Один добрый поступок может изменить все

      Даже с учетом всего того, через что Гарри пришлось пройти, он мог с полной уверенностью сказать: сейчас его жизнь превратилась в настоящий ад.       Он надеялся, что его четвертый год в Хогвартсе будет тихим и спокойным. Он просто продолжит держать голову прямо, занимаясь учебой, играя в квиддич и общаясь со своими друзьями. Как же он ошибался. Вместо этого имя Гарри вылетело из кубка огня, из-за чего он был вынужден принимать участие в турнире, в котором до этого погибло немало людей. И больше всего выводило Поттера из себя не то, что он снова должен ставить свою жизнь под угрозу, а обращение людей к нему.       Черноволосый волшебник не был слишком удивлен холодному отношению к нему других факультетов. У Хаффлпаффа мальчик-который-выжил банально украл славу, так что очевидно, почему они его невзлюбили. Рейвенкло всегда был загадочным факультетом, но Гарри подозревал, что это поведение довольно необычно. Они, скорее всего, считали, что ему удалось сжульничать, ведь это был единственный способ преодолеть защиту Дамблдора, которую тот поставил на кубок. На счет Слизерина Гарри даже не беспокоился. Те всегда его ненавидели, так тут еще и дополнительная причина.       Но факультет, которому досталось наибольшее раздражение, был его собственным. Гриффиндор. Гарри считал, что это интересная шутка судьбы — он снова попал в центр внимания школы. Хотя этот факт, похоже, не имел никакого значения для его товарищей по факультету. Те разделились на две группы: первые посчитали себя преданными, ведь как это так, он имел способ вкинуть свое имя в кубок, но им ничего не сказал, наверняка они могли бы также попробовать поучаствовать. Рон также относился к этой группе. Каждому из них казалось, будто Гарри снова пытается украсть себе всю славу.       Другая группа сочувствовала ему. Гермиона, Невилл и близнецы Уизли принимали его версию событий, хотя все еще относились с небольшим недоверием. Гарри не понимал, неужели ему так трудно довериться?       Из-за всей этой ситуации парень был усталым и разочарованным. Также его тревожили мысли о том, что ему просто стоит покинуть Хогвартс и вернуться к Дурслям. Их, по крайней мере, было всего трое, в отличие от сотен учеников школы волшебства. Единственным серьезным аргументом против сего решения было ощущение Гарри. Он просто чувствовал, что принадлежит волшебному миру. Хотя постепенно это ощущение исчезало, выдавливаемое множеством оскорблений, которые ему приходилось переносить.       Молодой волшебник вздохнул, опустив плечи. Он стоял в одном из многочисленных пустых коридоров Хогвартса. Блеск, исходящий от доспехов, находящихся по бокам коридора, казался уже совсем не таким ярким, нежели ранее. Куда исчезла магия Хогвартса? Почему Гарри теперь боялся покинуть свою комнату? Волшебник покачал головой. Он не получит ответов на эти вопросы. Смирившись с враждебным отношением, парень продолжил свой путь по каменному коридору, в то время как его взгляд был сосредоточен на полу, по которому он шел.       Тем не менее, без ведома не знающего об этом волшебника, за впереди стоящими колоннами спрятались три змеи. Их палочки были готовы к магии, на их лицах красовались злобные улыбки. Когда парень пересек порог и прошел мимо слизеринцев, они направили орудие и произнесли заклятие.       — Как тебе такое, Поттер? — знакомый и в то же время ненавистный голос эхом отозвался в ушах Гарри, пока тот отчаянно ощупывал пол в поисках очков.       Игнорируя раны в спине и боль в руках, он надеялся найти старые очки, которые могли бы позволить ему четко видеть.       — Нечего сказать? Это очень грубо с твоей стороны, Поттер, — усмехнулся змей, подражая Мастеру зельеварения.       Затем Гарри почувствовал сильный удар в грудь, бесцеремонно поваливший молодого волшебника на пол. Его голова ударилась о камень с болезненным звуком.       — Что… Что ты хочешь, Малфой? — неуверенно спросил Гарри, пытаясь собраться с мыслями после падения.       — О, ничего такого, Поттер. Я просто хочу увидеть тебя…       Ему не удалось закончить предложение. Гарри удалось различить своим нечетким зрением несколько ярких искр и вспышек, признаков заклинаний.       Прошло еще несколько мгновений. Голоса парней были удивленными. Суматоха позволила парню продолжить поиск очков. Лишь попытка убедиться, что Драко, скорее всего, сломал их, чтобы не дать ему шанса сбежать.       — Ты это ищешь? — спросил новый голос, женский.       — Я не вижу, знаешь ли, — сухо ответил Гарри.       — Ой, прости, — сказала девушка.       Прошло несколько секунд, после чего к плечу парня дотронулась рука, заставив его подпрыгнуть. Гарри смог различить удивленное выражение лица и руку, протягивающую ему какой-то предмет.       — Ты не против, если я.? — спросила девушка, остановившись в конце вопроса и продолжив без согласия.       Вскоре парень почувствовал, как холодный металл очков мягко притрагивался к его лицу. Его руки потянулись к ушам, чтобы удобно расположить очки.       Теперь волшебник мог разглядеть черты лица своей помощницы. Блондинка с бледным лицом, но оттого не менее привлекательным и холодными голубыми глазами.       — Спасибо, — пробормотал Гарри, осознав, насколько близко к нему находилась девушка, когда та опустилась на колени рядом с ним.       — Мне понравилось, — сказала девушка. — Иногда мне кажется, что моих товарищей по факультету нужно поставить на место.       — Товарищей? — задал вопрос Гарри, прежде чем у него в голове щелкнул переключатель. — Ты из Слизерина?       — Верно, Дафна Гринграсс, рада наконец познакомиться с тобой, — ответила блондинка, вставая и протягивая руку мальчику-который-выжил.       Гарри осторожно взял девушку за руку, опасаясь возможной ловушки, которую могла бы сделать слизеринка. Когда волшебник вернулся в вертикальное положение, он отпустил руку Дафны, про себя отметив насколько та теплая и мягкая.       — Так почему из всех людей мне помогла слизеринка? — спросил Гарри.       Его глаза смотрели в другую сторону от голубоглазой ведьмы, в то время как ее взгляд оставался точно на фигуре парня.       — Гринграсс никогда не судят людей по их факультетам, — заявила Дафна. — То что я увидела — нечестная битва, так что я не собиралась позволить этому продолжаться.       — Как они так быстро оказались вне класса?       Гарри было любопытно, как они так быстро его нашли.       — Ты витаешь в облаках, Поттер. Урок закончился полчаса назад, — ответила ему девушка. — Но это не имеет значения, как мне кажется. Меня больше беспокоит то, что ты мне должен.       — Должен? Я думал, ты беспокоишься из-за нечестной драки? — кинул в ответ Гарри, не удивившись изменению темы.       — Я спасла тебя, Гарри. Разве ты будешь возражать, если я попрошу взамен маленькое одолжение, — хмыкнула блондинка.       Волшебник досадно вздохнул.       — Что ты хочешь? — устало спросил тот.       — Минуту твоего времени, только и всего, — откровенно ответила Дафна, — если хочешь покончить с этим сейчас, то неподалеку от нас есть пустующая классная комната, — ее палец указал на коридор, по которому ранее шел Гарри.       Парень взвесил все за и против. Он быстро решил, что меньшее, чем он смог бы отблагодарить Дафну, так это хотя бы выслушать ее.       — Думаю, мне нечего терять, — пожал плечами парень, положив руки в карманы и позволив слегка улыбающейся Гринграсс вести его к названному месту.       Блондинка двигалась быстро. У Гарри непроизвольно поднялись брови, когда тот заметил, что она выше него. Она учится на пятом курсе? Волшебник покачал головой: ему было все равно, он просто хотел, чтобы этот долг исчез сегодня, после чего ему бы удалось лечь спать с чистой душой.       Дафна открыла скрипучую старую дверь, придержав ее открытой для Гарри. Волшебник бросил на нее смущенный взгляд.       — Манеры — умирающее искусство, — пожала плечами та.       — Спасибо, наверное, — нерешительно ответил Гарри.       — Не беспокойся, — ответила девушка, в то время как на ее лице красовалась улыбка.       Гарри не мог не закатить глаза на вежливость девушки. Она хотя бы не называла его «Поттер» с ненавистью.       — И о чем ты хочешь поговорить? — спросил парень, сидя на профессорском столе.       Его изумрудные глаза внимательно смотрели, как Дафна подошла и села рядом с ним. По позвоночнику Гарри прошел табун мурашек от ее взгляда.       — Я заметила, что с тех пор, как твое имя вылетело из кубка, твои друзья, похоже, поссорились с тобой, — начала Дафна, ее руки спокойно лежали на коленях. — Ты не доволен таким развитием событий, верно?       — Да, можно и так сказать, — кивнул Гарри. — Они думают, что я обманываю их, чтобы они не смогли соревноваться.       — Ясно, — пробормотала девушка. — Ну, я бы не стала спорить с тобой, вместо этого я могу предложить кое-что.       — Да? — чуть не рассмеялся парень, не понимая, что та могла ему дать.       — У тебя нет друзей, — она говорила прямо — Рыжий бросил тебя, а заучка, похоже, не относится к тебе также тепло, как это было ранее.       — Они просто… сбиты с толку, я не виню их, — защищал их Гарри.       — Так или иначе, у тебя нет друзей, — продолжила Дафна. — Я хочу предложить тебе довольно простую вещь, Гарри. Дружбу.       Парень застыл. Дружба со… слизерницем? Ему хотелось смеяться, хоть он и сдерживал себя. Как бы это не угнетало Гарри, но Дафна права: у него нет никого, кого он мог считать другом, из-за чего он и начал бродить по Хогвартсу.       — Что ты получишь от этого? — поинтересовался Гарри, обдумывая предложение слизеринки.       — Друга, на которого можно положиться, — ответила Дафна. — Хотя я не буду против большего.       — Эм, — пробормотал Гарри, краснея от того, что предложила Дафна. — Это…       Волшебник заикался, а его взгляд приклеился к рукам.       Красивый смех заставил волшебника вынырнуть из водоворота мыслей. Он повернулся, чтобы взглянуть на его источник. Дафна смотрела на него с удивлением в глазах.       — Извини, но серьезно? Парень, который дважды боролся с Темным Лордом, василиском и дементорами лишился дара речи из-за девочки? Если бы я знала об этом, пришла бы к тебе раньше, — смеялась та.       — Замолчи, — слабо сказал ей Гарри, щеки которого стали темно-малиновыми.       — Я извинилась, — заявила Дафна, отмахнувшись от слез.       Гриффиндорец несколько секунд напряженно смотрел на слизеринку, после чего опустил плечи. Он осознал, что это впервые после церемонии выбора чемпионов, когда ему довелось стать источником шутки, которая не пыталась как-либо оскорбить его. Тем более она была сделана членом факультета, который относился к нему как к заклятому врагу.       — Да, — прошептал Гарри.       — Прости? — спросила Дафна, наклонив голову.       — Ты хочешь дружить? Хорошо, мы можем быть друзьями, — мрачно сказал ей Гарри.       — Ты не должен вести себя так, как будто случилось что-то ужасное, — попыталась отругать парня Дафна, хотя ее лицо приближалось к волшебнику. — Что случилось, Гарри?       — Ничего, просто мне кажется странным доброе поведение слизеринки ко мне, наверное, — ответил парень.       — Да, мы лучше, чем кажемся, — сказала Дафна.       Ее рука соскользнула с колен к руке Гарри. Ее теплые пальцы сжали холодные, принадлежащие парню.       — Может, ты хочешь что-нибудь поесть? Пошли на кухню. Солнце скоро сядет, и мне кажется, что ты не захочешь есть в главном зале.       Гарри поразмышлял над вопросом блондинки, прежде чем кивнуть. На его лице появилась слабая улыбка.       — Конечно. Ведите за собой, мисс Гринграсс.       — Следуйте за мной, мистер Поттер, — ухмыльнулась Дафна, обнимая Гарри и дергая того вперед.       Гриффиндорец позволил своим ногам вести его в сторону блондинки. Он не признает этого, но поведение девушки было долгожданным облегчением после всего того, с чем ему пришлось столкнуться.       — Может быть, в этом году все не так уж и плохо, — подумал Гарри, сжимая руку Дафны. Его прежние депрессивные мысли исчезали из головы, когда он следовал за восхитительной блондинкой.