Что мы сделали не так?

Да, возможно она немного перегнула палку. Да, возможно была с ним слишком резка. Но и он вел себя неправильно. Он фактически приревновал ее к этому мальчику. Почему? Разве это плохо, что она хочет помочь ребенку? Хотя бы попытается скрасить длинные серые дни, проведенные в стенах больницы. Они поссорились на ровном месте. Женя это отчетливо понимала, но мириться первой она не собиралась. Не она устроила скандал в палате реанимации, не она предъявляла претензии супругу. Вместо того, чтобы терзать себя сомнениями о правильности своих поступков в этой ситуации, Женя все свое свободное время проводила вместе с Мишей. Ему уже было лучше, кровотечение прекратилось, скоро его выпишут. А пока он еще лежал в палате, он вместе с Женей играл в игры, которые Женя раздобыла в детском отделении, она читала ему сказки или он читал, показывая, как хорошо научился читать, или они просто разговаривали. — Тетя Женя, а у тебя есть сын или дочка? — неожиданно спросил мальчик. — У меня есть сын, — улыбнувшись, ответила она. — Его зовут Рома. Он уже взрослый, уже институт заканчивает. — Понятно. У меня тоже есть взрослый брат. Он сейчас в другом городе. Мама говорит, что он скоро к нам приедет и привезет мне много игрушек. — Мама? У тебя есть мама? — наверно зря она спросила. Это может быть лишь его фантазия. Но что сделано, то сделано. — Да, но я не живу с ней, — ответил Миша. — Но она часто ко мне приходит. Мы так же с ней играем. Потом она уходит, но очень быстро возвращается. — Это очень хорошо, — Женя, улыбаясь и пытаясь сдержать слезы, потрепала мальчика по волосам. — Хорошо, что она у тебя такая хорошая. Оказывается, у него есть мама. Надо спросить у кого-то в детском доме, как он оказался у них и где его родители. Женя была очень рада за мальчика. …Она возвращалась из палаты Миши к себе в кабинет. Если ничего срочного не будет, Женя хотела поговорить с Ильей. Ей не нравилась вся эта ситуация. Ее беспокоило то, что между ними происходит. С того момента, как они потеряли ребенка, многое изменилось в их взаимоотношениях. Женя каждый день думала, как это все преодолеть, как все вернуть на прежние места, если это еще возможно. Новых поступлений не было, ее помощь пока никому не требовалась. Но около кабинета ее ждал Слава с какими-то бумагами в руках. Увидев ее, он подошел к ней и не смог начать беседу без упрека: — Жень, где ты ходишь? Я тебя тут уже пятнадцать минут жду. — Ух ты, целых пятнадцать минут, — Женя наигранно удивилась. Она достала ключ от кабинета и открыла дверь, пропуская гостя вперед. — Ну, позвонил бы мне, я быстрее бы пришла. Заходи. — Конечно, у меня больше дел нет, как вызванивать тебя, — недовольно проворчал он. — Ты же наверняка не делом была занята, а у этого своего… беспризорника в палате была. — Слава, — она повысила голос. — Что ты себе позволяешь? — Я что себе позволяю? Я в рабочее время делом занят. А наша заведующая занимается не пойми, чем. Что, Женя, своего родить не смогла, с чужими охота нянчиться? Так сменила бы профессию пошла бы в детский сад работать. Как наш талантливый травматолог тебя еще терпит? — Что? — спросила Женя. Голос в мгновение стал тихим. Захотелось плакать. Но Женя не могла этого сделать на глазах у Мамина. Она собрала все силы, чтобы сказать ему последнюю фразу. — Пошел вон. — Не понял? — Пошел вон, — повторила она. Еще чуть-чуть — и она не выдержит и даст волю эмоциям. — Ясно, мне все ясно, — тихо сказал Слава и вышел из кабинета. В коридоре он встретил Илью, который стоял около поста медсестры и заполнял историю болезни. Ему-то он и решил пожаловаться на Женю. — Соколов, слышишь, что с твоей благоверной происходит в последнее время? — Ты о чем? — недоумевающе спросил Илья, посмотрев на него. — Ну, она только что выгнала меня из своего кабинета просто так, не объясняя причины. А мне, между прочим, нужно было важный вопрос решить по поводу пациента… — Что ты ей наговорил? — этот вопрос был риторическим. Илье было абсолютно все равно, что ей сказал Слава. Он отложил историю болезни, которую недавно заполнял, и быстро пошел в кабинет Жени. — Я лишь напомнил ей про то, что она на работе, — крикнул Мамин в след Илье. Она сидела на диване, поджав ноги под себя. Глаза были красными, а на щеках блестели мокрые дорожки слез. Увидев его, Женя попыталась сделать вид, что с ней все в порядке. Она вытерла слезы, сразу села ровно и стала наблюдать за Ильей. — Что тут произошло? — спросил Илья, сев рядом с ней. Он не спешил ее обнимать, просто смотрел на нее и ждал ответа. — Ничего страшного не случилось, — спокойным голосом ответила она. — Разве что я нахамила своему сотруднику на ровном месте. Внутри ее бушевала буря. Казалось бы, прошло уже какое-то время с той трагедии, уже можно было привыкнуть, смириться и пытаться жить дальше. Но у Жени не получалось. Она не могла так. И с Ильей после всего случившегося отношения полностью изменились. Они стали совершенно другими. Они перестали проводить вечера вместе: после работы Илья все время сидел за ноутбуком, читал что-то или общался с московскими друзьями, а Женя весь вечер проводила в спальне за книжкой. Встречались они только за ужином или ночью в кровати, когда ложились спать. Женя перестала делиться с Ильей своими переживаниями. Раньше ей всегда был важен его совет, он умел помочь и поддержать ее в трудную минуту. А сейчас… она как будто перестала ему доверять, что-то останавливало ее. Вероятно, в ту ночь умерла и частичка Жени, которая была откровенной с мужем. — Что тебе сказал Слава? — задал следующий вопрос Илья. — Я же говорю, ничего такого он мне не сказал, — Женя посмотрела на него. — Я действительно где-то поступаю неправильно. Он сказал правду. — Ты можешь прямо говорить? — ему не нравилось то, что она постоянно говорит загадками. Такое происходило все чаще и чаще, и Илью это выводило из себя. — Прямо? — уголки ее губ приподнялись в несмелой улыбке. Но глаза говорили обратное. Она сделала небольшую паузу, а после сказала: — Илья, нам давно нужно было обо всем серьезно поговорить. Еще тогда, на утро после всего случившегося. Ты же понимаешь, что уже не будет, как прежде. Мы не сможем вернуться к прежней жизни, все забыть и жить дальше. Лично меня это сильно изменило. Я понимаю, наверно, что чувствуешь ты. Тебе больно, но мне в десятки раз больнее. Но у тебя есть планы на будущее, ты уже готов двигаться дальше. Илюш, я тебя очень люблю. И я хочу, чтобы у тебя все было хорошо, чтобы ты был счастлив. А я тебе этого дать не смогу. Я уже вряд ли смогу забеременеть снова. А ты очень хочешь детей, я это вижу. Вижу, как ты смотришь на маленьких детей, бегающих по детской площадке около нашего дома, как ты разговариваешь с детьми, которые оказываются у нас в больнице. У тебя еще все впереди… И я понимаю, что мне тебя лучше отпустить. Ты достоин большего, нежели я тебе могу дать. — Женя, ты сейчас о чем? — недоумевал он. Илья искренне считал, что все трудности, что они сейчас переживают, временные. У них все непременно наладится. И то, что он сейчас услышал от Жени, повергло его в шок. — Я не понимаю, почему ты это все сейчас сказала. У нас с тобой все будет хорошо. — У нас уже ничего не будет хорошо, — ответила Женя, изо всех сил сдерживая слезы. Ей было очень тяжело, но она понимала: будет лучше, если она отпустит Илью. — У нас с тобой все было хорошо до того момента, как врач в больнице не сказала, что беременность замерла. После этого все изменилось. — Да, я согласен с тобой, что теперь на жизнь не такая, как была прежде. Но мы же все еще любим друг друга. И нам хорошо вдвоем. Давай просто жить и наслаждаться моментом, не думая, что будет завтра. — Илья, со мной ты не будешь счастлив, поверь, — она взяла его за руку. — Именно потому, что я тебя люблю, я хочу, чтобы ты нашел себе женщину, которая сделает тебя по-настоящему счастливым, родит тебе детей, будет ждать тебя дома с работы, а не пропадать постоянно на работе, которая не будет забывать о семейных праздниках и которая будет нравиться твоим родителям. — Женька, как ты не понимаешь? Эта женщина — ты, — Илья сел ближе к ней и, обняв, поцеловал в щеку. — Ты каждый день делаешь меня счастливым просто потому, что ты рядом со мной. И я не хочу, чтобы ты ждала меня дома с работы, потому что я знаю, что ты очень нужна больнице, людям нужна, ты отличный врач. О праздниках мы с тобой забываем вдвоем, и в этом нет никакой катастрофы. Мои родители тебя очень любят, мама постоянно зовет нас с тобой в гости. И дети у нас с тобой еще обязательно будут. Поверь. — Илюш, я знаю, это больно, — Женя вздохнула, понимая, что сейчас она скажет то, что она все это время пытается ему сказать, но все не решается. Главное, чтобы он все правильно понял и принял. — Но по-другому никак. Мы просто будем мучать друг друга… В общем, я считаю, что нам надо развестись. Нет. Я уверена, что мы должны это сделать. — Развестись? — переспросил Илья, находясь в шоковом состоянии. Он не верил, что сейчас все может закончиться. Это просто глупо. — Ты сейчас серьезно? — Абсолютно, — кивнула она. — Ты достоин лучшей жизни. С лучшей женщиной. Увы, я ею не являюсь. — То есть, ты хочешь, чтобы мы разошлись? — Так будет лучше для нас обоих. — Лучше? А ты не думала, что я люблю тебя, что мне хорошо с тобой? Ты не думала, что я не хочу разводиться? — И я тебя люблю. И именно поэтому я считаю, что нам надо расстаться. — Это звучит смешно, — Илья был в недоумении. Он пытается до нее достучаться, но она его не слышит. — Тем не менее. Я приняла решение. Я завтра подаю на развод. — Приняла решение, значит, — кивнул он и, встав с дивана и не смотря на нее, пошел к двери. Обернувшись, он сказал, — Ты, конечно, молодец, если за нас двоих приняла решение. Но я развод не дам. После этих слов он ушел, Женя даже не успела ему ничего сказать. Но, возможно, это и к лучшему. Она предполагала, что у него будет подобная реакция на это. Но он пока еще не понимает, что это все ради него, он потом ей будет благодарен за это. Для себя Женя уже все решила и практически приняла ситуацию. Завтра она напишет заявление на развод. И даже если Илья не согласится, их все равно разведут. Чуть позже, но разведут. Это только дело времени. Похоже, скоро будут дописаны последние строчки их небольшой сказки. Сказки с грустным концом.