Всё будет так как я хочу

Прошло уже около месяца после рождения детей султана Мурада. Айше и Фарья притихли, всецело отдаваясь детям. В гареме больше не было ссор и стычек между фаворитками повелителя. Акиле Султан была несказанно рада, что эти фурии наконец-то угомонились. Появление новых племянников осчастливило молодую султаншу. Почти каждый день она навещала племянников, сидела с Исмихан и Османом, отводила на занятия Ахмеда и Ханзаде, гуляла по саду с Селимом и Гевхерхан. В последнее время старшая сестра казалась очень задумчивой. Как бы Акиле не спрашивала что же случилось Гевхерхан не отвечала.        Что-то внутри подсказывало, что её сестра влюбилась, вот только в кого? Но пока султанша решила не вмешиваться, всё же это лично дело Гевхерхан.        — Тётя?! — произнёсла Ханзаде, посмотрев на госпожу.        — Да моя дорогая, что-то случилось? — Акиле взяла в руки маленькие пальчики и мягко растёрла их. Ручки маленькой султанши были холодными, очевидно, что девочка замёрзла гуляя по осеннему саду.        — Мне холодно, пошли к маме! — Попросила Ханзаде, хлопая невинными глазками.        — Конечно, идём. — Сказав это, султанша поднялась с тахты и последовала за бегущей Ханзаде.       

***

       — Мама, мама! — Крикнула девочка, приближаясь к покоям Айше Султан. Оттуда слышались крики Фарьи и Айше. Остановив племянницу, Акиле резко открыла дверь. Её глазам предстала ужасная картина, Фарья душила Айше. Половина покоев была разгромлена, обе фаворитки были взъерошены, рукав платья Айше был порван в двух местах. На лице бывшей принцессы виднелись царапины. Сглазила Подумала султанша.        — Немедленно успокойтесь, что вы творите? — Прокричала султанша, услышав, что Ханзаде заплакала, султанша обняла её. — Тише, тише, не плачь. Неслишах, отведи султаншу в мои покои. — Передав девочку служанке, Акиле Султан грозно посмотрела на девушек.        — Объяснитесь, что вы делаете? Вы разума лишились? Вы матери наследников, разве так подобает вам себя вести. Фарья, немедленно ступай в свои покои и займись своим сыном. — Отчеканила Акиле Султан гневно поглядывая на фавориток. Фарья скривившись вышла из покоев.        — Теперь ты Айше, как ты смеешь так себя вести? Что это за вид? Ладно Фарья, её натуру я хорошо знаю, а ты, как ты только смеешь поднимать руку на мать наследника? — Строго произнесла госпожа.        — Султанша, простите, она первая напала на меня. Всё твердила, что я хочу убить её сына. Совсем помешалась, мне пришлось защищаться.        — Меня не интересует кто на кого напал, ты могла позвать стражу, а не вмешиваться в драку Айше, ты этого не сделала. Будь уверенна, я всё расскажу повелителю, пусть он с вами разбирается. А я посодействую, что бы вас обеих выкинули из дворца.        — Не надо султанша, прошу вас! Не рассказывайте повелителю, он убьёт меня! — Произнесла Айше захлёбываясь в слезах, упав на колени, она начала молить меня пощадить её, хотя бы ради детей.        — А тут и рассказывать ничего не нужно, как все знают, сегодня священный четверг, а это значит, что Фарья пойдёт к повелителю. У неё всё лицо расцарапано, по твоей милости. Мурад не слепой, он спросит с того, кто нанёс его фаворитке такие увечья.        — Что же делать? Повелитель если узнает, в живых меня не оставит! Как же мои дети, султанша, молю, помогите!        — Ладно-ладно, встань, скоро приведут Ахмеда с занятий, не хочу чтобы он видел свою мать такой. Даю тебе час Айше, чтобы ты привела и себя и покои в порядок, твои дети пока побудут у меня. — Сказав это султанша вышла из покоев.        Что же теперь делать? Утопить обеих, или заступится за Айше. Султанша видела в глазах Ханзаде ужас и страх. Как же ей всё объяснить? Хотя, может и не надо ничего объяснять? Если Ханзаде очернит Фарью в глазах Мурада тот вышлет её из дворца. Все ведь знают, что Ханзаде любимица повелителя. Ханзаде зашла как раз в тот момент когда Фарья душила Айше. Она определённо во всех красках расскажет Мураду об этом. Оставалось только ждать.        Как и следовало ожидать, на следующие утро случился скандал. Фарью выгнали из дворца. Фаворитка в ответ на это пришла в бешенство и крушила всё вокруг. Акиле Султан забрала у неё Османа. Теперь маленький шехзаде жил с ней. Казалось, Осман и вовсе не заметил отсутствие матери. С тех пор прошло уже полгода. Осман был очень тихим и не проблемным в отличии от своей единокровной сестры. Кая была очень капризна, иной раз с ней не справлялась даже Айше.        Погладив Османа по нежной щёчке госпожа улыбнулась. В её покои прошла верная Зарифе Калфа.        — Султанша, хаммам готов. — Поклонившись, произнесла женщина        — Прекрасно! — Улыбнувшись, султанша уложила Османа в кроватку, не забыв поцеловать шехзаде в маленький лобик.       

***

       Пар и горячая вода возрождали Акиле к жизни. Проворные руки наложниц тёрли её плечи и спину. Приказав всем выйти госпожа взяла в руки сосуд с новым маслом. Оно очень приятно пахло орхидеями. Султанша очень любила эти цветы. Порой она находила у себя в покоях небольшой букетик и записку от Мурада. Это были их лучшие времена вместе. Это было так давно. Конечно, они с Мурадом встречались почти каждый день. Он проведывал Османа, целовал Акиле в лоб и уходил. Государственные дела навалились на падишаха и у него не было свободного времени. Но султанша скучала по их совместным вечерам и горячим ночам. Поэтому сегодня она желала пойти к Мураду. Одев своё самое любимое платье с золотыми узорами, девушка направилась к повелителю.        Войдя в главные покои Акиле увидела Мурада сидящего к ней спиной, он откинулся на софу и закрыл глаза. Кажется, он даже не услышал как султанша вошла. Тихо подойдя к брату, Акиле обняла его за плечи. Падишах слегка вздрогнул от неожиданного прикосновения.        — Мурад, я так скучаю… — Прошептала госпожа, прямо в ухо падишаху.        — Акиле, я не ждал тебя, выходит ты сама пришла?        — Мой господин, я не могла иначе. Я буду твоею, мой славный, бесценный, Родной, самый лучший, ты — неповторим! Я верю! Я знаю! И всё непременно Получится так, как с тобой захотим.        — Раз султанша захотела, я не могу ей отказать. — Сказав это, Мурад целует Акиле. Поцелуй грубый, страстный, горячий. Султанша отдаётся полностью, желая показать как она желает его, как скучает.        Ночь выдалась горячее чем обычно. Молодые люди не могли насытиться друг другом, лишь под утро они заснули в объятьях, крепких и сильных.        Погладив сестру по щеке Мурад поцеловал госпожу в лоб и скрылся на балконе. Проснувшись от дуновения ветерка Акиле встала и подошла к Мураду. Мягко улыбнувшись правителю, султанша прильнула к Мураду положив голову ему на грудь. Взяв руки сестры в свои, падишах прикрыл глаза.        — Я назову тебя Любимой, Я назову тебя святой, Среди сомнений злого дыма, Прекрасной звёздочкой простой. Я назову тебя желанной, Я назову тебя своей, Моей одной зарёю ранней, Лишь озарить мой мир сумей. Я назову тебя Богиней, Царицей всех земных времён, Счастливой будешь ты отныне, Пока всем сердцем я влюблён. Я назову тебя прекрасной, Одной на всей земле большой, Ты посмотри же взором ясным И сердце навсегда открой. Я назову тебя мечтою, А может быть волшебным сном И сердце лаской успокою, Когда ты будешь вечно в нём. Я назову тебя красою, Ведь ты прекрасней всех одна, Любовь в своей душе построю, Пусть будет жизнь тепла полна. Я назову кем ты захочешь, Мечтою, Верой, даже Сном И буду рядом дни и ночи Пока на свете мы живём.        — Мурад… — Сквозь слёзы счастья произнесла Акиле.        — Я люблю тебя, Акиле. Сильнее всех на этом свете.        — И я. — Сказала султанша ещё крепче обнявшись с Мурадом. В душе она ликовала.