Хитрость

В Нью-Йорке есть такая пора, когда дыхание осени ощущается задолго до того, как упал первый лист. Воздух стал прозрачным, лето осталось позади, и однажды ночью впервые за долгое время хочется накрыться тёплым одеялом. «Есть подозрения, что наш сосед — психопат, который готовится зарезать всех людей в квартале», — пришло смс-сообщение от Ами. Невыносимая блондинка вернулась два дня назад и, узнав о присланных фотографиях, где, кстати, тоже засветилась, превратилась в самого настоящего параноика. Ведь мало того, что нужно опасаться Билла и его головорезов, так на голову свалился маньяк с большой жаждой к убийствам. Теперь в доме Стэйл было несколько камер: на входе, во дворе, на кухне, куда можно зайти с чёрного входа. Также Амелия заверила, что в каждой комнате есть оружие, и в случае чего можно себя защитить. Бланка отнеслась ко всему со смехом, но внутри засело чувство тревоги. Кто знает, может, следующей жертвой серийного маньяка окажется именно она? — Сегодня утром нашли тело, Волтер Девонс, сорок три года. Тело в квартале от его дома, на Восточном, — Шоу положила на стол несколько папок, которые мгновенно разошлись по рукам. — Как и предыдущим жертвам, ему завязали глаза и уложили в спящую позу. — Да, но в него выстрелили, — Энтони разложил фотографии с места преступления. — Поза, повязка и цветок соответствуют, — Луи включился в разговор. — Скорее всего, он сопротивлялся, пытался вырваться и схлопотал пулю. — Почему не рассматриваете вариант того, что это другой убийца? — Джон откинулся на спинку стула. — Всем жертвам от двадцати до тридцати. Между ними есть сходство во внешности, да и все они вели подвижный образ жизни и социальную жизнь. Волтеру сорок три, он полная противоположность других. И ко всему прочему, пулевое ранение. — При отсутствии логики в выборе жертв убийцу почти невозможно поймать, — Энтони нахмурился, обдумывая слова Джона. Что-то в них было. — Убийца «Зодиак» постоянно менял своих жертв: старые, молодые; белые, цветные, — в разговор также включилась и Бланка. Она просматривала информацию по первым жертвам и старалась ничего не упустить. — Верно, и он убивал тридцать лет, пока его не поймали, — Шоу сложила руки на груди. — Итак, что мы знаем: те, кто атакуют внезапно, всегда мужчины. — Он убивает в большом городе, и его никто не видит. Это приходится ему по вкусу, он чувствует власть, силу. — Внезапные убийцы обычно не организованы, — Джон посмотрел на Аманду. — Но наш — нет. Он носит с собой целый набор: токсин, который помогает обездвижить жертву, повязку на глаза и цветок. Повязка на глаза обозначает одно из двух: он завязывает глаза потому что не уверен, что хочет их убить. — Да, но если обратить внимание на то, что яд в конечном итоге приводит к смерти, и если вспомнить третью жертву — Тревора — таксиста, глаза он не завязывал. Значит, причина другая, — Бланка предположила худшее, — Убийца чувствует отвращение, он не хочет, чтобы на него смотрели. — Ой, извините, — в конференц-зал ворвалась женщина лет тридцати-тридцати двух. В белом халате и с папкой в руках. — Я не хотела прерывать совещание. — Ничего, Габи, проходи, — Аманда махнула на свободные стулья. — Что у тебя? — В организме Волтера Девонса не было найдено никаких ядов, так что я буду склоняться к тому, что он убит от рук другого преступника. У него была татуировка банды, и, несмотря на то, что он пытался свести тату, следы ещё остались. Вот, — Габи разложила несколько снимков на стол. — Стоп, я его знаю, — Бланка взяла фотографию, где лучше видно лицо мужчины. — Видела один раз на встрече с Биллом, он был в машине, но это точно он. — Вот, значит, как, — Шоу взяла фотографии татуировки и фотографию Волтера. — Что ж, дело набирает обороты. — И ещё. Пришли анализы: во всех шести жертвах найден яд стрихнин — один из самых смертельных ядов на земле. Это естественный яд, содержащийся в некоторых деревьях Азии. Яд может заразить человека в несметном количестве путей, будь то приём пищи, ингаляция или поглощение. После попадания в организм, в течение нескольких минут начинают сокращаться мышцы, а тошнота и рвота буквально сокрушают жертву. Поскольку вирус распространяется всё сильнее, тело начинает биться в конвульсиях, возникает удушье. Весь летальный процесс от приёма яда до смерти занимает примерно полчаса, — протарахтела женщина практически на одном дыхании. — Извините, — в конференц-зал постучался офицер в форме. — Привезли Хейдена. Он в первой допросной. — Наконец-то, — Луи тут же встал со своего места. — Он две недели бегал от нас по всему Нью-Йорку. Пришло время отвечать на вопросы. — Я с тобой, — Энтони поднялся следом за напарником. — Думаю, тебе будет полезно понаблюдать за допросом. — Шоу обратилась к Бланке, которая, в свою очередь, была слишком сосредоточена на Волтере и Билле. Неужели он объявился и снова начал действовать? — Биа? — Джон дотронулся до плеча племянницы. — А, да, конечно. Встряхнув головой и отгоняя сумбур в голове, Стэйл закрыла свой ноутбук и последовала за Шоу. Билл может подождать. Знакомая комната с противными серо-синими стенами, которые явно наводили на суицидальные мысли. Одно небольшое окно, да и то открывающее вид на кирпичную стену соседнего здания. Окно, ведущее в дополнительную комнату, где можно было наблюдать за допросом, её и заняли: Джон, Шоу и Бланка. Последней впервой довелось оказаться по эту сторону допросной. За железным столом расположился Адам — подкастер. За таким же столом месяц назад была и сама Бланка, и сейчас внутри неё было много противоречивых чувств. На столе лежало несколько папок и стоял небольшой чёрный микрофон, для записи. — Не хочешь объяснить своё маленькое интервью с убийцей спящих красавиц? — Энтони поставил две чашки с кофе на стол. — Маленькое? — Адам хмыкнул, явно задет словами детектива. — Его скачали уже пятьдесят тысяч раз. — Знаешь, что самое занятное? Когда несколько недель назад ты здесь сидел, то клятвенно обещал, что не будешь использовать информацию до официального подтверждения. — Ну, что я могу сказать — обстоятельства изменились, — Адам отодвинул чашку с кофе и откинулся на спинку стула. — Да, конечно же, и тебя совсем не волнует, что ты сделал в точности то, что он и хотел. Плевать, что твой идиотский подкаст может спровоцировать его на новые убийства, и неизвестно, чем это всё закончится. — Я… поступил правильно, — раздражённо ответил светловолосый. — Люди должны знать, что среди них бродит сумасшедший, который в любой момент их прибьёт! — Как он связался с тобой? — Луи, стоявший всё это время в тишине, подошёл к столу. — Зафолловил меня в твиттере, — Адам закатил глаза, но, увидев раздражённое лицо Тони, тут же продолжил: — Вы как думаете? Позвонил со скрытого номера! — А ты не додумался, что мы могли отследить его? — Дело в том, что я с ним не говорил, — опустив голову на свои руки, Адам замолчал. Его злила вся эта ситуация. Чувство вины подкрадывалось ближе. — Он оставил мне голосовое сообщение. И да, голос уже был искажён. Я лишь смонтировал его, чтобы это было похоже на интервью. — Мне нужно всё, что у тебя есть, Хейден. Немедленно, — в голове Энтони уже всплыл новый план, и благодаря Адаму он его осуществит. — Вы уже всё слышали. — Всё, я знаю, что у тебя есть отрывки для ещё одних эпизодов, — Луи блефовал, но будь на его месте, он бы тоже так поступил. Ведь это золотая жила. — Умные копы. Бывает же такое. И какая мне выгода? — Как насчёт того, чтобы вдруг не оказаться в мешке для трупов? М? — Энтони усмехнулся. Он смог прочитать Адама на раз-два и знал, что больше всего подкастер боится за свою собственную шкуру. — Вы угрожаете мне, детектив Коулман? — Как знать, Адам. — Что он имеет в виду? — Бланка обратилась к Шоу, которая собралась выйти и ответить на поступающий ей звонок. — Фото. Этот паренёк тоже там есть. Убийца начал новую игру, правила которой известны лишь ему, но сегодня мы сделаем так, чтобы он сорвался. Биа пыталась предположить все варианты, которые только возможно. Но то, что решили Коулман и Томпсон — её пугало. — Если честно, я надеялась, что всё будет немного иначе, — Бланка открыла свой ноутбук. — Это ведь опасно. Что, если что-то пойдёт не так? Я не готова принять ещё чью-то смерть. — Биа, поэтому ты здесь, — Джон прошёл к столу, где сидела его племянница, и сел напротив. — Риск оправдан. — Все готовы? — Адам надел наушники. — Да, — Энтони повторил действия за парнем и подвинул к себе микрофон. — Хрен знает что… — Бланка украдкой посмотрела на Тони. Она не хотела, чтобы он пострадал, да и кто-либо ещё. Страх с паникой — дерьмовый дуэт. — Здравствуйте, ребята, с вами Адам! Я веду репортаж из самого сердца двенадцатого участка. Появился новый труп в деле, из-за которого Нью-Йорк скован тисками страха. Именно так, речь пойдёт об убийце спящих красавиц. Со мной сегодня детектив Энтони Коулман, один из главных следователей в этом ужасном деле. Он согласился рассказать о последней жертве. — Спасибо, Адам. Прежде, чем мы приступим к вопросам, я хочу прояснить кое-что для слушателей, — Тони бросил украдкой взгляд на Бланку. — Мы не можем быть уверены, что человек, с которым Вы общались несколько недель назад — убийца. Ведь он не сообщил деталей, о которых Вы и сами не знали. — Ладно, спасибо, детектив Коулман, — Адам зло посмотрел на Тони. — И давайте продолжим. Что Вы можете рассказать о Вашей последней жертве? — Думаю, последнее убийство говорит об очередном регрессе убийцы. — Очередном регрессе? Можно более детально для наших слушателей? — Да. Не так давно убийца связался со мной напрямую. Так что если он действительно связался с Вами, Адам, то он оступается, используя посредника. — И что же это значит? — Он становится небрежным. Или трусливым, — Энтони сказал это с лёгким смешком. — Хотите ещё что-нибудь сказать нашим слушателям? — Я бы хотел обратиться к одному из них, — Тони на секунду замолчал. — У тебя есть мой номер. Ты знаешь, где я живу, будь мужиком, явись. Единственное, что питает жизнь — это риск: чем больше вы рискуете, тем больше ощущаете жизнь. Но что делать, когда риск может обернуться катастрофой для всех, кто рядом? Спустя два часа после завершения подкаста, Энтони был готов лезть на стенку. По его подсчётам, неизвестный должен был дать о себе знать в течение первого часа, и теперь с каждой минутой нервозность подбиралась всё ближе, и казалось, что случится то, что будет невозможно изменить. Что, если сейчас этот псих передаст послание в виде чьей-то головы? — Хэй, ты как? — Бланка поставила чашку с кофе перед парнем. Она понимала, через что сейчас проходит Тони, и в этот момент просто хотелось быть рядом. Поддержать, хоть и понимала, что слова никак не помогут. — Честно? Сам не знаю. В голове каша. Кажется, что с каждой секундой я просто схожу с ума, — хмыкнув, Коулман потянулся за кофе. — Всё будет хорошо. Джон уверен, что вскоре он объявится. — А ты в чём уверена? — посмотрев в карие глаза девушки, Энтони будто прочитал все её мысли, как когда-то давно. Впервые за год, с момента расставания, они были рядом и могли спокойно говорить, без попытки убить друг друга или обвинить во всех смертных грехах. — В том, что этот ублюдок вскоре окажется за решёткой, где ему и самое место. Сердце замерло, когда мобильный телефон Энтони зазвонил. Биа взяла мобильный и подсоединила его к компьютеру через кабель, для передачи данных. — Ребята, начинаем. Все готовы? — Шоу посмотрела на молодых людей. — Ещё бы, — Бланка запустила программу и кивнула голубоглазому. — Приступим. — Энтони Коулман слушает, — но в ответ тишина. Посмотрев на Стэйл, Тони продолжил: — Алло? Я не собираюсь играть в молчанку. — Я не убивал мужчину в пальто, и ты это знаешь. — И с чего это я должен тебе верить? — Это больше не младшая лига, Энтони. Не мне тебе указывать, как выполнять свою работу. Я не небрежен и не стреляю в людей. Люблю непосредственную близость. — Мне бы хотелось тебе верить, но откуда мне знать, что ты тот, за кого себя выдаёшь? — Как тебе мой подарок? Фото твоих близких и моих следующих жертв. Выбери любого, и они окажутся у тебя на пороге. — Чего тебе от меня нужно? — Оставь меня в покое. Чем ближе ты подберёшься, тем больше людей я убью. Кто знает, может, завтра это будет твой напарник? Или твоя новая подружка? Список большой, — и в одно мгновение сбрасывает звонок. — Скажи, что ты засекла его, — с надеждой спросил Бланку. — Нет, он использовал не отслеживающий номер и пропустил его через випиэн в уголок юго-восточной Азии. Он точно знает, что делает. — Значит, ничего, — Тони кинул телефон на стол и громко выругался. — Почему же, он дал большую пищу для анализа тем, что он сказал и как он сказал, — Джон подошёл к столу и положил блокнот, в котором делал новые заметки насчёт преступника. — Он назвал тебя по имени без колебаний. Это говорит о фамильярности и комфорте. Думаю, убийца… вы с ним уже пересекались.