Байки деревни Скрытого Листа

В большом тёплом доме Хаширамы и Мадары в этот субботний вечер было даже как-то тесновато. Гостей собралось больше, чем Мадара рассчитывал, но главное — привезли внучку. Саске и Наруто заскочили только на одну минутку, торопясь на поезд до Киригакуре со всем своим остальным выводком, их взял на себя Хаширама, обняв и перецеловав всех, кто попался под руку. А Мадара, скупо кивнув прапраправнукам, один из которых снова был недвусмысленно беременным, ревниво уцепился за подростка. — Тебя что, не кормят дома, что ли? — сетовал старик с чёрными, как смоль, волосами, ведя Сараду на кухню. — Папа говорит, это в отцовскую породу, в Учих, — Сарада всегда говорила тихо. — Сколько Учиху ни корми — он толще не сделается. Один продуктам перевод только. — Много твой папа понимает! — фыркнул Мадара, но в глубине души признавал правоту Наруто, что был здоровяком по жизни, весь в Хашираму, и Боруто — в него удался. — Давай-ка вот, на печенье налегай. Мадара подвинул внучке тарелку со свежей выпечкой, а сам подсел ближе — посекретничать. — Поухаживай за стариком, разлей чаю. Ну, что там у вас с Иноджином? Мадара знал обо всех внучкиных симпатиях. Ему-то Сарада без страха выбалтывала все свои девичьи секреты, и Мадара никогда её не выдавал, с жаром обсуждая всех возможных претендентов на внучкино сердце. Так, со всех сторон и подробно были уже рассмотрены и один за другим отвергнуты Металл Ли, Шикадай Нара и Мицуки. Первый был, по мнению Мадары, самый настоящий болван. И Сарада это мнение деда вполне разделяла. Шикадая дед внучке отсоветовал по другой причине. Больно умный. — Если в паре муж умней жены — добра не жди, — покачал головой Мадара. Сперва Сарада взбрыкнула, потом присмотревшись к Наре получше, вынуждена была признать правоту старого шиноби, жизнь прожившего с таким живчиком, как Хаширама, и сумевшего не сойти при этом с ума. Дальше — больше. — Мне б такого, как дед Тобирама… — мечтательно протянула однажды Сарада и Мадара внутренне весь подобрался. Потому что почуял, куда дует ветер. Мицуки… Плод творческих досугов одного крайне неприятного товарища. Нет, сам по себе мальчишка был неплох. Мадара был вынужден это признать, напросившись к Ируке на урок в Академию посмотреть на нынешнее поколение шиноби в естественной среде обитания. Мицуки явно выигрывал по сравнению со всеми остальными охламонами. Он хоть кунай в руках держать умел. Но… Вечером на кухне стариков была настоящая истерика с солёным морем пролитых слёз. Но тут даже Хаширама был вынужден признать правоту Мадары. — Мицуки не по девочкам, малышка… — Этого не может быть! — рыдала Сарада. Хаширама гладил её по голове. — Но ты сама знаешь, что так бывает. Ведь твои папа и отец так живут. — Мицуки не такой! — Такой-такой… — устало вытаскивая из волос последние катышки жёваной бумаги, бубнил Мадара. Паренёк и вправду был хороший и умненький, но, как предвидел Мадара, приведёт его к ним в качестве пары чуть позже Боруто. Остался из приличных парней один Иноджин. — Он мне нравится, — сжав сурово губки, наконец уронила Учиха, явно набравшаяся ума после Мицуки. — Но вот нравлюсь ли я ему? В смысле, нравятся ли ему девочки? Такой животрепещущий вопрос Мадара никак не мог оставить на волю случая. — А вы после академии сегодня никуда не собираетесь? — уточнил он у внучки. — В кино хотели пойти, — потупилась Сарада. Мадара накрыл её маленькую ладошку своей: — Платье запасное у тебя есть?

***

— Хаширама, я ухожу! Хаширама вышел посмотреть и чуть пополам не согнулся от смеха: — Куда ты, старый чёрт, в таком виде намылился? — В кино. А что? — удивился Мадара. Плоды его титанических усилий явно не пропали даром. Мадара кое-как расчесал гриву, заколол непокорные вихры заколочками и бантиками, внучка одолжила деду своё платьице и туфли, и субтильный Мадара вполне успешно сошёл за тинейджерку. А шею старого шиноби, что уже не блистала былыми свежестью и изяществом, Мадара решительно обмотал шарфиком, спёртым из запасников Изуны. — Ну, — почесал в затылке Сэнджу, — ноги у тебя ещё по-прежнему ничего. — А в их возрасте ничего другого и не требуется, — фыркнул Учиха. — Ты смотри там, — крикнул в догонку Хаширама. — Помни, что тебе сто пятнадцать лет, а не пятнадцать. — Я всегда великолепен! — царственно отмахнулся от мужа Мадара, уже стоя на пороге. — Так-то да, — пожал плечом Сэнджу, — но всё-таки держись от самых настойчивых ухажёров подальше. — Почему? — купился в который раз Мадара. — Нехорошо будет, если Сарадиных одноклассников засыплет песком… — Проклятые Сэнджу! Хаширама с хохотом скрылся в глубине дома, а Мадара, взмыленный, выскочил за порог! И вечно было так! Если уж Хаширама не желал помогать, так хоть не мешал бы…

***

— Привет, Сарада! — раздалось позади стайки юных бедолаг, еле дождавшихся окончания дополнительных занятий в Академии. Все разом обернулись. — Ого! — Вау! — Юх-ху, какая цыпочка! — Мад… — вылупила огромные чёрные глазища Сарада на это чудо в её платье и обуви, что глупо хихикало и облизывало чуть подтаявшее мороженое возле конохского кинотеатра. Мадара не дал ей закончить. — Ну конечно, это я, твоя любимая кузина Мад. Скорей знакомь меня с твоими друзьями! Сарада открыла рот, не в силах произнести ни звука. Но этого и не потребовалось. — Разрешите представиться! Металл Ли, владею тайдзюцу в совершенстве! А вы из Суны? Никогда не видел таких красавиц в Конохе! — Ну уж, так уж и тайдзюцу? — хмыкнул Мадара, ткнув Ли в лоб двумя пальцами так, что парень в зелёном костюме улетел на другую сторону улицы и шлёпнулся в пыль. — У нас это проходят в младшей школе. — А вы, судя по всему, младшую школу закончили уже давно, да? — высунулся со своим очень ценным мнением Шикадай, пока все другие собирали челюсти с мостовой, глядя на валявшегося Ли. Но смутить Мадару было невозможно. — О, я смотрю, у вас в компании и умники имеются? — подмигнул он внучке. — Если такой умный, то почему пешком ходишь? — А какая связь? — нахмурился Шикадай. — А вот раз такой умный, то стой и думай, — отрезал Мадара. — На какой фильм мы идём? Все хором застонали. — Хотим на «Сумерки», но там детям до 16 нельзя… — Какая ерунда, — тряхнула чёрными кудряшками их новая знакомая, — стойте здесь, я всё устрою! Кассир изрядно напряглась, когда в билетной кассе появилась девочка в розовых туфельках, но это ни в какое сравнение не шло с тем изумлением, когда разбитная тинейджерка выложила перед носом тётеньки паспорт на имя Мадары Учихи ста пятнадцати лет отроду. От обморока кассира спасло только то, что она была человеком сугубо гражданским и не знала доподлинно, кто такой был Мадара Учиха. — Семь билетов на «Сумерки». Пожалуйста… — проникновенно заявил Мадара. И уточнил. — На заднем ряду. За право сидеть рядом с Мад развернулось настоящее противостояние. «Девушка» мгновенно стала событием дня. Особенно впечатлился Металл. Его ещё никто не мог уложить на лопатки одним щелчком по лбу и теперь последователь Зелёного Зверя Конохи чувствовал, как жарко пылают румянцем его щёки при одном взгляде на красавицу Мад. Но Мадара сам царственно взял за руку Сараду и торжественно занял места по центру ряда, а по его левую руку после небольшой потасовки протиснулся на место Иноджин. И принялся активно ухаживать. За Мад. Вызывая волны ненависти к себе со стороны оставшихся за бортом неудачливых кавалеров. — А вы кузина Сарады по линии Учих? — горячо нашёптывал он в ушко старому шиноби. — Да, самая-самая главная линия Учих, — хихикал Мадара, обмахиваясь сумочкой Сарады. — Учихи очень красивые, — заворожённо бормотал Иноджин, не отрывая взгляда от точёного профиля Мадары. — Да, Сарада настоящая красавица, — соглашался Учиха, толкая ногой Сараду под колено, чтоб та отвлеклась наконец от дурацких вампиров, блестящих на солнышке, как феечки, и обратила внимание на то, как её потенциальный жених ухлёстывает за её же прадедушкой. — А вы… Вы… — шептал, задыхаясь, Иноджин, — изумительны… «Ох, Ками-сама! — вздохнул Мадара про себя. — И этот радужный пони. Как же Сараде с парнями не везёт!» — Ну, Сарада, мы домой? — задорно воскликнул Мадара, после того, как этот киноужас, от которого внучка писалась кипятком, наконец закончился и они вышли на вольную волю. Проводить Мад до дому вызвались все. — Ого! — восхитился Хаширама, открывший им дверь, — я предполагал, что ты вернёшься в сопровождении воздыхателей, но не целой же толпы! — Хаширама-доно, — растерянно поклонились Первому Хокагэ подростки. — Проходите, сделайте одолжение, — сверкнул улыбкой Сэнджу, — и Ками-сама ради, перестаньте щипать за задницу моего мужа!

***

— И вот несут меня четверо, пьяного, драться… — голос Хаширамы, когда он принимался повествовать о давних временах первых лет становления Конохи, всегда был глубоким и бархатным. Подростки сидели вокруг Сэнджу полукругом и заворожённо внимали его россказням, покачиваясь в такт, как змеи под дудочку заклинателя. Хаширама всегда умел зажигать сердца людей и околдовывать своими байками. Иначе он и не стал бы Первым Хокагэ. И мужем Мадары Учихи. Мадара, уже переодевшийся в свою обычную одежду, привычно стряпал на кухне ужин, рассчитанный на ватагу голодных подростков. Сарада сидела за котацу и мечтательно смотрела в потолок. — Деда, а как ты думаешь, похож Иноджин на Эдварда Каллена? Ох, Ками-сама, помоги! Мадару неудержимо тошнило уже от этого никчёмного вампиришки, что украл сердце его внученьки. Уж лучше Металл Ли, честное слово. — Похож, — спокойно согласился он. — А вампиры и Учихи могли бы подружиться? — снова пропела Сарада. — Учихи-то? С вампирами? — хмыкнул Мадара, вспоминая, сколько он в свои былые годы разной нечисти на катану нашпиговал. Может, и были там вампиры, кто разбирался-то? — Конечно. — А Иноджину же нравятся девочки? — смущённо пролепетала внучка. — Хотя… Он же ухаживал за тобой, значит… Ох, снова я в пролёте, да, деда? — Внуча, — решительно поставил сковородку на огонь Мадара. — По девочкам он, по мальчикам — я не знаю. Главное, ему нравятся Учихи, это точно! А значит, у Иноджина прекрасный вкус. Значит, он нормальный парень. Если тебе он нравится — можешь дружить. Я одобряю! И Сарада тепло улыбнулась деду, Мадара заговорщически подмигнул.

***

— Да-а, вот как оно всё в былые времена-то было круто… — Металл никак не мог отойти от хашираминых баек. Глаза у него блестели, кулаки так и сжимались от восторга. — Какие битвы! Какие техники! — поддакивал Шикадай, довольный тем, что интеллект и наблюдательность его не подвели и Мад действительно оказалась не Мад, а стариком Мадарой. Иноджин мечтательно смотрел в звёздное небо, когда они втроём возвращались из гостей. — Техники, битвы… — наконец проговорил он. — А какие женщины были в те давние времена! Какие женщины! — То есть — мужчины, — сурово поправил его Шикадай, хорошо понимая о ком это грустил его друг. — Да, то есть мужчины, — закашлялся Иноджин. — Учихи… Всегда и во все времена хороши Учихи, — неожиданно мудро изрёк Металл. И шли после они уже молча. Ибо — о чём ещё тут можно было спорить?