Вендетта

Я сидел, укрывшись одеялом с головой, и дрожал.… Ужас с каждой невыносимой минутой сковывал меня все сильнее и сильнее… На улице бушевала гроза… Дождь барабанил по стеклу.…Ветер порывисто завывал в проводах, заставляя меня вздрагивать от каждого случайного звука, от каждого удара молнии, вспышки которой проникали ко мне даже сквозь тонкое одеяло. Я был один.… Папа ушел, он сказал, что у него работа и чтобы я его не ждал и ложился спать.…Да как тут уснешь? Я боялся… Я боялся прихода призрака, потому что папа говорил, что они всегда приходят к тем, кто просит их о помощи, а непослушных детей они наказывают… Я не мог сказать, что я был очень послушным, но даже сейчас, если бы они пришли ко мне на помощь, я все равно страшился их появления… Все необъяснимое и неизвестное внушало мне страх… Послышался стук, отворилась дверь, и я услышал, что кто-то вошел в квартиру… Я сразу узнал его по шагам. Сколько вечеров я не спал, дожидаясь его прихода, когда он уходил на так называемую работу.… Я понятия не имел, что за работа может у него быть в такое позднее время… - Папа, - я выбрался из-под одеяла и подбежал к нему, обнимая его сзади… - Тейто, ты чего? – спросил он меня, его голос был усталым, мне показалось тогда, что он еле держался на ногах…- Почему не спишь? Что случилось? Мне было стыдно признаться в своих страхах, и я просто обнял его еще крепче и прошептал: - Я соскучился. Я тебя ждал… Он положил руку мне на плечо и нежно посмотрел в мои глаза: - Ты – моя радость, - почему-то с грустью произнес он и, осторожно отстранив меня, снял с себя черное пальто… Мы поужинали, и отец обещал мне снова рассказать интересную историю. Он всегда говорил мне такие вещи, который другие просто не слышали. Это была наша тайна – одна на двоих. Папа укрыл меня одеялом и присел на краешек кровати: - О чем тебе сегодня рассказать? – спросил он и пригладил волосы. - Расскажи мне о трех желаниях и о семи призраках… Я хочу снова послушать… - Хорошо! Так вот.…Уже несколько веков существует миф о том, что… ------ Я открыл глаза.… В комнате было темно… Но я не чувствовал холода… Меня обнимала тяжелая рука… Фрау! Я вспомнил то, что произошло вчера, и краска залила мои шею и щеки. Он такой теплый и такой… надежный… Странно, что я вспомнил об этой сказке только сейчас.… Отец всегда был непредсказуем, я никогда не мог понять какие на самом деле мысли роились в его голове… Эти разговоры по ночам вдыхали в меня веру в то, что завтра день будет лучше, чем вчера… Мне очень нравились эти истории… «Каждый на этой земле несет в себе три желания, который он хочет исполнить. Только когда твое последнее желание исполниться, твоя душа сможет вернуться к Владыке Небес и возродиться снова!» Интересно, отец, а твое желание исполнилось? Твоя душа смогла возродиться? Я погладил выжженные знаки на руке Фрау… и коснулся странной татуировки на его ладони… Где-то я такое уже видел.… Но где? Zehel – пронеслось у меня в голове, и я вспомнил рисунок, который показывал мне отец. Да, это знак Зехеля…одного из семи богов… Но Фрау не может быть… Зехелем… или может? Ведь это все сказки!!!! ……Или не сказки??? Странная история вселенной, загадочная история происхождения жизни на земле… и еще более загадочная теория существования добра и зла… Но все то, что я видел на кладбище: странная сила, которая оттолкнула эту мерзкую гадость и эта непонятная коса, это же мне не привиделось.… Я точно это видел собственными глазами… - Над чем так задумался? – голос Фрау вывел меня из мучительных размышлений. Он прижал меня к себе и провел рукой по моим волосам. Я, словно котенок, потерся о его ладонь… - Фрау, скажи, а откуда у тебя знак Зехеля? – я осторожно посмотрел на него, ожидая реакции на свои слова… Он сжал руку в кулак, но спокойно произнес: - Откуда ты знаешь, как он называется? - Мне папа в детстве рассказывал странную историю о семи призраках, Зехель был одним из них… Фрау ошарашено смотрел на меня. Я усмехнулся: это я должен был быть сейчас в коме от увиденного, а не он. - А что если я скажу тебе, что все то, что рассказывал тебе отец – не сказки, а все это существует на самом деле? – он очень осторожно подбирал слова, не отрывая своего взгляда от меня.… - А мне все равно…- соврал я, выдерживая его взгляд, полный сомнения и еще чего-то… Я погладил его запястье, откуда недавно прорезалась коса.… Еле заметный шрам все еще виднелся среди таинственных иероглифов… - Больно было? - И тебе все равно, что я монстр? Так вот, что его волнует! Я потянулся к нему и, обвив руками его шею, обнял крепко-крепко.… - Фрау, ты – это ты… Я узнал тебя.… И этого мне достаточно! Я люблю тебя такого, каким ты есть… Черт! Я прикусил язык.… Последние слова вырвались неожиданно даже для меня … Покраснев, как рак, я исподлобья посмотрел на него. Он обхватил руками мое лицо, нежно погладив по щеке, и поцеловал так нежно, что у меня снова все поплыло перед глазами… - Фрау, так ты мне расскажешь все? – в перерыве между поцелуями попросил я. Он оторвался от меня и смотрел долго и пристально: его глаза были всего лишь в нескольких миллиметрах от моих, я мог даже видеть себя в его темных зрачках, окаймленных фиалковой радужкой: - А что ты хочешь услышать? – спросил Фрау садясь. Я устроился рядом. - Ты же знаешь больше обо мне, чем я сам о себе знаю.… Расскажи, для чего я здесь, и что просил тебя сделать мой отец? Мне, конечно, очень хотелось расспросить его о его жизни, о его переживаниях, но я знал, что если он сам не захочет мне рассказать, то я силой это у него просто не вытяну.… Поэтому пришлось спрашивать о себе… Как же мне хотелось во всем этом разобраться… Я уже не понимал, не узнавал сам себя… А Фрау молчал. Я не знал, то ли он с мыслями собирается, то ли он снова в молчанку решил со мной играть… Я разозлился и, укутавшись в одеяло, спрыгнул с кровати. - Я ухожу! – ощетинился я, направляясь к двери. - И куда ты направился? – я скосился на него – зараза, улыбался так, что у меня сердце екнуло. - К себе, я ухожу к себе… - Но ты и так в своей комнате. Вот черт. А я и забыл.… Я остановился возле двери… Фрау подошел и обнял… - Ты можешь немного подождать?… Сегодня я тебе все объясню, честное слово! Он поцеловал меня в макушку. - Обещаешь? – я обернулся и обвил руками его шею, с надеждой глядя в его глаза. - Обещаю, - он прильнул к моим губам, сначала подразнивающе лизнув их. Я ответил на его ласку и запустил руки в его волосы, притягивая его голову ближе, ловя губами его пьянящие и мягкие губы… но… В моих глазах потемнело, и острая боль пронзила грудь. Оторвавшись от него, я согнулся пополам, схватив себя за голову. Я попятился назад и, упершись спиной в стенку комнаты, осел на пол, немигающим взглядом смотря вперед.… - Тейто, с тобой все в порядке? – донесся откуда-то обеспокоенный голос Фрау. Но перед глазами все плыло… Я уже не видел комнаты и не видел растерянного лица Фрау… Я видел… Я видел острые скалы и большие волны, разбивающиеся о них, яркое солнце отражалось в каждой капле, ослепляя и играя сотнями бликов на камнях и песке. Среди волн я увидел человека. Его окровавленная разорванная рубашка ярким пятном выделялась среди темных влажных скал.… Я знал, что мальчик еще жив. Я не проверял его пульса - мне говорила это моя интуиция… Мне что-то подсказывало, что я должен был его найти. Я должен был защитить его от кого-то… кого-то…Я не знал пока от кого, но точно был уверен в том, что его надо спасти… И тут яркая картинка померкла, сменившись перепуганным лицом Фрау: - Тейто, что с тобой? – оказалось, что он, подняв меня на руки, закутал в одеяло и, переложив на диван, прижимал к своей груди, безуспешно пытаясь достучаться до моего сознания. Меня бил озноб… Я, заикаясь, произнес: - В п-по-рядке. Вот только… - Что только? Тейто, не пугай меня так… - он погладил меня по голове, поворачивая меня к себе… - Я видел его, не знаю, как… не знаю почему, но я видел его… - Кого его, Тейто? - Я видел человека, разбившегося в скалах.… Мне показалось.… - я набрал воздух в сдавленные легкие… - мне показалось, что я должен его спасти… - Где ты его видел? - Не знаю.… я там не был… - А ты можешь мне описать это? Как выглядело? - Там песок… камни… - я старался собраться с мыслями, - волны… Фрау поднялся и, подойдя к столу, достал листок бумаги и карандаш. Он передал их мне. Руки дрожали, все тело все еще пронизывал холод… Я, вспоминая то, что видел, начал рисовать. Получалось не очень точно, но главное то, что когда я начал выводить последние штрихи, Фрау как-то странно посмотрел на меня и задумчиво произнес: - Пойдем. Я оделся. Меня все еще пошатывало, поэтому Фрау поддерживал меня на каждом шагу. Мы спустились вниз, где нас уже ждала машина. Фрау усадил меня и сел сам, и, повернув ключ зажигания, выехал на дорогу. - Фрау, что это было? Что со мной такое происходит? Я что, вижу то, что должно произойти? - Да, - коротко ответил он. - И что, что это значит? Боже, мой мозг отказывался переваривать эту информацию. Я не мог поверить в это. Это не может произойти со мной… --- Фрау остановил свою машину возле какого-то обрыва.… Вниз вела короткая тропинка, которая извиваясь, спускалась прямо к реке… Мы спустились и Фрау, повернувшись ко мне и обняв за плечи, сказал: - Постарайся вспомнить, где именно ты его видел… Я огляделся по сторонам. Да, это было именно то место… Те же волны, те же скалы, те же ослепляющие лучи. Я подошел к камням и… Я очень хотел, чтоб это было неправдой, чтоб это было не так, но… среди камней я увидел его… окровавленная рубашка… разодранная местами кожа… Я указал пальцем в его сторону, бледнея и чувствуя, что мне уже становится плохо. Фрау бросился спасать пацана, а я присел на камень, стараясь восстановить сбившееся дыхание.… Я не мог поверить, что это правда… Вот почему тогда… на кладбище… тот некто… назвал меня… провидцем… Я наклонился и смочил руки в ледяной воде и протер лицо, подставляя свое разгоряченное лицо лучам солнца… Нет.… этого просто не может быть… Фрау тем временем вытащил пацана и взглядом приказал, чтобы я шел за ним. Я сорвал пару листов подорожника и тысячелистника, которые, я знал, помогает при ранениях и останавливает кровь. Фрау положил белокурого мальчика на заднее сидение, даже не заботясь о том, что кровь может испачкать обивку и сел за руль. Я тоже сел сзади. Парень еле дышал. Его светлые волосы и брови обгорели местами, рубашка разодрана, кое-где проглядывали рваные раны. Я обложил кровоточащие раны прожеванными листьями и обмотал обрывками его же рубашки… А на груди… я наклонился, чтоб внимательнее рассмотреть это… Нет, точно.… На его груди был выжжен тот же знак, что и на груди моего отца… Знак Кора… Я бросил быстрый взгляд на Фрау. Он хмурился и, следя за дорогой, задумчиво курил, стряхивая пепел в окно… Он нервничал… Ну да, конечно, понятно… Почему же я был так спокоен? Сам не понимал причины своей заторможенности… Мне просто не верилось… Нет, я отказывался верить этому… Нет, это просто не укладывалось в моей голове… Я всегда считал себя посредственным… А тут… Я даже не знал радоваться мне или огорчаться… … Мы приехали в замок, и Фрау перенес раненного мальчика в гостиную комнату и прям с порога позвал Лабрадора… Я стоял в стороне, наблюдая, как садовник начал промывать его раны. - Тейто, ты правильно сделал, что сразу догадался остановить кровотечение. Это очень помогло! – Лабрадор обернулся, и с благодарностью посмотрел на меня. – Я горжусь тобой, как своим учеником! - Не за что, Лабрадор. Я просто знал, что делать… Во рту пересохло. В глазах потемнело, я почувствовал, как мои колени подогнулись и, погружаясь в темноту и цепляясь за последние проблески сознания, я осел на пол….