Сбой вселенной

День выпускного старшей школы. Бан Чан проснулся пораньше, чтобы наверняка всё успеть, хотя он ужасно не выспался. Но, ели честно, парень уже и не помнит, когда в последний раз высыпался или хотя бы просто спал положенные в его возрасте восемь часов, а не максимум пять. Подготовка к экзаменам, подготовка к выпускному, подработка, ну и как же без любимого занятия — написания музыки. Хоть он встал и раньше, чем было бы необходимо, он уже опаздывал. Чан по жизни не самый везучий парень, но сегодня это его невезение просто в кубе. Сначала у него дома отключили горячую воду и душ он принять смог только через полчаса после пробуждения. За завтраком он уронил ложку под стол, а когда полез за ней ударился головой, потом он ещё и кружку разбил. Затем он около десяти минут не мог найти галстук и ещё восемь пытался его правильно надеть, так чтобы выглядело прилично, но при этом не задушить себя им. В общем, утро у Чана не задалось, и он опоздал на двадцать три минуты, за что собственно получил выговор. Надо же, в день выпускного получить замечание. Но как бы там не было, Чан уже был в школе, при параде, значит дальше всё будет хорошо. Ох, парень, рано радуешься. Пока выпускники репетировали речь, выступления и всё в этом духе, в зале помогали с подготовкой некоторые ученики, вызвавшиеся на добровольную помощь. Среди них были и Феликс с Джисоном, которые просто увидели в этом неплохой способ слинять со скучных уроков да и поглазеть на носящихся туда-сюда старшеклассников с учителями тоже было весёлым занятием. В целом, для Хан Джисона в этот день ничего не предвещало беды, у него в принципе руки из нужного места растут. Как оказалось, не сегодня. — Джисон, будь добр, отнеси эти тюбики с краской в подсобку. Только аккуратнее, несколько колпачков потерялось.- крикнул Сону, сидевший где-то под столом, учитель (не спрашивайте, что он там делал, Джисон тоже не знает). — Даа- протянул Хан и взяв те самые тюбики поплёлся в сторону сцены, где собственно и находилась подсобка, в которой уже минут пятнадцать торчал Феликс, который пошёл за шваброй. Шёл он не глядя вперёд, а залипая на суетящуюся выпускницу в короткой юбке, а почему бы и не посмотреть, если есть на, что, думал он. Также не смотря на дорогу, заучивая текст на ходу, в противоположную от подсобки сторону направлялся Чан. Шаг, два, столкновение. Джисон смотрит перед собой и видит разводы и пятна краски на белой рубашке и чёрном галстуке. Смотрит и глупо глазами хлопает и никак не поймёт, что произошло и почему все вдруг резко притихли. Чан смотрит то на рубашку, то на мальчишку перед ним. — О Боже, — только доходит до Джисона, что произошло и, что он, вероятнее всего, влип и сейчас получит, но выпускник перед ним всё также стоит и не двигается. И взгляд нечитаемый у Бан Чана, пугающего слегка старшеклассника, с вечными кругами под глазами, широкими плечами и такой красивой шеей, что Хан подметил чисто случайно, да. А Чан просто думает, что, в принципе как бы, и ожидаемо было, день-то с утра хреновый вышел. Стоит и думает нужна ли ему вообще эта церемония, лучше б дома выспался остался. И что делать теперь, отмыться уже не отмоется, запасные вещи он не брал. Тут Джисон уже не просто лихорадочно думает, он пиздецки панически пинает мысли у себя в голове и не придумывает ничего лучше, чем кинуть эти злосчастные краски на пол, прям под ноги, и начинает тереть чанову рубашку с галстуком. При этом ещё и приговаривая как под гипнозом «Джисон сейчас всё исправит, Джисон справиться ха-ха». Но судьба решила, что если на этом остановиться, то у неё останется чувство невыполненного долга. Поэтому Джисон, который так усердно пытался оттереть краску, только больше вгоняет её в ткань, попутно отрывая две пуговицы от рубашки и загадочным способом умудряется ещё и в галстуке дырку оставить. К тому же, когда тюбики на пол приземлились, краска ещё и на чёрные блестящие ботинки Чана набрызгала. Тут Чан резко хватает охреневающего от жизни Хана. Младший думает «ну вот и всё, сейчас убьёт» и зажмуривается. Но чувствует лишь как руки в положение «по швам» опускают, открывает глаза и видит прямо перед собой лицо Чана, всё ещё с нечитаемым выражением лица. Бан резко выпрямляется, обходит Джисона, проходя мимо пару раз похлопав того по плечу, как бы говор «Всё нормально…», только вот Хан ещё и продолжение надумал «Всё нормально, но теперь спи ска с открытыми глазами». Так Бан и пропал практически до самого начала церемонии, а Хан всё это время сидел в углу чуть ли не плача и постоянно накидывался на Феликса с криками мол что теперь делать то? Феликс только руками пожимал и старался не заржать. Чан вернулся в чёрной рубашке, без галстука, с расстёгнутыми тремя верхними пуговицами, растрёпанными волосами и весь запыхавшийся. За такое зрелище Джисону чуть ли руку не пожимали все девушки, что там были, да и не только девушки. Если честно, Джисон и сам залип на пару минут, стараясь никак не выдавать своего присутствия. И только когда Чан поднялся на сцену заметил, что с обувью он так ничего и не сделал, от чего Хан снова вспыхнул от стыда и не знал, куда себя деть. После официальной церемонии, Сон всё-таки собрал себя и остатки своей нервной системы и подошёл к Чану. Извинился, вроде, переживал так, что толком ничего и не помнит. Но Феликс сказал, что со стороны всё выглядело неплохо, Чан даже посмеялся. Вот такой запоминающийся и косячный выпускной был у Бан Чана, так он и запомнил этого паренька, милого и на белку чем-то смахивает