Точка невозврата

— Господи, последнее время я абсолютно перестаю понимать, что ты вытворяешь. Зачем? Почему? С какой целью? Я блять сбился окончательно, — Джейсон, ведомый жуткими порывами гнева, с силой сжимал собственные руки, чтобы не накостылять кому-нибудь прямо сейчас. А поскольку единственным его попутчиком был Ваас, то Броди бы тогда пришлось накостылять именно ему. Но к превеликому сожалению пират нужен Джейсону, чтобы тот всё объяснил. Ваас же старательно прикидывался шлангом уже крайние несколько часов их совместного пребывания вместе, будь то тот страный «карцер», будь то путь до так называемого «порта». Что-то однозначно было не так. У него словно что-то сидело внутри и не давало поступать так, как хочет сам Ваас… Или же наоборот, не разрешал быть самим собой тогда, когда еще работал на Хойта. Короче, Джейсон бы разобрался в этом дерьме, будь у него желание и не наплевательское отношение ко всему за последнее время. — Опух? — буркнул Монтенегро, чуть вильнув катером. — Тебя недолюбили в детстве или что? Почему ты ведешь себя как кусок говна? — А ты, я смотрю, яйца опять отрастил, — он усмехнулся. — Ну чтож, поздравляю, — Ваас отпустил штурвал, чтобы показательно медленно, с максимально показанным сарказмом, похлопать Броди. Катер же в это время нехило занесло влево, градусов на двадцать. — Черт, держи, — сердце Джейсона пропустило один удар, когда он спохватился и подбежал к баранке, ухватывая ее рукой. — Сам ты черт, — скорее насмешливо буркнул Ваас. — Пиздуй отсюда, Белоснежка, — Монтенегро грубо схватил попутчика за ворот футболки, от чего тот на секунду стал походить на брошенного бесполезного щенка с испуганными глазами, и оттолкнул куда-то к корме катера. Пропускавшее удары сердце заколотилось с новой частотой, и в кровь выделился адреналин, в голову Джейсона ударила злоба. Это просто унизительно. Почему он должен терпеть такое отношение к элементарной невнимательности своего попутчика? Собраться с духом Броди успел секунд за пять, он нервно передернул плечами и уже сделал шаг в сторону Вааса, чтобы разбежаться и нанести обидчику не менее обидный удар, как последний достал из-за пояса пистолет и покачал им в опущенной руке, словно предупреждая, что так делать не нужно. — Есть какая-то конкретная причина по которой ты меня ненавидишь? Почему ко мне ТАКОЕ отношение? Ты можешь вести себя не как последняя мразь? — Господи, Джейсон… — пират показательно закатил глаза, и даже не поленился вскинуть голову. — Перестань уже ныть. Ты хуже шлюх на Рук Айленде. А тебе бы знать какие они блять были придирчивые, — он приподнял украшенный пластырями указательный палец. — После их замашек по поводу условий, цен, мы в основном их расстреливали. Но, к сожалению, потом они пришли в дефицит, и парням приходилось терпеть их выходки… — Монтенегро вяло стукнул раскрытой ладонью по штурвалу, а потом задумался, — А о чем собственно я? Ах да, опять же, заебал ныть. Ваас то, Ваас сё, выходи блять, хуями померимся, — он рвано размахивал левой рукой, придавая пародируемому образу выразительности, — Когда ты уже вырастешь в нормального мужчину? А то мне всегда придется тебя из всякого дерьма вытаскивать? — Я тебя не просил меня ниоткуда вытаскивать, — с нотками скепсиса в голосе ответил Джейсон, который раз подтверждая теорию о том, что Ваас невероятно изменился. Возможно так сказался его небольшой отдых на одиноком острове. Вполне вероятно, что именно власть сделала из Монтенегро ходячий кусок постоянно недовольного говна. Сейчас он подумал над своим поведением и решил исправится? Ну, стоит надеяться на это… — Ну, а что ты думаешь, я оставлю тебя там? Одного? — А как иначе? — нахмурился Джейсон, — зачем ты вообще все это делаешь? — Тебе честно сказать или вежливо? — Да похрен. Главное объясни, что происходит! Пират задумался на пару мгновений, но все-же заговорил: — Знаешь, если честно, то я сам пока не понял, — Ваас задумчиво потер штурвал рукой. — Моя жизнь превратилась в какой-то сюр после моей якобы смерти. Все как-то по пизде пошло, — он тяжело вздохнул. — Знаешь, Джесси, вот если бы я мог, то вернул бы все как было раньше. Похер на Хойта и его замашки, похер на Цитру, главное, чтобы всё не было таким какое оно есть сейчас… — Знаешь… — Броди поднял на того взгляд. Ваас заинтересованно промычал, — Я нихрена не понял, но очень интересно. — Ой блять, та пошел ты нахуй тогда! Я тебе сука душу изливаю, а ты как обычно хуйней маешься! И вот как с тобой разговаривать нормально?! Гандон блять. — Катер вновь вильнуло на волнах, словно отображая психическое состояния Вааса на данный момент. — Да держи ты его прямо, надоел! — только и фыркнул Джейсон перед тем как окончательно погрузиться в глубокие раздумья. Кажется, претензия попутчика его нисколько не забеспокоила.

***

— Алло, Белоснежка, вызывает Земля, — голос доносился словно из какой-то пещеры, немного приглушенный, но потом резко обострился. Невероятно резко. Джейсон аж подскочил. — Спокойно, блять, — скорее удивленно воскликнул Ваас, приподнимая раскрытые ладони в успокаивающем жесте. — Приплыли. — К-куда? — Веки Броди раскрывались неохотно. Видимо, его сильно укачало на волнах, поэтому его так сильно и отрубило. — Нахуй, — недовольно фыркнул Ваас. — продери глаза, да сам посмотри. Заколебал. Это оказалось сделать достаточно сложно, но вскоре все-таки вышло. Броди даже поднялся, хоть и на ослабевших ногах. Судя анализам, проведенным с трудом работающим мозгом, они прибыли на тот самый остров, некогда именуемый не самыми теплыми словами. Правда берег не походил на тот к которому когда-то пришвартовался воин. Впрочем, сейчас это не столь важно. — А зачем? — Тебе разве не хочется начать новую жизнь? — буркнул Ваас, грубо выталкивая Джейсона из катера. Тот по инерции сделал пару шагов вперед, но сдержать равновесие на окрепших ногах сумел. — Может и хочу. Но почему ты заявляешь об этом так? Я не твоя игрушка, не твоя спутница жизни, я типа тоже имею свое мнение, друзей, девушку, в конце-то концов… — А… Ту самую? Симпотную? Которую ты в пещере оприходовать не смог? — он усмехнулся, доставая из катера какие-то тюки. — Не успел, — перебил того на полуслове Джейсон, тренируя навыки ниндзя в укоризненном взгляде. Ваас же его успехов не оценил, и как ни в чем не бывало, продолжал вываливать содержимое катера на песок, — поможешь, может, не? Или тебя в академии благородных девиц манерам не учили? Спорить или отвечать на издевку у Броди настроения не было. Он просто наградил Вааса снисходительным вздохом и забрался в катер, из которого его только недавно выпихнули. Остаток дня обещал быть невероятно нервным: Ваас не переставал оскорблять все, что просто существовало рядом. Кажется, что каждый камешек и каждая веточка очень пожалели, когда упали у Монтенегро на пути. Казалось, он готов был весь этот целый остров сожрать, чтобы просто не бесил. Джейсон же в перепалку чуть поддатого пирата и предметов окружающей среды вступать не стал, он сам (возможно, очень опрометчиво) попытался спародировать камень и не шевелится, чтобы ненароком под горячую ногу или руку не попасть. Но, к превеликому сожалению, попал. Даже вежливо преподнесённый заяц не сменил Ваасова настроения. Спросите что же его так разгневало? Все просто. Не поддерживаемая достаточно долгое время инфраструктура потеряла свои свойства: навес развалился, костер потух, самооценка упала (Тут должна быть шутка про член, но ее не будет). На горячую руку ничего ни зажечь, ни починить не выходило. Очередная неудача только закаливала негативный пыл в пирате, поэтому Джейсон продолжал не соваться. Потратив на всё это около двух часов, Монтенегро, все же, опустил руки. Тогда он, ведомый своим безвыходным и абсолютно отчаявшимся положением, надрался, мать его, в говно. Тогда и Джейсон совсем потерялся в своих мыслях. Он который раз пожалел, что вообще существует, ибо жизнь стала походить на какой-то отчаянный сюрреализм. Накатившие эмоции прямо все сразу, жутко давили на Броди. Поэтому он решил не отставать от пирата и тоже позволил себе пару громоздких глотков. Совместными силами, в полу-расхлябанном состоянии, с ничтожными граммами серьезности, они смогли поднять навес, и даже его немного усовершенствовали. Джейсона, конечно, не переставала преследовать мысль о бесполезности данного элемента инфраструктуры, но в целом, отношения с пиратом портить не хотелось, поэтому он через силу помог ему. — Теперь-то ты пустишь меня в эту халупку? А то че я тут корячился, просто так что-ли? — Зачем? Навес не используется как укрытие, идиот. — А нахера тогда оно тебе? — Джейсон нахмурился, искренне не понимая, куда его на данный момент занесла жизнь. — Это отвлекающий маневр, — серьезно констатировал Ваас, опираясь о только что установленную палку. — Так ты не тут спишь? — Ну… иногда, когда совсем идти на юг впадлу. Броди непонимающе нахмурился. — Тебя юг смутил? — Джейсон с этим вопросом рассчитался лишь потупленным взглядом, хотя ответ был очевидным. — Ну типа… там север, там юг, восток, и запад, — он указывал рукой стороны света, попутно их озвучивая. Воин же скорее посмеялся, чем раздраженно фыркнул, — да я не тупой. — Ну так, а что тогда вопросы такие задаешь? — Ну… «на юг» звучит как что-то далекое. — А тут не близко, — подтвердил Ваас, — относительно. — Не понимаю тебя. Ваас раздраженно закатил глаза, всем своим видом показывая, что сейчас он внутри себя сдерживает злющего зверя, готового разодрать воина на много маленьких Джейсенят. — Блять! Это для отвода глаз! — он указал на навес. — Если в нее шмальнут, думая, что я тут и что этим самым уничтожат добрую часть моих припасов, то рекомендую им положить хуй в рот и конкретно так пососать, потому что я там, — рука Вааса сделала более амплитудное движение, указывающее, очевидно, куда-то за навес. — Не тут. Там. Спустя долгих секунд тридцать Броди протянул понимающее «А-а-а». Ваас на то лишь облегченно выдохнул. — Чем сейчас займемся? — через некоторое время спросил Броди, осознавая то, что еще немного и их нагнетенное молчание станет нестерпимо неловким. — Я, пожалуй, прощу тебе тот долг, который ты мне должен, — только и ответил Ваас, — Как нога, кстати? — А… э… — Броди немного опешил от этих слов. — Окей, спасибо, — на выдохе выпалил он. — А нога в порядке, уже даже и не болит. Ты чем-то ее здорово обработал, что я уже через пару дней о ней забыл. — Рад стараться, — кивнул пират. — Слушай, тебе не кажется, что ты стал странно себя вести? — Джейсон пересел поближе к новоиспеченному костру, не желая продрогнуть от спускающихся на остров сумерек. — В плане? — Ну… — Джейсон взял какую-то палочку, валявшуюся неподалеку и стал ворошить ею в костре, мигом вспоминая о той глупой истории с подобного рода палкой, еще до его побега. — Подобрел что-ли. Стал более приветливым, понимающим, отзывчивым. — Да ну, что-то ты приболела, Белоснежка. Тебе бы мозги вправить. — Так же как тебе вправили? — мигом ответил Броди. — Чт… что? Мне ничего не вправляли. — Да что-то не похоже. — Он поворошил угли. — Нет, я серьезно. Раньше я вообще даже думать не мог о том, чтобы с тобой поговорить… Типа, не покричать через забор, не поогрызаться, а вот просто реально сесть и поразговаривать… О чем угодно. С тобой стало приятнее что-ли. На человека стал хоть похож. — Ну все, Джейсон, ебать ты охуел, конечно, — Ваас резко потопал в сторону Броди с занесенным кулаком. Воин и отреагировать не успел, как Монтенегро схватил того за ворот, резко развернул к себе, но не ударил. Рука Джейсона мигом потянулась к горлу оппонента, но хватать его столь грубым способом не хотелось. Словно Броди увидел этот тончайший огонек адекватности, который просил его дать шанс. Джейсон и дал. Ваас по прежнему рвал и метал, готов был сожрать воина с потрохами, а самому Джейсону даже и не хотелось сопротивляться. Он отступал. — Делай, сука, что хочешь, только оставь в покое, — только и прошептал Броди, глядя точно пирату в глаза, ныне источающие чистую злобу. — Что хочешь? Что хочешь блять? — Вааса понесло. — Знаешь, на Рук это решали одним способом, — пират потянулся к ширинке, вызывая у Броди тем самым волну паники, пронесшуюся по спине табуном мурашек. — О нет, Ваас. Ты опять? Это не смешно! — Джейсон и сам не заметил как попятился. — А кто шутит? — взгляд того был холоден, и воин понял, что ему уже не выкрутится…