Лунный клинок Конохи

До Страны Железа мы передвигались бодрым темпом, а также построением вокруг нашего нового Хокаге: я шел спереди, Торуне справа, Шуу прикрывал тылы. Построение определил сам Какаши. Предположительно, мы должны добраться до самураев примерно часов за шесть, если без отдыха. Насчет остальных каге я ничего особенного не знаю — пересекался с Гаарой да и с Теруми Мей. По пути Какаши рассказал, что собрание проводится, чтобы обсудить проблему Акацуки. Сама эта идея мне показалась странной, ибо лидер уже мертв, а его подруга Конан, со слов Узумаки, не собирается возвращаться в организацию. Однако те из Облака упоминали, что Саске был в плаще Акацуки. Точнее — Орочимару в теле Саске. — Придумал что-нибудь насчет Учихи? — спросил Зангетсу. — Нет еще, но в процессе. Со всех сторон из листвы появились шиноби деревни Травы, четверо направились ко мне. Первый нанес удар кунаем, но я перехватил кунай и бросил в другого, первого убил меньшим клинком. Двое решили попытать счастье в ниндзюцу, однако выстрелы из лука по коленям они не учли, из-за чего упали на землю, ощущая жгучую боль. Со остальными Шуу и Торуне справились довольно быстро. — Хокаге-сама, вы в порядке? — спросил Шуу. — Да. Как думаешь, Ичиго, еще нападения будут? — Возможно. Этих было двенадцать, значит дальше они пошлют больше, когда поймут, что предыдущие не справились. — Ясно. Итак, продвигаемся до вечера, а после привал. Ночью двигаться опасно. Поняли? — Да! После на нашем пути никто уже не пытался нас убить. Наконец наступил вечер, и наш импровизированный отряд сделал привал. Какаши успел взять с собой пару батончиков, чтобы голод не сильно мучил. На пост встал я, так как спать не очень хотелось, да еще и время подумать о том, что делать с Саске, будет. Троица легла на голую землю. Ночное небо было все усыпано звездами, вокруг была тишь да благодать. Интересно, как там Юзу и Карин? Надеюсь, с ними все в порядке. А как Орихиме? Она девушка чувствительная, плакала, наверное, но винить ее в этом нельзя. Ну, а Исида с Чадом не особо переживают, наверное — все же парни они хладнокровные. Интересно, меня уже похоронили или нет в Обществе Душ? А в мире живых? Ладно, Хагоромо сказал, что можно перемещаться между мирами, если иметь достаточное количество чакры, желательно — как у Хвостатого. Проблема в том, что большинство хвостатых у Акацуки, а остальные два — у Наруто и еще у одного из Облака. Над этим стоит подумать, когда с Акацуки будет покончено. Ночью было тихо. Изредка попадались пары шиноби из меньших деревень, желающие убить Хокаге, но я их просто вырубал ударами по шее. Группа наша проснулась на рассвете, перекусила остатками от провизии и двинулась в страну самураев. По дороге стало немного холодней, да и огромных деревьев уже не было видно, как и кустарников. Прошло еще время, и мы уже оказались на территории страны Железа. Здесь все также лежал сплошной снег, огромные три скалы, похожие на морды волков, и постоянно хмурое небо. На горизонте виднелся огромный замок, по виду напоминающий египетскую пирамиду со множеством окон. Как только мы подошли ко входу, нас встретили самураи, среди которых выделялся один. У него были длинные волосы и усы, небольшая бородка, все лицо было в морщинах, но взгляд был живой, голова обмотана бинтом, одет в стандартные самурайские доспехи с огромными наплечными пластинами. — Здравствуйте, хокаге-доно. Мы вас ждали. — Рад встрече, Мифуне-сама. — Остальные Каге ждут вас. Мы все зашли внутрь. Это был темный коридор, где даже обычных факелов не было, не говоря уже о лампах. Один из самураев указал Какаши на круглый зал, где горела одна лампа, а вокруг нее было были места, как раз пять. Я с Шуу и Торуне пошел за ширму всего собрания, где как раз были и Канкуро с Темари, и Чоуджиро с Ао. На места сели все каге, положив на столик, где была эта лампа, свои головные уборы. Гаара и Теруми были одеты все так же, а вот Цучикаге и Райкаге я видел впервые. Цучикаге был маленьким стариком с большим красным носом в каких-то родинках, с лысиной и остатками седых волос на затылке, завязанных в пучок, облаченный в подобие плаща, на шее носил большой шарф. Райкаге же был настоящим амбалом ростом с Кенпачи, если не выше, хотя мышцы точно побольше, чем у него. Светлые волосы зачесаны назад, такого же цвета маленькие усики, а на запястьях огромные браслеты. Одет в белую накидку на голое тело и со странным поясом как у рестлеров. — Собрание Каге объявляю открытым! — сказал Мифуне, сидя напротив каге. — Слушайте, я начну… — У нас новые лица, я вижу, — перебил Цучикаге, — не думал, что вы, Казекаге-доно, станете лидером в таком юном возрасте. Отец вас хорошо воспитал. — Наверное, поэтому я здесь, Цучикаге-доно, — на этот ответ Цучикаге лишь цыкнул. — Цучикаге, хватит. Казекаге, продолжайте, — сказала Мизукаге. — Я сам был бывшим Джинчуурики, и Акацуки вынули Хвостатого из меня. Вот поэтому для меня уничтожение Акацуки — задача первостепенной важности. На зов о помощи откликнулся лишь предыдущий Хокаге, но, учитывая, сколько у них Хвостатых, это не имеет теперь значения. — Потеря хвостатого для пяти великих стран — огромный позор и потеря чести! — Честь, позор — устаревшие понятия, — услышав эти слова, Цучикаге разозлился. — Не стоит поднимать тревогу на пустом месте. Для контроля хвостатого нужны время и невероятные знания. — Насчет этого. Для извлечения хвостатого не так много техник, но тот факт, что у них уже семь хвостатых, указывает на неизвестную нам технику, — начал Какаши. — Откуда у вас такая уверенность? — Интуиция. Помимо этого, контроль над хвостатыми имел Первый хокаге, Мадара Учиха, Четвертый Мизукаге и брат Райкаге-доно. Верно? Райкаге при этих словах разозлился и сломал столешницу, все телохранители готовы были вступить в бой с друг другом. Напротив меня стояло двое из Камня и один из Облака с огромным тесаком. Из Камня был один тучный шиноби с глуповатой физиономией и девушка с грозным лицом. Каге приказали убрать оружие, и все мы отошли за их спины. — В Акацуки были шиноби из ваших деревень! И это не всё! Предшественники использовали Акацуки в своих целях. — Использовали? — Гаара не мог поверить в это, собственно, как и я с Какаши. — Казекаге-доно в неведении? Спроси стариков своей деревни! Мне противно с вами разговаривать! — Что значит «использовали Акацуки»? — После заключения мирного договора напряжение начало спадать, понижая шанс войны. Но и в этом есть риск — что если неожиданная война? Деревня не может полагаться на едва обученных шиноби, — объяснял Цучикаге. — И в качестве защитного механизма созданы Акацуки? — Обучение шиноби — трудозатратный процесс, но Акацуки полностью созданы для войны. Не за бесплатно, конечно, но дешевле, чем содержать армию. И они всегда выполняют поставленное задание. — Замолчи, Цучикаге! Суна использовала Акацуки в их затее уничтожить Коноху — Орочимару! Хотя нам неведомо, был он еще в организации или нет, но в итоге погибли Казекаге и Хокаге. Киригакуре — самая подозрительная из всех! Вы практически не поддерживаете внешних связей! Говорят, что именно у вас и зародились Акацуки! — Теруми опустила голову. — Райкаге-доно, пожалуй, в защиту Мизукаге скажу, что лидером Акацуки был человек из деревни Дождя, — начал Какаши, и Мей немного приободрилась. — Дождя? — Именно. Во время второй войны шиноби она стала полем боя, из-за чего множество людей осталось без крова и надежды. Было бы глупо полагать, что они не создали бы организацию наёмников. — Тогда почему вы считаете, Кири не могла их подкупить? — Госпожа Мизукаге? — Нет, я никого не видела никого из них. Один из наших шиноби был в Акацуки, но больше мы о нем ничего не слышали в нашей деревне. — Пожалуй, на этом мы закончим с обвинениями. Стоит для начала поставить вопрос о создании Альянса, — все обомлели от такого заявления. — Альянса? Да вы шутите? Думаете, мы и сами не справимся? — сказал Цучикаге. — Вы же потеряли своих джинчуурики? Я думаю, что и Райкаге-доно не желает терять своего брата, верно? — давить на больное Хатаке умеет как никто другой. — Хм… Вы правы, — ответил лидер Облака. — Даже если альянс и будет создан, то кто его возглавит? — спросил Цучикаге. — Это мы решим позже. Сначала я хочу поговорить о книге Бинго. — Книга Бинго? А что с ней не так? — Как все знают, в эту книгу заносятся особо опасные для деревни шиноби. Большинство в ней это нукенины, но часть — шиноби, принадлежащие в деревне. Как, например, я был в книге Бинго Киригакуре. — На что вы намекаете, Хокаге-доно? — Цучикаге-доно, в вашей книге же есть наш шиноби? — Не понимаю, о чем вы. — Не увиливайте. Два года назад на нашего шиноби напала группа из десяти шиноби-джоунинов Камня. К счастью, наш шиноби отбил атаку. — Даже если это правда, — голос старика стал сбивчивым (он явно нервничал), — то что с этого? — Откройте ее. Я знаю, что она у вас.  Цучикаге снова обомлел, но достал книгу. Пролистав пару страниц, он остановился, прочитал имя и прочитал: «Ичиго Куросаки. Шиноби Деревни Листа. Ранг — спец.джоунин в области кендзюцу. Обладает огромным запасом чакры и большим количеством техник. Особые приметы — рыжие волосы, два меча: один на боку, второй за спиной. Владеет техниками быстрого перемещения. Уровень опасности — наивысший. Цена за голову — сто двадцать миллионов рё». Какаши повернулся ко мне с озадаченным лицом. Я и сам прифигел от стоимости моей тушки. СТО ДВАДЦАТЬ ЛИМОНОВ!!! Да это же почти бюджет деревни!!! — Вычеркните его. — Что? — Уберите его из книги Бинго. — Зачем? — Я не хочу, чтобы, когда шиноби Конохи и Ивы будут сражаться вместе, нашего бойца убили бы за деньги. Ну и желательно, чтобы все поступили так же, — Райкаге и Цучикаге поморщились, однако Казекаге и Мизукаге довольно кивнули на это предложение. — Чтобы мне сопляк указывал? — Вы перешли на оскорбления, потому что не можете парировать мои слова, не так ли? — Потому что у меня есть гордость! — В данных реалиях стоит забыть о своей гордости и понять, что в одиночку мало что можно сделать, — после этих слов Цучикаге замолчал. — Насчет Альянса. Думаю стоит назначить им Хокаге, — сказал Мифуне. — Хокаге? В моей деревне нет ни единого отступника, а их уже полностью разрушена, — возмутился Райкаге. — Как и этот стол разрушен тем, кто не может контролировать свои эмоции. Хокаге-доно — человек с боевым опытом, а также человек, способный тактически мыслить, не поддаваясь эмоциям, — объяснил свой выбор Мифуне, а по выражению лица Какаши можно было понять, что это ему надоело. Посреди стола появилось что-то смутно похожее на растение и человека сразу, белого цвета и с одним глазом. — А здесь уже есть Саске. Но где же он? Вот загадка, — прошипел он. Райкаге мгновенно схватил вторженца за горло, чтобы узнать о проникновении, но самураи прибежали и доложили о нападении на нижние уровни. Райкаге вместе со своими телохранителями ринулся навстречу нападавшему. — Черт, он же убьет его! — И что? Он вторгся, следовательно, он подписал себе смертный приговор, — невозмутимо сказал Цучикаге. — Это не Саске! А Орочимару в его теле. — Ну, значит вашего Саске уже нет. Поведение этого человека начало меня выводить из себя. — Ичиго, иди, — сказал Какаши, — на Торуне и Шуу положиться можно. Я побежал по пути Райкаге. Орочимару не может пользоваться техниками, даже если он переселится в тело шиноби или самого Каге. Однако на шаринган это не распространяется, следовательно, он все равно опасен. Гендзюцу, Аматерасу и Сусаноо — вещи и правда пугающие. Но убивать его нельзя — все же это Саске. — Ты уже додумался, как Саске вытащить? — Послушай, Зан, а можно «вторгнуться» в чужую душу? — Не понял. — Если Орочимару поглотил тело Саске, значит он что-то сделал с душой. Либо запечатал, либо сожрал, но съесть душу никто здесь не способен. — Логично. Это довольно сложная процедура, но можно и попытаться. С каждым шагом все слышнее доносились звуки погрома. Так как коридоры были путаные, а найти нужный без проводника практически нереально, я просто проломил пару стен и вышел сразу на нижний этаж. Это был ангар со множеством колонн, тоже освещенный факелами. Вокруг стояли самураи с заряженными чакрой мечами, телохранители Райкаге и он сам. Его правая рука была объята пламенем Аматерасу, только сам мужик как будто и не замечал, что она горит. Электрический разряд покрыл левую ладонь, и Райкаге без тени сомнений отрубил горящую правую руку. Теперь у меня назрел вопрос: у кого воля сильнее — у Кенпачи или у Райкаге? Не продолжая размышления, я ринулся на Орочимару, однако шаринган уже меня заметил, из-за чего он смог блокировать мой удар. Лицо Саске он решил оставить, но хищный оскал меня пугал, ибо настоящий Саске всегда был хладнокровным и только изредка злился или улыбался по важным случаям. — Вы только посмотрите, кто появился, — его змеиная интонация резала слух. — Ты-то мне и нужен. — Что такое? Бесишься из-за того, что я метку снял? Какие мы сентиментальные. — Ублюдок!!! — он отскочил и активировал шаринган. — Аматерасу! Черное пламя окутало меня полностью, но с помощью силы подчинителя я поглотил его. Змея это взбесило, и он активировал Сусаноо. Огромный фиолетовый самурай выстрелил в меня из лука, но ответная Гетсуга свела на нет его атаку. Неудачные уже две атаки вынудили его вступить в ближний бой, но я только оборонялся. — Ты не особо рвешься убить меня? А точно, ты видишь во мне еще Учиху, верно? Не хочется тебя огорчать, но он МЕРТВ! Это меня взбесило, и я его пнул вполсилы. После он встал, на его лице снова появилась ухмылка. — Я бы хотел тебя убить, но стоит оставить тебя на потом, — он бросил дымовую шашку и скрылся. — Почему ты его не убил?! — разорался Райкаге. — Он… — Это не твой товарищ уже! А нукенин! И ты должен был его убить! — И без вас знаю! — Нарываешься, щенок? Вступать с ним в бессмысленную перепалку — себе дороже. Я развернулся и собрался возвращаться. — Куда собрался? — К своему Каге, — и в качестве эффекта я проломил еще стену и устремился обратно в зал. Уже у самого зала собрания я увидел остатки лавы, которые и перекрыли сам зал. Орочимару стоял уже на коленях, но продолжал использовать Сусаноо, хотя оно уже плавилось от техники Мей. Однако, как только она захотела использовать технику снова, на ее теле появились белые пузыри с лицом того полурастения. Этого промедления хватило Орочимару, и он пробил уже саму стену и снова оказался в зале Каге. В этом зале находился Какаши, глава скрытого Камня с подчиненными и девушка из Акацуки с красными волосами и такими же глазами. Что-то в ее чакре было похоже на Наруто. Цучикаге, к моему удивлению, умел парить в воздухе, и у него в руках собиралась чакра для неизвестной мне техники. — Стихия частиц: техника атомарного расщепления! — ярко-белый свет устремился на Орочимару, и от куска стены ничего не осталось — только ровный разрез. Меня могло тоже зацепить техникой, но я успел в сюмпо переместиться к Хатаке. Как раз прибежал и Райкаге со свитой. — Где он?! — Долго ты, Райкаге. Расщепил я его. — Он должен был умереть от моей руки! — Терять такое — непростительная роскошь, — у стены из ниоткуда появился тот самый парень с оранжевой маской, держа на плече ослабленного Орочимару. Райкаге на всей скорости рванул к нему, но тот снова уклонился и направился к еще целой стене. После он переместил Орочимару и девушку куда-то той же техникой. — А ты кто такой? - спросил Гаара. — Тот, кого многие считают мертвым. Мадара Учиха.  Это имя я прочел в архивах, но он только значился как глава клана Учиха во времена Первого. Однако информацию про контроль Биджу там я не находил. И откуда ее узнал Какаши? Надо спросить. — Но как? Ты же должен быть мертвым? - воскликнул Цучикаге. — Так просто меня не убить. И да, Акацуки было под моим руководством. И цель наемников я никогда не преследовал. — Да мне плевать на хитросплетения Акацуки! Отдай нам этого Саске! — заорал Райкаге. — Ну это не совсем Саске, ну да ладно. Сначала выслушайте, а после, может, и получите его. — Не горячись, Райкаге, сначала выслушаем его, — сказал Цучикаге. — Вот и славно, — Мадара вскочил на верхнюю балку, оказавшись выше всех. — Зачем тебе Саске? — спросил Гаара. — Его шаринган очень редок, и потерять его — непростительная утрата. А Орочимару научился пользоваться им довольно быстро, что не могло не радовать. Я хотел, чтобы он вас ослабил до такой степени, чтобы взять в заложники, и хотел удостовериться, что план «глаз Луны» сработает, но не получилось. — С помощью твоей силы ты мог сделать это все сам. Зачем же идти окольными путями? — спросил Цучикаге. — После битвы с Хаширамой я сильно ослаб и теперь лишь тень себя прежнего. — И поэтому тебе нужен этот план? — спросил один из телохранителей Райкаге. Это был пацан чуть моложе меня со светлыми волосами и белой кожей, в стандартном облачении шиноби Облака. — Не совсем это. Я расскажу вам одну историю… — Мы спросили тебя про план!!! — заорал Канкуро. — Ну что ж, «Глаз Луны» заключается в том, чтобы все стало одним целым со мной. «Завершенная форма», где все едино. — Все едино с тобой? Что это значит? — В клане Учиха есть монумент, оставленный нам Рикудо Сеннином. Его можно прочесть только с помощью наших глаз. Мангекью шаринган может прочесть больше, а риннеган - еще больше. — Рикудо Сеннином? Брехня! — Я говорю правду, Мудрец существовал. Вы не задумывались, почему все почитают его как легенду? Все просто: Рикудо Сеннин спас этот мир от монстра. — Монстра? — спросил Казекаге. — Монстр, часть которого была запечатана в тебе, Казекаге. Я говорю о Джуби (Десятихвостом) — монстре, что является началом всего и обладающем невероятной чакрой. — Но хвостатых всего девять, — возразила Темари. — Все они — часть Джуби. Мудрец спас мир, заточив этого монстра в себе, — он стал джинчуурики Джуби и принес на землю мир и процветание. Однако Мудрец понимал, что после его смерти Джуби возродится, поэтому он разделил его чакру на девять Биджу, а само тело запечатал с помощью одной техники — так и появилась наша Луна. — Слишком невероятная история, — сказал еще один телохранитель Райкаге. Это был чернокожий пацан с пышными светлыми волосами, что прикрывали один его глаз. — Когда Мудрец стал джинчуурики, он перестал быть просто человеком. — Вы собирали Биджу ради этого, — подвел итог Гаара. — Но зачем? — спросил Какаши. — С помощью Джуби я использую сильнейшее гендзюцу, которое покроет всю Землю. «Бесконечное Цукуёми». Весь мир погрузится в вечную иллюзию: не будет ни войн, ни страданий, ни ненависти. Для каждого сбудется его личная мечта. — К черту все это! Я не отдам мир такому, как ты! — закричал Райкаге. — Мир иллюзий — это ложь. Мир сохраняет свое значение только тогда, когда он сотворен в реальности, — парировал слова Мадары Гаара. — Этот мир будет лишь побегом от реальности — не больше! — сказала Мей. — Ты говоришь про объединение мира, но на самом деле хочешь лишь подмять его под себя, - сказал Цучикаге. — Ха-ха, я надеялся, вы, Каге, будете поумнее. Думаете, что можете что-то сделать? Вам пора понять, что надежды нет! Держаться за надежду - то же самое, что сдаться. Бессмысленное слово. В общем, отдайте мне Восьмихвостого и Девятихвостого и сотрудничайте со мной в выполнении плана, иначе будет война. — Восьмихвостый? Я думал, что он у вас, - удивился глава Облака. — Операция по его поимке провалилась: он смог сбежать, — Райкаге бы в полном шоке, который тут же перерос в гнев. — Я не отдам тебе Наруто, — сказал Какаши. Гаара был того же мнения. — Согласна! - сказала Мей. — Что скажешь, Райкаге? — спросил Цучикаге. — Я не отдам ему моего брата! — Может, у меня нет больше сил, как раньше, но с мощью Биджу вам не справиться. У вас нет шансов на победу. — Я не перестану надеяться, — ответил Гаара. — Отлично, тогда я объявляю Четвертую Мировую Войну Шиноби, — он будто и рассчитывал на этот ответ. — Война? Ты серьезно? — а вот Цучикаге, видимо, этого не ожидал. — Я не настолько глуп, чтобы шутить такими вещами. Следующая наша встреча произойдет на поле битвы, — и он снова исчез. — И что теперь? — Мы обязаны сформировать альянс шиноби. Однако проблема в том, кто будет лидером. Мифуне-доно предложил кандидатуру Хокаге. — Я, пожалуй, откажусь в пользу Райкаге-доно, — неожиданно для всех сказал Какаши. — Это почему же? — спросил я. — Цунаде-сама пока без сознания, но жива, я же пока временный Хокаге. Да и Райкаге-доно будет поопытнее меня в военных действиях. После этих слов я почувствовал чакру Орочимару. Я сказал это Какаши, и мы вместе с Торуне и Шуу устремились туда, где явно мог находится змееныш. Мост. Мы оказались на мосту через границу. Пейзаж вокруг не напоминал прежнюю Страну Железа: небо было ясное, светило солнце, перед мостом был густой лес. На мосту стоял Орочимару, снова та же девушка находилась около змея и Мадара виднелся на арке моста. — Шуу, Торуне, взять Мадару, — приказал Какаши, и они устремились к Мадаре. Мы же уже подходили к Орочимару. — Итак, теперь я убью вас обоих, сопляки, — он оскалился. — А сил хватит? — после моих слов он открыл рот и из него вылезла рукоять меча, который он после достал. — А теперь это уже не смешно. Что за меч? — Кусанаги. Меч, способный резать все, — Какаши активировал шаринган. — «Всё», значит? Проверим, — я размотал большой клинок. — Давайте! — Орочимару покрутил двумя мечами и тоже активировал шаринган. Мы с Хатаке набросились на Орочимару, но он блокировал удар моего Зангетсу этим Кусанаги, удар Какаши — мечом Саске. На мече появилась трещина от клинка, я сам почувствовал боль. После мы синхронно атаковали, но Змей, однако, успевал за атаками, я не собирался бить в полную силу, ведь так я уничтожу тело Саске, а план по его спасению уже есть. В теории, должно сработать. После второй такой синхронной атаки мы отступили. — Техника огня: призрак огня! — Техника молнии: волк молнии! — мы оба использовали техники. Удар должен был хоть как-то отразиться на Орочимару, но тот успел активировать Сусаноо, из-за чего техники ушли в молоко. — Вам меня не одолеть! — Сусаноо перешел во вторую стадию, и огромный фиолетовый самурай выстрелил стрелой с Аматерасу. Ответная Гетсуга блокировала атаку, но из дыма уже появился Орочимару и направил меч на меня. Я перехватил его руку, но тут же пошел удар вторым мечом, который я блокировал своим клинком, а после пнул со всей силы — он пролетел пару метров и вернулся в вертикальные положение. — На большее ты не способен? — спросил я. — Отнюдь, — он закрыл левый глаз. Что он задумал? За моей спиной послышался треск, как от разряда. Закинув меч за спину, я блокировал «райкири» и посмотрел на Какаши — его глаза были как у ходячего мертвеца. Похоже, он применил на него гипноз с помощью шарингана. После того как я отбил его атаку, он снова атаковал. — Шаринган Какаши не идет ни в какое сравнение с ЭТИМ шаринганом!!! — Змей начал атаковать. Мне надо было уклоняться от атак сразу обоих и при этом не убить их. Одной рукой я отбивал удары Хатаке, а второй с мечом фехтовал с Орочимару. И вот Какаши ринулся с райкири, которое я перехватил, схватив кисть пепельноволосого. Орочимару же отбил мой меч клинком Саске и после ударил своим Кусанаги. Я подставил руку, но меч пробил ее насквозь, несмотря на активированный блют, и немного задел щеку. После он, как маньяк, медленно перевернул клинок и начал резать мою руку горизонтально, желая отрезать сначала ее, а после мою голову, а Какаши пытался вырваться из моей хватки. Я поднял пепельноволосого за руку, пнул его не слишком сильно и начал собирать реацу в своей руке. Какаши снова устремился с активированным Райкири, Кусанаги Орочимару был уже около большого пальца, и Змей мог бы резким движением разрубить мою голову. — Гетсуга расенган! — я ударил техникой по мосту. Он развалился от удара техники, и мы все, кто был на нем, упали в протекающую под ним реку. Я поднялся с реки, заваленной кусками камней от моста, и выдернул из своей руки Кусанаги. Болела она адски, пальцы не гнулись, и в руке была сквозная рана, а регенерация Пустого не работала. Интересно, почему? Я почувствовал выпавший из руки Зангетсу и притянул его к себе — такой трюк освоить было довольно просто. После увидел лежавшего на камнях Какаши — каким чудесным образом он не расшибся, я не знаю. — Какаши! — он был без сознания. — Какаши!! Из-за спины на меня напал Орочимару, но я успел заблокировать удар мечом, держа его одной рукой. Каждый удар теперь блокировать было тяжелее, чем раньше. Неожиданно рядом Какаши оказалась красноволосая девушка, она держала кунай трясущимися руками перед собой. — Убей его, Карин! Живо! - крикнул Орочимару. — Я… Не могу. — Что значит «не могу»?! Просто всади ему кунай в глотку! — Я не хочу убивать! Не хочу! - она начала плакать. В ответ на эти слова он с неожиданной силой отбил мой меч, а меч Саске швырнул в нее. Его змеиная сущность позволила схватиться за рукоятку Кусанаги с помощью длинного языка, и Орочимару нанес удар. Я попытался хоть как-то блокировать Кусанаги с помощью Зангетсу, но клинок Змея пробил мой меч насквозь, как и мой живот. Змей начал прокручивать меч, из-за чего боль усиливалась. — Она твой союзник! Ты что творишь? — Всего лишь подручная. Она стала теперь бесполезной, поэтому избавился как от ненужного мусора. Он провел меч к моей печени. — Ах ты! — Если бы ты не видел во мне этого жалкого сопляка, то у меня бы не было бы ни малейшего шанса. Это тебя и сгубило! Прощай, Куросаки! — он вынул меч из моего живота и направил его прямо в мою голову. Орочимару в челюсть прилетел чей-то кулак в перчатке, до боли знакомой перчатке. — Сакура!!! Черт, а она-то каким боком здесь оказалась?! — Какого черта ты здесь делаешь?! — я попытался хоть как-то повысить голос, но от боли в животе, точнее - из-за сквозной дыры в нем, это было проблематично. — Ичиго-сан, простите, я поддалась эмоциям. Я пришла сюда, чтобы убить его своими руками! — Убить?! МЕНЯ! ХА! — прокричал Орочимару. — ТЫ носишь лицо моего товарища! Моего друга! И… — Твоей любви, да?! Мне, конечно, жаль тебя. НО ЕГО БОЛЬШЕ НЕТ! А лицо… Я его не сниму, ибо хочется посмотреть на лица жителей, когда их товарищ будет резать всех как свиней!!! — ТЫ! ТЫ, УБЛЮДОК!!! — Харуно сжала кулак, но над ним появился розоватый искрящийся кружок. — Вот черт! «Бала»! — Бала? Откуда у нее эта чертовщина?! — Три года назад, когда Орочимару смог каким-то образом вывести из твоей крови часть реацу пустого и вколол Сакуре. Припоминаешь? — Я что, не всю из нее вывел? — Возможно, некоторая часть слилась с чакрой Сакуры. Но это только предположения. - сказал Зангетсу. — СДОХНИ!!! — Бала полетела на всей скорости по воде в Змея, превращая ее за собой в пар. — Интересно, — Змей смог уклониться от нее, он оказался возле той красноволосой (Карин ее кажется зовут) выдернул из ее бока меч и атаковал Сакуру, она уже замахнулась, но Змей уклонился, врезал кулаком Сакуре в живот и собирался уже снести голову девушке, но меч был остановлен кунаем… Наруто. Вот он-то куда, вашу мать, полез?! — Еще и девятихвостый здесь. Как удачно. — У меня есть имя, урод! — блондин со всей силы врезал ногой в голову Орочимару, из-за чего он отлетел. — И зовут меня НАРУТО УЗУМАКИ! — Да плевать. Все равно сдохнешь, как и другие. — Получай, гад! — в руке Наруто сформировался огромный расенган, и он устремился на Орочимару. Сфера встретилась с Сусаноо и не пробила его — Сусаноо лишь немного треснул. После Змей перехватил руку Узумаки, притянул к себе и схватил парня за горло. — Отпусти Саске. — Ты имеешь в виду «Меня»? — он заговорил голосом Учихи. — Хватит. — Неужели тебя не радует голос твоего друга? — ТЫ НЕ САСКЕ! — Верно, ведь я лучше него! А теперь - последние слова, Узумаки Наруто! — он собрал с помощью мангекью меч из «аматерасу». — За спиной, - сказал Наруто. — Как глу... — я сжал ему горло локтем, он брыкался сильно, перехватил меч и врезал мне выше живота, но блют все же заблокировал его. - Ублюдок!! — Вторжение души! — я отключился, как и Орочимару. Внутренний мир Орочимару. Оказался я в какой-то розоватой склизкой субстанции, которая хотела меня поглотить. Надо найти Саске, да поскорее. В этой субстанции были коконы в той же дряни, но чакра не Учихи, и их было много: сколько же тел он сменил за это время? Меча у меня нет, правая рука бесполезна, можно только защищаться потоком реацу, но ее мало-помалу пожирают. Вот, посреди других стоит кокон, я чувствую чакру Саске. Левой рукой я отрываю куски плоти, которые липнут теперь и на меня. Оторвав еще один, я вижу Учиху без сознания. — Саске, — никакой реакции, — САСКЕ!!! Тем временем: Саске. Где я? Все так светло, даже чересчур. Сплошной свет, я ничего не вижу. — Саске! — Саске! Голоса. Это мама и папа. Такие знакомые, как давно я их не слышал. — Саске, — это голос брата. Такой же как и тогда, восемь лет назад, — мягкий и успокаивающий. — Иди к нам, Саске, мы скучаем по тебе. — Иди к нам. Хочу к ним. Снова увидеть их лица, улыбки. Я снова хочу встретиться с ними. Мне так одиноко без них. — УЧИХА САСКЕ!!! Этот голос заставил меня всего содрогнуться. Ичиго-сан. Мое обещание. Мой путь ниндзя. — Мама, Папа, Брат, извините. Я пока не могу присоединиться к вам. У меня есть обещание, которое я выполню. Я должен. Ичиго. Эта дрянь продолжает меня засасывать: я уже по пояс в этой гадости, а Саске все не просыпается. Если так все пойдет, то меня тоже Змей проглотит. — САСКЕ! Он вдруг открывает глаза. — Ну наконец-то. — Где я? — Там, где быть не должен, — он достает руку и начинает тянуть меня. Надо поглотить часть его чакры, совсем чуть-чуть. — Готов, Саске? — К чему? — К выходу в реальность, активируй шаринган, — я выпускаю огромную волну реацу, а он по совету активировал шаринган. Реальность. Я вернулся в привычный мир и отпустил Орочимару, но он продолжал стоять как вкопанный. — Ичиго-сан, что у него с гла… - начала Сакура. Изо рта Учихи начала вылезать змея, огромная, состоящая из множества мелких. — ЗМЕЯ!!! ОХРЕНЕТЬ!!! — орал как резаный Узумаки. Она, похоже это сам Орочимару, вылезла изо рта Саске и была готова сожрать Наруто, однако я достал меньший клинок и Гетсугой разрубил ее напополам. — Саске, ты живой! - закричал Наруто. — Саске-кун! — обрадовалась Сакура.  Учиха постоял какое-то мгновение неподвижно, как вдруг щеки его надулись и его стошнило. — Вода, тьфу, есть у, тьфу, кого-нибудь? — сказал он. — Вот, — Сакура дала ему подобие фляги, он немного отпил, но снова его вырвало. — Черт, как я устал, — он уже валился с ног, но Наруто успел его удержать. Я оглянулся и увидел лежащий Кусанаги. Как только я подошел к нему, чтобы взять, он просто рассыпался в пыль. — Это что сейчас было. — У меня есть небольшая догадка: возможно, этот меч как-то привязан к Орочимару. — Привязан? То есть как зампакто? — Не совсем — в этом мече нет сознания, но он имеет некий «контракт», будем называть его так, который и привязал его к Орочимару. Нет Змея — нет меча. Все просто — Надеюсь. Кстати, тебе не больно было от удара? — Немного. Не переживай, не смертельно. — Что произошло? — теперь в сознание пришел и Какаши. — Много чего, — я поднял его, он держался на ногах довольно неплохо для упавшего с трехметровой высоты. — Ичиго-сан, ваша рука! — обратила внимание Харуно. — А, ты про это? Заживет, ничего страшного. — Нет уж! Ее срочно надо забинтовать! — У Сакуры в подсумке были бинты, ими она перевязало руку. Дыра в животе начала восстанавливаться. На горизонте показались еще шиноби Конохи: Сай, Ямато, Киба. После небольшого объяснения оказалось, что Наруто решил сам сразиться с Орочимару, чтобы «освободить» Саске, хотя осталось непонятным, как он это сделал бы. И с ним говорил Мадара, которого уже не было видно, как и Торуне и Шуу. Я взял мечи, а Какаши поднял Карин, чью рану заживила Сакура. И мы все направились в Коноху, узнав из разговора с Мифуне, что Цунаде уже в сознании.