Хитрость

Когда в сентябре одним прекрасным утром воздух вдруг начинает пахнуть совсем иначе, ты понимаешь: осень наступила, и остались последние тёплые, солнечные деньки. Солнце уже не обжигает так сильно, а словно целует твои плечи. Сизой дымкой тянется вечерняя прохлада, а свежезаваренный кофе отдаёт сладкими воспоминаниями. В целом, ничего не изменилось: всё так же просыпаешься по утрам, лениво завариваешь очередную чашку кофе, только вот с каждым днём за окном всё темнее, и однажды, когда будильник прозвенит, откроешь глаза и увидишь ночь. И это будет значить, что осень добралась и до Нью-Йорка. Для Бланки осень была любимым временем года. Она считала, что осень похожа на изысканную болезнь: сначала ты любуешься сменой красок, хватаешь руками листопады, но уже начинаешь чувствовать какую-то лёгкую печаль. Чем холоднее и беспросветней темнота снаружи, тем уютней кажется тёплый, мягкий свет в квартире. И если лето — это время убегать из дома навстречу приключениям, то осень — время возвращаться. — Это эфиопский или органический кофе? — Бланка вздрогнула от неожиданности. Прикрыв крышку ноутбука, посмотрела на женщину рядом со своим столиком. — Боливийский, — недолго думая, ответила Биа, отвернувшись к окну. — Обожаю кофе. Иногда кажется, что пока не выпью чашку кофе, то день так и не начнётся. Вам нравится это заведение? — видимо, незнакомка приняла ответ за приглашение присоединиться, потому что в эту же секунду зеленоглазая села напротив. — Да. Здесь здорово, — вздохнув, ответила Биа. В заведении было множество свободных мест, и она даже подумывала пересесть. — Я Вас часто здесь вижу, а последнюю неделю — каждый день. — И Вы меня запомнили? — кажется, каждая мышца в теле напряглась. Теперь Биа заинтересовано осмотрела лицо женщины. Но она не казалась ей знакомой. Тёмно-каштановые волосы были собраны в высокий, небрежный хвост. Большие зелёные глаза также внимательно смотрели на саму Бланку. На аккуратном, слегка вздёрнутом носике были еле заметные веснушки. На вид ей было не больше тридцати двух лет. — Ещё я запомнила, кому принадлежит квартира через дорогу. — Кто Вы? — облокотившись о спинку деревянного стула, Бланка сложила руки на груди. — Сержант Аманда Шоу. Отдел киберпреступлений, — в этот момент всё стало понятно. Тринадцатый участок не планировал так просто отпускать Стэйл, и теперь, кажется, перешёл в преследование. — Не поворачивайтесь. — Вовремя. Первый подозреваемый — Мэтью Морган. Австралиец. Работает адвокатом. Предпочитает органический кофе, каждое утро выходит на пробежку. По неподтверждённой информации, работает на второго подозреваемого — Билла Море. Сам Море тот ещё сюрприз: обвинён в изнасиловании, но был отпущен за недостаточностью улик. Занимался продажей кокаина, амфетамина. А в последнее время решил перейти на оружие и редкие предметы искусства. — Вы пытались меня удивить? — Бланка, ты можешь не появляться дома хоть каждую ночь. Но наш отдел отслеживает программы, которые работают против тебя. — Вы меня не остановите, — Бланка уже приготовилась встать, но женщина положила свою руку на её, чем заставила затормозить. — Я и не пытаюсь. Я хочу помочь тебе. И нам, впрочем. — Такие как я не работают с такими как вы, — Бланка взяла ноутбук и, положив его в рюкзак, поднялась со стула. — Полиция? Хорошие ребята. — Когда ваши хорошие ребята арестовали меня, я потеряла в них веру. — Перспектива выбора между хорошими и плохими ребятами может завести тебя в тупик. Потеряешь все зацепки, — Аманда также поднялась со своего места и встала напротив Стэйл. — Что ж, я буду внимательней. — Я знаю, что полиция не смогла найти другого подозреваемого в деле твоего отца, да и улики против него, мягко говоря, смехотворны. И мне искренне жаль, в этом я помочь не могу. Но я могу сделать кое-что другое, — протянутую визитку Биа не спешила принять. — Мой отдел может дать возможность законно помогать людям, да и себе, в конце концов. Может, благодаря нам, ты сможешь найти то, что упустила прежде. Оставив визитку на деревянном столике кофейни, Аманда просто развернулась и вышла, так же быстро и неожиданно, как и появилась. На входе Биа заметила знакомый автомобиль, в который и села Шоу. Прошла ровно неделя с того самого прямого эфира, после которого весь Нью-Йорк атаковала паника. Толпы журналистов караулили участок в надежде выведать хоть что-то. И ровно неделя — как Биа игнорирует Джона. Стоило ей в тот день явиться в участок, как начался ещё больший скандал. Сначала с Энтони, а потом его другом Луи, который был ещё в большем восторге от происходящего, чем сама Стэйл. — Я тут, — обернувшись, Бланка увидела Амелию. Теперь, вместо длинных светлых локонов, у неё были короткие. И это было не единственное изменение — множественные ссадины на лице начали сходить, а ранение постепенно затягивалось. — Что-то интересное успело случиться? У тебя такое лицо странное. — Всё нормально, тебя-то где так долго носило? — Успела проследить за нашим адвокатишкой, и, кажется, не сегодня завтра у него должна быть встреча с Биллом. Как только мы подберёмся ближе, схватим его за яйца, и он ответит за всё содеянное. — Фу, Ами! — закатив глаза, Бланка потянула девушку к выходу. — Поехали, можем сейчас проследить за ним, он как раз пару минут назад отъехал от дома. — Как раз об этом — нам не обязательно кататься за ним по городу. Я поставила на его машину джипиэс-маячок. Теперь-то он точно никуда не денется, мы может отслеживать каждое его движение по городу! — Если откинуть то, что это серьёзное вмешательство в личную жизнь, то мне нравится. Хотя на самом деле очень жутко, что у тебя есть разные маячки. — Так он от твоих ключей! — Амелия достала с кармана ключи от автомобиля. — Следи за своими вещами лучше. И как там твоя подружка сказала? «Любой стоящий журналист, ради хорошей истории сделает что угодно!». Может, мне тоже в журналюги податься? — Хватит трогать мои вещи! Долго скрывать в своём доме Амелию не получилось. Светловолосая бестия благополучно устроилась в доме Стэйл, и как бы Бланка не старалась и не придумывала всякие уловки, Эми пришлось познакомить с небольшой катастрофой. Хотя катастрофой оказалось то, что эти две противоположности поладили. Девушки не просто нашли общий язык, но и придумали шутки по поводу самой Бланки. — Смотри-ка, Эми скинула видео с сегодняшней конференции по поводу того придурка, — Амелия протянула мобильный телефон Бланке, пока та застёгивала ремень безопасности. На экране появилась новая знакомая — Аманда Шоу. — Я поклялась защищать этот город, и я с большой серьёзностью отношусь к этой ответственности. Я разделяю вашу злость и раздражение от того, что убийца отнял жизнь двух граждан! — Почему мы узнали об убийствах только сейчас? — выкрикнул репортёр со второго ряда. — Сержант, это правда работа серийного убийцы? — этот вопрос задала уже Эми, которая смогла пробраться в первый ряд. — У нас есть основания полагать, что убийства совершены одним человеком, — уклончиво ответила Шоу. Кажется, разговор с репортёрами её не то чтобы не радовал, а раздражал. — Не завидую ей, — тихо шепнула Ами, делая немного громче звук. — Что-то мне подсказывает, что ради этого цирка со СМИ убийца и пошёл на этот чёртов подкаст. — Даю слово, что мы делаем всё, что в наших силах, чтобы подвергнуть убийцу правосудию! Я буду стараться держать вас в курсе всех новых продвижений. — Это правда, что нашли ещё один труп спящей красавицы? — выкрикнул громко репортёр из глубины толпы. Гул поднялся настолько, что Амелия выключила звук. Шоу ничего не сказала, а только быстро спустилась и села в автомобиль, который её дожидался. — Ты что-то слышала об этом? — Ами повернулась к Бланке. — Нет, я всё так же избегаю любые разговоры с дядей, но что-то мне подсказывает, что так просто от меня не отстанут. — Я думаю, тебе нужно им помочь. На самом деле, Бланка рассматривала этот вариант. Потому что единственное, что её останавливало, это работа с бывшим возлюбленным и его назойливым напарником, который не упускал ни единой возможности, чтобы не упомянуть о прошлом Стэйл; о том, что она преступница, и должна сидеть за решёткой. Даже их «новое занятие» с Амелией не отвлекало, что, кстати, было идеей заботливого дяди и предательницы-подруги. Как бы Биа не пыталась сбежать от прошлого, оно постепенно начинало наступать ей на пятки, и вот уже в любую секунду на голову может упасть пианино. Пожалуй, по этой причине и было принято решение подобраться к Биллу настолько близко, как это было только возможно, и сдать его со всеми потрохами полиции. Стэйл понимала, что если сделает это, то также попадёт под раздачу, и вполне вероятно, что окажется в соседней камере с Море. Но это было лучше, чем позволить этому мерзавцу разгуливать спокойно на свободе и продолжать свои деяния. — Ты когда-нибудь задавалась вопросом: какого чёрта моя жизнь такая? В том плане, тебе нравится, кто ты такая? — не сводя глаз с дороги, задала вопрос Бланка. — Стэйл, ты меня пугаешь, — Амелия засмеялась. — Задаюсь этим вопросом каждый раз, как добираюсь до мятного мороженого с шоколадной крошкой. — Так вот кто ворует моё мороженое! В машине снова раздался смех. Ами не хотела признаваться, но этот вопрос был в самую «десятку». Но вот признаваться она была не готова. Не сейчас. Прикрыв глаза, постаралась отвлечься. Очередная бессонная ночь отразилась не только на внешнем виде, но и на физическом состоянии, не говоря уже о моральном. Амелия была одной из тех, для кого бессонные ночи несли за собой мучения, и поневоле предавалась раздумьям. К сожалению, не о том, какое платье лучше купить и почему понравившийся парень не пишет первый. Как спросила Бланка, именно о том, что с ней случилось. Почему её жизнь стала такой дерьмовой, почему именно сейчас она настолько разбита и прячется в доме девушки, которую ещё недавно ненавидела?