Wrong

      Он всё ещё помнит эту боль. Долгую, неприятную, от которой он кричал, срывая голос и не мог сдерживать слёз.       Боль, которую он испытал, когда его собственные братья и сёстры отрывали ему крылья.       Белоснежные перья больше никогда не будут виднеться за его спиной, он больше никогда не сможет взмыть ввысь, не увидит своими глазами так близко мягкие пушинки облаков.       Он больше никогда не станет поистине счастливым. Просто потому, что имеет собственное мнение. К сожалению оно никак не сходилось с Божественным замыслом, который всегда был непостижим. Кроули никогда не понимал такой бессмысленной покорности тех, кого он считал братьями. Как можно так слепо следовать тому, что даже понять трудно? Почему та, кто называет себя Богом не может объяснить хотя бы смысл своих поступков? Да что там, хотя бы показаться хоть раз, ведь даже архангелы не видели её лица.       Это всё так раздражало, так бесило, так выводило из себя, что можно было ощутить лёгкую дрожь от злости.       Слёзы застилали широко раскрытые глаза плотной шторкой, мешая что-либо увидеть. Руки дрожали и хаотично двигались, пытаясь схватиться хоть за что-нибудь, что могло бы немного придержать. Губы жадно хватали воздух, от чего часто вздымалась грудь.       Кроули задыхался. Задыхался от нехватки воздуха и собственных слёз. Он не мог понять за что ему выпала такая участь.       Он летел. Летел последний раз, но уже вниз. Перед глазами проносился последний момент, когда он стучался во врата Рая и громко кричал, срывая горло "За что?'. Он хотел услышать хотя бы ответ. Он не хотел видеть эти глаза, полные презрения, что смотрели на него.       Ответа так и не последовало.       Он упал. И это был самый громкий звук, который он слышал за всю свою жизнь. Кроули не знал сколько времени он лежал, чувствуя звон в ушах.       — Будьте... вы все... прокляты... — первое, что он смог произнести, придя в себя.       — Добро пожаловать, Кроули, — услышал он мягкий заботливый голос, который точно был ему знаком. Он лично знал его обладателя.       — Вельзевул... — хрипло, едва слышно прохрипел Кроули, не желая даже фокусировать зрение, дабы что-то увидеть.       — Пойдём со мной, Кроули. Даю тебе слово, что они за всё заплатят. Они познают ту боль, которую заставили испытать нас. Мы отомстим.       — Лучше уж так... чем подчиняться бессмысленным законам... и своенравным архангелам...