Тайны дневника Гермионы

24 Февраля. Тот день прошёл очень странно. Это действительно странно, что я проспала завтрак, никто даже не подумал меня разбудить. А когда проснулась, ощутила непривычный покой на душе. Мне никуда не надо. Вообще! Ни в мастерскую, ни в Министерство, ни бежать по магазинам или торопиться что-то приготовить. Я лежала в большой королевской кровати Драко полностью свободная от всего. Повернувшись на бок, уставилась в окно и просто лежала так долго-долго. Знала, что Грейнджи, наверняка, давно накормлена и играет вместе с Лео и Орионом, скорее всего под присмотром их няни, а может быть рядом Пэтти, хотя в это время с ними может быть и Нарцисса. Какая-то необъяснимая пустота. Можно было бы вернуться домой, но мне и этого не хотелось. Я же помнила, что сама лично дала слово свёкру, что мы обязательно обсудим его предложение все вместе. На душе начали скрести кошки. Я чувствовала себя абсолютно уверенной. Не для того я отказалась от работы, чтобы снова оказаться в гуще событий. Мне хочется остаться со своими любимыми наедине, и точка. Если Люциус хочет услышать это ещё раз, что ж, пожалуйста. Главное, не перегнуть палку, донести свою позицию мягко и спокойно. Лишние нервы ни к чему. Ощутила укол совести. Что, если Люциус и правда совершенно искренне желает Грейнджи и мне только лучшего, а я накинулась на него, как на последнего эгоиста. Да даже если это и так, не подобает вести себя таким образом. Неприятно было вспоминать вчерашний вечер и своё поведение. Так сама себя довела, что пришлось Релаксио применять. Это недопустимо. Постаралась взять себя в руки немедленно. День начался, и я должна встретить его достойно. Не успела я покинуть комнату, как рядом уже появилась Пэтти, сообщившая, что завтрак готов, и «хозяйка позже ждёт меня в детской». Намёк был совершенно однозначный — завтрак в первую очередь. Не хотелось думать, что мной в этом доме уже начали распоряжаться. Предпочла себя уверить в том, что миссис Малфой заботится в первую очередь о внуке. Что ж… Быстро и неплотно позавтракав в гордом одиночестве в огромной столовой, причём удостоившись места во главе стола, торопилась в детскую. Была уверена, что Грейнджи в комнате мальчиков. Разумеется, где ещё ей быть. С ними всегда весело. Наконец-то оказавшись там, была встречена весёлым визгом малышей. Нарцисса приветливо мне кивнула, а я ей. Братья Драко были очень мне рады. Это просто невероятно, как они всё-таки похожи на него, и чем старше становятся, тем заметнее сходство. Очень красивые мальчики. Орион уже не такой толстячок, как был прежде, они с Лео сравнялись в росте и комплекции, но всё равно не похожи между собой, их невозможно спутать.  — Герми! Герми! — наперебой завопили они, бросаясь ко мне — это было так мило, что у меня сердце замерло. Мальчики обняли меня за ноги, оба прижались к животу лбами.  — Там Эдди, да? — заглядывая мне в глаза спросил Лео.  — Да, дорогой, там Эдди.  — Он брат Грей? Грей. Из уст Ориона это прозвучало так красиво. Почему нет, в конце концов. Мне не нравилось, если моё имя пытались искорёжить. Не знаю, как к этому будет относиться Грейнджи, но, думаю, друзья так и будут её называть. Почти уверена.  — Да. Эдди — брат Грейнджи и ваш племянник. Они оба улыбались, а миссис Малфой не сводила с сыновей умилённых глаз. Грейнджи наконец-то выкарабкалась из игрушечного замка и побежала ко мне.  — Мальчики, — тихо позвала Нарцисса, и Лео с Орионом тут же бросились к ней. Как же я соскучилась по моей девочке! Не передать, как хотелось побыть с ней вдвоём — поиграть, почитать, просто пройтись, держа её за ручку. Миссис Малфой велела одеть сыновей на прогулку.  — Если у вас появится желание, присоединяйтесь, Гермиона, — учтиво произнесла она. Вообще это такая интересная черта леди Малфой. Кажется, когда она хочет сохранить официальное общение, обращается ко мне на Вы. Если беседа становится более доверительной, то на Ты. Знаю, какой внимательной и сочувствующей она может быть, но иногда словно закрывается по непонятным мне причинам. В тот момент мне показалось, что она будто почувствовала меня, моё желание остаться наедине с дочкой, и всё сделала для этого. Они быстро ушли, мы посидели в детской. Грейнджи, разумеется, устроила мне своё любимое чаепитие с игрушечными пирожными и фруктами. Я причесала её так, как мне нравится — переместила хвостики ниже, чтобы чуть волнистые кончики её белоснежных волос лежали на спинке и не лезли в лицо. Потом мы бродили по дому. К своей досаде я с каждым сделанным шагом всё яснее осознавала, что это — её дом. Она знает здесь все коридоры, все комнаты. Грейнджи входила туда, куда хотела без препятствий. Малышка искала дедушку. Открывая двери она заглядывала внутрь и звала: «Деда Юцис». Раньше для неё на первом месте был папа. Конечно, когда Драко рядом, она не может от него оторваться, но это теперь кажется совсем не так, как в начале. Она искала дедушку. Очевидно сегодня он с ней не виделся, и я много-много раз повторяла, что дедушка Люциус в мастерской и у него много работы, но вечером он обязательно придёт. Пока мы собирались на прогулку, я всё думала, как проходит первый день в мастерской без меня? Уверена была, что на самом деле всё хорошо. Что должно было измениться? Но какая-то тоска всё равно сжимала сердце. Весна всё ближе. Она уже витает в воздухе. Зима выдалась какой-то совсем не снежной. Последние несколько дней даже дождей не было, и в саду поместья очень даже приятно находиться. Сквозь затянутое серой пеленой небо проглядывало слабое солнце. Зима ещё владеет землёй, но ощущение приближающегося пробуждения природы бодрит. Мы не спеша шли по дорожке, Грейнджи знала, куда меня вести. Как же приятно держать её за ручку! Удивляюсь, как быстро растут наши малыши. Вскоре она привела меня на красивую детскую площадку. Я была очень удивлена, в прошлом году её не было. Как же давно я здесь не была. Похоже, после дня рождения Грейнджи Малфои решили устроить детям настоящий уголок для игр на воздухе. Красивые резные деревянные домики, беседка, качели, карусели, горки и лесенки. Мальчишки с восторгом и визгом лазали и носились по площадке. Я всюду следовала за дочкой, потому что и ей очень хотелось залезть везде и всюду. Миссис Малфой сидела на скамейке, покрытой тёплым пледом, а няни непрестанно следили за Лео и Орионом. Когда Грейнджи набегалась, всеми силами стараясь догнать дядюшек, что ей совсем не удавалось, забралась на качели. Раскачивая её вперёд-назад, услышала приближающиеся лёгкие шаги. Обернувшись, встретилась со спокойным, доброжелательным взглядом Нарциссы.  — Ты ещё не была здесь, верно? — уточнила она.  — Да, площадка прекрасная. Ребятишкам очень нравится, — улыбнулась я.  — Видела бы ты, что тут вытворяют Дельфи и Тедди.  — Могу себе представить. Наверное, болтаются вниз головой.  — Примерно, — сдержанно усмехнулась она. — Как ты себя чувствуешь? Всё-таки сегодня особенный день…  — О, всё прекрасно! — улыбнулась я. — Конечно, немного волнительно, но я уверена, мистер Малфой отлично справится. У него огромный опыт… Нарцисса опустила глаза. Подавила вздох.  — Это так, да. Но… вы же знаете, сколько лет он был без дела. Даже его Исследовательский Центр был скорее… просто зданием.  — Но ведь Теодор и все ребята работали.  — О, это было лишь одно название, — печально улыбнулась она. — Работа была только у мистера Нотта, остальные просто… находились там, — Нарцисса взглянула мне в глаза. — Только с вашим приходом в Центр началась его новая жизнь. Появился какой-то смысл. С того страшного происшествия… в Отделе тайн, когда Люциус был арестован, — она снова вздохнула, — все его труды, все планы, достижения — всё пошло прахом. Больше пяти лет полного забвения. Знаю, я уже повторяюсь, но мы так признательны, Гермиона, что вы вернули его к жизни. Даже дети не дали ему того стимула, что был необходим. Мужчина должен быть нужен, востребован, полезен, иначе всё для него теряет смысл.  — Это и его детище, мадам, — улыбнулась я. — Эта мастерская — плод его трудов. И давайте не будем к этому возвращаться. Грейнджи тем временем накачалась и решила отправиться к дому. Подходило время обеда, и было видно, что и мальчики уже утомились.  — Какая чудесная площадка, — заметила я, пока мы с Нарциссой не спеша прогуливались по дорожке. — Почему раньше такой не было, ведь Драко…  — Люциус никогда не хотел, чтобы Драко развлекался, — тут же ответила она. — Обучение, тренировки, чтение — это всё, чего он требовал от старшего сына. У меня по спине почему-то прошёл холодок.  — Но неужели он не играл, не общался с друзьями? — несмело уточнила я.  — Всё было в рамках традиций. Отец настаивал, чтобы они занимались серьёзным делом, потому в детстве мальчики собирались редко. Самое несерьёзное, что они могли, это учиться летать на мётлах. Грегори и… Винсент… — она помедлила немного, — Драко помыкал ими, но назвать друзьями их было трудно. С Блейзом и Теодором Драко тоже мало общался, только на последних курсах. Но тогда в развлечениях и не было нужды.  — Но тогда почему… — начала я.  — Это всё для внучки, — ласково улыбнулась она. — Уверена, Люциус и не подумал бы строить площадку для сыновей. Он и сейчас требует как можно больше уделять внимание их обучению. Но им повезло, — она немного повеселела, — их двое, и они ужасные непоседы. Энергия хлещет просто фонтаном. Если не давать им возможность носиться и шуметь, не представляю, как можно будет организовать их на занятиях. Драко был намного спокойнее и покладистее.  — Надо же, — усмехнулась я. — Это удивительно, узнавать такие подробности спустя столько лет. Значит, Драко не был непоседой?  — О, Драко с младенчества был слишком взрослым. Возможно, дело именно в требовательности отца. С Лео и Орионом он ведёт себя намного мягче.  — Да, я замечала, — кивнула я.  — Уверена, это очень хорошо для сыновей. Юная леди Грейнджи Вирджиния немного растопила его сердце, — Нарцисса с нежностью посмотрела на внучку. — Она наше маленькое солнце. Огонёк добра и света, которого так нам не хватало. Когда родится Эридан Драко, наша семья станет по-настоящему полной. Я так рада, что вы сейчас здесь. Вы ведь дождётесь возвращения мистера Малфоя?  — Конечно. Я знаю, как для него важно общение с Грейнджи. Но потом, думаю, мы вернёмся в Лондон.  — Разумеется, — улыбнулась Нарцисса. — Драко утром предупредил. Мы пообедали все вместе. Это было как-то по-особенному тепло и уютно. Ощущается, насколько всё-таки присутствие мужчин влияет на обстановку. Мне было намного легче и мы со свекровью успели обсудить подарок Падмы к рождению Эдди. Нарциссе очень понравилась идея с морской тематикой, и она выразила надежду, что мисс Патил воплотит свою задумку в полной мере. Потом мы разошлись по комнатам, укладывать малышей спать. Я долго сидела у кроватки Грейнджи тихонько напевая ей нашу с Драко песню. Ну, то есть как, напевая — певица из меня никудышная, но промурлыкать мелодию песни Шарля Азнавура, в принципе, могу. Всякий раз, когда её вспоминаю, возвращаюсь в нашу волшебную зеркальную комнату, слышу приятный нежный голос мужа, напевающий по-французски. На душе становится так томительно тепло и сладко, а перед глазами его ласковый взгляд, движения губ, лёгкая улыбка. Это похоже на сон. Удивительный, прекрасный сон. Я чувствовала себя счастливой. Грейнджи давно заснула, а я всё сидела рядом, держа её маленькую ручку, любовалась ею. Неужели теперь я могу быть рядом всё время? Эта мысль окутывала беспрерывно, и я словно не верила в это. Я снова буду встречать Драко после его службы вкусным ужином, снова буду печь его любимый яблочный пирог, не отлынивая. Мне уже сейчас хотелось вернуться домой, избежать «семейного совета». Но разве это было возможно? Мне не хотелось бы огорчать любящего дедушку, особенно после разговора с Нарциссой. Это было бы крайне эгоистично, теперь уже с моей стороны. Оказавшись в комнате Драко, хотела почитать, но на душе было немного тревожно. Испытывала непреодолимое желание проконтролировать мастерскую. Знаю, теперь это не моё дело, но разве возможно просто отпустить то, чем была занята столько времени, что стало для меня смыслом жизни на долгое время. И я решила, спустя некоторое время размышлений, связаться с мистером Малфоем. Вызвав его через Кристалл связи, ждала некоторое время. Возможно, он был занят, но мне кажется, он не решался говорить со мной. Я уже начала волноваться, когда он наконец принял вызов.  — Добрый день, миссис Малфой, — официально поздоровался он.  — Добрый день, — выдохнула я, постаралась улыбнуться. — Как обстановка, мистер управляющий?  — О, всё в полном порядке, — он прилепил свою неискреннюю дежурную улыбку, и я поняла, что совершенно от этого отвыкла, ведь в последние месяцы он вёл себя как-то более открыто со мной. Стало ужасно неловко. Даже не знала, как выйти из этой ситуации. — Как вы себя чувствуете, — внезапно спросил он, и его взгляд стал немного напряжённым, — как мой внук?  — Всё хорошо, сэр. Я… — внутри как будто что-то обрушилось, и меня понесло: — Я прошу меня простить, вчера я была чрезмерно резка…  — О, нет-нет! — тут же как будто заволновался он, потом настойчиво заговорил: — Прошу, не извиняйтесь! Успокойтесь, вам нельзя волноваться. Было не время и не место для подобных обсуждений. Я даже не был удивлён вашей реакцией. Вы устали, я немного утомился. Вы вспылили, я был нетерпелив.  — Спасибо, сэр… — немного растерянно ответила я, чувствуя, что его слова и правда немного успокоили.  — Но тем не менее, — усмехнулся он, — я намерен продолжить обсуждение, надеюсь, вы предоставите мне возможность?  — Конечно, — вздохнула я. — Полагаю такие вопросы, действительно, нужно обсуждать на свежую голову. Полагаете, вы вечером будете в состоянии?  — Разумеется, — дёрнул он плечом. — Я не намерен так просто сдаваться, — усмехнулся он.  — Ваша настойчивость поражает, — улыбнулась я. — Что ж, раз в мастерской всё в порядке…  — Абсолютно. Все на местах, работа кипит. Наши иностранные гости всё ещё под впечатлением и за дело боятся браться, но всё впереди, вы же понимаете.  — Спасибо, сэр. Я очень рада, что вы этим занимаетесь. Он сдержанно улыбнулся.  — До вечера, миссис Малфой. Я закрыла портал. День прошёл как-то незаметно, спокойно и приятно. Миссис Малфой старалась быть учтивой, ненавязчивой, но доброжелательной. Это даже трудно назвать стараниями. Она просто была собой — сдержанной леди Малфой, и надо признать, мне не было тягостно. И всё же, с приближением вечера, становилось всё тревожнее. Была уверена, что опять придётся, как это часто бывает с мистером Малфоем, чуть ли не с пеной у рта доказывать верность своей позиции. Не хотелось этого. Хорошо, что детские игры хорошо отвлекали от неприятных мыслей. Около половины седьмого, как всегда с небольшим опозданием, появился Драко. Очевидно он искал нас сначала в комнате Грейнджи и, как всегда, заглянул в детскую братьев наигранно испуганно. Сначала появилась его светлая чёлка, потом один хитрый серебристый глаз. Я улыбнулась и взглянула на мальчиков. Орион заметил его уже через пару секунд.  — Драко! — закричал он, и они с Лео тут же кинулись к двери. Он тут же выскочил им навстречу и набегу подхватил обоих под мышки.  — Попались, разбойники! — засмеялся он. Поднялся визг и хохот. От них просто невозможно было глаз отвести. Самые красивые мужчины на свете! Нарцисса светилась, как яркая звезда на небосводе. Что может быть чудеснее на свете для женщины, чем её дети — её сыновья. Грейнджи не решалась замеситься в эту кучу малу. Она хлопала в ладошки и пищала: «Папа! Папа!» Драко поставил братьев на пол и подхватил на руки Грейнджи, подбросил её в воздух, малышка взвизгнула, чем вызвала испуганный возглас Нарциссы.  — Сынок, умоляю, осторожнее! — выдохнула она. Драко рассмеялся, я тоже улыбнулась.  — Грейнджи, давай покажем бабушке наш полёт! — весело заявил он.  — Ох, нет, уволь, милый! — с огромными глазами, схватившись за сердце, проговорила она. Кажется такого выражения ужаса я и не видела на её лице. — Знаю, это ваша обычная игра, но я каждый раз готова умереть…  — Брось, мам! — простонал Драко, подходя к ней и целуя в щёку. Потом он расцеловал щёчки Грейнджи.  — Моя самая сладкая принцесса! — сквозь зубы процедил он, как будто был готов зацеловать её до беспамятства. Грейнджи весело смеялась, обнимала его за шею и тоже пыталась поцеловать, смешно раскрывая ротик и громко чмокая, куда придётся. Казалось, Драко просто сознание потеряет от нежности. Не могла ими налюбоваться. Он не сводил с меня игривых глаз. Обычно мы не афишируем свои отношения при его родителях. Максимум, что он может сделать — немного приобнять меня, поцеловать в висок, что он и сделал, когда я поднялась с кресла и подошла к ним. Грейнджи, как всегда обняла наши головы. От Драко всё ещё пахло городом, очевидно он провёл много времени в Лондоне, возможно, даже в центре.  — Как ты? — с нежностью спросил Драко. — Как день прошёл?  — Всё хорошо, — улыбнулась я. И уже примерно через десять минут появился и мистер Малфой. Я ещё ни разу не видела, как его встречает семья, когда он возвращается домой. Нарцисса сразу же взяла младших сыновей за руки и направилась к мужу. Драко и Люциус переглянулись, кивнули друг другу. Лео и Орион чинно подошли к отцу, не то что неслись к старшему брату.  — Добрый вечер, мальчики, — серьёзно произнёс отец. — Как вы сегодня вели себя?  — Хорошо, — произнесли они, чуть ли не в один голос. Он милостиво погладил каждого по голове, затем подошла Нарцисса и он, склонившись, почтительно коснулся губами её руки. Для меня так было странно и удивительно видеть такие церемонии. Но тут Грейнджи, всё это время рвущаяся с рук папы, потеряла терпение.  — Деда Юцис! — прокричала она, протягивая к нему ручки.  — Ты дождалась дедушку, сердце моё… — сдержанно улыбнулся он, направляясь прямо к ней.  — Я определённо ревную! — во все зубы улыбнулся Драко, вручая наше сокровище тут же растаявшему дедушке. Самое интересное, что Лео и Орион, судя по всему, не испытывают никакой ревности. Они нисколько не претендуют на ласку отца. Нарцисса с трудом сдерживала улыбку, норовящую озарить лицо. Но нет, ей отлично удаётся сохранять спокойствие.  — Ни к чему, — бросил Люциус, нежно прижимая внучку к своей груди, а Грейнджи так же трепетно обняла его за шею и положила головку на плечо. — Ты уже взрослый мальчик, — усмехнулся Люциус, — поздно лезть к папочке на ручки. Драко расхохотался, запрокинув голову.  — Вообще-то я имел в виду дочь, — весело пояснил он.  — О, в самом деле?! — сделав вид, что удивился, ответил Люциус. — Не будь таким собственником. Как прошёл твой день, сердце моё? — тихонько обратился он к внучке, и Грейнджи, поднявшись, посмотрела ему в глаза. — Ты гуляла, моя королева? Она кивнула в ответ.  — А с дядюшками играла? — она снова кивнула. — Ты моя умница. Люциус поцеловал её в щёчку, и Грейнджи с улыбкой вжала голову в плечики, очевидно за день дедушка стал достаточно колючим. Затем он вдохнул поглубже.  — Что ж, полагаю, вы не собираетесь оставаться здесь, — мы с Драко переглянулись. — В таком случае, предлагаю обсудить всё за ужином, чтобы не терять время. Миссис Малфой, надеюсь, вы хорошенько обдумали моё предложение. Все взгляды сосредоточились на мне. Я уже была готова выдать тираду, когда появилась Пэтти и молча замерла у входа, дожидаясь разрешения сказать.  — Вот и ужин, — объявила Нарцисса. В столовой мы некоторое время были заняты едой. В самом деле, мужчины были голодны, решать что-либо на голодный желудок, чревато повышенной нервозностью обстановки. Было очевидно, что миссис Малфой озадачена. Кажется, она до сих пор не совсем понимала, о каком предложении шла речь. Наконец Люциус устремил на меня требовательный взгляд.  — Сэр, я не думаю, что со вчерашнего дня что-то изменилось, — немного нерешительно начала я. — Честное слово, я думала об этом весь день, и… ваше предложение во многом очень рационально…  — Я прошу прощения, — выдохнула Нарцисса, — о каком предложении идёт речь? Рабочие вопросы?  — Нет, дорогая, — устало протянул Люциус. — Мы обсуждали возможность переезда наших детей в этот дом. Нарцисса с трудом сделала вдох, поймала ртом воздух, немного растерянно, даже виновато взглянула на меня.  — Люциус, — нерешительно начала она. — Но мы ведь хотели… повременить…  — Дорогая, не драматизируй, — отмахнулся он и снова обратился ко мне. — Подумайте, Гермиона. Вы собираетесь в течение всего дня находиться в одиночестве в центре Лондона с маленьким ребёнком на руках. Признайте, вам и так уже… тяжеловато, а Грейнджи ребёнок активный. Что, если вам станет трудно справляться, если что-то случится…  — Сэр, — собрав всё своё терпение в кулак, отвечала я. — Во-первых, у меня в запасе ещё не меньше месяца, даже, возможно, чуть больше. Во-вторых, я ведь не напрасно потратила столько месяцев на разработку Кристалла связи. Я могу связаться с кем угодно, начиная с друзей, заканчивая доктором Брауном. У меня есть возможность связаться с Драко, с миссис Малфой и с вами, с моими коллегами и так далее. Неужели во всей Британии не найдётся человека, который придёт мне на помощь в случае чего.  — Но ведь этого можно просто избежать! — настаивал он.  — Отец, — тут же вмешался Драко. — Мы самостоятельные люди, отделившиеся уже достаточно давно. Мы справлялись раньше, справимся и теперь.  — А Грейнджи? — убедительно бросая взгляд на внучку, говорил он. — Вы не подумали, что ребёнок привык здесь находиться за полгода. Здесь её дом, её друзья, все условия для спокойной жизни…   — И, разумеется, дедушка! — беззлобно усмехнулся Драко. — Отец, всем известно, почему это для тебя так важно.  — Драко, ты меня поражаешь! — возмутился Люциус, чуть повысив голос и отклоняясь на спинку стула. — Почему ты во всём пытаешься узреть мою выгоду? Твоей жене может стать плохо! Тогда пострадает и она, и мой внук, и внучка! Да — моя выгода велика! Моя семья мне небезразлична!  — Сэр, — смущённо заговорила я. — Вы абсолютно правы, — у него даже лицо вытянулось от удивления. У Драко тоже. — Вы правы, но есть много «но». Я вчера перечислила вам все минусы нашего пребывания здесь. Вся наша самостоятельность пойдёт нюхлеру под хвост, понимаете? Я бы не хотела обременять миссис Малфой…  — О, Гермиона, прошу! — тут же вступила в разговор Нарцисса. — Вас это совершенно не должно беспокоить.  — Но меня беспокоит! — настаивала я. — Не может быть в одном доме двух хозяек. Так же, как и двух хозяев? Мы, живя здесь, откатимся в своей самостоятельности на несколько лет назад, и неизвестно, насколько это продлится. Я не могу на это пойти.  — Я абсолютно согласен, — поддержал меня Драко. — Отец, я понимаю, традиции нашей семьи всегда были незыблемы. Начиная с моего ухода из этого дома, всё изменилось. Это уже нельзя перекроить.  — Драко, прошу тебя, рассуди здраво. Случись что, а твоя жена одна, и рядом маленький ребёнок — беспомощный! Вчера я был рядом и смог тебя позвать…  — Вчера? — Нарцисса побледнела. — А что было вчера?  — Мадам, это был просто тонус… — вздохнула я.  — Но это же очень серьёзно! — начала возмущаться она. — Почему я осталась в неведении? И она настойчиво взглянула на мужа.  — Дорогая, мы потом это обсудим, — нервничал Люциус. — Драко…  — Отец, мы найдём выход, — жёстко ответил Драко. — Я очень признателен за твою заботу, это весьма… неожиданно и приятно. Но пока мы не готовы принять такое решение. Как же я была благодарна за его чёткую и уверенную позицию. Люциус недовольно барабанил пальцами по столу, не сводя глаз с Грейнджи, которая уплетала овощное пюре и была похожа на маленькую зелёную брокколи. Я тут же вытерла её салфеткой. Мне было неловко. С одной стороны, я понимаю все опасения свёкра. С другой, не хочу быть запертой в клетку без права на свою собственную самостоятельность.  — Сэр, — снова начала я. — Я уверена, что мы сможем найти какой-то компромисс. Я позабочусь о том, чтобы находиться в безопасности. Между тем, вас ведь беспокоит… Грейнджи. Если вы хотите, мы будем привозить её на выходные. Уверена, это всех устроит, ведь в будние дни вы всё равно будете находиться в мастерской. Да, вы не будете видеться с внучкой по вечерам, но ведь вам и раньше не часто удавалось…  — Разумеется, — гордо приподняв подбородок, ответил Люциус. — Вы родители — вам решать. Я подчинюсь беспрекословно. Я думала, что у меня отвисла челюсть, даже проверила на всякий случай.  — Если захотите, можете навещать Грейнджи у нас среди недели. В любое время. Уверена, можно найти подходящий момент.  — Конечно, — так же спокойно кивнул он. Мне даже не по себе стало. Это здравомыслие возобладало или уязвлённая гордость?  — И всё же, — неожиданно ласково заговорила миссис Малфой, — вы должны помнить о том, что мы — ваши родители. Мы всегда рядом и готовы принять вас в любую минуту, чтобы ни было. Гермиона. Я понимаю, это трудное решение, и всё же, не отвергайте нашего предложения окончательно и бесповоротно. Пусть это будет запасной вариант, хорошо? — улыбнулась она. — Если сейчас Гермионе будет спокойнее остаться наедине с дочкой и мужем, пусть так и будет. Главное, как можно меньше волноваться. Может быть, потом вам захочется что-то поменять. Возможно, всем нам будет непросто, но мы ведь семья…  — Спасибо, мама, — улыбнулся Драко.  — В самом деле, — тихо ответила я. — Я так признательна за вашу заботу и внимание. Обещаю, что обращусь обязательно, если это понадобится. Обещаю.  — Ну, хоть так! — выдохнул Люциус. В дальнейшем он был вежлив, почти холоден, но когда прощался с Грейнджи, я думала, у меня сердце разорвётся. Он несколько минут сидел с ней в гостиной пока мы одевались, тихо разговаривал с ней. А потом, выйдя в холл, прижался щекой к её волосам, отвернулся, не желая показывать свои чувства, прошептал: «До встречи, сердце моё». А потом, быстро передав Грейнджи Драко, кивнул нам и быстро направился в свой кабинет. Наверное, я разволновалась больше, чем мне бы того хотелось. Нарцисса подошла ко мне, бережно положила руки на плечи, сдавила немного и ласково улыбнулась.  — Гермиона, не переживай! — настойчиво произнесла она. — Мы прекрасно понимаем твоё решение. Ты тоже права. Главное — не волнуйся, береги малышей. Но я хочу тебе напомнить, что Пэтти всегда готова перебраться в ваш дом. Если тебе понадобится помощь, только позови.  — Спасибо вам огромное, — вздохнула я, была растрогана до глубины души. — Я уверена, что всё будет хорошо, но в случае чего… Она кивнула, и мы наконец отправились в путь. Всю дорогу молчали. Это было немного странно. Почему-то думала, что обсудим все обстоятельства уже по пути, но Драко, был другого мнения. Казалось, он совершенно спокоен. Грейнджи смотрела в окно или играла со своими игрушками. Не хотелось при дочке выяснять причины его молчания. Уже ближе к ночи, укладываясь спать, я всё же решилась нарушить эту тишину.  — Ты ведь не согласен со мной, верно? — нерешительно спросила я, ложась на его плечо. — Почему промолчал? Он глубоко вдохнул, поцеловал меня в висок и тихо заговорил:  — Гермиона, ты ведь знаешь, я не хочу спорить с тобой при родителях, тем более, знаю насколько ты бываешь… настойчивой.  — Упрямой, ты хотел сказать, — усмехнулась я, стараясь подавить лёгкую обиду. — Я хотела бы знать твоё настоящее мнение. Он подумал немного.  — Знаешь, после вчерашнего, не уверен, что это нужно.  — Драко, ну пожалуйста! — простонала я, поднимаясь и глядя на него сверху. — Для меня это важно! Я думала, мы всё решаем вместе!  — Конечно вместе, мой маленький деспот! — широко улыбнулся он.  — Драко! — возмутилась я, шлёпая его ладонью по плечу.  — Вот, уже и рукоприкладство, — засмеялся он.  — Давай по-честному! — взмолилась я. — Считаешь, мы должны переехать в дом твоих родителей? Ты серьёзно? Он вздохнул, бережно погладил мой животик, задержал на нём ладонь.  — Отец прав, согласись. Ты уже не в том положении, чтобы рисковать. В доме родителей безопасно. Рядом с тобой всегда кто-то будет. А здесь ты совершенно одна. Ты это понимаешь?  — Понимаю… — вздохнув, понурилась я. На душе стало тревожно.  — В то же время, я понимаю, насколько для тебя важно сейчас остаться в этом уединённом мирке, где ты сможешь думать только о себе, о сыне, погрузиться в этот волшебный мир своей собственной семьи, я ведь прав?  — Абсолютно, — с благодарностью улыбнулась я.  — А там, ты только и будешь думать о том, как вести себя с моей матерью, с отцом, тут же мои братья, эльфы, столько раздражающих моментов. Я понимаю, как тебе хочется всего этого избежать. Я совсем не беру в расчёт желание отца ежедневно видеть внучку. Это вообще сейчас не имеет значения, хоть и важно по-своему. Это твоё время. Ты имеешь право распоряжаться им так, как ты этого хочешь. Для всех нас важно, чтобы тебе было комфортно. Ведь так?  — Спасибо! — выдохнула я, порывисто наклоняясь, целуя его в губы, тёплые, такие нежные. Сердце замирало от переполнявших чувств. Драко ласково меня обнял, привлёк к себе, я легла на его плечо. — Ты не представляешь, как для меня важны твои слова.  — Я хочу, чтобы ты была в безопасности, чтобы ты… была по-настоящему счастлива, — шептал он. — Ведь у тебя осталось совсем немного времени, чтобы насладиться моментом, когда внутри тебя новая жизнь, а рядом самые близкие, — он ласково поглаживал мою спину, и было так хорошо и спокойно на душе. — Конечно, я буду тревожиться, как ты тут одна. Но я уверен, ты позовёшь, если что.  — Конечно, ведь мы теперь всегда на связи. Как вовремя всё правда? — улыбалась я.  — Не то слово, — я слышала, что он улыбается в ответ. — Ты всё успела — и кристалл связи создать, и производство запустить, и сына зачать…  — Это кое-кто очень хорошо постарался, — усмехнулась я.  — О да! Трудился не покладая…  — Драко! Мы рассмеялись. Как же я рада, что всё решилось, и теперь я дома. Всё идёт своим чередом. Я начинаю готовить комнату сына. Падма со мной связывалась, спрашивала, какие у нас планы, и когда она сможет приступить к работе в детской. Так что уже завтра в нашем доме начнёт твориться волшебство. Единственное, что несколько омрачает моё настроение, это Люциус. Грейнджи каждый день вспоминает о нём. «Деда Юцис». Я слышу эту фразу по десять раз на дню, и каждый раз обещаю дочке, что скоро мы поедем к дедушке. Через четыре дня. Через три. Два. Честно говоря, почему-то, надеялась, что он будет хотя бы на связь выходить, интересоваться, как она себя чувствует без него. Но я забываю, похоже, что это — Люциус Малфой. Ему гордость ни за что не позволит это сделать. Не стану же я ему навязываться и просить общаться с внучкой. Приглашение было чётким и ясным — в любое время, но он не спешит им воспользоваться. С одной стороны, уже сама жду этих выходных, чтобы Грейнджи наконец увидела любимого дедушку, а с другой… боюсь. Не станет ли это самым большим для неё разочарованием, если Люциус проявит свою гордыню снова. Драко считает, что беспокоиться не о чем, как может решение родителей повлиять на его отношение к внучке? Надеюсь, что он прав на все сто процентов. Не хочу думать, что свёкор способен так жестоко мной манипулировать, чтобы заставить принять решение о переезде. Ибо, если это так… он своего не добьётся.