Best part of me

15 лет назад

***

Свет ослепил. На мгновение маленький серпентин зажмурился, сильнее вцепившись в отцовские плечи, но спустя мгновение всё же слегка приоткрыл сначала один глаз, затем другой... - Вау! - змеёныш мотнул длинным хвостом, едва не сбив с отцовского плеча тяжёлую дорожную суму. Кашим хрипло рассмеялся, но говорить ничего не стал. Его сын был прав, это место действительно поражало. Заснеженные горные вершины, простирающиеся далеко вперёд подобно песчанным барханам, а прямо между иссиня-чёрным небом и белоснежной равниной - яркое солнце, багряным пятном разливающееся по горным хребтам. - Видишь, как солнце бликует на их верхушках? - мужчина ухватил змеёныша крепче, делая ещё шаг на вершину - Снег кажется белым, но если ты приглядишься, то увидишь, что солнце красит его в тысячи цветов... - он вдруг замолчал, и Седрик заметил тенью мелькнувшую скорбь в глазах отца. Он знал, о чём тот думал - он бы тоже хотел показать это место маме. Тёплая чешуя лиловой мордочки осторожно коснулась чужой небритой щеки. Кашим коротко вздрогнул, вырванный из своих мыслей, но поспешил улыбнуться сыну, указывая вперёд - Вот туда мы с тобой направляемся. Хорошо, что сейчас тихо, а то сейчас бы ни зги с тобой не увидили. Седрик пришурился. Змеиные глаза видели хуже отцовских - человеческих, но очертания храма далеко впереди разглядеть всё же удалось. - Я вижжжу! - Тогда в путь? - Кашим тихо хмыкнул, поправляя на плече суму и делая ещё шаг вперёд по глубокому снегу. Седрик любил сидеть на отцовских плечах, но сейчас ему было немного не по себе. Снег в горах был глубоким, сума на плече отца - тяжёлой, да и сам он весил не мало. И сколько бы отец не отшучивался, что ему не сложно, Седрику всё равно хотелось бы иметь возможность встать и идти рядом, взвалить себе на плечи пару вещей и пробивать себе дорогу сквозь сугробы. Но, увы... Отец говорил, что он - анакондрай, как и его мать, и что массивный хвост вместо ног - для него нормально, говорил, что маленьким серпентинам не место среди холодных снегов и неприступных гор, и что Седрик и без того молодец, и в свои шесть лет уже достаточно храбр. Но ему было мало. Он устал слушать о том. насколько великий народ - серпентины, когда сам мог помогать отцу только по мелочи. Может быть он бракованный? Из-за того, что полукровка или же сам по себе? Где эта хвалёная сила, больше человеческой, и скорость, когда Седрик неуклюж и едва ли способен поднять отцовскую суму? Изменится ли что-нибудь, когда он станет старше, как говорил отец, или же он ошибся и Седрик всегда будет тому только обузой? Когтистые руки чуть крепче сжав края отцовского плаща. У него не было ответов на этот вопрос, но Седрик всегда обещал про себя, что найдёт способ стать лучше. Обязательно найдёт. И будет помогать отцу носить тяжести, научится читать карту, выучит, наконец, звёзды, научится лазать и, возможно, даже сам будет возить его на спине. Ведь отец сказал, что он намного крупнее любого ребёнка, из-за того, что анакондрай. так может он и вырастет достаточно, чтобы... - Ух! - ветка больно хлестнула по носу, припорошив сверху потревоженным снегом. - Не зевай! А то нахватаешь полный рот еловых веток! - Кашим рассмеялся, обернувшись и ласково потрепав сына по нахмуренной мордочке. Вот ведь растяпа! Сам сказал, что будет сильнее и ловче, а не увидел ветку у самого носа! Змеёныш тихо заворчал, плотнее кутаясь в плащ. До полной темноты оставалось менее часа, когда они всё же достигли старого храма. Храма, который Седрик без зазрения совести назвал бы руинами. От входной арки остались лишь пара каменьев у основания колонны, своб почти полностью был разрушен, и под натиском снега выстояла лишь центральная группа, увы, продуваемая меж осыпавшихся стен. Змеёныш поморщился, недоверчиво шипя на балочную перегородку, под которой они с отцом только что прошмыгнули. - Не самое надёжное место, знаю, - Кашим прошёл вглубь храма, осматривая более уцелевшее алтарное помещение - Древние люди хорошо постарались, чтобы их боги уцелели в этом месте, - тихо хмыкнул мужчина, невесомо проводя пальцами по завалившейся с постулата статуи монаха. Седрик высунулся из-за его плеча, скептично оглядев старых, поросший мхом обледенелый камень. - Что-то плохо они ссстаралисссь, есссли чессстно. Кашим рассмеялся, осторожно снимая с плеча суму, а после спуская на пол и сына. Холодный камень заставил поёжиться, но Седрик не подол виду. Здесь было хотя бы сухо и можно было разжечь костёр на ночь. - Этому храму столько веков, что даже Первому Мастеру, боюсь, не сосчитать, - с улыбкой пояснил мужчина, любовно проводя по каменному орнаменту мозолистой рукой. Змеёныш округлил от удивления глаза, в немом вопросе уставясь сначала на отца, а затем на выцветшие лица каменных мудрецов. - Неужжжели до Первого Массстера здессь жжжили люди? - он подполз чуть ближе, всматриваясь в каменные черты. Лица святых не были похожи на лицо отца или же тех людей, что встречались им по пути, но они без сомнения принадлежали людям - Как жжже так? - Ещё много много вещей не расскрыто людьми до конца. Ещё больше - так и не будет. Что-то навсегда затерялось во времени, что-то люди забыли и сами. Что-то ушло из легенд, а вместе с этим - из памяти. Не всё, о чём умолчалось, не имело места быть, - Кашим повернул к сыну голову, мягко улыбнувшись - От того мне и нравятся такие места, Сед. В их руинах и тишине куда больше загадок и ответов, чем в любой людской истории. Эти места сами дышат историей... Взгляни. Седрик подполз ближе к отцу, всматриваясь на местами сколотый барельеф. Вот - существо, с головой змеи подле монаха - древний серпетин - его предок. Вот - изображение дракона, порящего над облаками, вот - обычный рабочий на рисовом поле, вот - изящное дерево у храма, а это... - Пап, - маленький серпентин недоумённо нахмурился - А что это за сссоздание? Таких нет ни в одной легенде. Какой-то ссстарый бог? - Разве бога может быть так много? - Кашим провёл пальцами по фигурке рядом, державшей за руку фигурку поменьше - Видишь? У него есть семья. А за ним идёт целое племя. - Но... - Седрик нахмурился, запутавшись окончательно. - Не все легенды дошли до нас. Не все они правдивы. Возможно, это - оцередная загадка, которую археологи пафосно назовут "единичным феноменом", - пародируя голос диктора по радио нахмурился мужчина. Седрик рассмеялся - И так... Давай-ка ты приглядишь за нашими вещами и поможешь мне расстелить нам на ночлег. А я пока схожу наберу древесины посуше и разведу нам костёр, идёт? - Идёт! - Седрик бодро кивнул, подползая ближе к суме, но когда отец скрылся за остатками каменной стены, взгляд невольно вернулся к изображению странных существ. Острые зубы, длинный хвост. шерсть по всему телу, но стояли они как люди, подобно воинам одетые в кимоно. Возможно, древние люди изображали так чужестранцев? Седрик чуть нахмурился, возвращаясь к содержимому сумы. Он хотел успеть сделать всё до прихода отца и помочь тому с розжигом. А рельефы старого храма он ещё сумеет поразглядывать в отблеске огня.