Часть 1
1 августа 2019 г., 09:39
«Когда умру я и скончаюсь, Когда в холодный гроб пойду, Тогда любить меня не надо, Люби сейчас, пока живу.» Пак Фа — Люби меня пока живу
Вот так Питер узнает всю правду. Все: от начала до конца, весь его план, потому Бек сам так захотел, чтобы парень ушел, возненавидел его всей душой, пообещав отомстить ему и всей его команде. Но он почему-то не уходит. Мистерио насылает на него кошмары, иллюзии, извращающие его прошлое, галлюцинации, заставляющие поверить, что все это взаправду, но даже после всех этих пыток, он не отступает, пусть и чувствует себя преданным и разбитым. — Почему ты не уходишь? — голос Квентина начинает срываться, появляются эти злые бешеные нотки, от которых у Паркера по спине пробегают мурашки. Паук не боится его гнева, боится, что с ним сделают, если узнают, что за все те ужасы, что случились с городом, ответственен их новый герой — Мистерио. — Я хочу помочь тебе! — кричит Питер, позволяя чутью полностью вести в бою, чтобы добраться до Квентина. Бек принес ему боль, отчаяние, ночные кошмары, однако он же принес ему и эту странную трепещущую радость, раздирающие изнутри его сердце, и именно поэтому Паркер не мог отступить, не попытавшись. Его костюм разодран в клочья, паучье чутье бьет тревогу, а в ушах гулко стучит кровь. И все же, он почти у цели, нельзя сдаваться, нужно продолжать идти, пока у него остались хоть какие-то силы. И у Питера получается. Приблизиться, протянуть руку к настоящему Квентину, а не проклятой голограмме. Бек не понимает, ни черта не может осознать, чем заслужил любовь этого глупого мальчишки, которого он так старательно пытался изничтожить. — На моих руках кровь невинных людей, Питер, — констатирует факт мужчина, — ты же герой, давай, всего лишь один рывок и мы покончим с этим. Питер мог бы перекинуть его через плечо, выбросив из окна прямо на железнодорожные пути, мог бы подвесить его к потолку и оставить так, пока он не потеряет сознание, Паучок мог бы сделать это, но, вместо расправы над злодеем, выбирает пощаду, потому что его так учили. Каждый заслуживает спасения. Бек принимает узкую юношескую ладонь, протянутую к нему с надеждой, что все, наконец, разрешилось. «Ты победил парень, твоя взяла…» — хотел сказать тогда Квентин, но вместо этого лишь вымученно улыбнулся подростку, который тут же сжимает его в своих объятиях, прижимаясь к Беку настолько крепко, насколько позволяет истощенное битвой тело. Мужчина медлит и лишь через мгновение проводит рукой по спутанным каштановым волосам, слегка сжимая пряди на затылке, затем, ведя рукой ниже, к шее, задерживается на открытом участке кожи. Питер влюблен, а Мистерио покорно принимает его, распахивая грудную клетку, позволяя Паркеру стремительно впорхнуть в его зачерствевшее сердце. Уже тогда он знал, что это приведет его к гибели, но отчего-то хотелось отдать Питеру все те крупицы искренности, что у него остались, и растворится, пока его виска не коснется дуло пистолета. Сначала они просто уходят в какое-то спокойное место, где они могут просто передохнуть и поговорить, находясь вне досягаемости подслушивающих устройств или надоедливых звонков одноклассников Питера. Вроде недостроенного отеля, который оставили на время, пока город не минует опасность вроде стихийных чудовищ. Они устраиваются в пустом холле на деревянной скамье с коваными подлокотниками в виде обвивающего поручни плюща. Мальчишка устало плюхается на сиденье, откидываясь на спинку и запрокидывая голову назад. Квентин опускается рядом. — Ты либо святой, либо глупец, понимаешь это, малой? — хриплым голосом замечает Мистерио, на что Паучок только фыркает и подтягивает ногу к груди, сцепив на ней руки замком. На серьезный разговор ни у кого не осталось сил, поэтому они обменивались тяжкими вздохами и покашливаниями, словно двое больных на соседних кушетках в больничной палате. Квентин смотрел на потрепанного пацана с взлохмаченными волосами, с ссадинами и царапинами по всему телу, который вскоре пройдут благодаря его прекрасной регенерации. — Еще мгновение назад я хотел, чтобы тебя сбил поезд, — честно признался ему Бек, чему Питер вообще не удивился, к тому же, мужчина ненавидел его обожаемого наставника, который испортил проект всей его жизни. Некоторых судьба ломает хуже прочих. Паркеру полагалось бы злиться, рвать и метать, пускать гром и молнии, вместо этого Питер улыбается и, поддавшись непонятному порыву, берет Квентина за руку и переплетает их пальцы вместе, навлекая на себя вопросительный взгляд собеседника. — Я помогу тебе, всем, чем смогу, — пообещал парень, сжав руку чуть крепче, которую Бек и не думал вырывать. Отчасти это было даже приятно. По-детски смешно и мило, как раз в стиле Питера, поэтому и не сопротивлялся. — Ты бы лучше помог кому-нибудь другому парень, я — безнадежный случай, — парировал на его слова Квентин и усмехнулся. Он так сильно ненавидел Старка, но притом симпатизировал его очаровательному приемнику, который искрился надеждой и переполнялся бесконечным оптимизмом. Славный малый, совсем не для такого, как Квентин, с его-то тараканами в голове. — Я должен попытаться, — Питер оглаживает руку мужчины большим пальцем, смотря куда-то себе в колени. Сам не зная почему, он не мог смотреть глаза в глаза, особенно Беку. «Если я посмотрю на него, то упаду в пропасть» — как-то отчаянно прозвучала мысль в его голове, все еще вырисовывая в голове свежие кошмары. — Всех не спасти, ты это знаешь, — устало произносит Мистерио, вспоминая, как маленький Паучок держал башню, спасая эти жалкие человеческие жизни, как и сейчас пытался уберечь от гибели своего, прежде всего, врага. — Знаю, знаю, просто… — Питер качает головой, — я хочу этого, — голос парня стал совсем тихим, но Бек прекрасно услышал слова мальчика. «Глупый, бестолковый, наивный малец, я же могу раздавить тебя прямо сейчас…» — Квентин и правда мог, он уже пошатнул без того хрупкое сознание Питера, а теперь он сидит такой открытый и… Мужчина сам не знает, зачем он это делает. Он наклоняется к Паркеру и, тихо позвав его, чтобы тот хотя бы поднял голову, поцеловал. Ошарашенный Питер словно впал в оцепенение, пока чужие губы накрыли его собственные. Он все еще не выпускал руки Бека из своей, и когда тело вновь начало его слушаться, парень обхватил руками лицо Квентина, наконец, ответив на поцелуй. По правде говоря, Питер не целовался ни с кем «по-настоящему», не было возможности или подходящего случая, ни время, ни места, и от этой неопытности, юношеской неумелости, Беку просто срывало крышу, ведь этот подросток так льнет к нему, тянется словно цветок к солнцу, даже если это означает сгореть под его опаляющими лучами. Мужчина прижимает Питера ближе к себе, начинает целовать грубее и настойчивее, оставляя бородой легкое раздражение на коже мальчика. Руки Питера уже обхватили его за шею, пытаясь быть ближе, теснее к Беку, пока сам Квентин вытворяет что-то невообразимое с его языком, заставляя Паркера плавиться в его объятиях и хотеть еще больше прикосновений. Только когда легкие категорически требуют воздуха, мужчина отрывается от губ пацана, кончиком языка облизывая свои губы. — Думаю, стоит продолжить в другом месте, — выдыхает Квентин, глядя в глаза разгоряченного мальчишки, — да, так и поступим. *** Возвращаться в отель, где находилась группа Питера было полным бредом, слишком долго, да и далековато от этого места, поэтому оба понадеялись, что рабочие не скоро вернуться на место стройки. Мистерио подхватил пацана и понес его в ближайший благоустроенный номер, оказавшийся в конце коридора, такого длинного, что голова уже шла кругом от сплошного ожидания. Нервы как на иголках. Толкнув ногой дверь, он занес его в комнату, пробегаясь взглядом по комнате. Ах, вот она. — Отлично, — бормочет Бек, подходя к кровати и опуская на нее Питера, который ждал продолжения не меньше самого Квентина. Мужчина нависает над парнем, упираясь руками по обе стороны головы мальчишки, вновь целует его, пока парень водит руками по его груди, сначала немного неуверенно, но постепенно смелеет, притягивая мужчину ближе к себе, и Бек совершенно не против. Он плавно переходит на его шею, ни оставляя ни один сантиметр кожи без его собственнической метки: следы от укусов или алеющие засосы. И Квентина совершенно не заботило, если они не сойдут за несколько часов, пусть все знают, что Питер — его, весь без остатка. — Нужно снять этот твой чертов костюм, — шепчет ему на ухо Бек, и Пит что-то бормочет в ответ, бессвязное и неразборчивое, вызывая у мужчины усмешку. Похоже, мальцу это чертовски нравится. Разобравшись с костюмом Паучка, Квентин сбросил и свой, скинув одежду в сторону, чтобы, наконец, перейти к главному. Он водит руками по плечам Питера, проходится пальцами по ребрам, снова колет кожу своей бородой, когда он целует юношеские ключицы, а Паркер закусывает нижнюю губу, вцепившись короткими ногтями в плечи Бека, отчего-то сдерживаясь (как будто кто-то может услышать их в этой глуши). — Не сдерживайся, парень, я хочу услышать твой голос, — мужчина оглаживает его бедра, продолжая эту сладкую пытку, пока не вырывает долгожданный стон из уст мальчишки, когда он касается рукой его члена, проводя пальцем по головке, смотря, как Питер извивается под ним, готовый кончить от одного только следующего прикосновения. Беку стоило огромных сил, чтобы просто не трахнуть пацана, как какое-то животное. В конце-концов, он ему доверился, а насиловать мальчишку было бы сущим сволочизмом. — Ты готов, Питер? — спрашивает он пацана, наклонившись к самому уху, обжигая кожу горячим дыханием. Паркер не знает куда деть свои руки, то вцепляется в плечи мужчины, то в мятую простыню, Квентин успокаивающе погладил мальчика по волосам. — Обхвати мою шею руками, если будет больно, не сдерживайся, малыш, — парень так и сделал, послушно обнял мужчину за плечи, да так крепко, будто сейчас ему начнут пересчитывать все кости. Бек начал медленно водить рукой по всей длине члена вверх-вниз, заставляя Паркера вздрагивать каждый раз, слыша как шумно тот дышит и шепчет что-то вроде: «о боже, господи, боже…». Мужчине было все тяжелее держать себя в руках. Нельзя срываться, нельзя, черт его дери. Получив немного смазки, Бек начал растягивать парня, подготавливая его, сначала ввел один палец, затем второй, откровенно наслаждаясь открывшимся ему видом: Паркер, мокрый, просящий его продолжать, практически умоляет, пытаясь не сорваться на крик. «Черт возьми» — проносится в голове Бека, и тот просто не выдерживает, снова наклоняясь к парню. — Потерпи немного, Питер, — предупредил мальчишку Квентин, еще раз успокаивающе проведя рукой по волосам Паркера. Парнишка несколько раз кивнул и зажмурил глаза, полностью доверяя Беку. Хоть тот и не знал, насколько сильно ему будет больно, губы мальчика опять сжались в тонкую линию. Мужчина развел ноги Питера в стороны, закинув их на свои бедра, тяжело выдохнул, главное сделать все аккуратно, без излишней грубости, иначе «первый раз» пацана запомнится как еще одно ужаснейшее событие в его личной жизни. Квентин приставил член к тугому входу, а затем начал медленно вводить его, но не весь, давая парню привыкнуть. Питер закусил нижнюю губу, зажав ладонью рот, стараясь не издавать никаких громких звуков. Бек убрал его ладонь, сжав ее в своей, шептал мальчишке что-то успокаивающее, пока он входил в парня глубже с каждой новой фрикцией. — Черт, — прошипел Паркер, все никак не принимая чужеродный орган внутри себя. Он все ждал, когда это кончится, уже немного жалея о своем решении, однако Квентин не останавливался, поменял угол проникновения, делая это более плавно, чем до этого, и через мгновенье уже вошел весь, сорвав с губ парня просто ошеломляющий стон. Бек довольно ухмыльнулся, обхватив талию пацана, сжимая ее почти до синяков и постепенно ускоряя темп. Питер запрокинул голову назад, вцепившись в плечи мужчины, царапая кожу ногтями. Дискомфорт ушел, уступив место наслаждению, и Паркер больше не сдерживался, почти срывался на крик, когда Бек вгонял член во всю длину. Мальчишка притянул его к себе, жадно целуя того в губы, делая это так, как делал бы его партнер. Движения мужчины стали более резкими и размашистыми, пока он снова и снова покрывал грудь пацана поцелуями-укусами, оставляя красные пятна на светлой коже, а парень похоже был совершенно не против, громко постанывая, от чего у Квентина окончательно срывало тормоза. Он всего на мгновение вышел из мальчишки и перевернул того на живот, чтобы вновь войти в него, но уже резко и до конца, вбивая Питера в кровать. Парнишка выкрикивал его имя каждый раз, когда мужчина задевал какую-то точку внутри него, заставляя Бека буквально рычать от удовольствия. Он слегка приподнял мальчика за бедра, поставив того на колени и сжав руку на члене Питера, быстро водя по стволу, задерживая большой палец на уздечке и головке, и с протяжным стоном Паркер излился в руку мужчины. Сделав еще несколько резких толчков, Квентин кончил следом за Питером, утыкаясь лбом в его спину, покрывая легкими поцелуями позвонки, касаясь губами выпирающих косточек. Мужчина лег рядом с Питом, глядя, как тот тяжело дышит, повернувшись на бок, и улыбается уголками губ, Квентин улыбнулся тоже. — Ну, тебе понравилось, малыш? — усмехнулся мужчина, все еще не отрывая взгляда от его мальчика. Еще каких-то пару часов назад они готовы были уничтожить друг друга, а теперь лежат в одной постели, как иронично. — Да, да, очень, — протараторил Питер и вновь потянулся за поцелуем, и мужчина охотно ответил. После этого Мистерио хотелось ни на секунду не отпускать от себя этого чертова мальчишку, но будущее сурово смотрело откуда-то сверху, грозовыми тучами нависая над безоблачным настоящим. Квентин крепко сжал в своих объятиях Питера, утыкаясь носом куда-то в шею. Глаза закрыты, там сплошная чернота, но Паркер все еще здесь, так что, он наслаждался одним его присутствием, пока на это была возможность. Дальше — неизвестность. Питер стоит на открытой местности и осматривается вокруг себя — ни души, только голые деревья и снег, укрывший легким покрывалом землю. Парень слышит звук собственных шагов, характерный хруст, когда ты ступаешь по снегу. Где-то за спиной раздается громкий шелест веток, и Паркер резко разворачивается на месте, уже готовый к бою с противником, но его не было. Юноша настораживается, оглядывая каждое дерево, чуть ли не следя за каждой упавшей снежинкой. Вдали раздается странный вой, заставляя Питера бежать вперед в неизвестном направлении, ведь при себе ни шутеров, ни костюма. Он бежит изо всех сил, пока не врезается во что-то, а потом его засыпает снегом, заставляя рефлекторно начать его стряхивать. И тут все исчезает. Парень сидит на полу в большом зале, а перед ним лежит опрокинутый стул, где-то рядом он слышит смех Мистерио, которого явно позабавила эта ситуация. — Ты засыпал меня снегом! — возмутился парнишка, тут же вскочив с места, и направляясь к Квентину, который не переставал смеяться, сидя за недоделанной барной стойкой. — Видел бы ты свое лицо, малыш, я сначала подумывал атаковать каким-нибудь снеговиком-переростком, но так тоже вышло неплохо, — Питер толкнул его в плечо и приземлился рядом с ним на стул. — Это твоя самая безобидная иллюзия из всех, — заметил Паркер, вспоминая то, что делал Мистерио благодаря своей команде, такие ужасы парень еще забудет не скоро. — Если сравнивать с тем, что было…просто первоапрельский розыгрыш, — успокоившись, ответил ему Квентин. Они встретились уже на следующий день в том же недостроенном отеле. Питер сбегал с экскурсий, а Квентин не выходил на связь со своей командой с того времени, как они подрались с Человеком-Пауком. Потом парень еле-еле добрался до своего мотеля. От Фьюри никаких новостей не было. — Ты отступаешь, правда? — Питер повернулся лицом к Квентину, глядя ему в глаза. Мужчина сделал несколько тяжелых вздохов и кивнул. — Конечно, ради тебя, парень, ты заслужил это, хватит с тебя цирковых представлений… — голос у мужчины был немного усталый, в груди поселилось чувство безнадежности, но Питеру об этом знать было вовсе не обязательно. — Пообещай, что не оставишь меня после всего этого, — твердо попросил его подросток, и Мистерио положил руку мальцу на плечо. — Не оставлю, обещаю тебе.***
Через несколько дней, когда Тони Старк связался с Ником Фьюри, когда личность Квентина Бека была раскрыта, они бросились на поиски Паучка, который, как они считали, был в огромной опасности. Если бы Тони узнал обо всем этом фарсе раньше, никакого бы фальшивого героя уже не существовало бы. Каникулы обоих обернулись полным крахом. Квентин и Питер были одни. Сидели на одном из мостов, соединяющих две старые кирпичные башенки, смотрели, как по каналу плывут лодки, а люди не спеша проходят по узким улочкам. — Я пытался привлечь ее внимание, а потом, твои голограммы, Мистерио, и ты… я просто, — парень пытался выразить свои чувства, но, откровенно говоря, получалась какая-то каша. Однако Квентин все понял, несмотря на непонятную мешанину из слов мальчишки. — Я знаю, Питер, знаю, — мужчина сцепил руки замком, облокотившись локтями о колени, думал над тем, что всей этой милой идиллии скоро придет конец. Он мог бы скрыться, залечь на дно, покинуть страну и никогда больше не появляться в жизни Питера. Тогда все, чего он достиг, все, что он планировал сделать, было зря. Ты либо борешься до конца, либо сдаешься в конце пути, одно из двух. Бек расцепляет руки и проводит большим пальцем по щеке юноши, мягко улыбается и видит, как на лице Пита расцветает счастливая улыбка. Неужели он настолько дорог этому мальчишке? Сущее безумие, думает Квентин, в него влюблен семнадцатилетний пацан, который просто приехал в Европу на каникулы с одноклассниками, и вот, что вышло. Это стоило замять еще на корню, но сейчас уже поздно было думать об этом.***
Фьюри стоит позади Бека, и тот чувствует его тяжелый взгляд на своем затылке, но ничего не говорит, чтобы не напугать Питера еще больше. Паучок был и так встревожен появлением своего наставника и Ника Фьюри собственной персоной. — Вставай, пацан, все в порядке, — Тони тянет Питера за руку, заставляя того подняться и отойти в сторону. Костюма Железного Человека не при нем, посчитав, что он и не нужен, потому что без своих голограмм Мистерио — никто, пустое место. И сейчас главной задачей был просто увести мальчишку подальше, пока они — вершителя правосудия будут разбираться с плохим парнем. — Советую сдаться без фокусов, — этот скучающий сухой тон заставляет Квентина усмехнуться, каждый спешит изобразить из себя крутого, как будто его пришли арестовывать копы из дешевого американского сериала. Он медленно поднимается, выпрямляет спину и вскидывает руки вверх, своей позой показывая мол «спокойно, я безоружен». Тони смотрит неодобрительно, закрывает собой пацана, который судорожно расспрашивает своего наставника, что здесь происходит, в ответ получая это нелепое: «все хорошо, малой, успокойся». Еще бы Паркеру быть спокойным, Квентина держат на мушке. — Мистер Старк, пожалуйста, все в порядке, правда, — парень пытался достучаться до мужчины, но тот снова бормотал эту чушь про: «ты в безопасности, малыш», пытаясь увести Питера с моста, но тот вырывался и вновь пытался объяснить все по-новой. Квентин горько усмехнулся, ему было плевать с высокой колокольни на то, что сейчас перед ним стоит человек, которого он ненавидит и презирает, что сзади него стоит этот чертов Ник Фьюри, приставив к нему пистолет, его взгляд прикован к Питеру. В его глазах читается отчаяние. «Всех спасти невозможно, ты это знаешь» — повторил он слова в своей голове, которые он когда-то сказал мальчишке. Когда этот ребёнок не пожалел себя, чтобы переубедить Мистерио, что все еще можно исправить. «Мне жаль, Питер, правда» — Пожалуйста, дайте мне с ним поговорить, мистер Старк, вы не понимаете! — только вот он и слушать не хочет, в другой бы раз Тони и послушал пацана, но не сейчас, когда нет права на ошибку. Только сам Паркер так не считает, у всех есть шанс, особенно после того, что произошло. Квентин слышит щелчок, от которого напрягается не только Бек, но и Питер, стоящий в нескольких шагах от него. — Мистер Фьюри, нет, прошу вас! — на этот раз Тони приходится держать парня за плечи, и сейчас Бек действительно чувствует себя мертвецом, будто его уже нет, кладут в холодную сырую землю, а пообещавший спасти его Паучок, пытается предотвратить неизбежное, склоняясь над вырытой могилой. «Прости, малой, это конец» — Тебе этого лучше не видеть, малыш, — обратился он к мальчишке, который поднял свой взгляд на мужчину, на мгновение, теряя дар речи. Больше всего на свете Квентин сейчас хотел подойти к Питеру и крепко обнять этого неугомонного подростка, прижать к себе так сильно, что затрещали бы кости во всем теле. Однако ему остается только смотреть, запоминать черты юношеского лица и ободряюще улыбнуться. В глазах Питера стоят слезы. — Ну, все, пора заканчивать с этим, — наконец подает голос Фьюри, после чего Квентин видит, как Старку с трудом удается сдерживать Паучка, что пытается изо всех сил врываться, чтобы остановить их. — Вы совершаете ошибку, пожалуйста, нет, Бек! — Старк хмурит брови, хватает ребенка в охапку и отворачивается. Питер все еще отчаянно бьется, словно пташка в клетке, но вырваться ему дается слишком поздно. Раздался приглушенный выстрел, и мальчишка видит, как тело мужчины падает на кирпичную кладку, словно тряпичная кукла. Он не рассмотрел куда стреляли, но разумом понимал, что это конец. Он не успел, не спас, как обещал, он подвел его точно так же, как Бек подвел его раньше, только вот Питер выжил, а Квентин нет. Тони кричит, спрашивает какого черта, он сделал это на глазах Паркера, на что предводитель Щ.И.Т.а холодно отвечает, что подростку придется к этому привыкнуть. Тони больше не держит его, и парень бросается к мужчине, трясет его за плечи, ищет, куда в него стреляли. Рану Питер нашел не сразу, сначала стирая непрошеные слезы, раздраженно вытирая их рукавом рубашки. — Нет, нет, нет, — парень гладит чужие скулы и еле сдерживает всхлипы, потому что меньше всего он хотел сейчас рыдать в голос перед Ником и Тони, устраивающие за его спиной разборки меж собой. Голова Питера была занята совсем другим. «Пусть это будет иллюзией, чертовой голограммой, пожалуйста, я прошу тебя, умоляю»***
Питер стоит по колени в морской воде и смотрит на разбушевавшиеся волны, бьющиеся о песчаный берег. Рядом стоит Квентин, скрестив руки на груди, и смотрит куда-то вдаль. — Как тебе эта иллюзия, малыш? — спрашивает он вполголоса, не оборачиваясь к парню. Паркер кивает и улыбается уголками губ. — Мне нравится море, —Питер улыбается и смотрит на Бека. Ветер немного растрепал его волосы, и несколько прядок упали на лоб. Рядом с ним — обычный человек, а не супер-злодей, который грозился уничтожить весь мир. Не удержавшись, Питер поддается вперед и целует его в скулу, вызывая усмешку на губах Квентина. Мужчина прижимает мальчишку к себе и гладит того по волосам. — Это не твоя вина, малыш, — голос Бека совсем тихий, и парень зажмуривает глаза, закусывая нижнюю губу. Когда он открывает глаза, то уже стоит на мокром песке, а волны спали, плескаясь где-то вдалеке. Квентина рядом уже не было. — Моя… — юноша поджимает губы и смотрит вперед на плещущиеся волны. Не все обещания можно выполнить, иногда просто не остается иного выбора, Квентину просто не предоставили такого шанса.«И если кто-то ранит тебя, я хочу драться Но мои руки ломали слишком много раз Я использую свой голос, я буду чертовски груб, Ведь слово всегда побеждает, но я знаю, что проиграю» Tom Odell — Another love
