Тайны дневника Гермионы

9 Октября. Всё это время я в волнении. После разговора Рон не появлялся. Не могу быть уверена, но в парке у меня больше нет ощущения слежки, это немного успокаивает. Но я всё время мысленно возвращаюсь к тому разговору. Пытаюсь понять, в какой момент Рона могло переклинить. Что я такого сделала? После поездки в Хогвартс они с Гарри были у нас в гостях, и, вроде, всё было нормально. В день рождения Гарри он был какой-то расстроенный. Поссорился с Милли. Потом они приходили ко мне в больницу. И он был совершенно обычный, даже искренне радовался за Драко. И у нас дома. Нет, тогда мы даже не пообщались толком. Джинни говорила, что он изредко общается с Милли, хоть и не собирается с ней сходиться. Саламандер. Ведь, она так ему нравилась. Он даже предложение ей сделал! Что же случилось? Почему дату не назначал? Кажется, в мой день рождения Гарри сказал, что Милли искала его и не нашла. Она устроила сцену ревности, уверена была, что у меня с Роном что-то было. Тогда он был страшно зол на неё, но со мной общался по-прежнему — ровно. А потом он перестал встречаться с ней вовсе и переключился на меня. Что если дело в ней? Может, это она подтолкнула его своей ревностью? Заставила его подумать, что у него есть чувства ко мне? О, Боже! Если это так, то она полная дура! Ах, Рональд! Как же легко ты поддаёшься внушению! Если я права, то всё на много проще! Не во мне дело! Но это лишь догадка. Я должна с ней поговорить! Прояснить всё до конца! Как бы я хотела, чтобы дело было не во мне! 11 Октября. Драко уже столько времени пытает меня. Конечно, он чувствует, что я что-то скрываю! Как же мне стыдно перед ним! Это ужасно, скрывать что-то от любимого человека! Но я уверена, что это во благо. Я не могу предсказать его реакцию. Что если он разозлится? Какой он, если его разозлить? Однажды, его вывела Паркинсон… Не сказала бы, что он с ней мягко обошёлся. Да, он мракоборец, нарушить закон себе не позволит. Но вдруг не сдержится? За себя я не боюсь, а вот за Рона… Не хочу даже думать об этом! Надеюсь, что очень скоро я решу эту проблему и тогда всё ему расскажу. Ох, как же это глупо. Я обижаю его своим недоверием. А вдруг, он поймёт? Может, даже поможет разобраться? Что я за интриганка?! Мерзко от самой себя! Вчера я отправила сову Миллене. Но ответа не было. Вряд ли она была рада моему письму. Послание от соперницы. Она его могла даже не прочитать. А может, ей уже и дела нет до Рона? Я написала, что хочу с ней поговорить, назначила встречу в парке, если ей небезразлична его судьба. Что ж, если она и завтра не придёт, тогда я просто не знаю, что делать. 13 Октября. Вчера вечером Драко посадил меня перед собой и сказал:  — Не уйдёшь отсюда, пока всё не расскажешь! Мне надоело на это смотреть! Если ты мне не доверяешь, какой был смысл во всём этом? Он меня отчитывал минут десять, как ребёнка и аргументы его были очень убедительны. Но я молчала. В конце концов он тоже замолчал, расслабился и приготовился ждать. Вот тут у меня началась паника — я не смогла встать с кресла!  — Драко! Это насилие! — возмущалась я. — Так нельзя! Он закатил глаза и не двигался с места.  — Ты так заключённых допрашиваешь? — психовала я. — Немедленно убери это! Я хочу встать! Его спокойствие бесило больше всего!  — Учти, — надменно произнёс он. — Проснётся дочка, а ты останешься здесь, пока мне всё не объяснишь, — я думала, начну пламенем дышать, как Венгерская хвосторога. А Драко продолжал: — Я по-твоему кто? Чужак с улицы? Думаешь, мне приятно, что ты со мной, как с посторонним? Эгоистка! — он немного повысил голос, а в глазах появилась горечь обиды. Я перестала дёргаться, но продолжала молчать. Ужасно хотелось всё ему рассказать, но было так страшно.  — Ты понимаешь, что своим недоверием всё разрушаешь, — тихо произнёс он и подался вперёд, опираясь локтями на колени. — Я люблю тебя, переживаю, а ты… — Драко взглянул на меня так, что плакать захотелось.  — Драко, прости, — прошептала я. — Я боюсь твоей реакции. Ты уже меня пригвоздил к этому креслу. А если я тебе всё расскажу, а ты… разозлишься? Что тогда сделаешь? Он некоторое время помолчал, подумал. Взмахнул палочкой и откинулся на спинку кресла, видимо, отчаявшись чего-то добиться. Я приподнялась. Он отпустил меня, но я уже сама не могла уйти. Сидела напротив него и думала, с чего же начать.  — Дело в Уизли? — вдруг спросил он.  — Да, — спокойно ответила я. Думаю, это было очевидно.  — Он что, тебе в любви признался? — без доли иронии произнёс он. Жар прокатил по всему телу. Я чуть не задохнулась. Драко смотрел мне в глаза, а я отвернулась и не могла ни слова сказать. Слёзы застелили глаза.  — Так и знал, — выдохнул он.  — Это… не совсем так, — с трудом прошептала я.  — Не суть. Посыл, ведь, был такой? — спокойно говорил он. Я просто кивнула.  — Ладно, — Драко потёр лицо ладонями. — И, что же ты? — спросил он так, как будто ждал подвоха.  — А что я? — удивившись не на шутку, отвечала я. — Что я могу? Пыталась его убедить, что ему это только кажется, и вообще… Предложила свести к минимуму наше общение, пока он не одумается. Драко невольно улыбнулся.  — Н-да уж. То есть, учиться он взялся, чтобы о тебе не думать?  — Выходит, что для этого.  — Хорошо, пусть так, — Драко думал некоторое время. — И в какой момент он это понял?  — Он, вряд ли, это осознаёт, — тихо начала я. — Сказал, что видел нас с тобой в парке. И даже был рад за нас. А потом я стала приходить одна. Он тогда уже с Милли вообще не виделся.  — Ну, может, учёба его и отвлечёт на время. А потом что?  — Я хочу с Милли поговорить. Боюсь, это она его толкнула… ко мне. Драко озадаченно посмотрел на меня, видимо, не понимая моей логики.  — Думаю, она говорила обо мне слишком много и часто. Рон и не думал о том, что я изменилась, может, стала лучше. Не знаю. Он относился ко мне, как к другу, а Саламандер вынудила его посмотреть на меня иначе. Я не уверена, что это так. Может, я ошибаюсь! Если дело во мне, то я не понимаю, когда я его спровоцировала. Где я могла ошибиться, Драко? Я смотрела на него с надеждой, что он что-нибудь сможет объяснить. А он смотрел на меня, видимо, пытаясь это сделать. Мы молчали. Это становилось в тягость. В конце концов Драко сказал:  — Возможно, ты права. Она могла его навести на размышления о тебе. А ему нравились твои слова о нас, твои поступки. Да и то, как ты выглядишь сейчас. Ты… очень привлекательна. Почувствовала, как краснею. Драко улыбнулся, он с такой нежностью смотрел на меня.  — Я отправила Миллене сову. Но она не ответила. И сегодня в парке не появилась. Если и завтра не придёт, тогда, не знаю, что и делать, что думать. Хоть на самотёк всё пускай.  — Придётся, — пожал он плечами. — Но, как ты будешь с ней говорить? Думаешь, она станет слушать?  — Если Рон ей небезразличен, надеюсь, что послушает. Ей теперь придётся за него бороться… с ним самим. Если я права, конечно. Может, ничего у меня не выйдет.  — Пытаться надо, я согласен. Только, не опасна ли она? Может, тебя подстраховать?  — Ну, знаешь! — начала сердиться я.  — Ладно, ладно! Я не думаю, что она будет глупости делать в общественном месте в магловском районе.  — Я тоже на это надеюсь, — вздохнула я. — Ну, вот. Я тебе всё рассказала.  — И что? Страшно было? Думала я его в Азкабан упрячу или превращу в диванную подушку? Я усмехнулась.  — По правде говоря, я этого не исключала.  — Я так и понял. Но ты, наверное, была права, что не сказала сразу. Я мог бы вспылить. Видел, что ты боишься. Пришлось взять себя в руки и быть готовым ко всему. Нет, я его вполне понимаю.  — Ох, Драко! Ну, что ты говоришь? Это такая проблема, а ты насмехаешься.  — Да, в том-то и дело, что мне не до смеха. Я серьёзно. Но хорошо, что мы в курсе. Можем, хоть как-то, контролировать ситуацию. Может, и ему это на пользу пойдёт.  — В чём тут польза?! — возмутилась я.  — Ну, во-первых, он доучится! Я закатила глаза.  — Он не хочет быть мракоборцем.  — Не важно. Образование ещё никому не вредило. Во-вторых, если его подруга включит голову и прекратит ревновать, они могут быть счастливы.  — Думаешь? — с надеждой спросила я.  — Почему бы и нет. Главное, чтобы ваш с ней разговор состоялся, и ты смогла её вразумить.  — Да, из-за предвзятости, может, и не захотеть слушать. Вообще, она всегда производила впечатление умной девочки, хоть и немного импульсивной.  — Не будем торопить события, — Драко встал с кресла, я тоже. Он подошёл и обнял меня, поцеловал в висок. Мне стало так легко на душе!  — Я так рада, что всё тебе рассказала, — прошептала я.  — Надо иногда приклеивать тебя к креслу, — усмехнулся он.  — Нет, надо просто говорить нужные слова…  — Тааак, и какие же попали в цель? — он был очень заинтересован. Я подняла голову, посмотрела ему в глаза.  — Что недоверие разрушает любовь. Драко медленно наклонился и резким движением впился в мои губы. Я вздрогнула от неожиданности! Голова закружилась. Он с таким голодом целовал меня, что не сдерживал стонов. Я до этого ещё сомневалась, но в эту минуту решилась.  — Драко… — прошептала я. — Мне уже можно.  — Что? — не прерывая жарких поцелуев, шепнул он.  — Мы можем пойти в спальню. Его нос касался моего, и губы моих, а глаза были всего в одном дюйме. Они сияли, как алмазы.  — Что же ты молчала! — выдохнул он, подхватывая меня за бёдра и поднимая вверх. Я обхватила его ногами и мы уже в спальне. Он сел на кровать и торопливо расстёгивал пуговицы на моей рубашке. Я ничего не могла сделать, лишь поглаживать его плечи. Как же я истосковалась! Было так волнительно! Не будет ли мне больно… Драко, вдруг, остановился, немного откинулся назад и смотрел на меня так, как будто не верил своим глазам.  — Ты только посмотри на это… — прошептал он.  — Что? — улыбаясь спросила я. Он с трудом оторвал взгляд от моей груди и посмотрел в глаза.  — Это заклинание какое-то? У тебя потрясающая грудь! — простонал он.  — Это Грейнджи! — усмехнулась я.  — Спасибо, Грейнджи! — прошептал Драко, а я засмеялась запрокидывая голову. Это был самый потрясающий комплимент в моей жизни! И смех превратился в стон. Драко с упоением ласкал мою грудь, впиваясь в неё со стонами, шумным дыханием, а я почти кричала от блаженства. Так хотелось его ближе. Ещё ближе.  — Драко, подожди. На тебе слишком много одежды, — с улыбкой прошептала я. Он опрокинул меня на кровать и за считанные секунды разделся, стянув и с меня то, что оставалось. Я лежала на кровати и не могла глаз от него отвести. Не видела его обнажённым так давно! Какой же он красивый! А он смотрел на меня сверху с таким восхищением, как никогда прежде.  — Моя женщина, — выдохнул Драко. — Как ты прекрасна!  — Иди ко мне. Я так соскучилась! — прошептала я. Он скользнул ладонями по моим бёдрам, к животу, груди, обнял моё лицо, коснулся моих губ. Сколько же месяцев я не чувствовала его тепла так близко. Гладкости его кожи. Наконец-то я обнимаю его всем-всем своим телом.  — Драко, мне страшно. Я не знаю… — шепнула я.  — Не бойся, я осторожно, — шептал он, целуя моё лицо, губы, шею. Так бережно, чутко. Чувствовала, что он всё ближе, жарче. Медленно, плавно. Я вздохнула. Он застонал, движение, ещё, ещё…  — Моя маленькая… — вздыхал он. — Моя сладкая. Моя девочка. Так медленно, нежно. Это был восторг!  — Драко! Ещё! Ещё! — вплетала пальцы в его волосы, притягивая ближе, обнимая, лаская спину, впитывая его силу. Боже! В нём столько мощи — дикой и в то же время податливой. Хотелось касаться его лица, губ, ресниц. Он так близко. Чудесное ощущение свободы и полного подчинения… ему. Это было, как первый раз! Необыкновенно, чувственно. Мне казалось, что я взлетала высоко-высоко, а потом стремительно неслась вниз, и его шёпот растворял все мысли, оставались только чувства. Его движения размеренные, плавные, его руки, поцелуи. Я не помнила себя. Разрядка была мягкой, как будто тёплый поток разлился внутри, согревая всё тело сладким томлением. Я вздохнула, прогнулась, впиваясь пальцами в подушки. Ещё два глубоких движения. Его стон. Драко обнял меня, прижавшись всем телом к моему. Выдох… И он лёг на спину, увлекая меня за собой. Прижалась к его груди, слушая сердце. Удары. Грохот его сердца. Чувствовала, что проваливаюсь в сон, а Драко ласкал мою спину, плечи и шептал что-то. «Гермиона», «счастье», «нежность», «люблю», «всегда», «моя»… «Я люблю тебя… Драко!»