Контроль

Это должен был быть очередной обычный день. Утром встреча с главой национальной безопасности по поводу внедрения экстремиса среди солдат, затем поездка в Италию, где ему предстоит договориться о постоянной поставке ингредиентов для сыворотки, а потом снова в Нью-Йорке дорабатывать формулу. Ничего не предвещало неприятностей. Тони уже почти оделся и застегивал пуговицы на рубашке, когда дверь его спальни неожиданно отворилась и на её пороге появился Питер Паркер. — Мистер Старк, может, уже хватит меня избегать?! — злобно проговорил мальчишка, — Когда мы в последний раз проводили время вместе? Два месяца назад? Три? — юноша прошёл вглубь комнаты и уселся на кровать, пронзая Тони недовольным взглядом. Тони лишь устало вздохнул, продолжая застёгивать пуговицы своей рубашки. — Я просто… Мистер Старк, я сделал что-то не так? — спросил Паркер. Тони снова тяжело вздохнул, всем своим видом демонстрируя, что очень устал и не намерен отвечать. — Я думаю, всё дело в вашем этом экстремисе, — продолжил Питер, — Вы стали совсем другим после того, как вам ввели эту дрянь! И знаете, я говорил вам… — Как ты сюда прошёл? — прервал неугомонного парня Тони. — Что? — парень уставился на него, — Пятница впустила меня. — Нет, она не должна была впускать тебя, — ответил Старк, оборачиваясь к мальчишке, — Я исправил протоколы доступа. Ты опять взломал систему? — он стал медленно сокращать расстояние между ними, зная, насколько Питер пугается его холодного тона и грозного взгляда. Паркер вскочил с кровати и попятился к стене. Этого Старк и ожидал. Глаза парня бегают по комнате, лишь бы не столкнуться взглядом с ним. Боится. Тони это веселит: сам же заявился, обходя всевозможные протоколы, а сейчас, словно заяц, жмётся к стене. — А что мне оставалось, мистер Старк? — вдруг смело заявил Питер. Тони аж подавился воздухом от столь неожиданной резкости. — Я пытался связаться с Вами, но Вы отталкиваете меня! Избегаете! — Паркер собирался высказать Тони всё, что накопилось за два месяца беспросветного игнорирования, суметь бы ещё остаться злым и нахальным весь их разговор, в конце концов, им уже давно пора разобраться. Парень решительно не понимал такого поведения своего лучшего друга. Да, именно лучшего друга, и плевать на грёбаную субординацию. С тех пор, как умерла его тетушка, Тони был единственным, кому Питер доверял, кто заботился о нём. Он стал его самым близким человеком, а сейчас уже два месяца игнорирует. — Я в няньки тебе не нанимался, Паркер! — огрызнулся Старк. Малец, видно, последние силы собирает, чтобы оставаться уверенным, хотя у самого уже глаза на мокром месте.  — Тебе уже 18! Таскаешься ко мне чуть ли не каждый день! Мне ли тебе объяснять, что я занимаюсь действительно важными делами, а не бабушек через дорогу перевожу, — Тони знает, насколько это уязвимое место для Питера. Задеть его героическое эго — эквивалентно заставить сомневаться в собственной нужности, а это значит, что какое-то время юноша будет копаться в себе, следовательно, у Тони будет время немного успокоить свои похотливые желания на его счёт. — Я занят, Питер, и мы уже обсуждали это, — спокойным тоном произнес Старк, пытаясь в очередной раз призвать парня к благоразумию, — А если ты продолжишь взламывать Пятницу, то я поставлю «Марков» на защиту здания специально от тебя! Если твоя деятельность глупого маленького супергероя тебя не устраивает, это вовсе не повод трахать мне мозг своим присутствием! Прояви уважение хотя бы к экстремису, я делаю это для всего мира, глупый ты ребёнок! Так что будь так любезен, свали уже, наконец! Питер ошарашенно уставился на Тони, подбирая нужные слова, но не в силах что-либо сказать просто в оцепенении открыл рот. — Я сказал, вон! — крикнул Старк, указывая рукой на дверь, и Паркер мгновенно выбежал из комнаты. Да, задеть Питера оказалось нетрудно, однако терзающее чувство вины со смесью ещё каких-то непонятных эмоций, берущих своё начало в благородных побуждениях, с силой накрыли Тони. Опять. Примерно через минуту Пятница сообщила об уходе Питера из башни. Тони со злостью ударил по стене, стало ещё паршивей. Старк вовсе не избегает его, а оберегает. И прежде всего — от самого себя. Всё началось, когда Паркеру было 15. После гражданки Тони чувствовал себя, мягко говоря, ужасно. А парень стал для него спасательным кругом, хотя тот вовсе и не просил об этом. Питер каким-то образом сумел попасть на настоящую стажировку и под предлогом поменять что-то очень важное в костюме Человека-паука стал тесниться с Тони в лаборатории. Старк определённо бы спился, если бы юноша с весёлой мордашкой и кучерявыми волосами не отвлекал его от самобичевания чуть ли не каждый день. Спустя полгода Питеру удалось убедить Старка в том, что Стива можно понять и что ему, наверняка, сейчас точно так же паршиво. Именно Паркер смог воссоединить Мстителей, став их незаменимым самым тёплым сердцем. Улыбчивого паренька любили все, но, честно признаться, больше всех он был необходим именно Тони. Когда Старк понял, что испытывает к пареньку нечто большее, чем просто дружеская симпатия и безмерная благодарность, Питеру уже было 17. Тони решил, что скрывать от него свои чувства будет неправильно, хотя, по большому счёту, он и свои чувства к парню считал неправильными, а себя и вовсе ненавидел. Однако он всё же думал рассказать ему всю правду после 18-го дня рождения, и будь что будет. Но у вселенной на этот счёт были другие планы. Им пришлось сражаться с Таносом, и, если бы Питер не объединил Мстителей тогда, вероятно, они бы попросту проиграли это непростое сражение, но, к счастью, Паркер сделал то, что сделал, и войну они выиграли. 18-й день рождения Питера они встречали в трауре, потому что его тетушка не пережила нападение инопланетных тварей и умерла во время сражения в Нью-Йорке. Паркер был убит горем, а вместе с ним и все Мстители. Старк помог Питеру разобраться со всеми документами и прочей бюрократией, предлагал жить в его башне, но парень предпочёл остаться в их старой квартире. Мужчина всеми силами пытался помочь ему справиться с утратой, но Питер выбрал пройти через это в одиночку. В тот период Тони ввязался в передрягу с Мандарином. Тогда во время одного сражения он попал в плен, и в него ввели экстремис. Из плена Железного человека вытаскивала вся команда Мстителей, но даже после успешного спасения Тони нужен был особый уход, так как его организм отторгал сыворотку. Питер стал заботиться о нём, и Старк хотел бы думать, что это помогло ему пережить потерю Мэй. Его организм долго боролся, но спустя время всё же смог принять сыворотку, и тогда Тони стал меняться. Физические показатели его тела возросли в несколько раз, он определённо стал выглядеть лучше, регенерировать быстрее, и все бы ничего, если бы не постоянное наваждение. Тони до ужаса, до скрежета зубов хотел Питера. Находиться в одной комнате с парнем для него было невыносимо. Он терял контроль и из последних сил сдерживал себя, свои инстинкты. Как бы мерзко это не звучало, Старк счёл странным побочным действием сыворотки — увеличение привязанности. Но Старк любил юношу. Парадокс, но теперь пришлось защищать паренька от себя самого. Ведь теперь с этой сывороткой Тони был в разы его сильнее, и, если он сорвётся, Питер просто не сможет себя защитить. Он навсегда запомнил тот день, когда во время их совместной тренировки уложил Паркера на мат, запрыгнув сверху, стал срывать с паренька майку, но всё-таки смог остановиться. Питер тогда звонко смеялся, списав всё это на шутку, но для Тони это был решающий момент. С болью в сердце Старку пришлось ограничить общение с ним. Он пытался заменить Паркера, трахая шлюх-парнишек, похожих на того, но всё тщетно. Зато Тони научился хотя бы немного контролировать себя и свою новоприобретённую мощь, что уже было большим плюсом. Но Питер никак не мог смириться с тем, что Тони закрылся от него. Парень приходил в башню Старка каждый день, пытаясь достучаться. Однако тот блокировал все двери, поставив перед Питером тысячи замков, назначил себе кучи встреч, стал разрабатывать сыворотку в больших масштабах, продавать её людям, а Питеру постоянно говорил, что чертовски занят. Паркер прекрасно знал, что, несмотря на занятость, Старк мог бы найти для него часочек. Что-то с Тони было не так, Питер чувствовал: ему нужна помощь. Наплевав на свою гордость и чувство собственного достоинства, парень усердно пытался связаться с ним. Он обходил все преграды, взламывая одну систему защиты за другой, даже смог получить дистанционное управление Пятницей. Пару раз Питеру удавалось пробираться в башню и лично говорить с Тони, но во время их бесед мужчина пытался убедить его прекратить, снова и снова ссылаясь на вечную занятость. И вот сейчас Тони сильно задел парня и от этого чувствовал себя так паршиво, что хотелось наплевать на всё, сказать Питеру всю правду, долго-долго молить о прощении, но… Тогда он точно потеряет мальчика. Когда Старк, наконец, вернулся домой, он больше всего не ожидал увидеть юношу, мирно спящего в его кровати. — Маленькое, неугомонное, настырное совершенство, — шёпотом произнес Тони, подходя к парню. Вдох-выдох. Главное держать себя в руках, не показывать, насколько сильно он хочет его. Нужно быть строгим с Питером, сейчас важно выпроводить его, пока не случилось непоправимое. — Тебе не кажется, что ты уже совсем в край обнаглел? — громко спросил Старк, наблюдая за тем, как от его слов мальчишка мгновенно проснулся и сел в кровати, испуганно поглядывая на него. Правильно, малышу сейчас лучше его бояться. — М…мистер Старк, — растерянно пробубнил Питер, — Я всё объясню. — Уж постарайся! — Я… Я просто пытался понять, почему Вы так изменились, что заставляет Вас отталкивать меня, — Питер слез с кровати и осторожно, маленькими шажками стал приближаться к Тони, будто боясь разозлить его, — Я проанализировал Ваши сегодняшние слова, в частности обидное высказывание в мой адрес, и понял, что это в корне противоречит всему тому, что Вы всегда говорили, — Питер посмотрел в глаза мужчины и, поймав в его взгляде заинтересованность, стал ходить из стороны в сторону, пялясь куда-то в пол, — Я думаю, Вы специально пытаетесь задеть меня, чтобы я бросил попытки связаться с Вами, ведь простыми уговорами меня не остановить… — Питер… — Вы не хотите видеть меня в своём окружении, на это есть только три видимые причины, — продолжил Паркер, игнорируя Старка, — Вы либо готовите мне какой-то сюрприз, что маловероятно, учитывая Вашу столь явно демонстрируемую неприязнь ко мне, либо пытаетесь скрыть от меня что-то, и я предполагаю, это связано с экстремисом. Либо хотите уберечь меня от каких-то важных и опасных миссий мстителей, — Питер громко выдохнул, — Я склоняюсь ко второму варианту, но поправьте меня, если я не прав. — Питер, — Тони подошёл к парню, положил ладонь ему на плечо и тяжко вздохнул, — Ты прав, абсолютно прав, есть кое-что в этой сыворотке, что заставляет меня ограничивать наше общение, но поверь мне, так будет проще для нас обоих, — Тони чувствует, как дрожит Питер, близость юноши сводит его с ума, — А сейчас, карапуз, тебе лучше уйти, — сказав это, Старк оторвал руку от плеча Питера и направился в сторону мини-бара. — Н-но, мистер Старк, всё можно исправить. Вы просто скажите мне, в чём дело, и мы найдём решение вместе, — с надеждой проговорил Паркер, — Вы же сами учили меня — не бывает безвыходных ситуаций… «Гадёныш переиначивает мои же слова, надо бы проучить мальчишку, наказать его как следует за такой проступок…» Ещё немного, и Тони окончательно потеряет контроль. — Я сказал, — Старк сделал глубокий вздох, — Тебе лучше уйти, Питер, — Тони до боли в ладони сжал ручку бара. — Но, Мистер Старк… — снова попытался Питер, — Вы же знаете, я не уйду, пока всё не узнаю! Я так долго пытался связаться с вами, и вот сейчас я здесь, так что вы обязаны рассказать! — Проваливай, Паркер! — повысил голос Старк, указав рукой на дверь. Тони чувствует, как контроль постепенно ускользает от него, ещё чуть-чуть, и он не удержится. — Я просто хочу знать причину! — с обречённостью выпалил парень и тут же был пригвождён к стене мужчиной. Тони тяжело и часто дышал, удерживая мальчика за ворот футболки.  — Хочешь знать, в чём причина? Уж поверь, тебе явно не понравится, — Старк облизывает шею Питера, и парень, взвизгнув, с силой толкает его, но ничего не выходит. — Ч-что вы творите, М… Мистер Старк? — Питер до ужаса напуган и совершенно не понимает, что происходит, он снова пытается оттолкнуть Старка, но тот лишь тяжко дышит и блокирует все его попытки высвободиться, — Пустите меня! — Иногда стоит бояться своих желаний, карапуз, — Тони пытается поцеловать Паркера, но тот в оцепенении сжимает губы, снова пытаясь оттолкнуть мужчину. — Вздумал сопротивляться? — произносит Тони, с лёгкостью блокируя все удары юноши. Так страшно Питеру не было никогда. Что бы ни случилось, он всегда знал, что делать: в его голове был запасной план, а на крайний случай он мог позвонить Тони, и тот бы вытащил его из любой передряги, но то, что происходит сейчас… Парень понимает свою беспомощность, он злится на Тони и до жути боится его последующих действий. Что бы Старк ни задумал, Питер так просто не сдастся, он будет пытаться освободиться до последнего. — Не трогайте меня! Отпустите! — кричит юноша, но это лишь больше распаляет Старка. Он с лёгкостью сцепляет запястья Питера над головой, снова целует, свободной рукой придерживая его за талию, прикусывает тонкую кожу шеи, оставляя на ней кровоподтёки. Но Питер брыкается, не даётся, старается ускользнуть от прикосновений, что-то бормочет, умоляя прекратить. Тони никак не может всласть насладиться им. Старк приподнимает мальчишку, кидает на кровать, тот сразу же вскакивает с неё и мчится к двери. — Пятница, заблокируй все входы и выходы, включая окна, вентиляционные трубы и прочие дыры, через которые мой мальчик может сбежать, — командует Тони, открывая ящик прикроватной тумбочки. Питер не успевает выбежать, дверь заперта, выходов из комнаты нет. Парень судорожно соображает, пытаясь придумать план действий, но вскоре обречённо вздыхает, поняв, что он в ловушке. — И не смей беспокоить меня даже при красном коде опасности! — Есть, мистер Старк, — отчитывается Пятница. Старк быстро скидывает с себя одежду, затем достает из тумбочки наручники, которыми обычно приковывает к кровати особо извращённых шлюшек с фетишами на связывание, смазку и ещё кое-какие игрушки, которые, возможно, им сегодня понадобятся. — Карапуз, больно не будет, особенно если ты не будешь брыкаться, обещаю, — обращается к перепуганному Питеру Тони, медленно направляясь в его сторону, держа наручники в руках. — Пожалуйста, не надо, — просит тот, — Я не хочу, не нужно, прошу Вас, — Паркер явно на пределе, его голос дрожит, сам он, забившись в угол, пытается остановить слёзы, собраться с силами, чтобы дать Старку отпор. Тони нравится эта ситуация. Питер совсем уязвим перед ним, совершенно бессилен, и его беспомощность до невозможного сексуальна. Тони вплотную подходит к нему, но Паркер всё ещё пытается сопротивляться, поэтому Старк легко подхватывает парня на руки, кидает на кровать, наваливаясь. Питер всё ещё что-то бормочет, пытаясь остановить его, но Тони не слушает. Он лишь предвкушает долгожданное наслаждение, приковывая запястья мальчишки к изголовью кровати. Крепко связав Питера, он рвёт на нём футболку и на секунду замирает, любуясь. И всё же паренёк до неприличия прекрасен. Идеальное тело, сухие подкачанные мышцы, мягкая, почти бархатная кожа с привкусом карамели. Старк не знает, сошёл ли он с ума, но кожа мальчика правда сладкая на вкус, от него веет ванилью и корицей, и, если бы Тони не был так занят, раздевая парня, он бы точно продолжал наслаждаться его вкусом. — Ты и представить не можешь, как сильно я хочу трахнуть тебя, Питер, — почти рычит Тони и, словно хищник, накидывается на юношу. Он принимается целовать шею мальчишки, оставляя глубокие кровоподтёки, когда особенно больно кусает, и тут же зализывая укушенное место. Питер кричит, ёрзает, всё пытается повлиять на ситуацию, но Тони его не слышит. Ему хочется почувствовать Паркера, наконец, вдоволь насладиться его милым паучком. Старк спускается всё ниже, целует ключицу, прикусывая нежную тонкую кожу. Руками стягивает с парня штаны и до боли сжимает округлые ягодицы. Мальчик снова кричит: — Прошу вас, Мистер Старк, хватит! Остановитесь, пожалуйста. — Я не остановлюсь, я хочу тебя, так сильно хочу тебя, — рычит Старк и впивается в губы парня поцелуем, заставляя разжать челюсть. Тони испытывает почти животное удовольствие, когда он наконец проникает своим языком в его ротик, активно исследуя его. Мужчина больно кусает уже опухшие губы Питера, и те наливаются алым цветом. — Мой маленький мальчик… Он продолжает терзать Питера. Спускается к его груди, покрывая её засосами. Старк обхватывает губами его сосок, слабо прикусывает, заставляя юношу снова кричать и громко плакать. Чтобы его успокоить, Старк проводит рукой по члену, от чего паренёк выгибается и будто сам поддаётся ласке. — Нет, не надо, — просит Питер, — Пожалуйста, я никогда не… — Я знаю, малыш, и, чёрт возьми, от этого я ещё сильнее хочу тебя, — перебивает парня Тони, продолжая медленно водить рукой по его плоти. Питер вдруг весь сжался, задрожал и тихо захныкал. Из его глаз потекли слёзы, он ничего не говорил, просто приглушённо рыдал. Паркер уже не пытался высвободиться. Тони намного сильнее его. Питер сдался, сломался, ему осталось только плакать и представлять себя, где угодно, но подальше от Тони Старка, стараясь просто ничего не ощущать. Мужчина слизывает солёные слёзы Паучка, затем снова сжимает его ягодицы, тянется за тюбиком смазки, и Паркер слышит, как он открывает её. — Как ты красив, Питер, как прекрасен, невероятно. И теперь в буквальном смысле, малыш, ты весь мой, — довольно произносит Тони, выдавливая лубрикант на пальцы, — Ты так сильно сжался, что точно будет больно, но ты же потерпишь, мой сладкий. Питер чувствует, как Тони проталкивает в него сначала один, а затем второй и третий пальцы, начиная растягивать его. Старк был прав: это больно. Ужасно больно. Питер кричит, Тони говорит ему что-то, пытается успокоить, но юноша ничего не понимает. Только боль, нестерпимая боль заполняет всё его тело. — А теперь я, наконец, поимею тебя, Питти, я мечтал об этом с твоего семнадцатилетия, — произносит Тони, вытаскивая пальцы. Он приставляет головку члена к анусу парня и входит в него сразу до конца. Питер кричит ещё сильнее: — Я ненавижу вас, Мистер Старк! Ненавижу! Старк делает медленные толчки, пытаясь усмирить свой пыл. Ему хочется двигаться быстро, но он понимает, что тогда совсем порвёт своего малыша. Как только Питер успокоился, перестав плакать навзрыд, Тони стал ускоряться. Ему нравится видеть такого Питера, прикованного к кровати с растрёпанными волосами, красными опухшими губами, истерзанной шеей и грудью, усыпанной свежими засосами. Он не может оторвать взгляда от своего мальчика, который пытается не стонать и сдерживается, чтобы не закричать, когда Старк попадает по его простате. Тони наклоняется к парню, увлекая его в поцелуй, и набирает бешеный темп, буквально втрахивая Паркера в кровать. Питер возбужден. Ему нравится, когда он вот так грубо трахает его. — Мой, весь мой, только мой маленький мальчик, — бормочет мужчина, снова и снова с силой толкаясь. — Как же ты очарователен, детка! — вновь повторяет Старк, а затем проводит по члену Питера рукой в темп своим движениям, юноша тут же кончает в его руку. Тони нравится, до чего он довел своего малыша. Старк продолжает вбиваться в обессиленное тело Паркера. Он закидывает ноги парнишки себе на плечи, крепко держит их и толкается еще сильнее, но никак не может насытиться. Тони полностью выходит и резко входит в тело Паркера, двигаясь в максимально быстром темпе. Он опускает ноги мальчика и принимается снова грубо и напористо целовать его. Питер опять пытается вырваться, но от этого Старк хочет его ещё сильнее. Парень снова начинает плакать, а Тони всё продолжает вбиваться в его тело, втрахивая мальчика в матрас, пока, наконец, не кончает внутрь. Тони выходит из тела Паркера и ощущает давно забытое чувство удовлетворённости. — Прости меня, Питер, — произносит Старк, снимая с юноши наручники, — Я не мог иначе. Тони, освободив паренька, прижимает его к себе, но тот снова пытается вырваться, а потом его веки вдруг становятся до боли тяжёлыми, и он проваливается в глубокий сон.