Beware of me

— Говори, пока я тебе все пальцы не переломал! — Безэмоционально говорит парень в черной худи, с капюшоном на голове. — Ха… Ха… Размечтался, я ничего не скажу вам! — Прохрипел заложник смотря из-под грязной и мокрой челки на парня, что явно не особо походил на убийцу. По-крайней мере, лицо. — Слушай, тебе же лучше будет, — усмехается другой мужчина с рыжими волосами и яркой улыбкой. — Скажи и Глава пощадит тебя. — Так… я вам и п-поверил, — всё продолжал тяжело дышать пойманный. — Бля, как же с тобой сложно, Мочи, давай. — Рыжий тяжело вздохнул и встал, отходя. В подвальном помещении кроме их двоих было ещё двое амбалов. Рыжий кивнул им, и те, поклонившись, ушли, заперев дверь, и встали по ту сторону. Парень размял шею и посмотрел на то, как тот, что с худи, снимает толстовку. — Подержи, Джей-Хоуп, — рыжеволосый усмехается и ловит на лету вещь, наблюдая, как их заложник переменяется в лице, видя у парня с блондинистыми волосами молоток. — А я предупреждал, — вздохнул Джей-Хоуп и отвернулся. Не любил он смотреть, как этот малыш кого-то так сильно пытает. — Я буду ждать снаружи, Мочи. После двадцати минут болезненных оров, мольбы о пощаде и сбивчивой информации блондин выходит из помещения, блаженно вздыхая от тишины. Джей-Хоуп усмехается, подавая парню бутылку воды. — Ну что, есть? — Конечно, хён, — кивает блондин. — Ты во мне сомневался? — Мнда, рыжеволосый никогда не перестанет удивляться этой мастерской смене масок у этого малыша. — Ни на секунду, Чимин-и, — потрепал волосы парня и повел в кабинет Главы.

***

Джин тяжело вздохнул и откинулся на мягкую спинку кресла. Работы было немерено, и это не только из-за члена банды, что они наконец поймали. Сейчас Чимин и Джей-Хоуп вели допрос в подвале их штаба. Хоть Пак и был личной охраной Кима, но он также всегда выбивал важную информацию из некоторых людей. Вообще, Чимин из университета и Чимин личный телохранитель Главы очень сильно отличались. Внешне это был один и тот же человек, но внутренне… Пак Чимин из университета — милая блондинистая плюшка. Любитель больших мягких свитеров и худи. Он всегда милый и стеснительный, когда к нему кто-то обращается, и мухи не тронет. Тот самый Чимини, который тайно с первого курса влюблен в дерзкого парня Мин Юнги, и у которого на сгибе локтя метка с его именем. Но Пак Чимин, который Мочи, за пределами факультета следует по пятам Джина, словно тень, как будто другой человек, вернее так оно и есть. Этот Чимин носит облегающую черную майку-борцовку, черные зауженные джинсы и черные высокие берцы. Поверх майки черная кофта-безрукавка с глубоким капюшоном, что скрывает его блондинистые волосы. Этот Чимин жесткий и дерзкий, он и глазом не моргнет, чтобы убить мешающего. На его лице и мускул не дрогнет, чтобы защитить Главу и выполнить его самый изощренный приказ. Мочи — это почти орудие для убийств, был им до прихода на пост Главы — Джина. Чимин был продан своей семьей за долги прошлому главе в возрасте десяти лет. Сейчас парню двадцать пять, и за пятнадцать лет его сделали орудием для убийств. С шестнадцати он начал служить тому поехавшему старику, который возомнил себе, что раз он — Глава мафии, то город полностью его. Он шантажировал мирных жителей, занимался работорговлей и продажей органов. Он творил настоящий беспредел, а полиция не могла ничего сделать. Чимин же выполнял самые кровавые задания и был полностью лишен чувств. Пак был убит морально, и это было не только из-за жестких тренировок, но и из-за психического и морального вреда. Тот самый старый-маразматик был падок на красивеньких мальчиков, и Пак не стал исключением. Старика не останавливало даже наличие соулмейта в лице своей жены. Чимину не повезло, он подвергся не только физическому насилию, но и сексуальному в возрасте пятнадцати лет. Тогда Пак хотел сбежать и пытался убить Главу, но у него было еще мало опыта. Поэтому его поймали, а Глава очень сильно наказал его, но как не странно не убил. В восемнадцать Чимин полностью убил в себе все самое светлое не без помощи группировки, куда попал. Он не верил, что есть способ сбежать отсюда, а убить в одиночку он не может. Всё потому, что после той попытки с Чимином всегда был ещё один охранник, как и сейчас. В спальне стояла кромешная тьма. Глава и его измученная жена после нескольких часов насилия спали крепким сном. Пак и еще один мужчина прятались в тени спальни, чтобы, если что, не выдать себя. Чимин вообще не заметил, как открылась дверь, а потом услышал хрип и глухой стук тела о пол. На пороге комнаты стоял человек, во всем черном и с капюшоном на голове. В руке был пистолет с глушителем, а сам незваный гость легкой, но хищной походкой, направился к кровати, возводя ствол на Главу. — Даже не остановишь меня? — Хмыкает парень. Голос у него тихий, мелодичный и чуть с хрипотцой. — Нет, — безэмоционально отвечает Пак. — Только не тронь женщину, она ни при чем. — Прости, но не могу. Ей так будет легче, — следует один выстрел и второй, а потом парень поворачивается к Чимину и, скинув капюшон, смотрит в глаза. Это молодой парень, лет двадцати — двадцати одного. С блондинистыми пушистыми волосами, красивыми чертами лица и с вселенской болью и местью в глазах. Парень оглядывает Чимина и хмыкает. — Я знаю всё о тебе, Чимин-и. Поэтому отпускаю тебя, но если захочешь остаться и работать на меня, я буду этому рад и постараюсь помочь тебе вылезти из этой тьмы, что поглощает тебя, — говорит парень и грустно улыбается. Чимин не знал почему, но он поверил этому блондину. Джин стал новым Главой мафии в Сеуле. Блондин полностью все поменял и на протяжении трёх лет восстановил порядок на улицах города. Да, он — мафиози, но больше нет убийств без надобности, нет насилия и грабежей. Нет торговли людьми и продажи детей за долги их родителей. Чимина удивляла такая перемена, но он по-настоящему начал чувствовать себя свободным и нужным. Пак полностью доверился Джину, и тот оправдал свои обещания. Он вывел Чимина из тьмы и вернул ту прекрасную улыбку и смех, что потерял тринадцать лет назад. Но все равно игра и маски остались, а ещё жестокость по отношению к тем, кто навредит новому Главе. Чимин по-настоящему полюбил Джина, как старшего брата, и теперь готов всё отдать, чтобы защитить его. Джин с небольшой улыбкой вспоминал прошлое и смотрел теперь на совсем другого Чимина. Этот Чимин ругается матом и покрывает им же того пойманного преступника, потому что потратил на него целый час. Ви, что лежал на диване, снимал такого Чимина на телефон и хохотал с его надувшейся моськи. Джей-Хоуп, закатывая глаза, заваливается в кресло и весело пародирует Чимина. Если посмотреть на эту картину, то и не скажешь, что это кабинет Главы мафии Сеула, а тот, кто ходит и ругается, — самый опасный убийца Кореи.

***

— АрЭм, ваша группировка — молодцы, вы смогли поймать одного из той банды и предоставили нам зацепку. Продолжайте в том же духе, Глава решил выписать вам и вашим людям премию, — вещал Джей-Хоуп на очередном собрании. Старик Хан явно был в бешенстве. Он и еще один Лидер всё пытались убедить Главу, что АрЭм крыса, ведь как же так, сразу же после прошлого собрания и обвинения того, что Лидер Восточной группировки — крыса, тут же он ловит одного из буйствующий группировки. Странно, не находите? Весь гомон и споры прекратил Джей-Хоуп, объявив, что собрание закончено, и те могут возвращаться к поимке других членов банды. После того, как все ушли, мужчина устало вздохнул и плюхнулся на стул, откидывая голову назад. — Сокджин, вот скажи, почему ты так уверен, что это не Намджун? — Обратился рыжеволосый к Главе. Только эти трое знали настоящее имя Главы — Ким Сокджин. — Интуиция, — пожал плечами Глава. — Да и ты сам знаешь почему. — Хён, но всё же, ты не можешь безоговорочно доверять ему… — С другой стороны сел Чимин. — Может, если у него есть я, — веселый голос и грохот открытой с ноги двери. — Ким Тэхён, если эта дверь опять сломается, ты будешь её лично чинить, — зарычал Джей-Хоуп. — Хоби, успокойся, я куплю тебе новую, — хохотнул хакер. — Что нового, Тэ? — Спросил Сокджин. — Мгхм, ничего, если не считать слишком активного возмущения со стороны Хана и Шинсока. Эти два старика меня всегда бесили, — фыркнул сероволосый. Он с недавних пор начал мониторить их собрания. В комнате было установлены камеры с разных ракурсов, и за ними он старался увидеть хоть что-то, что могло выдать крысу. Он, как и Намджун, считал, что предатель находится среди Лидеров, иначе он лично бы поймал тех подонков. Ну он лично почти и поймал, когда согласился на план Джина прогуляться и прикинуться жертвой. — Ладно, отдыхайте. По идее они должны сейчас притихнуть на какое-то время, — Сокджин зевнул и встал. — Свободны. — Хёёён, а ты, надеюсь, не забыл, что в понедельник тебе скажут дату сдачи диплома? — Издевательски хмыкнул Тэхён. Сокджин замер и страдальчески простонал, прикладываясь лбом о стол. Ему придется просидеть за ним все выходные, потому что он вообще не готов. Времени не было, а он с дуру ляпнул ректору, что диплом готов уже и остались некоторые правки. — Да не страдай так, — хмыкнул Тэхён. — Держи, тут вся информация по твоей теме, — он кинул флешку Джину. — Тэ-Тэ, я тебя люблю! — Пискнул Сокджин и, поцеловав паренька в лоб, ушел.

***

Утро понедельника выдалось как ни странно хорошим. Джин выспавшийся, с готовым дипломом и улыбкой на лице шел в направлении к Чимину, что сидел за столиком в столовой. — Я смотрю ты выспался, хён, — пряча усмешку в стаканчике с кофе, спросил Пак. — Есть такое, — беря другой стаканчик, сказал Сокджин. — А ты чё такой унылый? — Ну, — обиженно надул губки Чимин. — Меня Юнги достал. Откуда у него, блять, мой номер? Джин лишь захихикал и не стал говорить откуда. Если Пак узнает, что это Чонгук, то мальца не будет в живых, а так, Джин даже рад, что тот инцидент неделю назад поспособствовал всё-таки их знакомству. — Ты уже узнал дату защиты? — Спросил Чимин, краем глаза замечая, как в столовую входит Намджун со своей свитой. — Угу, она в эту среду, — Джин тоже увидел появившихся и внимательный взгляд Чонгука. — Вот и зачем вы с Тэ раскрылись, теперь могут быть проблемы, — фыркнул Чимин, стараясь игнорировать взгляд Юнги. — Так надо было — упустили бы того ублюдка, — вздохнул Джин и укоризненно посмотрел на Чона, давая понять, что он слишком палится. Чонгук вздрогнул от такого взгляда Джина. В голове младшего был большой диссонанс. С одной стороны, это милый паренёк-ботаник, вечно в больших вещах и больших очках. С другой же стороны, это шикарный мужчина, с подтянутым телом и чувством стиля, а также самый опасный человек в Сеуле. И этого парня Намджун хотел провести и публично унизил? Да как хён ещё жив остался? — Эй, малой, ты чего? — Вскинул удивлённо бровь Намджун. — А? Н-нет, ничего, — встряхнул головой Гук и вернулся к разговору. Намджун хмурится и смотрит в направлении, куда только что смотрел Чонгук. За излюбленным столиком сидели Джин и Чимин. Старший выглядел намного лучше, чем в предыдущие недели. Явно выспавшийся и отдохнувший за эти выходные, короче, он вернул свою красоту. Ким вздохнул и с небольшой грустью отвернулся. Весь запал злости и того, как он хотел проучить парня, пропал. Да, Намджун просто искал повод всё время поговорить с Джином, а когда он появился, вся усталость и раздражённость ушла на нет. Ещё Намджун признаёт, что безумно испугался за брюнета тогда в переулке. Блондин даже думать не хотел, чем бы всё закончилось, не пойдя тогда он за ним. — Хён, чего теперь ты пялишься? — осторожно спросил Чонгук. Он не очень хотел, чтобы Джун сейчас опять начинал скандал с Джином. Просто потому что боялся… А вы что думаете? Хоть в голове и огромный диссонанс, но всю реальность тех событий он понимает. Джин — Глава! И с ним надо осторожно. Вот, правильно, Намджун прошел мимо их столика, а вот зачем ему стул…? — Хён! — Восклицает Чонгук и смотрит с шоком на то, как Намджун садится напротив Джина. — Можно? — Поднимает бровь Ким и смотрит на брюнета. — А смысл мне что-то отвечать? Ты же всё равно сядешь, — пожал плечами Джин, продолжая пить кофе. — Хён, а может, пойдем за наш столик? — С надеждой спросил Чонгук, чем не мало удивил своих хёнов, а от Джина получил усмешку. — Да ладно, Гук-и, — ему показалось или Джин протянул это с издёвкой? — Садись, не стесняйся. Джин улыбается мило, а в глазах горит насмешка. Чон готов поспорить, но этот его кивок на стул был немым приказом сесть, а Чонгук — мальчик воспитанный, сразу молча садится. Опять-таки удивляя своих хёнов. — Бля, Гук, тебя случаем по голове никто не бил? — Прищурился Юнги с подозрением переводя взгляды то на Гука, то на Джина. — Так что ты хотел, Ким Намджун? — Старший откидывается на стул, снимая очки и закидывая ногу на ногу. От таких действий повисает тишина за столом и близстоящих тоже. Все не то что с шоком, а с восхищением что-ли смотрели на совсем другого Джина. Сейчас он не был похож на ботаника. — Хён, — обречённо вздыхает Пак, но Джин останавливает жестом, и Чонгук опять готов поклясться, что это властный и приказной жест. — Эм… Кхм, да, в общем, — Намджун запинается, залипая на парня, но, собравшись, продолжает, — это, возможно, сейчас прозвучит странно и нелогично всем моим действиям до этого, но я хотел бы извиниться перед тобой. В столовой опять тишина и кашель Юнги, который подавился при глотке кофе. — Хм, неожиданно, — хмыкает Джин. — И позволь узнать, что ж способствовало твоему поведению в последнюю неделю и твоему извинению сейчас? — Ну, признаюсь честно, на работе были кое-какие проблемы, поэтому нервы и раздражение были на пределе, а тут ты попался. Сокджин наблюдает внимательным взглядом за Намджуном. В словах только искренность и вина во взгляде. — Хм, ладно, я принимаю твои извинения, — хмыкнул старший и протянул руку Намджуну. — То есть, ты мне делаешь одолжение сейчас? — Брови Лидера скрылись за чёлкой от удивления. — А тебе что-то не нравится? Не я же начал первый оскорблять тебя. Я сразу же извинился, а ты налетел с наездами! — Старший прищурился, но руку не убрал, видя замешательство и виноватый взгляд. — Да, ты прав, — обречённо вздохнул блондин и пожал руку старшему в знак перемирия. — Отлично, — ослепительно улыбнулся Сокджин, чем опять всех ввёл в транс, особенно Намджуна. — Мин-и, нам пора, — напомнил старший и встал из-за столика. Пак кивнул и по-быстрому выбрался из-за стола, догоняя хёна. Он очень старался скрыть смущенный румянец на щеках. Нельзя, чтобы его видел Юнги. К сожалению, они оба знают, что предназначены судьбой, но каждый боялся признаться. Юнги умом понимал, что опасно, и Чимин тоже понимал, но все равно злился. Потому что знает, что может себя защитить, а вот Мин этого не знает. Чимин любит его и без всякой предназначенности, но сделать первым шаг? Ну уж нет! Если еще года два назад он был готов на это, но не сейчас. Юнги сам не подал знак, что знает о их метках, а ведь тогда он уже знал имя Чимина. Пак грустно вздыхает, чуть оборачиваясь и видя взгляд Шуги. Почему же сейчас он начал проявлять внимание к нему? Если в случае хёна, то ему повезло, можно сказать. Его соул точно не знает, кто он, ведь настоящим именем Джин не пользовался в универе, да и в обычной жизни. То, что его зовут Ким Сокджин, знали только Чимин, Хосок и Тэхён. Все же остальные его знают как просто Джина. Чимин долго старался узнать имя его соулмейта, но всё безуспешно. Вообще, встретить своего соулмейта в их мире не так-то просто, поэтому то, что Джин влюбился в Намджуна, Чимина не пугало. Правда и эта любовь, скорее всего, обречена.