Сложные отношения

В ФЭС уже начали собираться сотрудники и Рогозина собрала всех на летучку. - Это капитан Татьяна Белая из РОВД. До нас этим делом занимались они, в данный момент капитан здесь для помощи в завершении расследования этого дела. - сообщила Галина Николаевна. Где-то не подалёку Таня услышала тихое - Такая помощь себе дороже выйдет, - конечно же эта фраза принадлежала Данилову.

***

За несколько часов прибывания в конторе ФЭС, Таня не раз замечала на себе любопытные взгляды. Они принадлежали как лаборантам и стажёрам, так и сотрудникам.

Она понимала, что не смотря на интересную работу, в самом ФЭС скучновато, поэтому совсем не удивительно, что новые люди, привлекают такое внимание.

***

Суханов потребовал полной причастности Белой к следствию, поэтому Рогозина сообщила Тане, что та отправляется с Даниловым на место преступления, где и обнаружили третий труп.

Она бы с большим удовольствием поработала с Майским, как в старые добрые времена или в лаборатории с Тихоновым. Но к сожалению Майского прикрепили к другому делу и он уже уехал. Да и она не в том положении, что бы спорить, хоть с временным, но всё-таки начальством.

Таня уже переодевшись в форму ФЭС, без особого энтузиазма села в машину к Данилова и они направились в Клавдинск. Ехали молча, только Данилов изредка кидал строгие, недовольные взгляды на напарницу.

— Я тоже не испытываю большой радости от перспективы работать вместе — проговорила Белая, вздёрнув нос, не отрывая взгляда от дороги. — Что же, вы тогда не сказали об этом Рогозиной? Или вчерашний провал, вернул с небес на землю?

— Ну так, я и у вас награды за «особые заслуги» не наблюдаю. И это Вы виноваты в том, что вчера произошло. Если бы не стали высовываться, то моё дело бы уже раскрыто и я бы здесь не сидела — После этого повезло молчание. Она высказала всё или почти всё, что думает по этому поводу. А он понимал, что она отчасти права. Понимал, но не признавал, да и вряд-ли когда-либо в этом признается. Остальной путь оперативники проехали в полной тишине.

Они доехали до где было совершенно убийство или самоубийство. Местные полицейские выдвинули теорию, что у наркомана от дури поехала крыша и он решил покончить с собой.

— Ну и кто же решил, что это самоубийство? — спросила Таня осмотрев труп. — И что же не устраивает нашего «великого следователя» — спросил Данилов, почему-то на слове «великого» окинув Белую взглядом.

— Я конечно не Антонова, что бы делать такие выводы, но всё-таки. Сам посмотри, по всему телу свежие синяки и ссадины — явные следы борьбы. Так же обрати внимание на положение ножа — сказала она указав на нож зажатый в правом кулаке — он расположен лезвием вверх - это не удобное положение при нанесении ударов, если используют нож, то держат его лезвием в низ, так удары наносить проще. Да, и странный способ убийства. Наркоман может и сумасшедший, но должен осознавать какую боль он будет чувствовать умирая. Хотя, точнее, о этой ситуации скажут эксперты и Антонова — и насладившись его ступором, она добавила — Осмотрите здесь всё и отправте труп в ФЭС, а я пойду опрошу местных, может кто-то, что-то видел. — И Таня незамедлительно удались.

— Подожди! — он явно был недоволен, что девушка позволяет себе, им командовать. Она всем своим видом показала, что не намерена обращать на него внимание и оставила Степана делать «грязную работу» — Стерва — сказал он ей в след