Что будет со мной и Драко? Как мне теперь общаться с Роном? Так или иначе, он мой друг! Вопросов всё так же много.        Вечер. Я получила сову от Драко. Это было необыкновенное чувство. Я никогда не получала таких писем.        Привет, Грейнджер! «Судилище» закончилось.       Макгонагалл ни слова не сказала о вчерашней потасовке.       Так что скоро буду.                                           Твой Драко Малфой.        У меня слёзы навернулись. Я лежала на кровати и было так легко и спокойно. Осталось только ждать.        Время тянулось ужасно долго, каждая минута казалась часом. Меня выручила библиотека с кучей книг, и время потекло незаметней.        4 Октября.        К вечеру вернулась Макгонагалл. Одна. Драко, видимо, остался навестить родителей. Сердце моё всё время ноет от ожидания и неопределённости. Страшно. Что будет теперь? Это всё, что меня волнует.        5 Октября.        Я ничего не вижу и не слышу. Растворилась в своей одинокой пустоте. Без него нет никакого смысла.        Гарри и Джинни всё время рядом, но им не удаётся вывести меня из ступора. Я вроде прихожу в себя на пять минут, но потом снова улетаю куда-то туда, где ОН, где бы ни был, моё сердце с Драко Малфоем. Не могу есть, спать, на занятиях тоже витаю далеко. Скорее бы всё это закончилось. Так тяжело…        6 Октября.        Я наконец решилась поговорить с Роном. Было страшно неловко. Он был один в гостиной. Видно было, что вся эта ситуация его мучит. Мне хотелось облегчить его душу.        — Ты прости меня, Рон! — начала я. Он, как будто вздрогнул, хотя, может, мне показалось, и не нашёлся, что ответить. — Я повела себя ужасно. Мне стыдно, с друзьями так не поступают. Вы самые лучшие и не заслужили такого. Моя ложь всё изменила, но я не могла иначе, просто не знала как. Я запуталась. Ты замечательный, я люблю тебя, очень! Хочу, чтобы ты был счастлив! — слёзы застилали глаза. — Прости меня, если сможешь. — Я отвернулась и слёзы потекли по щекам. Он обнял меня.        — Я тебя не понимаю, но это уже мои проблемы. Чем он заслужил?        Рону и правда было трудно. Очень!