Это внутри/ It's inside.

Юнги стоит у женского туалета, оперевшись спиной на стену и теребит в руках пачку сигарет. Борется с желанием закурить прямо сейчас, не смотря на то, что через минуту закончится урок и одинокий коридор снова наполнится шумными учениками. Руки так и чешутся, вернуться и надрать зад тем парням, что слишком многое о себе возомнили. Разминает шею, слушая хруст собственных костей и стучит в дверь, негромко сглатывая. — Только не говори, что ты там ревёшь. — ждёт ответа, но его нет, поэтому дёргает ручку, тянет на себя и проходит внутрь. Мира отрывает бумажные полотенца один за другим, кажется, о чём-то задумавшись. — Эй, давай прекращай. — дёргает девушку за руку, поворачивая к себе. — Не стоит зацикливаться на этом. Они уёбки. Просто забудь. — В мой рот чуть не затолкали член, и я должна ходить с повседневным личиком после этого? Юнги, мне не каждый день тычут пенисом в щеку. — Потирает лицо двум руками и шмыгает носом. — Отвратительно. Мин ударяет кулаком в кафельную плитку голубого цвета, которой украшена стена, и матерится. От одного только представления того, что девушку принуждают к такому, заставляет рассудок помутнеть, а костяшки рук покалывать. — Сегодняшнее занятие отменяется. Возвращайся в комнату. — выходит из туалета, направляясь в медпункт под громкий звонок, оповещающий о концу урока. Выводят эти ублюдки. Расталкивает учеников, спускается на первый этаж и врывается в помещение, где сидит Хёна и не спеша пьёт чай, читая какую-то книгу. — Здравствуйте, к вам, случайно, два парня не приходили? — дышит тяжело, оглядывает кабинет и подмечает, что никого здесь, вроде, нет. — А зачем они тебе? — Значит были. — Убежали недавно. — пожимает плечами, чувствуя, что грезит что-то неладное. — Спасибо. — кланяется, и громко хлопает дверью, не расчитывая силы. — Выходите. — женщина отодвигает ширму в бок и даёт обеим парням подзатыльники. — Ещё раз я узнаю, что вы нарвались, лечить себя сами будете. — Я твой брат, как ты можешь такое говорить? Неблагодарная. — Айгу, я сейчас тебе челюсть верну на прежнее место. Или, ещё лучше, позову этого разъярённого силача. *** — Нет, я всё, конечно, понимаю. Ты девушка и всё такое, но мы опоздали на двадцать минут. Сокджин придушит нас обоих. — Чонгук несёт свою спортивную сумку на плече, в руке держит портфель девушки, а её тянет за руку к выходу. Как и ожидалось, все были в сборе. Все, кроме сумасшедшей парочки. — Чон Чонгук и Кан Соль, я не понятно выражался, когда говорил, что нужно быть в определённое время в определённом месте?! — пыхтит, как бык, поправляя сумку и оглядывая опоздавших. — Давайте в машину. — ворота отворились с негромким скрипом и за ними показался чёрный, сверкающий, тонированный микроавтобус, вместимостью шесть человек, считая водителя. Ребята дружно завалились внутрь, сумки оставляя в багажнике. Соль села с Чонгуком, в общем-то, как и ожидалось, а Тэхён сел с Хосоком. Все погрузились в виртуальный мир, не желая разглядывать то, что происходит за окном, и только Соль, которой было интересно окружающее, не отводила взгляда. Чувствует, как тёплые пальцы касаются её руки, позывая вздрогнуть, а затем руку захватывает в плен другая, чонгуковская. Он делал так часто. Нет. Всегда. Однако именно сейчас эти касания чувствуются по-другому. Совершенно по-другому. Губы сами растягиваются в улыбке, а большой пальчик бережно оглаживает мужскую ладонь. На душе огромное облегчение, потому что раньше это было слишком, даже для друзей. Чонгук может поцеловать. Да, прямо сейчас может впиться в любимые губы и обозвать девушку своей. Раз и навсегда. — Неужели чудо свершилось? — Тэхён вопросительно выгибает бровь, оглядывая новоиспеченную пару. — Так долго тянули, ей богу. Давно нужно было начать. — О чём ты? — с водительского сидения интересуется Сокджин. — Хён, я чувствую себя неловко и кажется, будто мы с Хорсом мешаем отдыхать влюблённым. — пожимает плечами Ким, заставляя Соль смутиться, а остальных рассмеяться. — До меня тоже слухи дошли. — Джин смотрит в зеркало, прослеживая реакцию парней. — Между вами что-то было на вечеринке? — Я вам ничего не расскажу. — качает головой Чонгук, вызывая облегченный выдох у Кан. — Будто мы не знаем, что вы трахаться пошли. — посмеивается Хосок, не отрывая взгляда от планшета. — Что? — поднимает взгляд на окружающих, когда понимает, что все молчат. — Да ладно вам, здесь все свои. — отмахивается. — Это должно было случиться рано или поздно. Взрослые люди в конце концов. — Не смущайте их. Закрыли тему. Скоро приедем. — Сокджин заезжает в какой-то тёмный туннель и тормозит. Соль непонятливо оглядывается и замирает, когда видит появляющиеся белые круги вокруг автомобиля. — Что происходит? — спрашивает девушка, увлечённая происходящим. И только Чонгук помнит, как пришёл с матерью в это школу именно таким путём. — Мы телепортируемся. Пристегнитесь. *** — Это невероятно! — Кан прикрывает рот рукой и прыгает на одном месте. — Я и подумать не могла, что здесь всё на столько волшебно! — Я жил здесь. — Чонгук глубоко вдыхает родной воздух и оглядывается по сторонам. — Многое изменилось. — смотрит на огромные часы, что возвышаются над цветастым бульваром, и хихикает. — Раньше здесь был огромный фонтан и рядом с ним продавали фисташковое мороженое. — Скучаешь по тем временам? — Соль нежно касается мужской руки, незаметно чмокая ушко парня. — Я много упустил, но оно того стоило. Теперь мы вместе. — Ладно тебе. — смущённо отстраняется и бросает взгляд на Тэхёна с Хосоком, которые увлечённо выбирали сувениры в каком-то неприметном ларёчке. — Проголодался? — слышит урчание живота. — Зайдём в кафе? — Да, я бы не отказался от двойного гамбургеров и колы. — Чонгук... — замирает на месте, чуть потряхивая головой из стороны в сторону. — Мне жарко... — начинает глубоко дышать, потому что душит непонятное чувство. — Твою мать.. — подхватывает девушку на руки и передвигается в тень к ближайшей скамейке. — Мне не хорошо.. — тело становится мокрым, пот ручьём течёт со лба и даже волосы овлажнели. — Учитель! — зовёт старшего, потому что страшно. С ней раньше такого никогда не было, а сейчас она... Тает. — Что случилось? — на зов тут же прибежали парни и оценили ситуацию. — Соль, ты можешь говорить? — Джин присаживается на корточки и набирает номер Хёны. — У нас проблемы. *** — Это опасно. Я такого раньше не встречала, но, кажется, причина такого состояния - Чонгук. Их связывает нечто на много большее, чем дружба, поэтому способность Чона влияет на Соль в большей степени, а, если учесть то, что у девочки способность противоположная ему... Думаю, тут всё и так понятно. Их нужно разделить хотя бы на двенадцать часов, чтобы проследить за изменением состояния. — девушка медленно перемешивает горький кофе и листает старую книгу в кожаном переплёте. — Я боюсь, что, если так продолжиться, Кан Соль просто... Исчезнет. Она может растаять. — Спасибо, что помогла. Я понял тебя. — Скажете Чонгуку? — Тэхён вальяжно вскидывает бровь и складывает руки на груди. Номер люкс на пятерых сделал его день, однако казус, произошедший парой часов ранее, немного напрягает. — Он должен знать и понимать, что таким способом сможет уберечь её. — Они не расстаются более, чем на пару часов, а вы хотите - на двенадцать. Ладно. — поднимает руки в примирительно жесте. — Допустим, всё это время он не будет рядом, но, что потом? Они не смогут... Нет, учитель Ким, у них не выйдет. Они, как магниты. — У них получится, потому что Соль не хочет умирать и оставлять Чонгука, а Чонгук не хочет, чтобы Соль было больно.