Прямой доступ к сердцу

— Как думаешь, он нас слышал? — спросил Питер, умывая руки и пытаясь отдышаться, пока Беннер шарился в каких-то бумажках за шкафами. — Да даже если слышал, какая разница? — сказал Старк, но потом осекся, — мне до этого дела нет, но если ты переживаешь об огласке, то не стоит — Брюс не трепло, да и рассказывать ему некому. — Я о тебе переживаю, все-таки заниматься этим со студентом в лаборатории не самый лучший способ поддержать репутацию светила медицинского научного сообщества. Тони заткнул мальца поцелуем, потому что тот очевидно стал нести полную околесицу. Этот поцелуй был совершенно другим, не таким, как все предыдущие. Он был очень нежным, как бы говорящим «все хорошо, малыш, тебе не о чем волноваться». Питер уловил его настроение и обвился руками вокруг шеи мужчины. — Да и если бы такие мелочи могли повлиять на мою репутацию, она давным давно была бы в жопе, — непонятно зачем добавил Тони. Питер весь напрягся, опустил руки, но от Старка не отошёл. Ну конечно же, для него это «мелочи», это не Тони тут двадцатидвухлетний девственник, который сегодня целовался-то больше раз, чем за всю свою жизнь. — Кхе-кхе, — послышалось из-за шкафов, — Старк, ты тут? — голос Беннера звучал ровно, будто он не застал только что двух любовников за чем-то неприличным. Хотя он же свечку не держал, так отчего бы ему страдать от неловкости? — Да, Брюс, подожди минутку, — Тони поправил свою помятую хлопковую рубашку, заправил её в брюки, а затем, чмокнув Паучка в губы, пошёл к коллеге. Питер завис, рассматривая себя в зеркале. На шее был маленький, видимо, случайно поставленный в порыве страсти засос, волосы растрепаны, губы красные и искусанные. Ширинка на штанах расстегнута, из-за пояса торчит резинка синих боксеров. И лицо. Нежную юношескую кожу покрывал персиковый румянец и россыпь веснушек, словно его только что осветили майским солнцем. И горящие под ресницами светло-карие глаза. Таким счастливым Питер себя ещё ни разу не видел. Только последние слова Тони вертелись болезненными отголосками в его голове. Но парень успешно отгонял их от себя волшебным заклинанием «будь что будет». Он похлопал по лицу влажными ладонями, чтобы слегка сбить румянец, все же неловко было выходить к Беннеру в таком виде, а затем провёл влажными руками по волосам, зачесав таким образом челку назад. «А я ничего», — подумал Питер, бросив взгляд в зеркало перед уходом. Видимо, мужчины о чём-то шептались, пока Питера не было, потому что разговора он не слышал, а Старка увидел чуть ли не позеленевшим от ярости. Они встретились взглядами, и лицо Тони чуть расслабилось, но по нему все равно было видно, что тот был сильно чем-то недоволен. — В общем, Тони, ехать надо прямо сейчас, — сказал ему Беннер. — Да я уже понял, — ответил Старк и закатил глаза, а затем обратился к Питеру, — Паучок, мне надо будет отлучиться на несколько дней по работе. Ты продолжай работу пока один, Пеппер и Брюс тебе помогут с любыми вопросами, а когда я вернусь, продолжим то, на чем остановились, — что Тони имел ввиду понятно было всем присутствующим. Паркер опять покраснел как тургеневская барышня, а Брюс максимально старался сделать вид, что его тут нет. — Л-ладно, — слегка заикнулся юноша, провожая взглядом покидающую лабораторию фигуру. — Бывайте, — бросил Старк, и, не оборачиваясь, вышел за дверь. *** Единственное, что помогало Питеру не думать о Тони, это хирургия. Он полностью погрузился в учебную литературу, читая за столом, перед сном и в транспорте. Шло утро третьего дня, как от Старка не было вестей. Питер весь извёлся от волнующего ожидания, и старался придумать повод, чтобы спросить Пеппер, как там Старк и где он вообще. Все ли с ним хорошо. Знает ли он, что Питер ждёт его. Паркер бы и рад сам спросить мужчину, но они так и не обменялись номерами, а ведь с самого первого дня в мобильнике Питера висел пустой контакт, записанный как «Доктор Тони». Но сегодня у самой Поттс имелось, что сказать юноше. — Питер, подойди сюда на минутку, — позвала девушка, сидя за компьютером. — Бегу, — отозвался тот, бросив инструменты и перчатки на хирургический столик, — что-то случилось? Доктор Старк? Пеппер ухмыльнулась, она же не слепая и все прекрасно понимает. — Да, как ты догадался, — ей очень нравилось подтрунивать над Питером, — он прислал письмо мне на почту, мне кажется, оно предназначено тебе, — она развернула экран монитора, чтобы юноше было лучше видно. На экране было короткое сообщение, к которому прилагался файл. Питер зачем-то прочёл его вслух: — Малыш, я же обещал тебе вечеринку… — с придыханием проговорил парень, а затем Поттс щелкнула по иконке с файлом. Перед глазами Паркера открылся билет на самолёт до Рима, и он не знал, как на это реагировать:  — Как же, я же, господи, и как я полечу?! А учеба? А исследование?! — Тони звонил сегодня утром, все уже готово. А отпросили тебя, как ты помнишь, на время всего цикла. Это ещё полторы недели, если я ничего не путаю, — сказала девушка. — Нет, не путаете, но это ведь так дорого, я просто не могу принять… — тараторил юноша. — А ещё Тони просил передать, что отказ не принимается. Вылетаешь завтра утром, не забудь хорошенько подготовиться, — прохихикала Пеппер, встав из-за стола и оставив Паркера умирать от смущения. Ну, она же типа не в курсе, так что надо было поскорее свалить, дабы избежать дополнительных вопросов. А Питер аж присел. Он скрестил руки на коленях, уткнулся в них лицом и тихонько взвизгнул от радости. *** Старк сидел на одной из маленьких улочек в центре Рима, закинув ногу на ногу, и поедал лимонный чизкейк. Напротив него сидел утонченный во всех смыслах мужчина в брюках по щиколотку и льняной рубашке, которая каким-то чудом не пропитывалась потом в адскую жару. Тони же был одет попроще, но выглядел ничуть не менее шикарно: на нем была рубашка с подвернутыми рукавами и шорты-бермуды, а на носу красовались фирменные очки с голубыми стёклами. Собеседник Старка был очень напряжен, Тони же больше был занят едой, чем разговорами. — Слушай, я, конечно, понимаю, что ты у нас манипулятор и ловелас, — говорил мужчина с британским акцентом, — но Беверли тоже не дура. Ты сам прекрасно знаешь, что она всегда добивается того, чего хочет. — Поэтому я и дам ей это, Стивен, — спокойно ответил Старк, — не кипятись, с исследованием все будет в порядке. Кстати, завтра приедет мой новый стажёр, познакомлю вас на конференции, заодно послушаем твой доклад. О чем он там был? — Запрограммированная регенерация и стволовые клетки, Старк, на лбу себе высеки, в сотый раз повторяю, — в день, когда двое хирургов перестанут устраивать соревнование на звание самого отбитого эгоманьяка, где-нибудь в Африке точно выпадет снег. — Ой, прости, никак не могу запомнить, чем ты там занимаешься, — сказал Тони, хотя очень уважал работу своего давнего друга по колледжу, Стивена Стренджа. Просто так они общались, вот и все. — И с каких это пор ты себе берёшь стажеров, о великий Тони Старк, разве ты можешь снизойти до преподавания? — Стрендж за словом в карман не полез, но Тони на этом этапе взял паузу: — Стивен, тут другое. Мальчишка живёт хирургией, как мы когда-то, помнишь? — Тони отложил тарелку и уставился прямо в серо-зеленые глаза, провоцируя друга удариться в ностальгию. А тот и не сопротивлялся. — Это когда у нас весь коридор общежития препаратами провонял? — поддержал Стрендж. — Помню, мы тогда так привыкли к этому запаху, что не замечали его, а девчонки шарахались, если удавалось затащить их к нам, — и они оба засмеялись, сбросив все напряжение, что было между ними из-за тяжёлого разговора. Только у Тони на душе все же было неспокойно, он понимал, что на кону сейчас стоит слишком многое. Вечером того же дня Старк вёл под руку фантастически красивую девушку в красном платье с глубоким вырезом на спине. Её темные волнистые волосы едва касались плеч, а пухлые накрашенные губы растянулись в сногсшибательной улыбке. Тони заказал столик в одном из лучших ресторанов города, куда они и направлялись по мощеным улочкам Рима. Она часто касалась рук мужчины, склоняя голову ему на плечо, а он в свою очередь держался очень сдержанно. В ресторане они сидели друг напротив друга, выпивая легкий ярко-оранжевый коктейль на основе шампанского. И Тони начал разговор, к которому готовился с самого вылета из Нью-Йорка: — Бев, слушай, ты же понимаешь, что мне действительно нужна твоя помощь? Только у тебя достаточно связей, чтобы протолкнуть наше исследование. Ты знаешь, как это важно для меня, — Старк говорил четко, не сбивался, стараясь манипулировать своей уверенностью. Но он прекрасно знал, что девушка так просто не сдастся. Её взгляд изменился, а губы растянулись ещё шире, обнажая белоснежные зубы. У Беверли были большие, как говорят, оленьи глаза миндального цвета, и боже, как же они были похожи на глаза Питера. Старк почувствовал болезненный укол стыда в самое сердце, но попытался себя успокоить тем, что выхода у него не было. — Дорогой мой Тони, — она постучала красными ноготками по бокалу с коктейлем, — ты прекрасно осведомлён обо всех моих условиях помощи тебе. Вернись ко мне, стань моим снова, и тогда моя юридическая фирма на уши хоть всю планету поставит, чтобы твоё исследование увидело свет. В противном случае, ты можешь забыть о деле всей своей жизни. — Бев, я влюблён. Мое сердце занято другим человеком, — обреченно выдохнул Старк. — Тони, дорогой, ты не умеешь любить также, как и я. Ты поломан, ты боишься, тебе нужна женщина, которая сможет тебя вести, руководить тобой, — пока говорила, она то облизывалась, то хищно щурилась на Старка. Сумасшедшая психопатка, подумал он. И угораздило же его по молодости на ней жениться. Но ведь и в её словах была частичка правды. Большая часть, скорее. Видимо, договориться не получится. А девушка все продолжала: — Наш союз выгоден нам обоим, как с финансовой точки зрения, так и с рабочей. Моя фирма и твоя легендарная фамилия смогут подмять под себя все медицинское сообщество. — Хорошо, я согласен, — мужчина встал, сделал шаг к своей спутнице, и наклонился к её лицу, — но только сначала мы анонсируем инструмент под твоим покровительством, а уже потом я поступаю в твое распоряжение. — Идёт, — сказала Беверли и провела тыльной стороной ладони по лицу Старка, а тот и не шелохнулся. Как же он сейчас себя ненавидел. После возвращения из армии Старк был разбит и подавлен. Он встретил Беверли Абрамс на одной из вечеринок юридического факультета, куда его таскал Стивен под предлогом того, что на юрфаке цыпочки лучше. Она была также красива, как умна, а ещё она была беспощадна. Тони и не заметил, как Бев его на себе женила и стала высасывать все силы. Он думал, что поступает правильно, связывая себя с наследницей крупной юридической фирмы, но в какой-то момент Беверли стала предлагать Старку рекламные контракты, по условиям которых он должен был рекомендовать людям более дорогостоящее лечение. Отношения с этой женщиной уничтожили в нем все хорошее, что осталось после службы в военном госпитале, а когда он очнулся и каким-то чудом добился развода, решил, что теперь всегда будет сам по себе. И теперь, когда его исследование на грани провала, потому что федералы не хотят выдавать на него лицензию — видите ли, спасать людей экономически невыгодно — ему нужна её помощь. Хоть Старк и был богат, он ненавидел деньги всей душой. «Из этой ситуации надо как-то выбираться», — проговорил он про себя, вспомнив растрепанного мальчишку, который буквально на днях стонал его имя.