Хватит пялиться!

— Акито-тян, ты с нами? — спрашивает Асуи, собираясь в школьную столовую. Исабуро мешкалась возле своей парты и когда на неё обратили своё внимание, она неловко подняла глаза на подруг. — Нет, сегодня без меня, — улыбается она чуть смущённо. Девочки на неё многозначительно посмотрели, но промолчали, а затем двинулись к выходу. Серо и Денки, чуть медленнее, тоже пошли за ними. Киришима бросил на неё быстрый взгляд. Исабуро достала две коробочки с бенто и на секунду обернулась на задний ряд. Она обычно просто звала Тодороки пообедать вместе, но ещё ни разу не готовила ему бенто. Красный бунтарь поджимает губы от зависти и раздраженно отворачивается, поднимаясь из-за парты. И пока он медлил, неожиданно для него, Исабуро оказывается рядом с ним и ставит перед ним бенто. — Пообедаем вместе? — спрашивает она делано равнодушно и даже не смотрит в его сторону. Киришима подрывается вверх, не мало удивленный и обрадованный такому повороту событий. — Д-да, — мямлит он, заикаясь, а затем резво выдаёт: — конечно! — Чеее?! — воскликнул Денки, поражённой этой ситуацией. Смущённая Акито на световой оказывается возле второй двери, приглашая его за собой, а затем выходит. Киришима не может сдержать довольной, идиотской улыбки, когда смотрит на лучшего друга. — Так нечестно! — продолжает ругаться Каминари, когда красноволосый, не имея права упустить такого шанса, бежит на выход следом за блондинкой. — Почему он? — слышит он плаксивый голос, захлопывая за собой дверь. Исабуро ждала его у двери и когда парень показался, она тут же двинула в сторону лестницы. Киришима довольный и смущенный засеменил за ней следом. Боже, он и мечтать о таком не мог. Мало того, что он будет обедать с Акито, так ещё и ее бенто, приготовленное специально для него! Он что, умер и попал в рай? Пусть вот теперь Тодороки ему обзавидуется! — Куда идём? — задается вопросом Эйджиро, чувствуя, что все ещё просто не в силах сдержать улыбку до ушей. Исабуро косится на него, а у самой щеки предательски краснеют. В такие моменты, она начинает жалеть, что не ходит с распущенными волосами, чтобы скрыть свой румянец. — К автоматам, — размеренно отвечает она, не сбавляя быстрого шага, словно хотела, чтобы этот обед уже поскорее закончился. — С тебя клубничное молоко мне, — говорит чуть тихо, стыдясь просить такое, но Эйджиро без слов запускает руку в карман штанов и достает парочку купюр и монетки. — Договорились, — кивает сам себе, довольный происходящей ситуацией. Он все ещё не мог поверить, что будет сегодня обедать с Акито и угостит ее… клубничным молоком? — Любишь сладкое, Исабуро? — спрашивает чуть лукаво, но в тайне рад узнать о ней что-то новенькое. — Да, — признается, закусив губу. Они сворачивают к лестнице и спускаются в самый низ. — Никогда бы не подумал, — ляпнул он. А когда она выгибает одну бровь, приходится оправдываться: — ты не производишь вид сладкоежки, — и пожимает плечами, неуверенный в своём ответе. — Как и ты — умного человека, — язвит как всегда, и он надувает губы, слегка обидевшись. Она тут же зарделась, бросив на него беглый взгляд. — Прости, я люблю говорить не подумав, — виновато улыбается уголками губ, и строит жалостливый вид. — Я не считаю тебя глупым… Он вскидывает брови, удивленный этой ее стороной, но в следующее же мгновение вновь широко улыбается. — Ничего, все нормально, — и он, не стирая улыбки, выходит вперёд, чуть ли не вприпрыжку. Значит, Акито не такая вредина на самом деле. Она просто не умеет общаться с людьми. — Чего такой довольный? — скептически интересуется и хмурит брови. — Настроение хорошее, — увиливает. У него уже понемногу начинали побаливать щеки, но перестать улыбаться рядом с ней было невозможно. — Дурак, — бурчит она тихо. Киришима лишь прыскает на это. Он не мог поверить, что все это взаправду. И когда они подходят к автоматам, он берет ей клубничное молоко и себе холодный чай. — Ну и куда теперь? — спрашивает, вручая ей ее напиток. Она задумывается, постучав указательным пальцем по нижней губе. — На крышу? — предлагает спустя несколько секунд. — А туда можно? — задается вопросом, но они уже двигаются в сторону лестниц. — Вот и проверим, — она позволяет себе улыбнуться, и ускоряет шаг. — Пошли быстрее! — подзывает его, вырываясь вперёд. Киришима на секунду остановился. Исабуро, оказывается, ещё и авантюристка. А ещё не умеет спокойно ходить. Слишком, наверное, привыкла передвигаться на своей световой. — Подожди меня! — кричит ей вслед, когда она уже скрылась за поворотом. — Ни за что! — Ну держись! — воинственно кричит он, ускорившись. Встретились они на самом верху, на выходе на крышу. Исабуро стояла возле двери, пытаясь отдышаться. Бег по лестнице дался ребятам непросто. — Сколько тебя можно ждать? — подстегивает его, а сама при этом тяжело дышит. Киришима и сам неслабо запыхался. — Я тебе поддавался, — улыбается, глубоко выдохнув через нос. — Да как же, — прыскает, а затем толкает дверь и она поддаётся. Ее тут же ослепляет свет от солнца, а ветер поднимает волосы и колышет юбку. Она воровато проходит дальше и оглядывается. Эйджиро стоял за ней. С дуновением ветра до него долетел ее запах, в миг опьяняя его и окрыляя. Акито была с ним один на один. Настоящая Акито. Веселая и забавная девчонка. Временами грубая, но умеющая и смеяться и улыбаться, а так же мило краснеть. — Че пялишься? — вырывает его из своих мыслей, и он краснеет, потому что он действительно пялился на неё, как ненормальный. — Ничего, — мотает головой, сгоняя румянец, — прости, — она хмыкает ему в спину, когда он идёт к одной из скамеек. — Странно, что здесь никого нет, — она ещё раз оглядывается. — А может, кто-то просто прячется, — заговорщицки шепчет он, присаживаясь. — Делать же кому-то нечего, — не верит она, но садиться рядом. Она забирает у него одну коробочку с бенто и распаковывает. — А разве крыша не место поцелуев? — сдерживая смешок, задаёт утвердительный вопрос. И дальше просто наблюдает за реакцией. Акито сначала хмурит брови. Видимо, обдумывая его слова. Затем краснеет, учитывая, куда она позвала. А потом и вовсе бледнеет. Киришима на секунду подумал, что из неё душа выйдет. — А впрочем, давай есть, — неестественно смеётся он, переводя тему. Быстро распаковывает бенто, берет палочки и отчего-то застывает. Его бенто почти полностью состояло из мяса (как он любит), конечно же, там был рис, совсем немного овощей, и сэндвичи. Все это выглядело чертовски аппетитно, что у него чуть слюни не потекли. — Чего застыл? — А ты случаем, не хочешь меня отравить? — поднимает на неё глаза. — Дурак что ли? — обиженно ворчит она, и принимается кушать. Киришима заглянул в ее бенто и там овощей было куда больше. — Жри давай. — Как мило с твоей стороны, — бурчит он. — Приятного аппетита, — и как только один кусочек мяса оказывается у него во рту, Киришима блаженно растекается. — Как вкуснооо, — счастливо тянет он. — Конечно, вкусно! — Акито все равно почему-то оскорбилась. — Все, молчи, — строго говорит она, заметив, что он хочет ещё что-то сказать. Киришима насупился, но так и поступил. Через 10 неловких минут, Киришима уже умял свой обед, разошёлся в комплиментах и Акито немного раздобрела. Она только доедала, и он решил разрядить обстановку. Киришима смеётся, рассказывая какую-то глупую и нелепую историю. Исабуро зависает напротив, кажется, даже не вслушиваясь в слова. Он замолкает, взглянув на неё. Их плечи соприкасались друг с другом и он через одежду чувствовал тепло ее кожи. Он ещё никогда так близко не ощущал запах яблок. Он их раньше никогда не любил, а теперь они ему кажутся такими сладкими. — Я раньше не замечала твоего шрама, — говорит она тихо, задумчиво. Она невольно потирает нос, на правом крыле которого был незаметный белесый шрам. Но даже его Киришима успел давно рассмотреть. И сейчас было так странно сидеть с ней так близко, а она даже не взрывалась и не просила его не «пялиться». — Как будто тебе было дело, — на выдохе делает весомое замечание, и она мигом переключается на свой обед, полностью игнорируя его. — Я получил его в детстве, — дотронувшись до брови, Эйджиро ностальгически улыбнулся. — Я хотел почесать глаз, но тогда впервые активировался мой квирк, и я рассек себе веко, — рассказывает он, и Акито озадаченно вскидывает брови. — Забавно, — она тут же поджала губы, обозвав себя дурой в мыслях. Ну где же это забавно? — Да, наверное, — легко улыбается, обнажая ряд остроконечных зубов. Интересно было бы их потрогать… В теории, конечно же! — Ты чего? — спрашивает он, заметив, как она затрясла головой. — А я когда узнала о своей причуде, начала солнечными зайчиками слепить других людей и никто не понимал, что происходит, — она чуть улыбается, вспоминая. И Эйджиро смеётся в голос. — Должно быть, это было весело! — Ещё как! — охотно подтверждает и подхватывает его смех своим. Когда они это осознали, то оба замолкли, заливаясь румянцем. Акито думает, что Эйджиро, вполне, неплохой парень. А он в свою очередь задается вопросом про себя, почему она всегда не может быть такой милой. Хотя и обычная, грубоватая Акито ему очень даже нравится. — Почему ты меня позвала пообедать? — Исабуро закашлялась и поспешила запить ком в горле молоком. — Ещё и бенто приготовила?.. — Неблагодарный щенок, — шипит она в сторону, демонстративно отвернувшись, но Киришима все слышит и даже прыскает с этого — уж слишком забавно она это сказала. Не удержавшись он даже тихо смеётся, а Акито, наблюдая за ним через уголок глаза, легко улыбается. — Я хотела отблагодарить тебя за вчера. — Я ничего такого не сделал, — начал отнекиваться он, запуская руку в волосы, но в душе ему стало приятно, о чем говорила его глупая лыба на все лицо. — Ну тогда зря я вчера весь вечер на кухне простояла, — она отвернулась от него, и губы ее задрожали. — А? — удивился, а затем вскочил и закричал. — Конечно не зря! Мне понравилось! И было очень вкусно! И мне приятно, что ты заморочилась, хоть и не стоило! — пока он распинался, Акито смотрела на него серьезно, сведя брови вместе. — И… и… — у него не хватало слов, а также воздуха в лёгких: уж слишком он тараторил. — Спасибо! — и в конце он низко поклонился. И стоял так до тех пор, пока не разлился приятный смех Акито. — Ладно, — она поднимается за ним следом, — пора возвращаться в класс. — Уже? — Киришима уже забыл и о времени, и о том, что они в школе. Казалось, что они были вдвоём во всем мире и могли просидеть целую вечность на этой лавке. Но Мерцающая не могла подолгу оставаться на одном месте. — Нет, — говорит она, всучив ему коробки от обеда. — Тебе ещё их надо вымыть, — и она так довольно улыбается тем, что ей не придётся этого делать, что он просто не вправе отказаться. А ещё это шанс провести с ней ещё немного времени. — Эй, Исабуро, — он тоже довольно и смущенно улыбается. — Приготовь мне ещё как-нибудь бенто, — за это время он успел с ней расслабиться, но всё-таки было волнительно о таком просить. — Ещё чего! — фыркает она, убегая от него. В принципе, на другой ответ он и не рассчитывал. Эйджиро пропускает ее вперёд, открывая перед ней дверь, и попутно рассказывает смешной случай, который приключился с ним на днях. Акито тихо смеётся, искрясь янтарными глазами, и заходит внутрь. Он оббегает ее и начинает идти спиной назад, не прерывая глазного контакта. Они все ещё болтают ни о чем, проходя мимо парт своих друзей. Исабуро садится за свой стол, поднимая рюкзак с пола. Эйджиро встаёт рядом, подавая ей коробочки, которые она тут же убирает в сумку. — И что твой отец сказал на это? — интересуется она, улыбаясь, совсем не замечая косых взглядов, что провожали их и сейчас безустанно продолжали смотреть. — Он просто влепил мне по щам, — прыскает красноволосый, и она заливается с этого в голос. — Мне даже квирк не помог — у моего бати просто невероятно стальные кулаки! И она опять смеётся. А он только с улыбкой наблюдает за этим. Неожиданно по спине пробежал холодок, и он обернулся. Его буквально прожигал Денки, взгляд которого не предвещал ничего хорошего, а вместе с ним с них не сводили глаза Ашидо, Асуи и Юга. — Вот это… — начинает Аояма, в миг прерванный Миной. — Так вот на кого ты нас променяла! — закричала Пинки, но в голосе ее не было ни грамма осуждения, разве что немного интереса и лукавства. Акито смущённо улыбнулась, накрутив волосы на палец. — Ничего не променяла, — бурчит она, оправдываясь. — Так значит, — подаёт свой меланхоличный голос Тсую, — Киришима-тян и Акито-тян встречаются? — и названные краснеют, как один. — Что за глупости, Тсую-чан, — глупо смеётся, вместе с этим в живот отталкивая от своей парты красноволосого. Все ещё пунцовый, но вместе с тем и чуть обиженный, он быстро ретировался на своё законное место. — А что, Исабуро, — начинает Серо, усмехаясь, — Киришима не достоин быть твоим парнем? — Эйджиро под партой пинает стул друга и тот ойкает. — Я не собираюсь отвечать на ваши провокационные вопросы, — с каменным лицом отвечает Акито, шея которой покрылась красными пятнами. Ее лицо все ещё обладало жаром, и она уткнулась в книгу, в наглую игнорируя своё окружение. — Молчание… — не успокаивается Каминари, но быстро затыкается, когда шариковая ручка на световой скорости врезается в его лоб. Мина тихо захихикала. Исабуро прикусывает губу, уткнувшись в одну точку в книге. Ее руки сжимали обложку со всей силы, и она глубоко вздохнула, приводя дыхание в порядок. — Без глаз скоро останешься, Киришима, — угрожает, даже не взглянув на него и он мигом отворачивается. У неё определенно есть специальный радар на него. Есть ли у него хоть один шанс стать ее парнем? И как это спросить так, чтобы не звучало «провокационно»?