Когда мы были молодыми...

***

С того злополучного дня прошел месяц. Ссадины и синяки практически зажили, чего нельзя сказать о душевном состоянии пациентки. Катя наотрез отказывалась от любого вида общения с противоположным полом, скидки не делались ни врачам, ни друзьям. Ее начинало буквально трясти от одного звука мужского голоса. Психиатр настаивал на сильной психологической травме и давал большие шансы, что со временем это пройдет. Алик несколько раз пытался тайно проникнуть к подруге, но каждый раз его затея оборачивалась крахом. Последний раз они с Лешей Матросовым решили забраться на второй этаж по водосточной трубе, но не учли год установки данной конструкции и чуть было сами не оказались на больничной койке… — Так, ну с этим нужно что-то делать, — воскликнула Лена, увидев перед собой двоих друзей, у одно из которых была забинтована левая рука, а у другого- ободрана щека. — Боюсь, к Катиной выписке вы убьетесь или загремите на больничную койку. — И чего ты предлагаешь? Видеть она нас не хочет, а дружеская поддержка и участие — лучшее лекарство, — немного раздраженно ответил Алик. — Да, поддержка ей нужна. Ее нужно чем-то отвлечь, чем-то занять, чтобы она не думала бесконечно о том вечере, — Лена на секунду задумалась. — Мы иногда говорим, даже шутим и все вроде хорошо, а потом вдруг бац и она уходит в себя. — А может ее учебой занять? — произнес, молчавший до этого Алексей. — Как ты себе это представляешь? — Надо сходить в деканат, объяснить ситуацию. Скажи, что девушка даже на больничном готова учится. Ты будешь носить ей конспекты, правда для этого тебе придется их писать, — парень рассмеялся, — будешь брать у преподов задания для нее и т.д. В деканате можно попросить написать письмо, чтобы тебя к Кате пропускали, типа поручения, будет у тебя официальный повод к ней ходить. — А это идея, — подхватила Лена. — Молодец, не все еще мозги отшиб, можешь еще здравые мысли выдавать, — девушка улыбнулась. — А что, попробовать можно. Следующую неделю друзья всецело посвятили реализации задуманного. Лена аккуратно, как бы между делом внушала Кате мысль об учебе, а Алик старательно выводил конспекты, не пропуская ни одной лекции и ни одного семинара… Наконец, заветный день, а это была суббота, настал. Честно говоря, идти к Кате впервые после того дня было немного страшно. Их затея могла в любой момент с треском провалится, но кажется в этот раз судьба решила им улыбнуться. Прежде чем войти, Алик осторожно постучал, и вошел только после того, как услышал одобрительный ответ. — Катюш, привет. Это я, — он так и стоял в дверях, опасаясь ее реакции. В памяти неосознанно всплыли картинки того вечера, когда она словно безумная металась по кровати и бесконечно твердила, что ненавидит. — Привет, — она искренне улыбнулась. Катя сидела на кровати, поджав под себя ноги. Судя по отложенной в сторону раскрытой книге, до его прихода она читала. — Ты чего стоишь как не родной, проходи, — она смотрела на него все с той же ласковой и доброй улыбкой. — Я вот тебе принес апельсинчиков, — Алик ловко продемонстрировал простой целлофановый пакет. — Садись, — она чуть отодвинулась, приглашая его присесть на свою кровать. Алик отметил, что на ее лице и руках совсем не осталось ссадин, на щеках появился легкий румянец, лишь грустные глаза выдавали страшную тайну своей хозяйки. — Спасибо, — он аккуратно приземлился рядом. Молодой человек до ужаса боялся сделать что-то лишнее, что могло бы принести ей даже самый малейший дискомфорт. — Я тут конспекты принес. Лена сказала, ты хотела позаниматься. — Да, спасибо. Устала здесь без дела лежать, и потом скоро сессия, а у меня столько хвостов. — Не переживай, отрубим твои хвосты, — Алик рассмеялся. — Что у тебя со щекой? — А, ерунда, — махнул рукой. — Не обращай внимания, неудачно приземлился. Девушка кивнула, невольно вспомнив свои раны и царапины. — Катюш, все будет хорошо, — он аккуратно сжал ее ладошку. — Я очень рада, что ты пришел, — девушка крепко обняла друга.