Саяна (временное название)

      Утро.       Возможно. Саяна не могла с точностью сказать наверняка – в роду гадалок не было. Впрочем, как и света – из мебели проглядывались лишь лёгкие, едва заметные силуэты. Неразборчивый ор за стенкой усиливался сильной акустикой, (скорее всего там находился зал с высокими потолками или, наоборот, подвал), не в лучшую сторону, делая хуже и без того отвратительное состояние. Голова трещала, ноги болели, а, в частности, колени словно медленно выворачивало наизнанку. Рот превратился в дешёвый лоток для котов, и каждый вдох сопровождался неприятной, липкой горечью. «Вертолёт» в сознании крутил-вертел не только мир, но и полупрозрачный интерфейс перед глазами, вызывая ещё большую тошноту.       Саяна прикрыла глаза, стараясь успокоить взбунтовавшийся организм. Вдох-второй. Попытка выровнить дыхание так же не обвенчалось успехом. Со второго раза попав расфокусировавшимся взглядом на дисплей, девушка смогла посмотреть время.       19:15.       Упс. Оказалось далеко не утро.       Приподнявшись на кровати и сдержав очередной рвотный позыв, Саяна внезапно ощутила хладный металл в районе лодыжек. Неприятный такой – от него морозило всё ниже бёдер. От ударившего в голову осознания по спине пробежал ещё и холодный пот. С затаенным ужасом она проверила ноги.       Цепь. Её лодыжки были скованы плотной такой металлической цепью, начало которой утыкалось железную в спинку кровати. Девушка ядовито усмехнулась и потеребила защёлку. Наверное, следовало сказать клонам «спасибо», что сцепили не ржавой. Иначе инфекции было бы не миновать. Даром, что и эта уже начала ощутимо так натирать. Девушка сощурила глаза и посмотрела «особым» взглядом на цепь. Мгновение, и над ней высветилась шкала целостности. Чистая сотка. Засада… такую ведь руками и не сломаешь, сколько не пытайся.       Саяна попыталась принять сидячее положение. Ноги, коснувшись пола, потянули за собой и цепь, так что она, издав страдальческий лязг, тяжело упала на пол. Ор за стенкой мгновенно стих, и на минуту повисла гробовая тишина. «Как же хорошо» — Саяна откинулась головой на стенку и прикрыла глаза. Головная боль стала немногим меньше, а «вертолёт», наконец, прекратился полностью. Девушка, не долго думая, зашла в профиль и посмотрела на шкалу ХР. Ожидаемо, там её встретила далеко не самая приятная ситуация. Линия жизни была заполнена лишь на треть, а «Взрывной» энергии не было вовсе. Зато «Потенциальной» хоть задом жуй – на сотню. Чуть ниже висели несколько дебаффов: «Транквилизатор»; «Голод»; «Отравление» и прочие.       Провалов в памяти, впрочем, не было. Саяна прекрасно помнила всё до того, как её отрубили. Она чуть поморщилась и потёрла виски. Конечно, сейчас выходила довольно неприятная ситуация. Прикованная к кровати, за дверью явно находились разозлённые клоны. Интересно, кто из них так орал? Голоса Саяна, честно, не запомнила, ибо головная боль была сильнее. С другой стороны: пытать её точно не будут. У всех парней на это явная психотравма, хотя той же моральной давки лидер явно чураться не будет. Сложно…       Со стороны входа звучно щёлкнул замок, и со скрипом открылась дверь, залив ярким светом всю комнату. Голову словно прострелило от боли, и девушка отвернулась, чтобы лицо оставалось в тени.       — Встань.       Саяна покорно встала, продолжая держать голову опущенной. Виски всё ещё стискивало от ноющей боли, а в глазах вместо привычного интерфейса плясали тёмные пятна. Чьи-то тяжёлые шаги приблизились к девушке, и через секунду её грубо обхватили за шею, завязывая глаза.       «Больно» — отрешённо проскочило в голове.       Сейчас лучше было не рыпаться. Не в том положении. Да и, если она попыталась вырваться, пострадал бы Эль. А их дружба стала ценной для Саяны. Даже слишком.       Лязгнула защёлка наручников на кистях. Кто-то справа отцепил цепь от кровати и, явно взяв в руки, требовательно потянул на себя. Саяна, едва не споткнувшись о собственные ноги, покорно последовала к выходу.       Девушку вывели из комнаты. Пожалуй, это единственное, в чём она была точно уверена. Некоторое время они шли молча по коридору. Сквозняка не было, так что, скорее всего, её держали в подвале.       — Лестница, — предупредил кто-то слева.       Саяна вздрогнула и едва ли не навернулась на первой же ступеньке. Лишь чьи-то крепкие руки, схватившие её в последний момент за шкирку и вернувшие в исходное положение, спасли девушку от плотного знакомства с выпирающими углами лестницы. Голос у уха ей показался смутно знакомым, но определить его не удавалось.       Уже увереннее ступая за ведущими её клонами, Саяна пыталась по шагам и сквозняку определить примерное своё расположение в пространстве. Выходило не очень, да и интерактивная карта молчала: видимо в неё не была заложена данная местность. Как бы то ни было, ситуация складывалась не очень хорошо. Ещё и сами клоны с цепью были довольно шумными, от чего голова, и без того ноющая, раскалывалась в разы сильнее.       Через некоторое время, завернув в очередной проход, (в каком, Система их дери, лабиринте они жили?), послышались голоса. Звучали они приглушённо, словно через стенку, но довольно отчётливо. Правда, из-за громкого лязга цепи, перебивающего все звуки, разобрать Саяне удавалось лишь малую часть разговора.       — Лидер… допрос… Джеймс… в порядке… разговор… — далее девушка даже не пыталась прислушиваться к словам. И так суть была ясна.       По мере приближения к предположительному источнику разговора голоса, наоборот, становились всё тише, постепенно переходя на шёпот, а после и вовсе смолкли. Через несколько мгновений на Саяну подул лёгкий, едва заметный ветерок.       «Сквозняк» — мелькнуло в голове.       Значит, всё-таки не показалось – голоса и вправду доносились из соседней комнаты. Саяна шла и чувствовала себя некомфортно: она нутром ощущала прожигающие её лицо и спину взгляды, а звенящая тишина, прерываемая лишь одиноким лязгом цепи, давила на уши. Хотелось обратно – в «Ясли», забежать в лабораторию, закрыться там и сидеть одной в обнимку с пауками. Идиллия, а не вот это всё.       — Ян? — разрушил тишину чей-то звонкий голос.       Эль?!       Саяна приостановилась и неверяще повернулась к источнику звука. Это точно был голос тореадора, она не могла ошибиться!       Что-то случилось? С ним всё в порядке?       Больше мыслей в голову прийти не успело: один из сопровождающих схватил девушку за волосы, встряхнув, словно какого-то котёнка, и в довольно грубой форме толкнул вперёд. Едва не прочесав носом пол, она чудом сдержала слёзы. Копна волос зацепила её единственную серёжку, и в полёте она едва не оторвала девушке мочку. Было довольно больно и, если говорить до конца честно, очень унизительно. С трудом выровняв шаг, Саяна покорно последовала туда, куда её тянули.       — Ян! Ты в порядке? Пустите! Я…       Услышать более девушка не успела: они завернули в какой-то проход, и звуки внезапно стихли, словно их не было вовсе. Явно поспособствовала хорошая звукоизоляция.       Долго ли их конвой шёл – хороший вопрос. Саяна не знала. После двенадцатого поворота и третьей лестницы она совсем потерялась в пространстве и времени. Девушку постоянно подталкивали, куда-то тащили, они то спускались, то вновь поднимались, заворачивая в неведомые дали. Саяна готова была дать руку на отсечение, что порой её даже специально водили кругами, чтобы она точно не смогла запомнить примерную дорогу от «тюрьмы», до места допроса. Просто в один момент их группа зашла в очередную комнату, и её посадили, (точнее: швырнули), на стул. Спина, ноющая ещё с самого начала ходьбы, наконец отпустила, и девушка едва ли не растеклась на сидении, откинув голову. С левой ладони отстегнули наручник и прикрепили правую к какой-то железяке сбоку. Странно, что освободили именно первую, учитывая, что Саяна – левша. А, может, на то и был расчёт…       Наконец, чьи-то ледяные руки сняли повязку с лица. Саяна моргнула на пробу пару раз и, прищуриваясь, (свет неприятно резал глаза), решила разведать обстановку. Прямо напротив неё за другим концом стола молча сидел Номер один, а левее него расположился двадцать четвёртый – Джеймс Боб, или как там его. Он медленно двигал пальцами на своей бионический руке и выглядел довольно угрожающе. Не сразу, в тени, девушка заметила ещё и тихонько стоящего Хельсинга. Саяна не сдержала толики удивления. А этот-то тут откуда? Она была точно уверена, что вели её двое. Хотя, с другой стороны, возможно он уже ждал тут…       Как бы то ни было, но в глаза Саяне специально яркой лампой не светили, даром сама обстановка была довольно нагнетающей. Не будь у девушки туза в рукаве в лице Системы – наверняка бы занервничала. Вновь метнув случайный взгляд на Шрама, она заметила кипу документов в его руках. Знакомых таких документов. Поверх всей кучи лежал неброский чёрный кожаный дневник, и именно на него тяжело смотрел и Джеймс, и его пресловутый «Лидер». Не сразу Саяна поняла причину их ненавидящего взора, а вот когда дошло…       А…       А.       Саяна разом помрачнела. А вот это было не очень хорошо. Что-что, а в её дневнике было слишком много подробностей не для чужих глаз. Начиная с её критики экспериментов каждого из клонов – будь то живой или мёртвый – заканчивая упоминанием вибраниума и даже Системы. Последнее было особенно неприятным. Да и с опытами Саяна тоже не чуралась: в открытую насмехалась над методикой Того-Кто-Поехал-Крышей-и-не-только и предлагала более эффективные, местами изощрённые, жестокие варианты. Глядя на озлобленное и совершенно безразличное лица Джеймса и Лидера, она понимала, что, как минимум, пару записей они уже прочли. А это плохо. Очень плохо.       — Знакомая книженция, не правда ли? — заметил её взгляд Шрам.       Девушка нечитаемо посмотрела в глаза клону, но промолчала.       — Значит, говорить мы не будем… — констатировал очевидное агент, и в свете лампы блеснула пластина на его протезе. — тогда прийдётся разговорить…       — Джеймс, — одёрнул парня Шрам. — Не стоит. Пока.       Саяна немного прикрыла глаза, мысленно перекрестившись. На мгновение её твёрдая уверенность в том, что парни не решатся проводить пытки, сильно пошатнулась. Уж больно угрожающе выглядел Двадцать четвёртый. Но и слова Шрама не сильно воодушевили. Явно, если девушка сама не заговорит – хорошим это не кончится. А Саяна и рада бы рассказать. Вот только что говорить-то..?       — Пожалуй, начнём по порядку, — Лидер открыл одну из папок, вытащил чистый лист с ручкой и начал разговор-допрос:       — Имя?       — Саяна.       — Как давно работаешь на Диктора?       — Вы не поверите, — съехидничала девушка, — аж целых ноль лет!       Да, проверять парней на чувство юмора сейчас было далеко не самой лучшей идеей. Но ехидство и сарказм были скорее защитной реакцией, нежели голым желанием, да и у Саяны плохо получалось контролировать свою речь. Возможно, это проявлялись последствия от транквилизатора. А может ещё что-то. Девушка не была до конца уверенной.       Хельсинг на её ответ не сдержал лёгкой усмешки, но выходить из тени не торопился. Джеймс тем временем помрачнел ещё больше, хотя, казалось бы, куда ещё. Лишь Шраму было, ни много ни мало, до лампочки. Появлялось ощущение, что примерно такой ответ он и ожидал.       — Лжёшь, — спокойно ответил тот. — Иначе ты бы не жила у Диктора под крылышком.       — Ага, и роботов он меня насылает так – по приколу, — ядовито заметила Саяна. — Со всей искренней любовью начальника к своим работникам.       — Откуда нам знать, что слова, сказанные тобой, правдивы? — парировал Шрам. Заметив, что девушка не собиралась как-либо ещё оправдываться, тот вздохнул и выдвинул вперёд папки:       — Если не хочешь говорить так – зайдём с другой стороны. Знакомые папки?       Парень начал поочерёдно выкладывать их прямо напротив девушки, открывая на титульном листе. Показывались фотографии: «Шизо»; «Джеймс»; «Алекс»; «Эль»… – на последнем Саяна немного поморщилась, прикрыв глаза.       — А ведь тут далеко не все файлы, которые нашли в твоём жилище, — задумчиво протянул Шрам и ткнул пальцем на один из листов. — Точные данные вплоть до веса и роста, удивительно подробные описания экспериментов, а так же перечисление травм после – поразительные знания о каждой из жертв, знаешь? Словно… — его алые глаза посмотрели в такие же красные глаза напротив. — Словно ты сама принимала непосредственное участие в экспериментах.       Ну, что сказать, товарищи? Засада.       — А ведь это ещё не всё, — продолжил Шрам. — Вот! — он махнул её дневником. — Вот он – главный гвоздь программы на сегодняшний вечер, — тетрадь с громким хлопком швырнули на стол, от чего Саяна немного вздрогнула. — Мне удалось прочитать лишь малую часть из того, что написано тут, но, уверяю, мне и этого хватило. Не сложно на этих-то данных сделать выводы…       Приплыли. И ведь хорошие доводы приводит – даже не поспоришь.       — Оправдываться не будем? — осведомился Джеймс.       — Уведи её, — устало махнул рукой Шрам и откинулся на спинку стула. — Это бесполезно.       Джеймс принялся выполнять указание.

***

      Саяна лежала и молча штырила в потолок. На неё накатила ужасная тоска и скука. Лень было даже в параметры профиля зайти. Мотая прядь волос на пальцы, она считала крупные трещины в потолке.       Сорок семь, сорок восемь…       Комнатка, в которую «заселили» девушку, оказалась до невозможности компактной. Два на три метра. Может, чуть больше или меньше на полметра с обеих сторон – она с линейкой не бегала. Стояла лишь одна железная кровать советских времён, на которой Саяна и лежала, с другой стороны было прибито пару деревянных полок – пустующих, правда, а в противоположной стороне от двери, у самого потолка, было маленькое окошко. Такие обычно в хрущёвках в подвальных помещениях бывают. И, да: девушка всё ещё не помнила, откуда у неё появлялась эта информация в голове. Она просто была. Точка. Как бы то ни было, к окошку Саяна не могла даже близко дотянуться: цепь на ноге оказалась слишком короткой и не давала ни малейшего шанса на побег.       И, всё-таки, девушке было скучно. Спать не хотелось, от слова – совсем, тренироваться или читать тоже. Хотелось есть. Даже не так – жрать. Саяна в последний раз нормально завтракала аж вчера утром, а кормить сейчас её явно не планировали. Конечно, в инвентаре лежала еда, но то были закуски, и они только усилили бы голод после их приёма в пищу.       Благо, хоть жажда не мучала: у кровати предусмотрительно стояла литровая бутылка с водой. Девушка не сомневалась, что, скорее всего, это был небольшой триггер от Классика.       Пятьдесят три, пятьдесят четыре…       Приподнявшись, Саяна потянулась за водой и, даже не удосужившись принять нормальное сидячее положение, жадно пригубила из бутылки. Прохладненькая…       Тихий, но неожиданный стук по стеклу заставил подавиться не ожидавшую такой подставы девушку. Откашлявшись, она села и с немым удивлением начала смотреть, как петли, державшие оконную раму, сами по себе раскручивались, пока не вылетели полностью. В полученный проём юркнула сначала одна тень, а за ней ещё одна. Момент, и первая из них метнулась в сторону Саяны. Первой мыслью было вытащить из Инвентаря нож, но, стоило лишь узнать силуэт подбежавшего, как в этом пропала необходимость.       — Пусти! Задушишь же! — девушка, вопреки своим же словам, вдохнула знакомый запах и сама стиснула в объятьях парня.       Кажется, у них уже это начинало входить в привычку: душить друг-друга при встречах.       — Мечтай. Тебя так легко не убить, señora, — приглушённо отозвались у её макушки и, отстранившись, Саяна пересеклась со взглядом Эля. На неё смотрели покрасневшие, заплаканные глаза. — Я так виноват, Ян…       Вместо ответа девушка ещё раз приобняла тореадора и внимательно посмотрела на второго гостя в комнате.       — Кажется, мы с тобой даже нормально не познакомились.       — Верно, — кивнул парень и первым протянул руку:       — Хельсинг. Виктор Хельсинг.       — О, уже оригинальное произведение прочитал, — заметила девушка и протянула руку в ответ:       — Магвауер. Саяна Магвауер.       — На допросе ты фамилию не упоминала.       — Они не спрашивали, — пожала плечами девушка и села обратно на кровать. — Надеюсь, вы пришли сюда не с пустыми руками, ибо мой желудок готов объявить о начале Гражданской войны и переварить самого себя.       — Вот, видишь, как она меня любит! — притворно возмутился Эль, жалуясь Виктору. — Я к ней со всей душою, а она…       — А она любит весь мир, а, в частности, еду, — миролюбиво дополнила Саяна и начала прожигать взглядом пакет, вытащенный Хельсингом. — Можно его открыть?       — Конечно.       Перемахнув через кровать, послышался жутчайший грохот — цепь, от резкого рывка упала всей длиной на пол. Порядком так струхнув, Саяна вжала голову в плечи и посмотрела на таких же пришибленных парней.       — Простите…       Уже осторожнее девушка подошла к пакету и, развязав, вытащила массивную тарелку с крышкой.       — Надеюсь, это съедобно… — пробормотала она, перехватывая тарелку поудобнее, вытащила из пакета ещё и одноразовый прибор.       — Обижаешь, Ян.       — Эль готовил – отравиться не должна, — дополнил Хельсинг и открыл появившуюся из непонятных закром книгу.       Ну, так-то по-факту. Эль даже из хлеба и асфальта сумел бы приготовить шедевр кулинарии.       Саяна села на кровать, открыла крышку. И пропала. В нос ударил горячий, чудесный, нет, умопомрачительный запах запечённого мяса в каком-то чудо-соусе и свежих спагетти. Во рту мгновенно образовалась вязкая слюна и, кажется, даже Система щёлкнула пару сообщений до кучи.       — М-м-м… — Эль, я уже говорила, что тебя обожаю?       — Можешь упоминать об этом почаще, señora, — парень подмигнул и сел рядом с Виктором, в наглую заглянув в его книгу.       — Погоди, это, что – порнуха?!

***

      — И как долго ещё вы будете со мной тусоваться в одной комнате? — деловито поинтересовалась Саяна, отхлебнув побольше и передав кружку Виктору.       Вся еда была уже давным-давно съедена, и теперь они сидели и распивали чай, гоняя одну кружку «по кругу». Время давно перевалило за три утра.       — Пока не прогонишь, — пожал плечами Эль. Получив ощутимый тычок в бок авторства Хельсинга, тот поправился, — ладно-ладно, до рассвета мы тут с тобой.       — После уже проснётся Классик, а он может поднять тревогу о нашей пропаже, — пояснил парень рядом и поправил съехавшую шляпу. Он явно за пару недель успел «понюхать пороху» и разобраться в обстановке на базе.       — А как вы предлагаете мне разбираться с окном?       — Петли крупные: можно просто оставить, как есть, и со стороны будет казаться, что с окном всё в порядке, — махнул рукой Эль.       — Да вы успели подготовиться, — уважительно протянула Саяна.       — Есть такое, — кивнули оба.       Ненадолго повисла тишина.       — И как часто вы будете меня навещать?       — Ради тебя, señora, хоть каждый день.       — Ловлю на слове, — ухмыльнулась девушка и приняла протянутую Виктором кружку. — Спасибо.       — Всегда пожалуйста, — ответил вместо первого тореадор, к которому это даже не относилось. — Кстати, — щёлкнул пальцами, — к тебе вопрос: насколько ТЫ тут с нами?       Саяна улыбнулась и уже готова была ответить что-то в духе: «пару часиков до рассвета и по домам», как Система маякнула о новом задании. Мысленный посыл – интерфейс показал его в развёрнутом виде. С первой же прочитанной строчки улыбка увяла полностью, а лицо становилось всё более хмурым.       — Ян? — сразу насторожился Эль.       — Кажется, — девушка вздохнула. — Я тут надолго.

***

      — Всё в порядке? — первым нарушил тишину агент.       Шрам устало приподнялся на локтях и посмотрел на вошедших в комнату Джеймса и Феликса. Похлопав себя пару раз по лицу, приводя в божеский вид, парень попытался нормально сесть на стуле и отстраниться от рабочего стола.       — Опять спите в неположенном на это месте, Лидер? — деловито поинтересовался Флэш и сел на диванчике у входа.       Ой, Феликс, только не начинай!       — Не-не, я нормально, просто немного задумался, — отмахнулся вышеупомянутый лидер и показал на открытые папки с информацией. — Просто это…       — Ужасно, да, — закончил Джеймс и встал рядом с рабочим столом. — Сам до сих пор отойти не могу.       — Ты ведь знал, что от того взрыва должен был погибнуть?       — Да я и без этих, — он потряс небольшой стопкой, — документов прекрасно осознавал. Просто знать – это одно, но читать об этом…       На фоне что-то флегматично жевал Феликс.       — А у тебя..? — агент поискал глазами папку под номером один и, вскоре, успешно нашёл. Та заметно выделялась на фоне остальных, и была значительно толще: как минимум, раза в два.       — Ага, — заметил его взгляд Шрам. — Не поверишь: там есть абсолютно всё о моих начальных похождениях в проекции. И что я ел, и какими способами пытался спасти первых клонов. И какие травмы с увечьями получал…       — И сколько летальных исходов тебе пророчили? — тихо поинтересовался в углу Флэш.       Шрам немного вздрогнул и повернулся на голос. Он уже успел подзабыть о том, что в комнату Джеймс зашёл не один. Переведя взгляд обратно на папку тот поморщился и тихо произнёс:       — Семь.       Ненадолго повисла тишина.       — Пиздец, — лаконично высказал общую мысль Джеймс.       И не поспоришь.       — Вот, думаю: следует ли начать читать ту книженцию или лучше сходить, запастись заранее валерьянкой, — поделился идеей Шрам, постукивая пальцем по столу.       — А ты ещё не начинал? — в свою очередь удивился Джеймс.       — Неа. Оттягивал до последнего.       — Как вспомню, что она предложила в мой эксперимент, так вздрогну, — признался Флэш, подойдя к столу.       — Да… описанные в ней методы убийства просто ужасные, — согласился Джеймс.       — Но эффективные, — заметил Шрам.       — Вот именно. Хорошо, что Диктор их не использовал.       Парни ненадолго замолчали, переваривая информацию.       — Да… — лидер помассировал виски. — Но ту книженцию и вправду стоит прочесть.       Парень лениво потянулся к собственной папке и открыл её на титульном листе. Пусто. Не поверив собственным глазам, он озадаченно проверил обложку с другой стороны. Пролистал файлы. Медленно на него начало накатывать шевелящее волосы беспокойство. Клон рывком встал и начал беспорядочно проверять все папки.       — Шрам, что-то случилось? — озадачился агент.       Нет-нет-нет-нет! Парень в панике продолжал перерывать весь стол, в надежде взять на руки или, хотя бы, увидеть знакомую потёртую чёрную книженцию. Ни-че-го. Словно и не существовало её вовсе. В сотый раз перерыв стол, он разбито рухнул на стул и прикрыл уставшее лицо рукой в перчатке.       Следовало признать очевидное:       Дневник пропал.

***

      Прошло около трёх дней.       — Я тебе уже пять раз объяснила, сама уже поняла, а ты всё никак не можешь, — процитировала старый анекдот Саяна, — ну не могу я просто отсюда сбежать, понимаешь?       Хельсинг не сдержал лёгкой усмешки и снисходительно посмотрел на бунтующего Эля, меряющего широкими шагами периметр «тюрьмы» девушки.       — Да пытаюсь, Ян, — остановился парень, — но что-то уж больно плохо выходит.       — Ладно, — подобралась девушка, отмахнувшись от возникшего дисплея перед глазами. Приняла вертикальное положение и переключилась на собеседника. — Хочешь, буду по пунктикам отвечать?       — Bueno, давай, — согласился Эль.       Задумавшись на пару секунд, он собрался с мыслями и начал:       — Тогда… ты могла оправдаться перед нашим лидером?       — Могла.       — Или взломать замок на двери и сбежать?       — Да.       — В конце-концов, у тебя была уже множество раз возможность избавиться, хотя бы, от кандал?       — Верно.       — Но ты этого не сделала.       — Точно, — кивнула Саяна.       — Почему..? — протянул Эль.       Девушка не сдержала уставшего вздоха и потёрла переносицу.       — А иначе, дорогой мой amigo, и нельзя. Если допустить, что в один момент я внезапно бы сбежала, то всё вернулось к началу. Твои пытаются меня выследить – я прячусь. И как бы я ни пыталась выйти на контакт после, ничем хорошим это не кончилось. Потому что, по вашей, — заметив пару оскорблённых взглядов, Саяна поправилась, — ладно, по их логике: раз я сбежала, значит мне есть, что скрывать. А доверять такой «личности» ни Шрам, ни большинство из вашей команды не будет. Про оправдывания ситуация схожая: если я буду постоянно пытаться что-то доказать, то это не улучшит, а лишь усугубит ситуацию. Понимаешь, о чём я? — дождавшись утвердительного кивка, она решила добавить:       — Ну а про кандалы и говорить нечего. Как бы ты отреагировал, если твой пленный освободился от наручников, но никуда не сбежал? Подозрительно не правда ли?       — А это ещё связано как-то с… этим? — он многозначительно провёл рукой у своего лица, намекая на Систему.       Сердце пропустило удар. Он догадался!       — Нет, — солгала девушка, о отвращением поморщившись про себя. Ей было противно от своих же слов.       Эль серьёзно призадумался и съехал по стеночке напротив. Виктор же как читал книгу, так и продолжил. Он-то давно понял, что пыталась донести Саяна. А ещё Хельсинг явно знал или, по крайней мере, догадывался, что девушка отмахивалась лишь частичной истиной.       «Простите, ребят, что не могу пока сказать вам всю правду» — девушка приникла затылком к холодной стенке и прищурившись смотрела на висящий перед ней дисплей с новым заданием. Махнув рукой, панель растаяла в воздухе.       Настроение вновь начало портиться.       Девушка легла на подушку и прикрыла глаза. Уставшая поясница наконец переставала отдавать тупой болью, так что Саяна с удовольствием распласталась на кровати. Ни Эль, ни Виктор заводить разговор явно не желали. Ну, ей же лучше. Ничего страшного, если она немного подремлет? Так ведь…       — Светает, — нарушил тишину Виктор.       Саяна удивлённо распахнула глаза и посмотрела на выявившемся окне профиля время. И вправду: уже пять утра. Да она успела даже немного поспать!       Приподнявшись на кровати девушка пересекалась взглядом с таким же сонным Элем. Он явно только принял вертикальное положение и теперь с раздражением потирал затёкшую шею.       Хельсинг к тому времени уже стоял у окна и терпеливо ожидал когда оклемается тореадор. Свою книгу Виктор явно успел спрятать за пазухой, а пока он теребил одно из звеньев цепи у кровати и был где-то глубоко в своих мыслях. Саяна прожгла взглядом стоящего в тени парня и призадумалась.       Интересно, а спал-ли Хельсинг? По виду так, навскидку, и не скажешь: парень умело прятал своё состояние под видом отрешённости, а разглядеть что-то помимо этого не удавалось. Хотя Саяна, честно, пыталась. Да и, если хорошо пораскинуть мозгами, следовало вспомнить, что Виктор всё-таки был человеком, а не роботом Мистера Сланца — положенные четыре-пять часов сна ему жизненно необходимы. С другой стороны: этот уникум был параноиком едва ли не похлеще Шрама. Кто знает, насколько жирные тараканы в его голове жили?       — До завтра? — просипела девушка. Голос ото сна всё ещё не пришёл в норму, так что говорила она аки заядлая курильщица с двадцатилетним стажем.       Эль лишь кивнул, явно стараясь по возможности сэкономить силы на далёкое и недосягаемое «путешествие» до своей комнаты.       — До вечера, — в свою очередь попрощался Виктор и привычно подставил руки тореадору.       Момент, и Эль, которому любезно подсобил Хельсинг, рывком выскочил в окно. Встав уже на улице, тот деловито отряхнулся и протянул руку оставшемуся внизу парню. Теперь уже Виктору помогали выбраться из подвальной комнаты. Удивительно, но на «всё про всё» им хватило лишь восьми секунд. Поразительная способность подстраиваться друг под друга, учитывая, что знакомы они были чуть меньше недели. Дней пять от силы. Хотя, может, всё заключалось в непередаваемой харизме Эля — Саяна ведь сама была знакома с ним, ни много ни мало, чуть больше Хельсинга, а считала его другом.       Кто знает.       Парни, поправив оконную раму, (точнее: вернув её в положенное место), поспешили ретироваться, и Саяна осталась совершенно одна. Слушая, как вдали затихали их шаги, девушка разочаровано вдохнула и перевернулась на другой бок.       Свои недолёжанные три часа Саяна планировала с чистой душой проспать.

***

      Тем не менее, за окном уже смеркалось.       — Куришь, — утвердительно протянул Флэш и, поморщившись от резкого запаха никотина, прикрыл дверь.       — Курю, — устало выдохнул Эль вместе с очередным клубом дыма.       Комнату парни делили вместе ещё до появления первой половины команды. В то время большая часть комнат была всё ещё заброшена или не разобрана, а спать где-то было нужно. Вот и распределил их лидер вместе: Эль да Феликс. Правда, одно время с ними ночевал ещё и Классик. Именно «ночевал»: приходил за полночь, а вставал раньше всех – на рассвете, стараясь как можно меньше пересекаться с соседями по комнате. А парням, если честно, было немного всё равно. Спасибо, что правила свои не диктовал. С остальным они справлялись сами.       Эль сделал очередную затяжку в открытое окно и протянул сигарету.       — Будешь?       — Откажусь.       Парень снял защитную маску с глаз и с липким звуком, какой обычно бывает у ободка резиновых очков, повесил её на шею. Подойдя к окну, он рывком сел на подоконник и шумом глотнул свежий воздух.       — Феликс Фелицис – парень-удача*… — лениво растягивая слоги протянул Эль и усмехнулся. — Что? Не отвернулась она от тебя спустя полгода?       — Как видишь – нет, раз я всё ещё жив, — пожал плечами парень и всё-таки взял протянутую сигарету. Сделал лёгкую затяжку.       — Ты же бросил курить месяц назад?— легко укорил Эль соседа по комнате.       — Ты, кстати, тоже, — напомнил Флэш тореадору и дал ему затянуться. — А ведь Шизо не оценит…       — Надеюсь, он и не узнает, — посерьёзнел Эль, но сигарету не убрал, наоборот: выдохнул дым и поспешил сделать следующую затяжку. — Он и так за всех слишком сильно волнуется.       — О… не начинай, — вяло отмахнулся Феликс и открыл пошире окно, практически вываливаясь из него.       — Ты ещё уши заткни, — посоветовал Эль и из принципа пододвинул парня с подоконника.       — А вот и заткну.       — Ну давай.       — А я не хочу, — невпопад протянул Флэш и потянулся, с чувством хрустнув спиной. Задумался ненадолго, а потом вскинул голову, явно что-то вспомнив.       — Кстати, о шизанутом…       — Что-то случилось? — сразу насторожился Эль.       — Ну, как сказать… — Феликс задумчиво почесал щёку. — Он тебя, вроде бы, искал.       — ¡Qué demonios! — сдавленно ругнулся Эль и быстро затушил сигарету о собственную ладонь. Сделал глубокий вдох:       — От меня сильно воняет, да?       — Куревом? Как от портового грузчика, — совершенно честно ответил Феликс, облокотившись на оконную раму. И плевать, что за свою жизнь он ни разу с людьми такой профессии не пересекался. Ассоциация была проведена как нельзя лучше.       — Тц, — Эль понюхал толстовку, сморщился и одним движением снял её через голову. — Шизо ненавидит запах перегара.       На пару секунд задумавшись, тореадор встал и направился к обветшавшему шкафу. Открыв дверцу, он скрылся с глаз, а через пару секунд показалась его вихрастая макушка.       — А чё ты мне раньше не сказал? — обвинительным тоном протянул Эль и хлёстким движением расправил кофту, смотря на складки и невыводящееся пятно масляной краски.       — Ты не спрашивал, — пожал плечами Флэш и мазнул взглядом оголённый торс соседа по комнате.       — Феликс, вот ты, вроде бы, такая балаболка, а порой…       — Что?       — Мудаком бываешь – вот что.       Парни ненадолго замолчали. Флэш всё продолжал поглядывать на соседа по комнате с выражением лица: «говорить-не говорить». В один момент он не выдержал:       — Слушай… — выждал недолгую паузу, — а стриптиз станцуешь?       — Иди ты, — буркнул Эль и, наконец, надел кофту. — Где nene** сейчас, не знаешь?       — Знать не знаю где твой «нэнэ». Я за ним не слежу.       — Не передразнивай, — одёрнул Флэша тореадор и, выхватив из его рук пачку сигарет, спрятал её в кармане джинс. — Я пошёл. No me pierdas!       — Угу-угу, понял, не терять тебя, — ухмыльнулся Феликс и махнул рукой Элю. — Иди уже.       Тореадор кивнул и закрыл дверь. Стоило шагам стихнуть, как улыбка мгновенно стёрлась с лица Феликса, а сам он весь подобрался, встав в «охотничью стойку». Подождав для проформы ещё с минуту, он подошёл к тумбочке соседа по комнате и начал рыться. Отодвигая одну дверцу за другой, Флэш целеустремлённо искал что-то конкретное, игнорируя «заначку» из сигарет и, кажется, даже алкоголя.       — Чёрт, — выругался Феликс, перерыв все вещи. Встав, он со злостью пнул тумбочку… чтобы через секунду схватиться за ушибленную ногу. Как бы то ни было, но нужное ему в вещах Эля так и не нашлось.       Оклемавшись, парень подошёл и сел на свою кровать напротив, задумчиво потерев переносицу.       — Значит дневник всё-таки не у него…       Сложив вещи примерно в то же положение, в котором они пребывали до этого, Феликс поспешил покинуть комнату. Лишь голубая полоса и пара мелких молний мелькнули в воздухе.       Спальня опустела. ————————— Небольшое отступление от Автора: За свой немалый опыт прочтения фанфиков по ЗБ я сталкивалась с обильным количеством попаданок в разные временные промежутки. Но какого же было моё удивление, когда мне не встретилось едва ли не единой работы, где Гг РЕАЛЬНО держали в плену. Где ей не доверяли лишь за пару случайно обронённых слов и невинную внешность, а держали до последнего, проверяя и перепроверяя раз по сто. Я не говорю про крайности в духе пыток и морением от голода/жажды: напомню, что парни сами страдали от этого – так что их конкретно переклинило, если бы они, хотя б, попытались. Но банального «запереть и не выпускать до выяснения обстоятельств» никто не отменял. Так почему..? Да-да, знаю, в главе смысловой нагрузки – ноль без палочки, но я же не могла сразу развитие сюжета делать! Только шаткую логику в истории построила – и уже рушить? Не… так дело не пойдёт. И, да, время идёт, но я всё ещё люблю Эля. И Хельсинга. Да и вообще всех. Хотя Феликс тот ещё засранец, да… Но, ребят, не спешите вешать ярлыки на команду: они ведь всё-таки не картонки, а люди, (клоны, ладно), и не могут быть чисто добрыми или чисто злыми. Можете побить тапками, (каюсь, заслужила), ибо год молчания – это уже слишком. Даже для меня. Хуже этого только моя первая работа, которая недописанными ещё с далёкого 2019, но там вообще всё грустно… хоть статус «заморожен» ставь. С этой работой пока такое не планируется, не паникуйте! Кода красного не было – это Шрам пробежал! Пишем, стараемся, правда лень та ещё сука-соблазнительница, но я постараюсь выработать к ней иммунитет!