Кто воровка? Я воровка! Перепишем историю.

Утро радует нас началом зарождения нового дня, отсчитывая первые часы. За окном ярко светило солнце, просачиваясь сквозь пыльные занавески. Свежий ветерок разгуливал по квартире свободно, как дома, тихо теребя и разметая вещи на своем пути. Сегодня здесь тихо, никто не смеется, телевизор молчит уже второй день, только на кухне слышится несвязное шебуршение. Лазарев положил на тарелку три бутерброда - великое достояние искусства, и снял древний чайник с плиты. Радио негромко шептало на верхней полочке, которому Ник не придавал особого значения. Двое радиоведущих пытались шутить и, наверно, кому-то поднимали настроение, но не ему. Вот уже пятый день время в квартире стоит на месте, словно замороженное. Захарра слегла после побега Василисы, до сих пор в ушах парня звенел голос брюнетки: - Что? - девушка осела на пол, запустив руки в волосы. - Я же обещала... - Кому? - парень недоуменно на нее посмотрел. - Фэшу. Я была у него сегодня... он сказал, чтобы мы присматривали за ней и не давали уходить из дома. А сейчас я прихожу и вижу, что ее нет, а ты даже не удосужился ее остановить! Что нам теперь делать, Ник?! А парень винил себя до сих пор, ведь именно он отпустил ее, из-за него Драгоций лежала день и ночь в кровати, перестала разговаривать и есть. Удивительно, как один поступок может сделать из жизнерадостного человека амебу, которая, по сути, ничего из себя сейчас не представляла. Лазареву было жаль ее, он пытался дозвониться до рыжей, узнать что-то новое, но ему никто не отвечал. Да, они много пережили вместе: несколько раз чуть не попали за решетку, предательство Дианы, которое и послужило своеобразным толчком ко всему, Фэша посадили, Василиса потеряла память. Казалось, что еще немного, и все разлетится ко всем чертям, оставляя только обломки несбывшихся мечтаний. Друзья, которых больше нет. Друзья, которые изменились. - Захарра? - Лазарев вошел в комнату с тарелкой и кружкой горячего чая. Девушка под кучей простыней и пледом. Веник темных волос давал понять, что Драгоций еще не думала о пробуждении. Ник восхищался ее стойкостью, а то, что она замкнулась в себе - ничего, просто обычная усталость, всем нужен отдых. - Захарра? - позвал еще раз парень. - Чего приперся? Я сплю. - Одеяла пришли в движение, было ясно видно, что девушка не настроена на завтрак. - Захарра, ты со вчерашнего дня не ела, нужно же как-то поддерживать свой организм. - Ой, диетолог, отвали, а. Сама разберусь. Ник усмехнулся и поставил еду на прикроватный столик. Ему надоело, что она спит. Ну сколько же можно? Парень уцепился за простыни, дернув на себя. Рывок, и вот Захарра вылетает из них, как из кокона, лавируя на краю кровати. - Совсем, что ль?! - заорала девушка. - Тебе повезло, что я в пижаме. - Импровизация, - пожал плечами Лазарев. Драгоций напялила подушку на голову и вновь улеглась. - Не, так не пойдет. - Ник не останавливается на достигнутом, Ник начал щекотать девушку, отчего та завизжала и упала с кровати. Вскоре на Лазарева уставились разъяренные глаза подруги, парень поежился, да, он явно перестарался. Она заползла обратно на кровать, а светловолосый, тем временем, готовил пути к отступлению. Все-таки он перестарался, да. - Уф, надоел. Ладно, давай свой завтрак, шеф. - Парню не попало, даже как-то странно. Ник протянул девушке тарелку с завтраком, на которой покоились уже остывшие бутерброды. Захарра облокотилась на подушку, взяв чай в руки. - Подними одеяло, пожалуйста, - тихо сказала девушка, засунув с рот колбасу. Ник все послушно подобрал, накинув на себя плед, и тут же встретился с требовательным взглядом Драгоций. Было ясно - тепло придется поделить. Парень наиграно вздохнул и откинул руки, чтобы девушка могла лечь рядом. Так они просидели пару минут, молча пили чай, не придавая значение проблемам. У Лазарева была Захарра, что ему еще надо для счастья? Если только еще один плед... Но всем известно, что Драгоций не может усидеть долго на одном месте, поэтому вскоре она заелозилась, вызывая у парня улыбку. - Наверно, это странно... ну, чувствовать себя хорошо, когда твои близкие в беде. Мне сейчас очень хорошо, - почти шепотом сказала она, дожидаясь ответа, который не последовал. - Почему ты ничего не говоришь мне? - Потому что слова могут все испортить. - Но во мне множество вопросов, - сказала девушка и взяла кружку, в попытке согреть руки. - Знаешь, все вопросы - очередная попытка занять себя чем-то, чтобы не было грустно и одиноко. - Я понимаю. - Захарра отпила чай. - Но что нам делать дальше? И что будет завтра? - Я не знаю, родная, - последнее слово он произнес почти неслышно. Ему хотелось называть ее так просто потому, потому что эта девушка единственная, кто была с ним до конца, до последнего исхода. И он знал, что она всегда будет рядом. Ник привык к ней и, наверно, ничего уже не сможет отнять у него привычку готовить ей бутерброды каждое утро, смотреть в ясные глаза и делать глупые "гадости", как сегодня с одеялом. Ничто не в силах помешать. - Обними меня. Крепче, пожалуйста. - Драгоций поставила пустую тарелку с кружкой на столик и уткнулась ему в плечо, закрыв глаза, и парню показалось, что она уснула. Зачем Лазареву Солнце? У него есть свое. То, которое греет, даже когда спит. - Спи, родная, и не переживай, мы со всем справимся.