Тайны дневника Гермионы

После допроса Драко вернулся совсем вымотанным. Под глазами залегли синие тени. Я настаивала, чтобы он поел и отправлялся домой отсыпаться. О допросе даже спрашивать не стала. Я очень плохо спала. Стоило задремать и снова передо мной злобные зелёные глаза: «Вы уничтожили нас… ваше поганое отродье». Я просыпалась в ужасе, хватаясь за живот. Я плакала. Драко влетел в палату, бросился ко мне, крепко обнял. Он целовал меня, шептал, что всё уже позади, что всё прошло. Я слышала, как дрожит его дыхание. Он плакал. Как же трудно это всё пережить. Не могла понять, что меня так мучает. Это было невозможно. Отчаяние Гойла настолько поразило меня! Чувство вины. Я не знаю, как он подселил мне это. Поняла, что искренне хотела, чтобы он жил иначе. Чтобы дал себе шанс. Но его ненависть оказалась сильнее. Неужели все те, кто сейчас в центре «Феникс», так же ненавидят и готовы пожертвовать своей чистой кровью ради ненависти к маглорождённым? Не мы их уничтожаем! Они убивают себя сами, прерывают свой род из ненависти! Как же это глупо! Я так надеюсь, что из сотни молодых чистокровных волшебников, найдётся хотя бы один здравомыслящий человек! Нам не за что себя винить. Постараюсь не допускать этого впредь. Я, практически, не спала первую ночь в больнице. Драко больше не уходил из палаты, дремал сидя в кресле. Утром он нежно обнял меня, поцеловал. Пока мы говорили, держал ладонь на моём животе.  — Я должен быть в министерстве. Началось следствие. Нужно найти того, кто выпустил из центра Гойла и помог ему достать палочку. Как он в министерство проник, тоже не ясно… Плохо, что пресса, как всегда, уже в курсе. Будут путаться под ногами.  — Гойл ничего не сказал?  — Играет в «благородство». Ни слова не сказал, кроме того, что готов один за всё отвечать.  — Если ему кто-то помог, это может повториться!  — Вот именно. В палату заглянула медсестра. Она внесла вазу с большим букетом из белых и красных роз. Я немного заволновалась.  — Тут записка, — робко сказала она. — Для миссис Малфой. Она поставила букет возле кровати. Драко передал мне записку. От сердца отлегло.  — Это от Гарри и Рона, — улыбнулась я. — «Дорогая Гермиона! Скорее поправляйся! К вечеру тебя навестим! Гарри и Рон.» Драко добродушно улыбнулся. Он видел, как я рада.  — Хорошие у тебя друзья. Не то что мои… — он снова напрягся.  — Драко! Не переживай так! Всё же обошлось, — я видела, он не может себе простить того, что случилось.  — Работы полно. Я должен идти.  — Иди, — он наклонился, нежно прильнул к моим губам. — Успеха тебе, — шепнула я. Он кивнул и вышел. Приходил доктор Браун. Посмотрел живот, послушал, убедился, что всё в порядке. Сказал, что ко мне посетители и быстро ушёл. Я удивилась, кто бы это мог быть в такой ранний час? В палату постучали и вошёл Потс. Я так разволновалась! Кажется, я смотрела на него так, как будто увидела величайшее чудо на Земле!  — Ирвин… — выдохнула я, и слёзы хлынули из глаз.  — Ну-ну-ну! Ты что?! — он бросился ко мне и крепко обнял. — Тише, тише! Успокойся! — он гладил меня по голове.  — Спасибо, спасибо тебе… — шептала я. — Если бы не ты… Малыш… — я рыдала.  — Всё хорошо, ну, что ты? Всё в порядке! Наверное, минут пять я не могла прийти в себя. Никогда в жизни я не испытывала такой благодарности!  — Успокоилась? — улыбаясь спросил он. — Ну, вот и хорошо! Как ты себя чувствуешь?  — Кажется, нормально. Ирвин! Как тебе удалось? Откуда ты знал, что делать? Даже доктор Вуд был удивлён, подумал, что ты медик. Потс очень смутился, казалось, не хотел касаться этой темы. Он молчал. Мне стало неудобно.  — Если тебе не хочется говорить… — начала я. — Да… просто не хотел окунаться в это снова. Но ты должна знать. Мы теперь не чужие.  — Это правда! Ты нашего ребёнка спас. — Он первый, кого мне удалось спасти, — грустно сказал Ирвин. Потс долго собирался с мыслями.  — В Хогвартсе я хорошо учился и хотел посвятить свою жизнь врачеванию. Хотел помогать, спасать людей. Во время обучения постоянно находился в больничном крыле, помогал мадам Помфри. Она очень многому меня научила. Однажды, к ней привели девочку старшекурсницу. Она пыталась избавиться от нежеланного ребёнка… Меня охватил ужас! Как же можно хотеть избавиться от своего ребёнка?! А Ирвин продолжал:  — Она была из чистокровных, а забеременела от малглорождённого. Слишком боялась гнева родителей. Было сильное кровотечение. Мадам Помфри пыталась остановить кровь с помощью этого заклинания. Я всё видел и слышал. Но девочка противилась, конечно, ребёнок погиб, но хоть сама выжила. Ирвин с трудом сдерживался, сколько было страдания в его голосе, в глазах.  — Совсем не к месту этот рассказ… — шепнул он. — Прости.  — Ну, что ты! Это же очень важно! Я не помню, чтобы ты работал в Хогвартсе.  — А я и не работал. После учёбы уехал в Ирландию, на родину. Там работал в маленькой больнице. Довелось несколько девушек спасти, но они всегда обращались поздно, ни одного ребёнка не удалось спасти. И вообще, я разочаровался, не выдержал. Не мог видеть смерть каждый день. Работал три года, понял, что это не моё. Хладнокровия не хватает. Архив министерства — как лекарство от смерти. Я искал покоя и нашёл. Оказалось, что не надолго, — он усмехнулся. — Но зато, я, наконец-то, кого-то спас.  — Ты — наш герой, Ирвин! Спасибо тебе! — он пожал мою руку.  — Рубби тоже здесь, — нерешительно сказал он.  — Рубби?! — я была поражена.  — Она очень за тебя переживала, не смотря на то, что ты ей не всё о себе рассказала, — Потс несколько ехидно улыбнулся. Я закрыла лицо руками. Было так стыдно! Конечно, она всё равно рано или поздно узнала бы, что я жена Драко Малфоя.  — Как мне быть, Ирвин? — устало спросила я.  — Будь собой, — улыбнулся он. — Рубби всё понимает. Она просто чудо! В его голосе было столько тепла, когда он говорил о ней! Я так рада, что они нашли друг друга! Потс выглянул в коридор, вошла Рубби. Её глаза наполнились слезами.  — Гермиона, здравствуй! — выдохнула она и не решалась подойти. — Как ты себя чувствуешь?  — Привет, Рубби! Намного лучше, — я улыбнулась. — Спасибо тебе, что позвала Драко, — почувствовала, как загорелось лицо и уши.  — Ах! Я не успела! — в её глазах появилась растерянность. — Ты не представляешь, что произошло! Рубби очень разволновалась, почти подбежала к кровати и присела на стул.  — Я только до лифта успела добежать, а когда он открылся, мистер Малфой был уже передо мной! Я так испугалась! И обрадовалась! Он был так встревожен! И, и… Ох! Я только сказала, что ты в кафетерии, и на тебя наставил палочку какой-то человек. Он побежал, выхватив свою палочку. Я за ним не успевала. А потом… кровь! — она зажала рот рукой, побледнела. Для неё было таким потрясением то, что произошло. Ирвин положил руки ей на плечи.  — Солнышко, успокойся! Всё уже позади.  — Да, да… — растеряно шептала она. — Гермиона, я понимаю, почему ты скрывала! Теперь понимаю! Как хорошо, что всё обошлось! Это главное! «Она и правда чудо» — подумала я. Как повезло Ирвину, а ей повезло с ним! Я смотрела на них и мне было так хорошо и радостно.  — Спасибо, ребята! То, что вы сделали — это просто… — у меня не хватало слов. Я просто безмерно была им благодарна.  — Ладно, ладно! — махнул рукой Ирвин. — Да! Мы тут кое-что принесли!  — Ой, точно! — Рубби вскочила. — Тут фрукты, печенье, чай. Если что-то будет нужно, я завтра перед работой забегу, — она поставила большой бумажный пакет возле букета.  — Спасибо! — тихо сказала я. Мне стало казаться, что я жутко устала. Сестра принесла завтрак. Ребята ушли. Я немного поела и проспала почти до вечера. Никто меня не тревожил. А вечером ко мне приходили Гарри, Джинни и Рон. Они ничего не знали о том, что произошло со мной. Оказалось, Драко сам сообщил им, что я в больнице. Друзья были в шоке от моего рассказа! Рон всё время мерил шагами палату, Джинни шипела на него и просила не мельтешить, а Гарри, как всегда, слушал внимательно и сосредоточенно. — Я бы его убил! — в конце концов прокричал Рон. — Прямо вот этими руками! — Да! Потому Малфой сидит в том кабинете, а не ты! — заключил Гарри. — Малфой — слабак! На его жену напали, чуть ребёнок не погиб, а он… — Рон, прекрати! — повысила голос Джинни. — Если бы он его убил, сам бы ещё раньше в Азкабане оказался! Всё он правильно сделал! — Ты его защищаешь?! — не унимался Рон. — Рон, пожалуйста! — попросила я. — Не суди так опрометчиво! Поверь, ему этого хотелось не меньше. Я это видела! Знал бы ты, чего ему стоит сдерживаться. Представить себе не можешь, какая на нём ответственность. — Ладно, ладно! Убедили! — Рон рухнул на стул и больше ничего не говорил. — У меня есть пара мыслей, — неспешно проговорил Гарри. — Надо будет Малфою сказать. Он в министерстве? — Я не знаю, Гарри. Возможно. Но может в центре быть. — Сам найду его. Всё, давайте закругляться. Гермионе надо отдыхать. — Спасибо вам большое, что пришли! — Ну, что ты, дорогая! — обняла меня Джинни. — Мы всегда рядом! — Да, только не вчера… — подал голос Рон. — Ничего, Рон! — я пыталась его успокоить. — Всё ведь обошлось. Не переживай! Друзья ушли, а я тут же заснула. Драко был в палате, когда я снова открыла глаза. — Как ты? — тихо спросил он и взял меня за руку. — Хорошо, — ответила я. — Главное, что живот не болит. Может, мне можно домой? — Нет, — решительно сказал он. — Ты должна быть под наблюдением, хотя бы первое время. — Ладно, как скажешь. Как продвигается расследование? Он шумно выдохнул. — Тяжело. В центре очень много сотрудников. Одних только эльфов две сотни. Людей сколько. Следователей мало. — Гарри нашёл тебя? — Поттер? Нет, — он удивился. — А должен был? — Да, у него была какая-то мысль. Драко очень оживился. — Какая мысль?  — Он не сказал. — Ладно, — разочарованно выдохнул он. — Завтра встретимся. Надеюсь, это что-то стоящее. — Ты сообщил моим родителям? — Нет, завтра сообщу.  — Скажи просто, что я на сохранении, чтоб не пугались. — Конечно, я так и хотел. — А твои в курсе? — Да. Мать завтра будет у тебя. — Зачем? Не стоило беспокоиться. — Ты шутишь? Это же её внук или внучка. Она за тебя волнуется. Драко потёр лицо ладонями.  — Ты устал, любимый мой! — прошептала я. — Тебе нужно отдыхать, восстановить силы. — Да, я уже чувствую. — Пообещай, что будешь ночевать дома. — Ты не замечала, что я ничего не обещаю никому? Я улыбнулась. — Жаль. — Ты тоже отдыхай. Он поцеловал меня в щёку и направился к двери. — Драко, подожди, — он оглянулся. — Прости, я знаю, ты устал. Но у меня есть вопрос. Драко вернулся и сел рядом. — Что за вопрос? — У меня были Ирвин и Рубби. Это ведь она, скрывшись невидимыми чарами, побежала звать тебя. Как тебе удалось прийти так быстро? Ты бы не успел. Его лицо как-то необыкновенно преобразилось, он, как будто был рад моему вопросу. — Это было очень странно. Твой медальон позвал меня. — Что? — я была так удивлена. — Как он мог? — Он раскалился, обжигал грудь, но ожёгов не оставлял. Я вскочил, как ошпаренный! Понял, что ты в опасности, и медальон это чувствует! Как будто знал, куда идти, а он обжигал с такой силой! Когда я парализовал Гойла, он сразу остыл. — Невероятно… — прошептала я. — Я не знала, что это возможно. — Теперь знаем, — Драко улыбнулся. — Он не только меня оберегает, но и тебя тоже. Он нежно обнял меня и прошептал: — Отдыхай. Спокойной ночи! — И тебе. Я была в таком восторге! Уснуть, конечно, не получалось. Я долго-долго думала об этом и была счастлива, что волшебство существует.