Kotor: пока игра на паузе

Покупателей в этот день было немного. Марлена Венн зашла, сопровождаемая маленьким дроидом, и уточнила, прибыли ли заказанные детали. Когда узнала, что они задерживаются, то выругалась под нос. — Очень сожалею, — проговорил иторианец, — но я не могу ничем вам помочь. — Да я знаю, — с досадой ответила женщина, — просто Танис очень ждет, потому что без этих деталей он не может вывести дроидов на охоту, а когда он не на охоте, то у него портится настроение… Иторианец сочувственно покивал. — Замечание. Дроиды могут быть использованы для чего—то лучшего, чем охота. Например, для уничтожения наглых мешков с мясом. Марлена глянула на дроида в углу. — Знаете, я лучше пойду, — она похлопала себя по ноге, подзывая дроида, как домашнее животное. Впрочем, ее ремонтник и носильщик и был чем—то вроде животного. Торговец всех дроидов делил на три категории – вещи, не имеющие настоящего сознания, животные, что—то соображающие и способные на подобие привязанности, и наконец, разумные дроиды, обладающие характером и точкой зрения на происходящее, которую были готовы высказать при необходимости. — Лицемерное пожелание. Доброй дороги, мешок с мясом. До приятного свидание. Иногда они высказывались и без необходимости – и распугивали половину покупателей. Если не вообще всех. В магазин вошли трое – мужчина в униформе флота, другой, постарше и мрачного вида, а с ними женщина в джедайской робе, которая держалась как главная в этой компании. Во всяком случае, именно она начала выспрашивать, сколько стоит дроид-переводчик, и уточнять его функции. — Однако пять тысяч – слишком высокая цена за тук’ату в мешке, — сказала она наконец. — Уточнение. Тук’аты слишком велики и беспокойны, чтобы поместить их в мешок. — Благодарю, — ответила женщина, и зыркнула на дроида так, что у него только что голова не задымилась. Тогда торговец решился сказать: — Я могу сделать небольшую скидку и отдам его за четыре тысячи. — Возмущение. Эта цена слишком низкая для моей модели, к тому же модифицированной. — Ты лучше не пререкайся, — женщина улыбнулась, — если ты будешь слишком дорого ценить себя, никто тебя не купит. Иторианец усмехнулся. — Вы что-то очень легко сбавили цену, — продолжала она. – Может быть, уступите еще немного? Я бы могла в ответ сделать хорошую рекламу вашему магазину. — А знаете, почему бы и нет! – Иторианец кивнул тяжелой головой. – Я готов уступить его за две с половиной тысячи. — Немое возмущение! – послышалось из угла, и в этих словах явственно различалась соответствующая интонация. — Только знаете, — зашептал иторианец, — лучшей рекламой будет, если вы сообщите, что купили его, чтобы он наконец перестал отпугивать клиентов. — Напоминание. Я слышу тебя и понимаю твой язык, мешок с мясом. — Хорошо, мы сделаем, как вы просите, — кивнула женщина. – Дроид, ты переходишь в мою собственность. — Удовлетворенный ответ. Как скажете, хозяин, — откликнулся дроид, к удивлению иторианца. — Я запрещаю тебе причинять вред этому торговцу, моим спутникам, и всем кого я прямо не приказываю тебе уничтожить. Запрет бессрочный. - И ей тоже, - вставил мужчина в оранжевой пилотской куртке. - И мне, - добавила женщина, словно спохватившись. — Удовлетворенный ответ. Да, хозяин. — В таком случае мы уходим. До свидания, хорошего дня. — До свидания, спасибо за покупку. – Иторианец слегка склонил голову. Проводив глазами злосчастного переводчика и, вероятно, убийцу, он облегченно выдохнул. *** Пока шли к воротам города, Карт с любопытством спросил: — А кто такие тук’аты? — Хищные животные, агрессивные и смышленые. Что-то среднее между псом и рептилией, — ответила Вилла. — И где ж такие водятся? – Карту стало интересно. — На Коррибане, — неожиданно буркнул Кандерус. – Говорят, они сторожат гробницы ситхов и даже приказывают пришельцам уходить, когда они тревожат покой мертвых лордов. А если они не уходят – нападают. — Ты была на Коррибане? – удивился Карт и приостановился, с опаской глядя на Виллу. Глупый вопрос, конечно, если бы ее, с таким талантом в Силе, занесло на Коррибан, ситхи живо бы ее завербовали. Или Вилла, в попытках избежать вербовки, разнесла бы планету. — Я читала про этих зверей, когда училась на Дантуине, — к его успокоению, ответила Вилла. – Но, надо полагать, на Коррибане мы с ними встретимся. — И подеремся, — добавил Кандерус. В его голосе, однако, почти не слышалось предвкушения.