Тайны дневника Гермионы

16 Июня. Наверное, наша первая годовщина особенно запомнится. Я, ведь, уже начала думать, что Драко просто забыл. Мы не строили общих планов. Даже не вспомнили об этой дате ни разу. Утром я проснулась от необыкновенного аромата. Он был тёплый и пряный, сладкий и бодрящий. Открыла глаза, а передо мной моя огромная кружка, обычно я делала в ней кофе. Я так давно себе его не позволяла, руководствуясь тем, что малышу это не на пользу. Кружка была в его руках. Драко сидел рядом со мной и, несколько удивлённо ухмылялся.  — Не ожидал, что это будет так быстро. Тридцати секунд не прошло.  — Что? — смущённо улыбнулась я.  — Ты кофеманка? — ещё шире улыбнулся он.  — Это кофе? Мне? Ты сам? — я была в таком восторге!  — С годовщиной, миссис Малфой! — он наклонился и нежно коснулся моих губ.  — И вас, мистер Малфой! — шепнула я. — Можно попробовать… пока горячий?  — Нужно! — улыбался Драко. Я села поудобнее. Ароматная кружка оказалась в руках. Я втянула носом этот чудный запах.  — Это не просто кофе! — с блаженством вздохнула я.  — Ты, я смотрю, ценитель! — он был очень доволен.  — Нет, просто любитель. На самом деле, я в нём не разбираюсь.  — Может уже попробуешь? Остынет. А подогретый, сама знаешь, уже не то. Как же это было вкусно!  — Необыкновенно! — протянула я. — Не могу понять, что это, что-то очень знакомое, но я так не готовила.  — Секрет этого божественного напитка я передам по наследству только своему сыну! — торжественно произнёс Драко.  — О-о-о, как всё серьёзно! — усмехнулась я. — Давай, рецепт этого «божественного напитка» будет мне подарком на годовщину? — я почти умоляюще смотрела ему в глаза, и он, вздохнув со скорбью на лице, произнёс:  — Ну, хорошо!  — Я слушаю!  — Это всего лишь корица, ванилин, мёд и молоко.  — И всё? Так просто?  — Всё гениальное — просто!  — Такой мягкий вкус! Он не крепкий, да?  — Тебе сейчас крепкий не на пользу.  — Это великолепно! Жаль, что так быстро закончился. Спасибо! Я допила кофе. Драко забрал кружку, поставил её на тумбочку. Он обнял меня, мы просто лежали, было уютно, тепло. Так на работу не хотелось!  — Какие у тебя планы на вечер? — мягко спросил он.  — Вообще-то, планировала провести его с мужем, вроде, у нас годовщина. Или я что-то путаю?  — Нет, не путаешь, — улыбнулся он. — Хочу тебя кое-куда пригласить. Я села и посмотрела на него, было жутко интересно.  — Куда? Он немного помолчал.  — Ты читала «Нотр-Дам де Пари»? Я поймала себя на мысли, что глаза у меня расширились от изумления.  — Это же магловское произведение! Ты его читал?  — Я, вообще-то, тебя спросил. Речь не обо мне.  — Ответь! — потребовала я.  — Да! Читал! — нехотя ответил Драко. — Французская литература мне не чужда, пусть и магловская. — Теперь ты ответь!  — Читала, но не в оригинале, как ты можешь догадаться, — улыбнулась я.  — Значит, тебе всё будет понятно. Вечером мы отправляемся в театр Доминион на мюзикл «Нотр-Дам де Пари».  — Мюзикл? — я была поражена. — Ты серьёзно?  — Слышал, это очень популярная постановка. И необычная. Я с детства не была ни в театре, ни на концерте. Иногда я бывала с родителями в кинотеатре. Это всегда были такие яркие впечатления! Помню их так живо, как будто это было совсем недавно. И сейчас, когда Драко пригласил меня, даже не знала, как реагировать. Я уткнулась лицом в его грудь и с трудом сдерживалась, чтобы не разреветься от восторга.  — Я, конечно, знал, что ты любишь музыку, но чтоб на столько… — он был немного встревожен.  — Прости! — виновато улыбалась я. — Я так давно нигде не была. Это просто потрясающе! Как я до вечера доживу?! Драко нежно провёл рукой по моим волосам.  — Видела бы ты себя. Ты, как ребёнок! Обожаю в тебе это! Я так смутилась, что спрятала лицо в ладони.  — Я смешная… — прошептала я.  — Ты прекрасна… Он нежно обнял меня. Я была так счастлива! Нужно было идти на работу. За завтраком Драко расположил на столе кучу писем с поздравлениями от наших друзей и родных. Пока жевали, прочитали все послания: от наших родителей, от Поттеров, от Уизли, Долгопупсов, от профессора Макгонагалл, от Андромеды, от Нотта и Забини, что было особенно необычно. Ещё одно послание было не известно от кого. Мы заострили на нём внимание. Но чьё оно может быть, даже предположить не смогли. Письмо было написано красивым почерком, мне показалось, что от женщины, но, зная, какой у Драко красивый почерк, в этом можно сомневаться. От него исходил какой-то нежный, неопределённый аромат. Мы махнули на него рукой, всё равно не догадаемся. Ну, раз кто-то нас поздравил, значит за нас рады — этого достаточно. Договорились вечером встретиться дома, чтобы собраться и отправиться к восьми в Доминион. Как же не терпелось! К счастью, рабочий день пролетел незаметно. Дома я надела своё красное платье, в котором была на свадьбе и ждала Драко. Когда он появился, я уже почти нервничала от нетерпения. Он критично смерил меня взглядом.  — Ты в этом уже выходила.  — Ну, и что? Мы же будем там, где нас не видели.  — Да, но тебя могли видеть в газетах. Мужские костюмы не привлекают особого внимания, а вот ваши платья…  — В чём же мне идти? — я растерялась.  — Пойдём, — он обнял меня за талию и отвёл в спальню. На кровати лежало атласное красное платье. Длинное, до самого пола, с небольшим декольте, завышенной талией и глубоким вырезом на спине.  — Как ты умудряешься? — я не знала, что сказать. — Опять я буду ярче всех!  — Иначе, какой был смысл жениться на красивой женщине, — ухмылялся он.  — Драко… — я по-настоящему смутилась.  — Одевайся, нам пора, — с его лица не сходила самодовольная ухмылка. Я быстро переоделась, хорошо, что остальные аксессуары менять не пришлось. Около восьми мы прибыли в театр. Я так волновалась! Сердце замирало. Драко был совершенно спокоен, я крепко держала его под руку.  — Тебя не смущает, что кругом столько маглов? — шепнула я с усмешкой.  — Почему меня это должно смущать? — улыбнулся он.  — Мы первый раз на таком мероприятии.  — Вдвоём… — уточнил он.  — Ты бывал на таких?  — Конечно.  — А разве твои родители…  — Они люди гибкие, на самом деле. Семейные традиции — это одно. А культура, литература, живопись не имеют к этому отношения. Я обратила внимание, что кругом английская речь перемежается с французской. В роскошном фойе Драко успел пообщаться с разными людьми. Похоже, они были магами, но все говорили по-французски. До чего же мне нравится этот язык — как музыка. А когда он звучит из уст Драко… просто мороз по коже и мурашки бегают по голове. Мы сели в зале, довольно близко к сцене. Обзор был отличный! Свет погас, у меня сердце замерло. Первые аккорды, фраза… И я резко обернулась к Драко!  — По-французски! Ах, ты… Издеваешься? — у меня улыбка была просто до ушей!  — Щ-щ-щ! — он приложил к губам указательный палец. — Ты всё поймёшь, — улыбаясь прошептал он. С первых звуков я была заворожена! Такой сильный вокал, чувственное исполнение! Нет! Я ничего не понимала. Лишь догадывалась о чём идёт речь. Но, как будто, чувствовала каждую эмоцию, переживания главных героев. Эсмеральда была прекрасна: необычный голос, что-то нежное было в лёгкой хрипотце. И было так жаль, что она попалась на удочку этого смазливого капитана. Хотелось ему голову открутить! А этот архидиакон! Какой подлец! Загубить девушку из-за собственного соблазна! Да, я читала раньше, но роман не произвёл на меня впечатления, может я ещё была слишком мала? А мюзикл! Это было невероятно! У меня всё бурлило внутри! Поразили многие моменты, пробрали до глубины души! Очень красив был дуэт Флёр де Лиз и Феба, такой нежный! Досадно было, что этот парень не до конца искренен. А потом душераздирающий разговор Архидьякона и Квазимодо. Этот хриплый голос, почти страшный, как будто рвал струны моей души. Дуэт двух девушек, влюблённых в одного мужчину. В жизни это так тяжело. Но, как же они гармонично звучали вместе! Монолог Феба красив. Видно было, что он терзается, но понять по-настоящему этого лицемера было сложно. И я не выдержала.  — Драко, о чём он? Я не понимаю.  — Не хочет выбирать. Хочет, чтобы ему принадлежали обе девушки.  — Вот мерзавец! — выпалила я. Драко так расплылся в улыбке, что я шуткой ткнула его локтем.  — Что смешного?  — Ничего… — пожимал он плечами. А дальше трио. Это было просто невыносимо прекрасно! Но и жутко! Одна девушка, их трое! Три партии, три голоса — таких разных! И когда они вступили вместе, мурашки побежали по всему телу! Я понимаю, все они пылают страстью, но это так… неправильно! Ком стоял в горле, и я подумала, что я была между Драко и Роном, сердце моё разрывалось. Это ужасная ситуация! И, кажется, я начала понимать Феба, к своему ужасу. Я мельком взглянула на Драко, не заметил ли он моего смятения. Кажется, нет. Потом была партия Архидьякона. Его терзания понятны. Он выбрал путь служения Богу, но, похоже, в его монашеской жизни наступил перелом. И когда исполнялось это красивое, мучительное соло, Драко вдруг взял меня за руку. Я аккуратно взглянула на него. Он был невозмутим, не знаю, как ему это удаётся. Но он сжимал мою руку, еле уловимо — он был взволнован, я уверена! Неужели его зацепил именно этот фрагмент? Я вся вспыхнула, когда речь пошла о публичном доме. Я закрыла глаза, просто зажмурила, а потом ещё и спряталась в ладони.  — Чего ты? — шепнул Драко.  — Скажешь, когда это прекратится, — зашептала я. У меня и так была сложная неделя. Понадобилось столько усилий, чтобы изучить книгу Нарциссы и не нападать на мужа каждую ночь! А тут такое! Мне понравился дуэт поэта и Архидиакона. Я ничего не поняла, ни слова. Но было так красиво! Решила, что обязательно спрошу об этом Драко. Сама не знаю, почему я так переживала. Как будто не знала, чем всё закончится… Любят они её, как же! Что это за любовь! Сплошное предательство! Этот «служитель Бога» подставил её, оклеветал, заточил в тюрьму, пытал! Это любящий мужчина?! Когда он в тюрьме признался Эсмеральде в любви, издал это раздирающее душу «je t'aime», у меня чуть сердце не выскочило. Я зажмурилась. А когда он схватил её, чтобы поцеловать… хотелось выхватить палочку и парализовать этого безумца! Казнь. Квазимодо убивает того, кому обязан своей жизнью. Ну, просто ужас! Но какой же прекрасный ужас! В своей жизни я не видела ничего более поражающего слух, зрение и душу! Зал аплодировал стоя! Я чувствовала настоящую искреннюю благодарность артистам, всем тем, кто создал этот мюзикл и, конечно, Драко! Это лучшее, что он мог придумать в нашу годовщину! После представления мы решили немного прогуляться. Меня колотила мелкая дрожь от волнения.  — Драко! Я потрясена! Мне кажется, и правда, было всё понятно… кроме слов. Только смысл, суть! Но это же главное, как ты считаешь?  — Конечно. Был уверен, что ты всё поймёшь, — он был немного уставший, а из меня энергия била фонтаном.  — Ты устал? Не хочешь об этом говорить?  — Да, нет! Всё нормально, — улыбнулся он. — Постановка, действительно необычная. Вроде, во всём минимализм, но за счёт игры впечатление сногсшибательное. Я даже немного обескуражен, если честно. Мне, наверное, ближе классика.  — Да уж, это было экстраординарно! — усмехнулась я. — Самое потрясающее, что я видела до этого, была «Собака на сене».  — Тогда понятно, почему ты так впечатлилась! — воскликнул он. Некоторое время мы молчали. Просто шли по сияющему огнями Уэст-Энду, держась за руки.  — Почему тебя так взволновало трио? — вдруг, неожиданно спросил Драко. Я вспыхнула.  — Ты постановку смотрел или за мной наблюдал?  — Одно другому не мешает, — улыбался он. — Хочешь сказать, что ты за мной не наблюдала?  — Ну-у-у, так…  — На вопрос ответишь?  — Ох, может, не надо? — я смущалась.  — Ну, тогда и я не буду.  — Ладно! — с досадой начала я. — Просто… вспомнила.  — Уизли и я?  — О, Боже… — выдохнула я. — Многие девушки мечтают о том, чтобы у них была куча поклонников. А это, на самом деле, вовсе не приятно! Это такая тяжесть. Тем более, вы оба были мне дороги. Не хочу об этом думать. Мы снова шли в тишине.  — Вы не были бы вместе счастливы, — задумчиво произнёс Драко. Мне стало необъяснимо больно.  — Почему ты так решил? — пыталась спокойно спросить я.  — Он слишком прост для тебя. Не дотягивает. Пойми правильно. Уизли хороший человек. Но для тебя — недостаточно. Ты тянула бы его всю жизнь, подгоняла, учила, пилила. Он бы терпел и старался, из кожи вон лез, но всё равно не достиг бы того, что нужно тебе.  — Ты говоришь страшные вещи, Драко… — мне стало грустно и обидно. — Как будто я тиран.  — Обычный перфекционист, а не тиран. Ты строга к себе, потому и от других требуешь того же.  — А ты — само совершенство! — иронично сказала я.  — Нет, — он пожал плечами. — Но я тоже перфекционист. И ты это знаешь. У тебя нет нужды меня учить, воспитывать…  — Знаешь, мне этого иногда не хватает, — усмехнулась я.  — Для этого у тебя скоро появится нуждающийся человек, — улыбнулся он.  — Как у тебя всё продумано! — шутливо восхитилась я. — Давай вернёмся к постановке.  — Ну, давай! — обречённо вздохнул он.  — Меня мы уже обсудили.  — Теперь за меня возьмёмся? — усмехнулся Драко.  — Почему тебя так затронул этот архидьякон? Он же просто ужасен! Во всех смыслах! Вокал просто потрясающий, такие сильные композиции! Но по сути…  — Мне тоже нельзя было тебя любить… — понизив голос произнёс он. Я почувствовала, как сжимается сердце. — И я вёл себя, как он: бесился, обижал тебя. При этом, сам… мучился, потому что делал зло.  — Драко… — шепнула я. Мне так хотелось его утешить, не хотела, чтобы он снова страдал от угрызений совести.  — Нет, подожди, я должен тебе сказать. Этот тип не любил её, ни капли. Он говорил лишь о том, как жаждет обладать ею, её телом, её красотой. Он мучим страстью, вожделением, похотью — это не любовь. От его слов у меня замирало дыхание. Они были, как музыка, часть постановки, но это было по-настоящему и завораживало!  — Этот архидьякон ни разу не задумался, что хочет ей счастья, ей хочет любви, ей! А не себе! Он никого не любил! И Бога не любил! Не ради Него он всё это зло творил, а только ради своих гордыни, тщеславия и похоти. Но мы не будем его осуждать. Мы тоже не святые. Он сам себя осудил. Квазимодо мог и не вмешиваться, не брать грех на душу. Честно говоря, в этом произведении много нелогичного. Я улыбнулась:  — Будем анализировать каждый недочёт автора?  — Ну, уж нет! Нервы пощекотали и хватит! Ужин получился очень поздний. Мы поели в ресторане, лёгкий салат и десерт. Ещё много чего обсудили. Драко сказал, что в мюзикле затронуты темы не только любви и страсти, но и социальные, религиозные проблемы. Как жаль, что я не смогла этого толком уловить.  — У меня возникает ощущение, — вкрадчиво сказала я. — Что ты неспроста внёс в нашу жизнь французский язык, — Драко расплылся в улыбке. — Да, да! Кто-то, ненавязчиво так, намекает, что мне нужно этим заняться.  — Покажи мне этого мерзавца! — шепнул он. — Дам ему по шее, чтобы не навязывался, — Драко просто сиял!  — Я обречена, — я театрально прикрыла глаза ладонью.  — Я не настаиваю.  — Да, да! Конечно! Я тебе верю! — серьёзно кивала я. Но ведь на этом вечер не заканчивался. Я даже немного боялась возвращаться домой. Не потому, что мой план был плох, на мой взгляд, он просто превосходен! Но я не представляла, какая будет реакция у Драко. А если ему что-то не понравится?