Love after death

      В гробовом зале, как и всегда, было до мурашек тихо и спокойно. Все находящиеся здесь души спят крепким, вечным сном, не издавая ни храпа, ни тихого сопения. А может и издают, просто через плотные стены гробов их не слышно? Кто их знает. Неожиданно раздался грохот и тихое «Ой-ёй-ёй. Моя спина!». Минуту спустя, кряхтя и держась рукой за спину, из-за стелажей выполз призрак. Гробы, в которых лежат души мёртвых, единственные предметы, через которые призраки не могут пройти, не считая рук Смертей. Очень странно, но эти две пернатые кукарачи спокойно могут касаться Фосфора, что того, за всё длинное пребывания здесь, всё ещё поражает.       Выползя на середину, кряхтя себе под нос что-то невнятное, существо село на пол. Затем увалилось на спину, ложась, растягиваясь. — Нафиг это всё! Сами разберутся! — выдал неуклюжий, перекатываясь на бок. Ложиться на ушибленную спинку было плохой идеей, как и все остальные задумки Фосфора, включая соглашение помогать скеле-братьям. Только из-за лентяйства старшего жнеца фиолетовый сейчас всё ещё в сознании, а не утопает в пустоте, и должен мучаться по нескольку часов, если здесь есть вообще такое понятие. Должен разбирать списки с прибывшими, распечатывать их подробную биографию, складывать в несколько раз и клеить бумажки к нужным ящикам. Не верится, что всю эту уйму работы выполняли они одни! Тут и оравой не справиться! Задумываясь об этом, Фосфор благодарил Богов и Богинь за то, что он выполняет только половину этого дерьма. Делал бы документацию ВСЕХ прибывших — точно загнулся в первые часы.       Вот эту заГРОБНУЮ тишину прерывает протяжный гул. В центре зала расползлась дыра меж мирами, пропуская сквозь себя двое скелетов. Тут и гадать не стоит, это — те самые братья смерти. Как узналось, кроме них сюда никому не пробраться. Даже высшим силам. Своеобразное укромное местечко так сказать. — Чего разлёгся? Радикулит опять замучал? — устало улыбнувшись, усмехнулся Рип, таща за собой за шкирку спрайта. — Пока что нет. Возрадуйся. Работать буду. — поднявшись, ответило существо. Взлетел. Направился за старшим Богом. — Какое счастье! — наигранно воскликнул жнец, закрывая глаза и хватаясь свободной рукой за череп, чуть опрокидывая тот назад. — Я смогу больше времени тратить на себя-любимого! — Самовлюблённый чёрт ты, Рипер. — хмыкнул Фосфор и подал Смерти с верхней полки гроб. — Теперь понятно, почему «твоя развалинка» так холодна к тебе. — Это не она, а он. — став серьёзнее, тут же поправил его Бог. — Так ты гомосексуал?! — прикрикнул призрак с немалым удивлением в голосе, да и в глазах оно было тоже. — Не кричи ты! Не дай Бог Папс услышит! И чего ты удивляешься?! По-твоему, я не могу любить? — Нет-нет. Я не об этом! Просто слегка шокирован правдой. Ха! Кто б мог подумать что Бог смерти — гей! Скажи кому — не поверит! Ты прям смертная кара для гомофобов! Хехех!       Пока фиолетовая душа угарала над, так сказать неформальным, для некоторых, другом, сам друг с лицом «Окей. Мне на всё срать» запихал охеревающего от происходящего вокруг спрайта в ящик, захлопывая крышку. — Пока. — выкинул Рип, оставив уже не прыгающий в разные стороны под действиями бушующего умершего, гроб на призрака. Услыхав холодный голос скелета, существо перестало смеяться и глянул на улетающего к центру жнеца. — Хей. Ты на меня злишься? Прости. Не хотел тебя обидеть. — Я не обижаюсь.       Полупрозрачное существо, убрав коробку на место, полетело к Сансу и, достигнув его, виновато уставилось своими узкими глазами. — Ты обиделся. — Нет. — Да. — Будешь спорить — в коробку затолкаю. — Окей, братан. — пожал плечами призрак. — Но ты обижаешься. — Смерть в ответ лишь вздохнула. Понимая, что Фосфору «сном» угрожать бесполезно, ведь ему, мягко говоря, по барабану, он молча открыл портал, собираясь уходить. Остановил его вскрик Папайруса. Из замученого жнеца вырвался стон. Не день, а пиздец какой-то! (описание кажного дня автора в пяти словах) — Аргх! Помоги Папайрусу! — напоследок произнёс жнец и наконец-таки ушёл оставляя Фосфа и Папса наедине с призраком серийного убийцы. — Но-… *выдох* Ладно…       Смерть вышел из портала в зимнем городке своей вселенной. Сделав глубокий вздох, он положил правую руку на череп. Болезненно прошипел. Голова раскалывалась. Было такое чувство, будто по ней колотили молотком! А всё из-за сегодняшнего бешеного дня. Не пойми откуда, взялось куча умерших, да столько, что казалось что кто-то устроил теракт и вырезал половину Нью-Йорка! Они все бились, не хотели идти со скелетами. Плакали. Нашёлся и мутант наподобие Фосфора. Именно по его вине у Смерти и разболелась голова, а настроения как-будто и не было! —"Что же сегодня идёт всё через жопу?» — поднявшись на ноги с белого снега вопросил сам себя Рипер и отряхнулся от прилипших к тазу снежинок. Ещё раз, чтобы уже точно успокоиться, Рип вдохнул полной грудью воздуха, обжигаюшего своим холодом и без того ледяные рёбра Смертушки, заковылял к родному дому. — Стой! — снова остановил его кто-то своим уверенным, громким голосом, будто специально предназначенным, чтобы отдавать приказы. Санс повеновался. Медленно повернулся, бросая взгляд вверх на воительницу, что тыкнула ему в спину своим острым копьём, чуть рвя ткань балахона. — Что тебе, Андайн? — воспользовался низкорослый своими актёрскими навыками и почти полностью закрыл усталость за весёлой, привычной всем, но неповадной ему улыбкой. Открыть свои настоящие чувства, эмоции Рип смелится только при Тори или развалинке. Он им доверяет. А насчёт, например, той же Богини Войны и даже самих Высших… Доверять им опасно. Опасно быть самим Богом. Пусть со стороны кажется, что у Божеств всё отлично! Они празднуют множество праздников, бессмертные и ничто им не страшно! И это не правда. Божей жизни не угрожают только низшие, которые, в свою очередь, до ужасов и визитов Найтмера боятся тех. Смертей особенно. А между более или менее сильными владыками идёт тайная, кровопролитная война за силу друг друга. Почему тайная? Да хотя бы потому что Свыше об этой войне знать не знают и, кажется, не догадываются. Надо же, такие значимые, властные, главные в этом мире, а что творится между населением — им невдомёк. — Ты куда идёшь? — в единственном глазе Андайн блеснуло капля злости. Ну и чего её не устраивает? — Разве ты недолжен быть на работе? — Андайн, дорогая! Ты мне мама, коль так волнуешься, дабы я голодный и без зарплаты не остался? — Нет! — рыкнула она, отдёрнув руку с копьём от изрядно порваного ей же плаща Смерти. — Ты знаешь, что я терпеть не могу когда кто-то не выполняет обязанности! — И ты ради этого меня остановила? Не волнуйся за меня. Небольшой перерыв ИК. Ничего более. — Конечно же НЕТ! — отозвав своё оружие, воскликнула она. — Где Папайрус? Он хотел взять у Альфис книгу по какой-то дребезне, связанной с людьми и тому подобное-я-в-этом-не-разбираюсь. — Он в зале. — ответил Санс, заглядываясь на книгу, в данный момент пребывающую в руке собеседницы. Её богатый переплёт весело поблёскивал на свету, в основном чем и привлекал взор жнеца. Несмотря на пустоту, взгляд заинтересованых глазниц, от рыбки он долго незамеченным не оставался. — Передашь ему. — всунув книгу в руки, монотонно произнесла она. — Вау, какая бумажка! — жнец начал вертеть в её руках, внимательно разглядывая каждый драгоценный камушек и каждую извилинку узоров. Детке точно понравилось бы такое оформление обложки и принесло хоть какую-нибудь солнечную нотку в его домашнюю библиотеку. В ней много разных интересных книг — в этом Рип не сомневался. Только он из таких личностей, что очень любит обращать внимание не на название и сюжет, а больше на интересности переплёта. К счастью, судит так Рипер только книги и чайные сервизы. — Может, мне её в ломбард задать? Можно будет два месяца жить у Гриллби за барной стойкой. — Жнец, пытая свою удачу, глянул из подлобья на рыбку, азартно ухмыляясь. Та, в свою очередь, нахмурившись, сказала грозным тоном: — Только попробуй. И без тебя у меня дел по горло! Чтобы передал и без фокус- — Пабра-кадабра!       Миг, и вместо наглой рожицы Смерти, появилась не менее наглая рожица ворона. Подхватил он своими здоровенными когтищами энциклопедию «Повадки, характер и виды людей», заметьте, написанную Гастером, весело каркнул и взмыл вверх, после чего и след его простыл в могучих еловых ветвях. — Шут гороховый. Смертью ещё зовётся. Бог Плоского юмора он, а не Смерти. — заворчала Богиня Войн и, тяжело выдохнув холодный воздух из жабер (автор: рыба на суше дышит с помощью жабер…окей, почему бы и нет?), поспешила удалиться из столь прохладного места обратно в Ватерфолл, а лучше в Хотленд, пока себе те же жабры не отморозила.       — Привет, детка ~ — раздался бархатистый голосок у самого «ушка» Афтера. Холодные руки по привычке легли на талию, проскальзывая снизу вверх, к грудной клетке. Прижали. Гено вздрогнул. Лёгкий испуг от неожиданного появления с каплей удивления мелькнул в его беспокойном до этого времени зрачке. — Ты разве не должен быть на работе? — в голосе послышался страх. Страх, в который и переродился тот вышеупомянутый испуг. Гено заметно занервничал и отвёл взгляд в сторону. — А чего такое? Не ждал моего прихода? Или после раза вчерашней ночки всё ещё от меня в жар бросает? Ну, если так, то я с превеликим удовольствием готов помочь тебе с твоей проблемой ~ — так сладко и нежно запел Рип под конец, что по косточкам забегали мурашки, заставляя полумёртвого поёжиться, падая в бездну своих мыслей. В ней надолго задержаться ему не дали шаловливые пальчики, которые с радостью владельца схватились за край футболки Афтера, норовясь снять. Одноглазого как током шиндорахнуло. Приложив все силы, что у него только имеются в костях, он впился в культяпки, оторвал из от себя и пулей отскочил в сторону. — Н-н-н-не делай так! Я-я… Я не хочу! — дрожа как осиновый лист, провопил Афтер. Сделал ещё несколько шагов назад. — Детка? Что с тобой? — Рипер сделал шаг вперёд, вытягивая руку, дабы снова притянуть и заключить в объятья недобитыша. Тот, в свою очередь, по мере приближения Рипа отступал. — Что-то случилось? — Ничего! Просто… Просто не трогай меня! — Малыш. Скажи правду. Я попытаюсь помочь. — Мне не нужна помощь! — Это всё из-за прошлого раза? Я перестарался? У тебя что-то болит? Прости. Я не хотел. — Н. Нет! То есть да! То есть нет! Я не знаю! Просто не приближайся! Стой там! — полумёртвый указал пальцем на пол под ногами Бога, всё ещё двигаясь назад. Вдруг с его спиной столкнулась гладкая поверхность обклееных обоями стен, так предательски поступив с ним, оказавшись позади, тем самым сократив вдвое план к путям отступления. Душа билась, собираясь вы прыгнуть из грудной клетки вместе с ним и улететь прочь. Как можно дальше от Рипера! Всё что бы уберечь его! Чуть сползая по стене вниз, упираясь в неё, Гено пошёл вдоль неё, но и там он долго отступать не смог. Стенка лестницы встретила его с распростёртыми объятиями. — Гено. Прекращай и говори, что случилось! — не на шутку жнец разнервничался. Поставив руку справа черепа геноцидника, Рипер этим действием не позволил Афтеру сбежать. — От-тпусти меня! Смерть оскалилась. Несговорчивость развалинки начинала бесить не на шутку. Резким движением прижав полумёртвого к себе, Бог опустился на пол вжимая в него свою истеричку. Сел сверху, зафиксировал руки над головой. — Почему ты заставляешь меня применять силу? Ты же знаешь, что я не отстану. Говори. — Я никого не заставляю! Просто встань с меня! Встань и отойди! Рипер взвыл, не выдерживая. Свободная рука устремились к футболке срывая с рёбер. Афтер лишь пискнул. — Н-не надо… — Гено всхлипнул —… Не трогай его… Пожалуйста… — тихим, умоляющим голосом прохрипел полумёртвый. Из глазницы потекли слёзы от понимания того, что защитить свой плод он не в состоянии. Рипер коль захочет — глазом не моргнёт, как убьёт его. — О боже…       Жнец взялся за череп. Он не верил своим глазницам. Как вообще это могло произойти? Рип точно подозревал, что якобы может производить потомство, но не верил полностью. А сомнений, что это его ребёнок не было. Гено — неприступная стена. Больше рукопожатий он никому не позволял, кроме Смерти. — Не трогай его, пожалуйста. Я уйду. Я оставлю тебя в покое и не буду показываться на глаза. Просто не трогай его. — Гено, что за бред ты несёшь? — отойдя от шока, вопросил жнец. — Я тебя никуда не отпущу. Тебя ещё разок пометить? А то я вижу, что двух меток тебе мало для осознавания что ты мой. — Смерть слезла с возлюбленного. Села рядом и, подняв его, заключила в крепкие объятия. Успокаивающий холод окутал Афтера. — Мой и больше ничей. — Ты не против его- — Против. Он убьёт тебя. Я не хочу оставаться один. — Почему ты так в этом уверен? — А почему ты так был уверен, что я просто возьму и убью его? — Потому что ты тогда говорил…       Афтер вжался носом в плечо любви, ответно обнимая. Душа успокоилась и прекратила попытки проломить и без того раздолбаную грудную клетку тела. — Я много чего говорю. К тому же ты без боя не позволишь мне уничтожить это? — Нет, не позволю. Дам такую трёпку, что Тори и за жизнь тебя не вылечит. — произнёс Гено, поднимая взгляд на Бога, подтверждающий, что сделать геноцидник это может, и сделает, коль на то надобность будет. — И он не это, а ребёнок. Будешь так называть — тоже звиздюлей отхватишь. — Боюсь-боюсь. — усмехнулся Рип, растягивая лыбу. — Так чего ж ты, герой, сначала на защиту его не встал? Струсил, небось? — Идиот! Я растерялся! На тебя бы посмотрел, если тебя неожиданно обняли. — нахмурив брови, заворчал Афтер в своё оправдание. — Ой, да ладно тебе, детка. Признай, ты струсил. ~ — Я этого и не отрицал, идиот. — истеричка-Гено спрятался, выпустив наружу настоящего Афтера. Гордого, вредного, но настоящего. — Ты уверен что не хо- — Я же сказал, что оставлю его! Третий раз повторять не буду! Учись слушать!..

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ