Эксперимент не удался

Роберт постепенно приходил в себя, не понимая, что происходит. Ему приснился страшный сон. От одной лишь мысли об этом по телу бегали мурашки. Он открыл глаза и уставился в потолок. Слишком ярко. Привыкая к свету, Роб начал обдумывать происходящее. Может быть он все еще лежит в коме и его буйное воображение решило над ним подшутить? До этого Роберт ни разу не задумывался о своей жизни до комы. Или ему было страшно взглянуть правде в глаза. — Кажется, у вашего сына сотрясение мозга, — послышался голос его доктора, который зашел в кабинет держа в руке результаты МРТ. Роб перевел взгляд с потолка на мужчину в халате. — Он не помнит даже свое имя, — он смотрел на Роберта, сочувствуя. Доктор подошел к пациенту ближе. — Я вижу, вы очнулись. — начал он, боясь его испугать или разозлить. — После вашей вчерашней выходки, медбратьям пришлось вколоть вам успокоительное. Вы пролежали так больше двенадцати часов, надеюсь, сейчас вам стало лучше? — Что со мной происходит? — заплетающимся языком спросил Роб. — Что это за место? — Это больница, — недоумевая ответил ему доктор. — Все оказалось намного серьезнее, чем я предполагал. Вы хоть что-то помните до аварии? — Аварии? До неудачного эксперимента на станции? — Эксперимент? — переспросил доктор и посмотрел на отца пациента. — Мне сказали, что он попал в аварию. О чем сейчас говорит ваш сын? Испуганные лица посмотрели на Роберта и покачали головой. — Мы не понимаем, что он имеет в виду. Киллиан попал в аварию несколько месяцев назад, — Бирн побледнел. — Неужели все настолько плохо, мистер Голлагэр? Джед Голлагэр потер виски и попросил всех покинуть палату. Бирн начал возражать, но после серьезного взгляда доктора все же решил подчиниться приказу. Мужчина взял один из стульев и поставил его рядом с кроватью. Присев на нее, он прочистил горло, готовясь к длительному разговору. — Мистер Волдрин, видимо за такое короткое время, проведенное в бессознательном состоянии, вы придумали себе совсем другую реальность. — Джед пододвинулся ближе. — Я не хотел говорить это перед вашими родителями, но вы кричали очень странные вещи: что-то про «женщин», и что мужчины не могут забеременеть, что мы все больные ублюдки, сексисты и извращенцы… опыты какие-то ставим на людях. Некоторые из этих слов мне и вовсе не знакомы. — Уловив озадаченный взгляд Роба, он продолжил. — Вы не Роберт Гилхоурд, вам не 28 лет, и вы не живете в Норт-Бей. У нас даже такого города нет. Вы бредили во сне и говорили о непонятных вещах. Мы даже подумали, что в вас кто-то вселился, — улыбнулся Джед качая головой. Роберт чуть не задохнулся воздухом. — Вас зовут Киллиан Волдрин, вам 24 года, родились альфой в семье Грэди и Бирн Волдринов. У вас есть младший брат Вилей Волдрин, ему 16 лет. Доктор что-то говорил, но Роберт его не слышал. Огромный металлический шар. Непонятный туман, окружающий активную зону. Ужасный вопль молодого парня. Тишина. Голос Новермана, который кричит его фамилию и… стеклянные двери раздвигаются в стороны притягивая его тело во мглу невидимой силой. А после невесомость. Он отчетливо помнил, как его тело порхало в пустоте, но это была не смерть. И он вовсе не был в бессознательном состоянии два месяца. Его душа переселилась в другое тело. Он теперь стал другим человеком. Он стал подопытным кроликом и теперь находится в чужом теле. Роберту хотелось кричать. Из груди издавался такой же ужасный вопль, который он слышал из активной зоны. Но ничего не вышло, он потерял дар речи и просто смотрел на мужчину, сидевшего перед ним. Тело полностью парализовало. Роб начал тяжело дышать, пытаясь привести мысли в порядок. — Что с вами? — Джед резко встал со стула и наклонился над ним проверяя пульс и легкие. — Все хорошо, — еле-еле выдавил из себя Роб и отвернулся. Из глаз покатилась слеза и у него начался истерический смех. Доктор с испугом смотрел на пациента и думал над звонком в психиатрию. — Невозможно, — посмотрел на него Роб, немножко приподняв голову. В его глазах стояли слезы. — Этого просто не может быть. Уму непостижимо. Ка-ак? — Что вы имеете в виду? — Вы не поверите, — покачал головой Роберт и продолжал смеяться. — И что мне сказать? Эврика?! — Он закрыл глаза и откинулся, громко простонав. Эта мысль казалась ему слишком безумной. — Оставьте меня одного, доктор. — Не думаю, что сейчас… — Пожалуйста, — прервал его Роб. — Мне необходимо побыть одному. Доктор молча вышел из палаты, плотно закрыв за собой дверь. Роб встал с кровати и медленными шагами пошел в сторону ванной. До этого он ни разу не взглянул на себя в зеркале. И теперь, дойдя до двери, он испугался. Он не знал кого там увидит. Не знал как на это реагировать и не хотел принимать реальность. Открыв дверь, Роб с закрытыми глазами подошел к раковине и встал перед ним выпрямившись во весь рост. Сделав несколько глубоких вдохов, он все же решился. Эксперимент удался. Перед ним стоял совсем незнакомый человек. Его светло-коричневые волосы сменились на черные, зеленые глаза на голубые, рост стал выше, а телосложение крупнее. Роб с грустью отметил, что это тело выглядит намного лучше его родного. Но все же он родной, а этот чужой. Его душа в чужом теле. А что произошло с его телом? Оно умерло? Или душа этого тела переселился в то? Столько вопросов на которые нет ответа. — Где ты сейчас? — спросил он, положив руку на сердце. — Неужели, я занял твое место? Ему стало грустно от мысли, что его семья считает Роберта мертвым. Почему-то он был уверен в смерти своего тела. А что будет с Максом? Чем все же закончился эксперимент. Роберт вышел из ванной и направился к кровати. Единственное, что ему сейчас хотелось — это выпивка. Ему необходимо расслабиться и обдумать дальнейшие действия. Роб был не из тех, кто впадал в панику на долгое время. Во время военной подготовки их учили осваиваться на вражеской территории. Хоть это место и не являлось вражеской, но оно было незнакомым. В первую очередь, он должен разузнать больше об этой… планете? Вселенной? Роб прекрасно понимал, что привыкать ему будет не так уж и легко, но и сдаваться он не собирался. Роберт верил в чудеса науки и, теперь, одно из них случилось с ним. У него есть шанс узнать про новый, возможно, неизведанный мир. И первый вопрос, который он задал себе: На каком языке говорят эти люди и как он их понимает? При очередном визите младшего брата, Роб попросил его принести ноутбук. Только он не знал как эту вещь тут называют и попытался объяснить жестами. — Квадратная вещь, где ищут информацию через интернет, — Вилей смотрел на него чуть приподнимая одну бровь. — Ну, понимаешь, где смотрят фильмы. — Ты хотел сказать «моноблок»? — указал Вилей на телевизор. Роб покачал головой. — Эм, мы еще смотрим фильмы через гаджеты. Роб щелкнул пальцами. — Точно, гаджеты. Только у некоторых из них есть клавиатура и квадратный экран, где можно искать много вещей. — Ноут? — Да, оно что, так и называется? — Роб удивленно посмотрел на мальчика. — Братик, ты вообще ничего-ничего не помнишь? Даже название простых вещей? — Вилей обеспокоенно подошел к нему. — Ты меня пугаешь. Может мне чем-то помочь? — Да, принеси мне ноут и, — Роб замолчал, прикидывая что бы еще попросить. — Альбом. Семейный альбом или фотографии. — Альбомы уже не в моде, Кил, мы все храним в сети. — Вилей присел на край кровати и взял свой мобильный телефон. Роб уже не был уверен, что он на другой планете. Слишком много сходств с Землей. — Хочешь посмотреть фотографии? Сейчас, только у меня их немного. — Вилей присел поближе и стеснительно улыбнулся. — У меня тут есть и личные фотографии. Не смейся, договорились? — Роб кивнул. Первые несколько фотографии были сделаны перед зеркалом, и Роберт фыркнул, заслужив недоброжелательный взгляд брата. На одном из фото Бирн с маленьким мальчиком лет пяти. — А это я. Такой маленький. Папа сказал, что это ты фотографировал. Поэтому и получилось так криво. А это ты, когда поступил на первый курс. Ты у меня тогда такой красивый был, потом ко мне подошли несколько омег, чтобы разузнать про тебя. А здесь мы с папой готовим сюрприз к твоему приезду. Тут… Вилей замолчал и посмотрел на фотографию, где рядом с нынешним Робертом стоял незнакомый мужчина лет 50. — А это кто? — спросил Роб посмотрев на Вилея. У него на глазах стояли слезы. — Это наш отец. Он умер полгода назад. — Но ведь наш отец жив. Разве Бирн не… — Братик, ну ты чего. К счастью, мы не из тех детей, кого воспитывал только один родитель. — Вилей вытер слезы и посмотрел на Роба. — Нашего старшего отца, то есть альфу-отца, звали Грэди. Отец нас очень любил, только по-своему. Несмотря на то, что твои выходки его расстраивали, ты был его любимчиком, — Вилей опустил голову. — Он возлагал на тебя большие надежды, а ты даже не хотел с ним общаться. А полгода назад он умер. А через неделю и ты попал в аварию. Мы так испугались, что потеряли тебя. Нам смерти одного альфы хватило. Плечи парня вздрогнули, и он заплакал. Роб не знал, что делать и просто обнял его. Вилей прижался к нему сильнее и начал рыдать в голос. Тем временем Роберт обдумывал несколько вещей: почему здесь мужчин делят на альфы и омег; почему здесь одни мужчины; какие отношения были у Киллиана с отцом. На следующий день Вилей принес ноут и несколько личных вещей Киллиана. Первым делом Роб решил узнать про место, куда он попал. Альфы — это основные самцы. Омеги — смазливые милашки, которые умеют рожать. У них есть период месячных, но называют его «течка». Во время этой самой течки у всех сносит крышу. Есть еще беты — они не могут забеременеть сами или оплодотворить омегу, но в некоторых случаях способны создавать пару с представителями других видов. Запахи, сцепка, пара — у Роба голова шла кругом. — Это похоже на бред сумасшедшего, — закрывая вкладки проговорил Роберт. — Хорошо, что хоть тело альфы досталось. И что мне теперь делать? Меня сроду не привлекали мужчины. Нет, я ничего против гомосексуалистов не имею, — он заметил папку «личное» на рабочем столе. — Гейская порнуха? — Роб на свой страх и риск нажал на папку. Но на свое удивление он не нашел голых мужиков, а документы. Но чтобы его открыть нужно было ввести пароль. — Какой у тебя может быть пароль, Киллиан. Любимая книга? Девушка? То есть парень, нет, омега. Роберт закрыл ноут обещая разобраться в этом позже. Впереди был еще целый день. Вечером должны прийти папа и младший брат Киллиана. Роб понимал, что однажды ему придется принять их, как свою семью. Теперь он не Роберт Гилхоурд, а Киллиан Волдрин. И ему нужно забыть прошлое. Сейчас нужно побольше узнать об этом теле. Роберт встал с кровати и пошел к дивану, где Вилей оставил его личные вещи. Одежда, бумажник, часы, несколько фотографий с семьей и с незнакомыми парнями, видимо, друзья, фото смазливого парня, который посылал воздушный поцелуй. Он вздрогнул. Среди вещей оказался электронный блокнот. Когда парень прикоснулся к нему, прозвучал сигнал и техника включилась. Обрадовавшись, он присел на диван и начал изучать содержимое. Документы, заметки и рисунки. «А Киллиан красиво рисовал» — подумал Роб и уставился на того же смазливого парня на фото. Видимо, предыдущий хозяин очень сильно любил этого парня, рисунок так и веет любовью. Через несколько минут Роб наткнулся на проекцию здания в чертежах. Под ним была ссылка на другую папку «совершенно секретно». Туда тоже требовалось ввести пароль. Роберт психанул и чуть не выронил гаджет. Когда он собрался отключить его, внимание привлекла последняя заметка.             

«Не стоит доверять Нуада и его сыну, Морсу. Думаю, они что-то замышляют. Не стоит доверять и остальным родственникам со стороны старшего отца. Разве не странно то, что они начали активно появляться из ниоткуда после его смерти. Завтра оглашение завещания, а после нужно заехать в Борилстон за чертежами новой компании. Мы с отцом в последнее время плохо ладили. Надеюсь, отец принял правильное решение.»

Заметка была написана за день до автокатастрофы. А Киллиан попал в нее в день оглашения завещания. Это выглядит очень подозрительно. Нужно подробнее расспросить об этом Бирн. Что-то ему подсказывало, что авария была совсем не случайностью. Когда пришли Бирн и Вилей, Джед сообщил им радостную новость. Роб уже мог ехать домой, но должен был соблюдать постельный режим, отдых и диету, прописанную лечащим врачом. В противном случае, состояние может ухудшится. Анализы были отличными, и пациент вел себя адекватнее, чем в начале. После ухода доктора, Вилей начал рассказывать про своего друга Кончера. Роб невольно подумал, что его брат дружит со шлюхами, но сам не замечает этого, или не хочет признавать. — Сынок, не думаю, что Киллиану это интересно, — Бирн начал собирать его вещи. — Завтра утром я сразу же заберу тебя отсюда. Не понимаю, почему сегодня нельзя. Что сегодня, что завтра, какая разница?! Но главное: ты скоро поедешь домой, надеюсь, это хорошо повлияет на твою память. — Папа, — неуверенно произнес Роберт, чтобы привлечь его внимание. Бирн застыл на месте и уставился вперед. Через несколько минут он грустно посмотрел на сына. — Ты впервые назвал меня так за долгое время. — Мужчина улыбнулся. — Что-то хотел спросить? — Да, — ответил Роб принимая сидячее положение. — По поводу завещания. Его огласили в день моей аварии? — Ты помнишь про завещание? — Бирн бросил сумку на пол и быстрыми шагами приблизился к сыну. — Что ты еще помнишь, Киллиан? — Просто ответь на вопрос. Его огласили или нет? И что насчет компании. Чем отец управлял? И какие у нас с ним были отношения? Бирн смотрел на сына несколько минут и вздохнул. — Твой отец управлял промышленной компанией, специализирующейся на проектировании жилых домов и зданий. Она одна из крупных компаний нашей страны, поэтому он был всегда занят. Грэди очень любил свою работу. Мне казалось, даже больше нас. И все это должно было достаться тебе. — Бирн замолчал, обдумывая каждое слово. — Но ты не хотел работать у отца. Тебя интересовали только омеги и вечеринки. Я не виню тебя, в твоем возрасте это совершенно нормально. Только Грэди так не считал. Вы с ним ссорились каждый день, как итог: ты ушел из дома. Твой отец был зол и принял решение переписать завещание. Я не знаю сделал ли он это, и если сделал, то на кого. А само завещание еще не огласили, потому что ты не присутствовал на нем, как требовал Грэди. — И даже после аварии? — Нет. Ты был еще жив, хоть и без сознания, но жив. — Бирн взял его руку и поцеловал. — И я рад, безумно рад, что теперь ты очнулся. Я бы не выдержал, потеряв еще одного любимого человека. И Вилею тоже нужен был брат, который защитит его после смерти отца. — Ты любил не только вечеринки и омег, — сказал ему Вилей после ухода Бирна. — Ты еще любил рисовать. Очень красиво рисовал. В моей комнате висит портрет, нарисованный тобой, я был твоим первым шедевром, братик. — Вилей тихо хихикнул и поцеловал Роба в щечку. — Ты говорил, что я твое вдохновение.

***

За все время, проведенное в доме, Роб понял несколько вещей: Киллиан очень любил младшего брата. Этому было доказательство фотографии, рисунки и видео, снятые альфой, где он часто гулял с Вилей по зоопарку, аттракционам, учил ездить на велосипеде или роликах. Видимо, родители часто оставляли младшего брата старшему на попечение, не доверяя нянькам. У Киллиана был очень красивый омега, которым он дорожил. Только вот характер у этой суки был плачевным. Вилей рассказывал, как он манипулировал Киллианом, а второй потакал ему во всем. Отдых за границей? С удовольствием. Дорогое ожерелье? Нет проблем. Разбил машину? Ничего страшного. Хочешь, чтобы я проехал 200 км, бросив при этом важные дела, чтобы отвезти тебя в салон? Да легко. Но все же женщины есть женщины, поправочка, омеги. Возможно, некоторые вещи Вилей преувеличивал из-за ревности. Карен, его младшая сестра, тоже часто ревновала Роба к его девушкам. От одной этой мысли ему становилось грустно. Друзья Киллиана были теми еще ублюдками. Да и сам Киллиан хорошим поведением не отличался. В школе и универе они часто насмехались над альфами, которые не могли постоять за себя. Омег использовали только для развлечения, а бет презирали. Кроме одного — Мерти. Он был сыном дворецкого, рыженький, с веснушками на лице и необычайно красивыми зелеными глазами. Мерти и рассказал ему про друзей, показал фотографии, которые лучше не стоит видеть Вилею. Робу изначально не понравились его родственники. И без той заметки было ясно, что перед ним стоят лицемеры. Они вели себя слишком аккуратно и вежливо, что вызывало немало подозрений. Нуада, как позже выяснилось, его дядя, всячески пытался разузнать его про чертежи. Роб притворялся, будто ни о каких чертежах не слышал и понятия не имеет, о чем он. — Я даже своего имени не помнил, а вас впервые вижу, — говорил Роб. — Но может быть у тебя были какие-то заметки? Ты часто писал что-то в свой планшет или блокнот. — Нуада пытался изображать доброжелательную улыбку, но актер из него никакой. — Пойми, я забочусь о будущем компании. И сын его был весьма мутным пацаном. Морс на два года старше Киллиана и закончил тот же вуз. В первый день их встречи он вел себя очень странно. Постоянно расспрашивал про аварию и про его воспоминание. Каждый его вопрос был связан с его памятью, словно удостоверялся в его правдивости. После этого Роберт надежно спрятал блокнот. — Этот тип определенно имеет причастие к автокатастрофе. За эти несколько дней он пытался расследовать свой несчастный случай. Благо денег было предостаточно и, освоившись с местностью, он быстро нашел преданных его отцу подчиненных. Но перед необдуманным доверием Роб решил проверить их на верность. Поставив самую навороченную скрытую камеру в своей комнате, он начал придумывать ложь. Доверил одному тайну про то, что он якобы видел какие-то чертежи в шкафу. Второму рассказал про тумбочку, третьему про свой рабочий стол, а четвертому про картину, висящую на стене. На следующее утро он предложил Бирну и Вилею погулять, мол, давненько он не выходил с семьей. Те обрадовались и пошли по комнатам принаряжаться. — Рыжий, пойдешь с нами? Думаю, остальные будут не против, — спросил он Мерти ухмыляясь. Парень согласился без раздумий и тоже ушел приводить себя в порядок. Единственный человек, с которым он поладил после своей родни, это был сын дворецкого. Он не пытался быть с ним вежлив, не пытался втереться к нему в доверие и не притворялся рядом с ним белым и пушистым. Мерти был прямолинейным, но от него так и веяло харизмой. И постоянно отпускал злые шуточки рядом с ним, что Робу было по душе. Сам того не осознавая, альфа начал называть его «рыжий» и второму это нравилось. Мерти напоминал ему об его однокласснике в прошлой жизни. Да, Роберт разделил свою жизнь на две части — прошлое и настоящее. Вилей всю дорогу умолял пойти в океанариум. Все согласились, ведь делать было нечего. Счастью омеги не было предела. Да и самому Робу всегда была интересна жизнь в толще воды. В начале Роба ничего не удивляло, океанариум был таким же, как и те, что он видел до аварии. Но проходя чуть глубже пол под ногами исчезал. Они ходили по стеклянной поверхности и вокруг него плавали самые разные обитатели морской среды. У него перехватило дыхание от увиденного. Роберт с отвисшей челюстью смотрел на рыб с прозрачной кожей через которой отчетливо виднелись все их внутренности. Прямо над головой прошлось огромное китообразное существо с металлическим оттенком красного. Под ногами плавали непонятные маленькие рыбки сo светящимися панцирями, и у каждого был свой индивидуальный цвет. — Я проголодался, — пожаловался Вилей и посмотрел на брата. — Тут неподалеку есть автомат с едой, пошли туда? — Разве ты не видишь, как твоему брату тут нравится, — тепло улыбался Бирн смотря на то, как Роберт разглядывает рыбок почти лежа. Он вспомнил, как они впервые пришли сюда вместе с Киллианом и Грэди. Тогда маленький Киллиан, которому было всего четыре года, целый час лежал на полу лицом вниз, смотря на невообразимо красивых рыбок и кричал от восторга. — Давай я с тобой схожу. А ты, — посмотрел он на Мерти, — приглядывай за ним. — Хорошо, — кивнул ему парень. Когда омеги ушли, Мерти наблюдал за альфой и ему было необъяснимо приятно. Он никогда не видел Киллиана таким. В его воспоминаниях этот альфа был хладнокровным и циничным парнем, которого ничем не удивить. Сейчас же перед ним стоял совсем другой человек. Мерти подошел к альфе ближе и присел рядом на одно колено. — Правда восхитительно? — Очень. Я в жизни не видел такую красоту, — сказал он воодушевленно. Потом обдумал сказанное и исправился. — Точнее забыл, что видел. Он прижался спиной к стеклянной стенке и выпрямил ноги. Людей было мало, а главное: никто не обращал внимания на его странное поведение. Представив себя со стороны, Роб рассмеялся. — Я тоже хочу посмеяться, — сказал Мерти наблюдая за его улыбкой. Он повторил за Робом и присел рядом. — Просто представил, как 24-летний парень стоит на четвереньках, разглядывая рыбок, — прояснил Роберт. Он повернулся к Мерти и прошептал ему в ухо, — У меня появилась гениальная мысль: давай останемся тут на ночь. — Парень вздрогнул и резко повернул голову. Между их лицами оставалось всего несколько сантиметров и на какой-то момент Робу показалось, будто Мерти перестал дышать. — Что с тобой, рыжий? Ты аж покраснел, — рассмеялся он. — Просто… я… — Мерти выдавил из себя нервный смешок и отвернулся. — Я просто… Что ты имел в виду, когда говорил про «остаться тут на ночь»? — спросил он, посмотрев на Роберта и немножко отдаляясь. — Ты чего? Это не то, что ты подумал. У меня и в мыслях не было… — Он запнулся и с подозрением посмотрел на Мерти. — Каждый думает в меру своей испорченности, маленький извращюга. — Что-о? Я не… — глаза Мерти расширились, и он покраснел еще больше. — Хей, забери свои слова обратно, я не извращюга. Это ты извращенец. — Я? — переспросил Роберт, наблюдая за реакцией парня. Ему до жути было приятно видеть, как тот краснеет. — Я просто сказал, что хочу тут переночевать и всю ночь смотреть на рыб. А ты додумал в своей маленькой голове пошлые мыслишки, — добавил альфа и потрепал рыжего по волосам. Роб откинул голову назад и посмотрел на стеклянный потолок наблюдая за разноцветными рыбками в форме лепестка роз. — Если честно, я готов остаться тут навсегда. Мне впервые настолько хорошо и уютно. Мерт долго смотрел на Роба и отвернулся, прикрывая свои розовые щечки. Через несколько минут вернулись омеги. Все поели шоколадных батончиков, сидя на полу и обсуждая детские выходки Киллиана. И Роберт впервые за долгое время почувствовал себя в кругу семьи. Он вспомнил своих родителей, которые также любили вспоминать его шалости и невольно заулыбался. Да, Роберт скучал по ним, по своей сестре, по друзьям и коллегам, но сейчас ему так же хорошо. У него нет иного выхода, как принять реальность, оставить Роберта в прошлом и стать Киллианом. Вернувшись домой в хорошем настроении, Роб даже позабыл про камеру. Но увидев, как один из подчиненных отца странно себя ведет, сразу побежал в свою комнату. Заперев дверь, Роб начал смотреть запись. Первые часы все было тихо, домработники убирались в комнате, но ничего подозрительного. Как парень и предполагал, интересное началось после обеда, когда один из «доверенных лиц» зашел в комнату и начал рыться в тумбочке. Второй появился чуть позже и начал осматривать картину. И ближе к вечеру в комнату вошел Морс и пошел ко столу. Осмотрев все уголки, он выругался и вышел весь покрасневший от злости. Это зрелище радовало глаз. Бирн сказал, что отец очень сильно доверял Тибботу, четвертый подчиненный. Но все же Роб не был уверен в нем окончательно, но больше доверить задание некому. Он подловил его около клумбы и отвез в более нелюдное место. — Мне нужна твоя помощь, — начал он осторожно. Мужчина кивнул. — Ты должен разузнать как именно произошла авария. Мне кажется, это было не случайностью. — Я уж подумал, что никто этого не заметил, — в пол голоса проговорил Тиббот, боясь, что кто-то его может услышать. — После вашей аварии машину сразу же отправили на уничтожение. Мне это показалось странным, и я пошел на свалку. Некоторое время я не мог узнать что-либо важное, так как все молчали в тряпочку. Но нашелся один молодой альфа, видимо новенький, во время разговора сболтнул очень важную информацию, — он подошел ближе, — мне сказали, что тормоза были выведены из строя, как будто кто-то их намерено испортил. — Ты в этом уверен? Кто бы мог это быть? — переспросил Роберт, не веря своим ушам. — Мистер Волдрин, я работаю у вашего отца вот уже 15 лет. У него было много врагов, и ваш отец мне очень доверял. Я хотел сказать, что он часто выдавал свои подозрения. Его младший брат был человеком, которому он не доверял в первую очередь, — Тиббот покачал головой. — Просто так прямой наследник такой крупной компании не попадает в аварию в день оглашения завещания. Я был уверен, что это вовсе не случайность, так как знал, как ваш дядя трепетно относится к компании. — Мой дядя? Ты полагаешь, он причастен к этому? — Нет, точно я ничего не утверждаю, но все же советую вам быть осторожнее. В богатстве не бывает верных друзей или родственников. — Тиббот помолчал и подумал несколько секунд. — По поводу чертежей, о которых вы мне сказали… Я краем уха услышал, как ваш отец говорил по телефону о новой стройке, которая очень важна для компании. И что ваши конкуренты также претендуют на это дело. Я сам в этом ничего не понимаю и не обратил на это серьезного внимания, но сразу же вспомнил после ваших слов. — Хорошо, Тиббот, будь на чеку и держи меня в курсе всех событий. Присмотри за Морисом и его отцом. Они первые подозреваемые. Без доказательств мы не можем ничего сделать, — огорчился Роберт, но это уже что-то. Осталось выяснить кто стоит за первыми двумя предателями, которые рыскали в его комнате. Но Тибботу сообщать об этой проверке не стал. — Пока я дома, они не могут действовать открыто. Но когда я выйду за ее пределы, ты должен пойти со мной. — Я понимаю, сэр, это моя работа. — Мужчина выпрямился. — Я обещал вашему отцу, что буду защищать вас с братом. Через несколько дней явился любимый бывшего хозяина тела. С порога начал кричать, как он соскучился и сходил с ума от переживаний. Он накинулся на своего возлюбленного с объятиями и поцелуями. Роб не привык даже смотреть на мужские поцелуи, поэтому отстранил омегу, пока тот пытался его засосать. Альфа умоляюще посмотрел на Мерти, который открыл дверь его любовнику. Тот лишь грустно опустив голову быстро удалился. А Роберт даже не помнил имя этого омеги. — Ты серьезно забыл? — переспросил омега с надутыми губами. Он положил руку на грудь альфы и игриво улыбнулся. — Может, твое сердце помнит? Роб закатил глаза. — Я Сканлон. Тебе это имя не о чем не говорит? — нахмурился омега. — Может мне тебе напомнить? Сканлон взял альфу за руку и потащил на второй этаж. Просто молча шагая за ним Роб думал, что ему сейчас покажут какое-нибудь тайное место, рисунок, фото или очень личную вещь. Зайдя в комнату Киллиана, Сканлон закрыл дверь и посмотрел на альфу. Роберту не сразу дошло то, что хотят с ним сделать. Не сумел он отреагировать как омега повалил его на кровать и присел сверху. — Стоп, ты что… — не дав договорить альфе, Сканлон поцеловал его, противно засовывая язык в глотку. От шока Роберт не смог пошевелиться и только через минуту пришел в себя. С силой оттолкнув от себя омегу, Роб встал с кровати. Сканлон растерянно смотрел на него и попытался притянуть его к себе. — Не приближайся ко мне, — прокричал альфа и сделал несколько шагов назад. — Уходи. — Дорогой, что с тобой? — Я сказал проваливай, — прорычал Роб. — Живо. Сканлон поспешно встал и, бросив злобный взгляд на альфу, вышел из комнаты. Роб сразу же залетел в ванную и склонился над унитазом. Рвотный рефлекс. Все содержимое желудка выходило наружу. Роб вздрагивал каждый раз, с новыми рвотными позывами и выплевывал остатки слюны и какой-то дряни с губ. — Что за херня? — нервно прохрипел Роберт. Он упирался руками по бокам раковины и сплевывал густые слюни. Во рту оставался мерзкий привкус, а в голове бардак. Невольно Роб вспоминал противный язык этого уродца во рту и начинался новый рвотный рефлекс. Когда ему полегчало, Роб умылся и присел рядом с раковиной. — Я что так буду реагировать на каждый поцелуй? Уж лучше быть одиноким, чем каждый раз вываливать наружу все внутренности. Роберт встал и вышел из ванной. В комнате его ждал Бирн. — Сынок, ты весь побледнел. Что-то случилось? — Он подошел к Робу и проверил температуру. — Вы поссорились с Сканлоном? Он вылетел из дома весь в слезах. — Ну и пусть. Нехрен целовать без разрешения, — от воспоминаний его снова затошнило. Но на этот раз он смог подавить рвотный позыв. Уловив озадаченный взгляд Бирна, Роб похлопал его по плечу. — Все хорошо, пап, просто для меня многое в новинку. Я ведь только что целовался с незнакомым муж… омегой. Вот и растерялся. — Ты извинись перед Сканлоном, хорошо? Он все поймет, умный мальчик, — улыбнулся ему Бирн взяв его руку. — Может, ты поешь? — Я не голоден. Пойду лучше подышу свежим воздухом, — сказал Роберт и направился к двери. — Сынок, — позвал его Бирн и подошел к нему. — Сегодня звонил адвокат. Завтра собираются огласить завещание. Ты должен обязательно присутствовать, это было требованием твоего отца. — Да, пап, не волнуйся. На этот раз никому не удастся убрать меня с пути, — заверил его Роб, выходя из комнаты и оставив отца в недоумении. Теперь альфа должен быть весьма осторожен. Ведь во второй раз злоумышленники не допустят ошибку. — И все же, это место оказалось вражеской территорией, — с грустью отметил Роберт.