52. Ты будешь вместо нее.
2 ноября 2019 г., 16:04
Дождь, казалось, только усиливался. Где-то вдалеке сверкали роскошные молнии. Кайя ни разу в жизни не видела такого сильного ливня. Из-за разгула стихии на улицах было пустынно. Только она, одинокая девушка в тёмно-синем плаще с капюшоном, несущаяся сломя голову, куда глаза глядят.
Решение нужно принимать максимально быстро. Кто знает, когда начнётся погоня и насколько успешной она будет для её врагов? Вот только ткнуться было некуда... Она пожалела, что не узнала у «мамы», где та живёт. С другой стороны, это подставило бы её, что тоже нехорошо. Пусть она и не «настоящая», но человек неплохой.
Из уже знакомых ей мест оставалась та модерновая католическая церковь в форме кубика Рубика. Да и там нельзя было долго засиживаться — из-за проклятого браслета, снять который она не может, всё равно придётся воспользоваться машиной времени.
Надежда была на адскую непогоду (должна же она хоть как-то помешать её поиску!) и на то, что этот Петров, когда освободится, не задействует полицию себе в помощь. Ему же не нужен лишний шум? Или задействует? Он же олигарх. Вот дерьмо...
если когда они доберутся сюда, взломают охрану, прикинула резерв времени, нащупала в сумке «термос». Кажется, можно даже чуть расслабиться.
— Спасибо, падре!
— Знаете, если не возражаете, я, пожалуй, закончу свой завтрак. Хотите и вас угощу? Тушёный кролик, сам готовил.
Кайя отрицательно покачала головой.
— Разве... Вы говорили что-то про мессу. Я думала, мессы служат на голодный желудок.
— А ещё у нас церковь в форме кубика Рубика! — усмехнулся священник. — С тех пор как из-за этой истерии толерантности священником мог стать кто угодно, старые традиции уходили в прошлое, церковный устав переписывался неоднократно. Чревоугодие перестало быть смертельным грехом...
— Вы и десять заповедей переписали?!
— Нет, но отношение к некоторым моментам у Церкви изменилось. Так вы поделитесь своей историей?
Ещё один разговор по душам? Сейчас? Кайя понимала, что спокойствие — это хорошо, но совсем расслабляться — плохо. Нужно принимать решение о своём дальнейшем будущем. Только каким оно будет, это решение?
Сможет ли этот священник дать хоть какой-то дельный совет или хотя бы навести её на правильное решение? Возможно... Коли она сама ещё до конца не определилась.
Отец Николас, несмотря на то, что знакомы они были всего лишь день, воспринимался ею как союзник, друг, а как раз друга, товарища, ей в последние дни остро не хватало.
— Я всё-таки вызову полицейского-андроида, чтобы патрулировал поблизости, — сказал священник. — А то вижу, что вас это серьёзно беспокоит.
— О, это хорошая мысль! Спасибо, падре!
Она бросила взгляд на экран камеры, обозревавшей вход, потом вновь прикинула возможный запас времени в случае кризиса. Ок! Раз уж есть время, она готова поделиться с этим Николасом. Просто потому, что сама хочет этого. Правда, начни она рассказывать реальную историю, то скорее дождётся приезда дурки, чем хорошего совета. А нельзя ли представить всё иначе?
— Ладно... Только не придирайтесь! Предположим, я писатель...
— Предположим? И что вы пишете? — Николас положил вилкой в рот очередной кусок крольчатины. — Стихи?
— Фантастику. Терпеть не могу поэзию.
— Последнее, что я читал — Леон Каперников, — поделился священник. — Кажется, это была «Девятая Галактика», о путешествиях во времени...
— Моя история тоже о машине времени!
— Хм... Интересно! А как будет называться ваш роман?
— Ещё не знаю... Может, что-то вроде «Машина времени, оставленная без присмотра»... — пожала она плечами.
— Занятно!
Периодически бросая взгляд на экран камеры наблюдения, Кайя продолжила. В общих чертах, выделив только главное, за пару минут рассказала о своей истории, разумеется, приписав всё происходившее главному герою своего фантастического романа. Немного странный способ, но что уж пришло тогда в голову.
— И какова проблема?
— Понимаете, главный герой хочет начать с чистого листа, но вернуть своё тело у него не вышло, вернуться в прошлое, чтобы всё изменить, он уже пытался. Ничего не вышло.
— Я правильно понял, в вашем романе, если человек воспользовался машиной времени, то мир как бы разделяется?
— Я сама не до конца всё продумала... Наверное, да. Получаются параллельные миры.
— Никогда не думал, что буду вести такие разговоры и давать советы авторам фантастических романов, — усмехнулся отец Николас. — У вашего героя сложная ситуация. Преподобный Луиш из Белу-Оризонти советовал: если запутался в жизни — возвращаться к истокам... Найти, с чего всё началось, и ваш клубочек распутается. Если желаете, могу дать вам почитать его трёхтомник «Пути веры в XXII веке».
— Трёхтомник?!
Кайя подумала, насколько бредово всё это сейчас выглядело бы со стороны. Беглянка, с минуты на минуту ожидающая появления преследователей, обсуждает фантастический роман, который она якобы пишет, с католическим священником.
Тот, вероятно, тоже обескуражен, но тем не менее диалог продолжается. И, кстати, ей нравилось, что он не делал пауз, отвечая ей, не тянул время, нравился его быстрый мозг.
— Нет, падре, всё это очень интересно, но мне сейчас не до чтения. Что вы имеете в виду, говоря об истоках?
— С чего именно началась история вашего героя?
— С моего... Все закрутилось, когда главный герой сел в найденную машину времени. Но я, то есть он, пробовал всё изменить с этого момента, ничего не вышло...
— Значит, история на самом деле началась раньше.
— ?
— С момента, когда эта ваша машина времени попала в прошлое.
— А-а... То есть... — вдруг осенило Кайю. — Если изменить этот элемент...
Отец Николас, конечно, думал о своём, Кайя совершенно о другом, но он подтолкнул её к интересному варианту. Она же хотела начать всё с чистого листа? Что, если вместо этого Гиббса, в тот первый полёт в прошлое отправится она?
Получится новая вселенная, где ничего из того бреда и ужасов, что были в прошлом, не будет. Никаких двойников в её времени, никаких Ковачей и Диксонов, никаких Петровых и Ившиных... Реализовать это будет непросто, но оно того стоит!
— А по поводу вашего главного героя... — падре добил кролика и начал ковыряться зубочисткой в зубах. — Вы же пишете его частично с себя, верно? Вчера вы говорили, что были мужчиной.
— Да, это так... Я как раз хотела об этом... Ну, то есть если он вернётся к истокам, изменит начало, то ведь всё равно останется женщиной...
— Вчера мы говорили об этом.
— Да, я помню. Конечно, есть и свои плюсы, но и минусы тоже...
— Пусть не переживает, — махнул рукой Николас. — Зато ему не грозит импотенция!
Кайя вначале никак не отреагировала, как будто не могла до конца переварить слова священника, потом внезапно захохотала. Так, что священник от неожиданности даже пролил вино на сутану.
— Ой, простите... — отдышавшись от смеха, извинилась она. — Спасибо за идею, про импотенцию обязательно напишу!
— Вижу, ваше настроение улучшилось, — ничуть не расстроился тот. — Отправите мне потом копию, я бы прочёл ваш роман?
Она не успела ответить. Раздался сигнал охранной системы. Кто-то стоял у входа в храм. Кайя вздрогнула и едва не сорвалась с места. Отец Николас увеличил изображение, потом вопросительно посмотрел на девушку. Она отрицательно покачала головой, и падре впустил его. Кайя подумала — может, у неё гораздо больше времени в запасе?
— Сколько у вас прихожан? — поинтересовалась она.
— Постоянных? Десятка полтора.
— И вас это не беспокоит?
— На всё воля божья... — отец Николас прошёл к умывальнику, привести себя в порядок после завтрака. — Прогресс удалил из жизни человека большую часть страхов. После Третьей Мировой войны в мире был взлёт числа верующих. Многие приходили в храмы, потеряв кого-то из близких, испытав ужасы и лишения... Только... В чём ценность таких «верующих», если к вере они пришли, только испытав горести? Это вынужденный путь. Неверная мотивация...
— Логично.
— Потом появились «посредники», люди смогли перемещать своё сознание в другое тело... Старики получили шанс стать молодыми, любой человек, имеющий деньги, получил возможность не стареть и не умирать. Умер страх. Вера стала не нужна... Десятки храмов закрылись. Во многих действующих число прихожан снизилось до нескольких десятков, не более.
— А церковь что-то пыталась предпринять? Вы что-то делали, нет?
— Ортодоксальные течения пришли в упадок. Мир изменился, и нам остаётся лишь меняться вместе с ним.
— Ветер меняется, но не надо быть флюгером, — возразила Кайя. — Куда бы он ни дул, паруса и курс можно настроить так, чтобы попасть в нужное вам место.
— В вас что-то есть! — похвалил её священник. — Думаю, вы преодолеете все свои жизненные коллизии и найдёте в итоге своё счастье.
— Спасибо, падре.
— Прошу простить меня, прихожане, как видите, собираются. Не ожидал, что в такую жуткую погоду кто-то придёт. Я должен к ним выйти. А вы можете пока побыть здесь.
***
Отец Николас взглянул на часы. Двадцать пятое. Половина девятого. Скоро служить мессу. Священник был в приподнятом настроении. Два дня назад он отметил своё сорокадевятилетие. Почти полвека. А борода делала его ещё старше. Вчера началось празднование дня святого Иоанна Крестителя, которое в прежние времена растягивалось на несколько дней, вплоть до дня святого Петра и Павла. Общие молебны, шествия с факелами и фейерверками... Отец вздохнул. Нынешние времена совсем иные... Кризис веры. Изобретение технологии создания массовых генномодифицированных оболочек, возможность переноса сознания в новую оболочку... Это попросту разрушило фундамент церкви, которым для большинства являлся страх смерти с последующей расплатой за грехи. А чего бояться тем, у кого сейчас есть деньги? Он бросил взгляд на витражное окно. Дождь усиливался. Похоже, наступает циклон. Велика вероятность, что на мессу никто не придёт... Засядут в своих домах в виртуальной реальности. Привыкший во всём находить плюсы, отец Николас решил подняться на второй этаж, в свою «келью», где собирался хорошенько позавтракать. И не проклятыми безвкусными смесями, насаждаемыми государственной корпорацией «Киви Фудс», а тушёной крольчатиной собственного приготовления, лепёшками и бокалом старого красного вина. Неспешно пережёвывая нежное мясо, он вспомнил вчерашнюю гостью, что заглянула в храм перед закрытием. Возможно ли, что она станет новой прихожанкой? Или её поглотит борьба естества женского тела и мужской души? Каково это? Отец Николас ни разу не менял данного ему Богом тела, а потому мог лишь предполагать, что творится в головах тех людей, чьи души сейчас в чужих телах... Иногда, в периоды недомоганий, болезней, его искушала эта мысль — стать кем-то другим... Получить новое, совершенное тело... Сигнал открывающейся двери отвлёк его от трапезы. Он торопливо вытер губы салфеткой, глотнул вина, прополоскав им предварительно рот. Бегло оглядел себя в зеркале и стал спускаться по лестнице. Между скамьями, оставляя за собой мокрые следы, в его сторону быстрыми шагами двигалась женщина, укрытая плащом с капюшоном. Заметив его, она сбросила капюшон с головы. — Ах, это вы... — узнал он вчерашнюю посетительницу. — Пришли на мессу? — Нет, падре, честно говоря, мне нужна срочная помощь! — быстро заговорила она. — И я не о вчерашнем разговоре. Ну, вы помните... — Помню, вчера я посоветовал вам меньше думать о своей роли в постели, — священник немного досадовал, что она прервала его завтрак, поэтому допустил в её сторону лёгкий укол. — Да-да, я поняла. Это всё херня... Ой, простите... Или «херня» тут можно говорить? — Запретить я вам не могу. Но это слово нежелательно. — Ок! Священник бросил взгляд на большое распятие и перекрестился. Он решил, что раз уж его прервали, то... Fiat voluntas tua! Да будет воля твоя. Он займётся ею, окажет посильную помощь. — Сильно промокли? Какого рода помощь вам требуется? — Нет, почти не промокла. Эта одежда очень хороша. А требуется... Мне нужно укрытие в вашем храме. Меня преследуют. — Кто вас преследует? — Это неважно. Я не знаю, что мне сейчас делать? Как именно поступить? — Если вас преследуют — обратитесь в полицию. — Нет. Невозможно. — Неважно, невозможно... Тогда мне особо нечем вам помочь... — пожал плечами священник. — Единственно — я дозволю остаться вам в храме, пока не пройдёт дождь. А дальше — решать вам. — Меня это устроит!.. Отдышавшись, Кайя быстро прикинула дальнейшие ходы. Может, прямо сейчас закрыться, скажем, в туалете, быстро решить, куда сваливать, и «от винта»? Или ещё немного обождать? Какой у неё реальный запас времени? В данный момент она чувствовала себя в относительной безопасности. В такую непогоду её поиски могли серьёзно замедлиться. А воспользоваться машиной времени в критической ситуации можно достаточно быстро. Включить устройство, скан сетчатки, подтверждение паролем, и секунд тридцать, чтобы задать конечную точку инфергенции и ввод времени. Но как там в самом деле всё обстоит с её преследователями, какая у неё перед ними фора во времени — об этом можно было только гадать... — Я хочу кое о чём спросить вас... Посоветоваться... Можно? Отец Николас секунду поколебался, потом согласился. — Пройдёмте в мою келью, там вам будет удобнее. — Я думала кельи — только у монахов. — Когда-то я был монахом, называю по привычке. — Всё. Поняла. В келье отца Николаса было довольно уютно. Белые стены, большое распятие напротив входа. Позолоченный подсвечник. Едва уловимый запах ладана. Какая-то повреждённая статуя в углу, похожая на древнегреческую. Книжные полки с религиозными трудами. Массивное деревянное кресло. Из признаков современного мира — большой телеэкран, несколько экранов поменьше, кухня-автомат и капсула для сна. — Кто это? — поинтересовалась она, указывая на однорукую статую. — Она была здесь ещё до меня. Предыдущий настоятель храма уверял, что это настоящая античная статуя какого-то святого, якобы с раскопок в Риме. Но я подозреваю, что это подделка. Кайя усмехнулась. — Да-да! Сам изваял, сам закопал, сам откопал и продал на аукционе за бешеные деньги как античное искусство! — Совершенно верно! — Вы тут устраивайтесь пока. Насчёт безопасности не переживайте — на экране вы будете видеть всех, кто направляется в храм. Если среди них будут ваши преследователи, я укажу вам запасной выход... Впрочем, без моего позволения никто не сможет войти в храм! — с этими словами отец Николас заблокировал охранной системой вход для «чужаков». Кайя быстро прикинула дистанцию, которую придётся преодолеть её врагам в случае,***
Оставшись в келье одна, Кайя пересела в деревянное кресло священника, сняла сапожки, села по-турецки, потом передумала — «а вдруг война, а я уставший?» Снова надела обувь. На экране были видны внутренние помещения храма, а также область перед входом. Отец Николас вёл беседу с тремя прихожанами. Сейчас должно начаться служение, месса или что там у них, католиков? Подумала про этих Петровых-Сидоровых, что остались в её квартирке. Вот идеально бы их всех споить снотворным, собрать в кучку, потом сигануть с ними в Мезозой, потом оставить их там «размножаться» с динозаврами, а самой назад... И никаких тебе преследователей... Засмеялась, вообразив заголовки газет — «Шокирующая находка археологов! Сенсация столетия! Череп Homo sapiens в слоях Мезозоя! Ученые вынужденно пересматривают историю человечества!» Обалдеть!.. Потом упрекнула себя, что отвлеклась на чепуху. Так. Сконцентрируйся!.. Хочется домой... Куда именно? На остров? Опять хрен знает, что там будет... А если их там будет двое, плюс Андрей, в итоге три «Я», то как дальше? Нет, ну нафиг... У той, другой Кайи, теперь там своя жизнь, я её спасла, как и остальных, так что выкрутится. Блин, хорошо ей там... В родной квартире теперь, наверное... В собственной тёплой постельке... Кайя подумала, что там дальше у её двойника будет? Вряд ли она там долго будет злиться. Андрей её в сестры запишет? Или... На его месте он бы трахал такую красотку так часто, как только позволит собственный организм... Ахаха... Может, они поженятся, и у них будет куча детишек? Если не свихнётся от столь разительных перемен в своей судьбе. Интересно, расскажет она ему, кто такая на самом деле? А может, ничего такого там не случится? Может, та Кайя воспользуется своей машиной времени и свалит куда-нибудь в попытке заполучить лучший вариант будущего для себя, прямо как она сейчас... На его месте — всё понятно... А на её месте? Значит, надо создать ещё одно параллельное будущее/прошлое? Для себя лично? Чтобы с чистого листа? А на что жить? Вспомнила про «Назад в Будущее» со ставками на спорт. Тогда надо бы в июнь 2018-го, до чемпионата мира по футболу... Допустим... А в августе снова встретиться со всеми? С собой? С двумя киллерами? Как от них избавиться вообще? Как получить мир, где она будет одна без двойников и всяких убийц из будущего? Хотя... Она же решила проблему с ними... Значит, в этом мире будет только одно отличие — две Кайи... М-да... Как-то дико всё это... А может, не забивать мысли существованием ещё одной «я»? Вдвоём веселее?.. Нет уж, опять сюжет для немецкого порно... А если не связываться с другими «я»?.. Блин, я и так одна-одинёшенька... Как-то всё тоскливо и печально... Так... Раз все эти варианты отпадают, остаётся та идея, на которую навёл этот священник. Вернуться к истокам. К тому, с чего всё началось. С «прыжка» этого Гиббса в его время. — Так, девочка, собери мозги в кучку!.. Что нужно конкретно сделать и что из этого выйдет? Если я заменю Гиббса в том скачке в моё время и останусь там, то... Образуется ещё один параллельный мир? Во-первых, не будет никакой второй Кайи, во-вторых, никакие Петровы-Сидоровы, Ковачи-Диксоны не будут за ней охотиться, ибо нет повода, в-третьих, у неё в распоряжении будет собственная нормальная (!!!) машина времени, без всяких извращений, как в «термосе», в-четвёртых, на этом «Индеворе» можно утащить в прошлое какие-нибудь интересные ништяки! В итоге можно без всяких помех и с хорошим заделом начать новую жизнь. Кайя начала перебирать варианты и так, и сяк. Кажется, это наилучшее, что можно придумать. Хотя один существенный минус оставался — жить придётся в этом теле... А может, священник и здесь прав? И со временем она найдёт своё место в этом мире и в этом теле? И минус превратится в плюс? Как будто есть выбор... Так какие именно ей сейчас предпринять действия? Она вспомнила дату, когда стартовал Гиббс. Двадцать девятое мая 2111 года. Если она сейчас совершит скачок на сутки раньше, в квартиру Гарды в Бленхейме, потом как-то вытащит, вызовет её (или Гиббса?) из Барнитауна домой... А там можно либо договориться с ней, придумать что-то вроде «я должна лететь вместо тебя, иначе миру пи*дец», или как-то иначе, без телячьих нежностей, выключить её из игры. Если не получится, у меня ведь есть «термос», попробую потом по-другому... Вроде логично, так ведь? — Я буду вместо, вместо, вместо неё... — вспомнила она известную песню Глюкозы. — Твоя невеста, честная, честная, ё... А что, если попробовать отжать у неё оболочку Гиббса?! Ей захотелось чем-нибудь перекусить, но в это время на экране пошла движуха. Прямо перед входом приземлился флайкар, из которого вышло трое. И это не новая партия прихожан, спешащих на утреннюю мессу по случаю религиозного праздника, это Петров и его компания! Вот к ним приблизился полицейский-андроид. Вдруг он упал на землю! Ого! Они каким-то образом его вырубили? Несколько секунд спустя экраны вдруг погасли. Похоже, это их работа, как и раньше, в её квартире. Кайя испугалась, если они применили что-то вроде электромагнитной бомбы, как в её времена, то не выйдет ли из строя и машина времени? Горан говорил, что она много от чего защищена, но... Хорошо, что в келье осталась горящая свеча. В абсолютной темноте даже кошачье зрение не поможет. Кайя вскочила с кресла, заперла дверь, активировала машину времени (Ура! Работает!), быстро настроила координаты (квартира в Бленхейме) и дату — час ночи двадцать восьмого мая. Бросила взгляд на распятие на стене, перекрестилась, произнесла шёпотом: — Ну, и снова — с Богом! И нажала «ПУСК».
