calm down

[VIERNES]

Ты дома? 18:23

- Можно я тебя больно ударю,- прохныкал Лукас, шагая слегка позади вечно куда-то спешащей Джоаны. - Нельзя. У меня привычка давать сдачи,- не отрывая взгляда от экрана, монотонно ответила она.- А что такое? - Ты опять ей пишешь. - Неправда. - Я вижу вообще-то, что это она,- серьезно произнес он, рывками ускоряя шаг, чтобы хотя бы пытаться идти с ней наравне. - А я вообще-то,- выделяя последнее слово, передразнила фиолетоволосая,- пишу, чтобы узнать, где она. Ты же сам сказал, что в семь за нами заедут. - Болото. И ты знаешь насколько глубоко в нем? Вот на столько,- он внезапно остановился, резко впечатав ребро ладони в подбородок. Брюнетка же встала в метрах двух от него, глядя на все это выступление со льдом во взгляде.- Ты скоро задохнешься, и не говори, что я не предупреждал тебя. - М-м, болото, мое болото,- опять же язвя, девушка покачала головой как китайский болванчик и вновь резко стартанула, набирая обычную скорость. Скорость света, как говорит шатен.- Только в этом болоте я – Шрек. А ты – Осел, который сегодня ни с чего проебался ко мне. - Но тем не менее, мы все ещё лучшие друзья. - Да господи...       да, дома у вас дома, в смысле ну ты поняла, короче блять       18:25 Игнорируя привычные слова о том, насколько она невыносима, брюнетка напечатала ответ практически сразу же.

Там в холодильнике лазанья. Советую поужинать перед тем, как поедем 18:26

      та самая?)       18:26 - Джоана, ты меня опять не слышишь,- все-таки догнав ее, не совсем осторожно Лукас положил ладонь на запястье девушки, отчего та зашипела, будто облитая кислотой.- Прости, пожалуйста, я случайно. - А надо? Потому что, чем дольше мы идем, тем сильнее я понимаю Ван Гога – пересиливаю в себе желание отрезать ухо и подарить тебе. Рубио остановил ее, чтобы заглянуть в черные раздраженные глаза, в которых виделось полнейшее игнорирование боли. И какой именно – то ли физической, то ли моральной – ещё и не известно. - Джо,- он тяжело вздохнул, сдаваясь.- Я беспокоюсь о тебе. Ты снова слепо шагаешь навстречу чувствам, не видя граблей под ногами. Пизданет ведь, опять подыхать же будешь. - Лу, да даже если и пизданет, то в этом будет абсолютно только моя вина. Понимаешь? - А оно пизданет, судя по всему,- поджав губы, не без досады покачал головой парень. - Ещё как,- согласилась брюнетка.- Потому что мне уже херово, ну, а что будет дальше – никто не знает. - Ну, знаешь, был бы я на ее месте, я бы выбрал тебя,- он успокаивающе положил ладонь на ее плечо.- Но я гей, и тебе это ничем не поможет. - Ты что, она же на-ту-рал-ка,- не самой веселой улыбкой улыбнулась девушка, и они не таким быстрым шагом, чем ранее, выдвинулись в сторону дома тетушки Лауры. - Мне уже так не кажется,- задумчиво произнес он. - Ты догадался включить свой радар? Места нашел? - Ох, если бы... Да, если бы парень все-таки нашел места куда воткнуть свой радар, его бы личная жизнь, может, оказалась бы куда проще. Но, на самом деле, шатен просто сложил в своей голове пазл, картину которого портит недостача одной и присутствие другой детали, из другого пазла, пусть она и идеально встала. На этой неделе они часто зависали вчетвером в гостиной дома тетушки. И сложно было сказать, что Крис состоит в отношениях с Рубеном, а не с Джоаной. Все это время Лукаса не покидало чувство, что между ними что-то да есть. Все эти якобы случайные прикосновения, улыбки и взгляды, шутки, понятные только им обеим, со стороны явно дают понять, что все это не просто так. Только вот никто понять из девушек этого не может. У Крис при виде Джоаны глаза голубые искриться начинают, и это уже, кажется, заметил каждый, кто с ней хорошо знаком. Только вот мисс натуралка продолжает отнекиваться, глядя в черные глаза напротив, отчего их обладательница тихо сходит с ума, улыбаясь все реже. Ее когда-нибудь доведут до черты невозврата, и фиолетоволосая прекрасно это понимает, продолжая видеться с ней. Больно, пусть и эта боль делает приятно, когда блондинка только ей улыбается. Даже, если у них ничего и не выйдет, Джо запомнит ее, как самый сильный приход. Она будет ее последним хэдшотом. И даже если у них не будет хэппи-энда – похер, ведь Крис останется в памяти той, кто заставил ее внутренний мир взлететь на воздух однажды. По своему обычаю Джоана тихо проскальзывает домой, словно привидение, и кажется, ей вновь подвернулся удачный случай напугать бедную Крис. Обычное баловство переросло в нечто большее – шуточное сорвнование по количеству истрачаных нервных клеток друг друга при испуге. И у Бианчи, которая в детстве любила смотреть мультики про ниндзя, огромное преимущество, благодаря своему умению быть бесшумной. Она и научила Рубио этому, за что он ей благодарен. Коварная, но едва живая полуулыбка сама появляется на лице, стоит в гостиной ей заметить светлую макушку, обладательница которой сидит на диване, втыкая куда-то. Брюнетка, установив цель, жестами просит Лукаса быть как можно тише и тихо движется ей навстречу. - Помидорка,- приблизившись максимально близко к ее уху, шепотом зовет Акоста. Блондинка же от неожиданности начала материться разными интересными фразочками, всуе даже упомянула пятую точку Иисуса, с перепугу чуть не отдав свою душу вышеуказанному. Наблюдая за сие представлением, Бианчи вяло улыбнулась, пока Лукас чуть ли не рвет себя на части от смеха. Ему и вправду больно. - Ты опять людей пугаешь?- послышался нежный, добрый женский голос со спины. Из спальни к ним вышла тетушка Лаура, ярко улыбаясь, и в знак приветствия поцеловала не только Джоану, но и Лукаса в макушку. Ведь даже спустя столько лет, они все ещё для нее все те же любимые дети, что и ранее. - Кушать хотите, мои хорошие?- сложив ладони вместе, мило спросила она. Уже не дети дружно закивали темными макушками в знак согласия.- Сейчас я вам подогрею. - Тетя Лаура,- тихо произнесла брюнетка, отчего Крис едва смутилась, с почти незаметным беспокойством глядя на нее.- Где у нас эластичный бинт? - Все хорошо?- засуетилась женщина.- Солнце мое, сейчас принесу. Он на кухне. - Не беспокойся, я сама возьму,- Джоана успокаивающе положила холодную ладонь на ее плечо.- Пойдем. Как только они ушли, Лукас, кряхтя, присел в кресло и положил ладонь на живот. По всей видимости, который у него явно болит. - Лукас, все в порядке?- настороженно поинтересовалась блондинка, пододвинувшись на край дивана. - А? Да... Да, все хорошо. Но Крис все же ему не поверила, изучая гримасу боли, исказившую его лицо. - Точно? Я же вижу, что что-то произошло. - Мы подрались, окей?- резко ответил он, заставив Сото вжаться в диван обратно. Как только Крис почему-то задумалась о том, что они, возможно, могли подраться друг с другом, в комнату вернулась Джоана с бинтом и пакетом замороженных овощей в руках. - Приложи,- она кинула пакет на колени Рубио и уселась рядом с блондинкой. Вариант, что это Джоана вмазала ему почему-то сразу же отпал. - А ты? Тебе тоже надо, я видел. - Что ты видел?- разматывая бинт, грубо спросила она. - Не начинай. Видел, с каким выражением лица ты снимала обувь. И только попробуй мне сказать, что у тебя не болит бок. - Не болит,- будто кидая вызов, который читается в ее холодном взгляде, Бианчи начала наматывать бинт на правое запястье. - Позволь мне,- заметив, что у нее это не получается от слова совсем, Крис предложила ей свою помощь. И Джо даже не отказалась, продолжив сраться с Рубио. Холод ее рук Кристина ощутила сразу же, как только тыльная сторона ладони легла на ткань штанов чуть выше колена. Отчего по спине невольно пробежали мурашки, заставив блондинку нехило напрячься – лишь бы Джоана ничего не заметила. Но той все равно, она не замечает присутствия Крис вообще. Будто ее и нет вовсе. А у Кристины чувство смешанное в груди распаляется – то ли обиды, то ли смятения. А, может, вообще она переживает за нее вовсе. Да, ее мучает беспокойство, определенно. Как бы не хотелось отпускать ее холодной руки, дабы греть ее, заражаясь холодом брюнетки, Кристина заканчивает довольно быстро. Видать, не зря ее отец, чья рабочая специальность хирург-травматолог, с детства учил подробным мелочам. Крис, безусловно до сих пор ненавидит его за несчастное детство, да и не только, но сейчас она даже в какой-то степени благодарна ему за это. Ведь у нее похоже все друзья долбоебы, которых вечно нужно обрабатывать и бинтовать. Не считая Джоаны, если учитывать, каким тупым образом они получали эти травмы. Как только в гостиную возвращается тетя Лаура с двумя свежеразогретыми порциями лазаньи, в комнате воцаряется гробовая тишина, давящая со всех сторон. В следствии чего, поужинав, Джоана исчезает в своей комнате, забив на недовольные пилящие взгляды Рубио. А Кристине неймется спокойно сидеть, когда кажется, что желание присутствовать здесь ушло вместе с Джоаной. Лукас определенно не настроен любезничать, а Рубену абсолютно все равно – он у себя в комнате играет по сети, Крис лишь мешается. Теперь кажется, что и в гостиной она никому не сдалась, и от этого девушка решается пойти туда, где ей точно не откажут. Голубоглазая стучит три раза по темному дереву двери, затем, несмело повернув ручку, она заглядывает за нее. Сразу же чувствуется запах дыма сигарет, а затем и облегчение, когда Джоана, оторвав свой темный и пронзительный взгляд от тетради на коленях, уставшей от жизни полуулыбкой приглашает ее войти. Эта комната совсем другая, не похожа на квартиру над баром. Будто чего-то не хватает здесь. Каких-то мелочей, наподобие бумажек с записками, прикрепленных к стене, ее кактусов или книг. Нет чувства, что здесь живет ее душа. Но на столе стоит странная коробка с какими-то мелочами, записками, пачками сигарет и ирисками. - Можно одну?- несмело спрашивает она, изучая коробку только взглядом. Выдыхая носом дым, Джоана же вновь отрывает взгляд от тетради, в которой что-то увлеченно пишет, и вытягивает правый наушник, вопросительно глядя на нее. - Ириску?- безэмоционально уточнила она, подперев спиной стену за собой, отчего Крис уже успела передумать раз семьсот.- Да, конечно, возьми, мне не жалко. Висящий наушник привлекает внимание. Будто назло болтается, заставляя любопытство блондинки пробудиться и дружелюбно начать качать хвостиком. Крис, шустро распечатав конфетку и засунув за щеку, присаживается рядом на кровать, слева от нее к самой стенке, и взглядом интересуется на счет наушника: мол, можно ли? У Джоаны музыка странная, но приятная, с этим трудно поспорить. Джоана, не отвлекаясь, протягивает ей сигарету из левой руки, будто так и должно быть, словно у них своя идиллия. Хотя, в каком-то плане так и есть, думается Кристине, когда она затянувшись, прикрывает глаза и вслушивается в текст песни в наушнике, положив голову ей на плечо. Потому что она так может.

I might just go psycho Too many drunk white hoes Said I won't, but I might though Walking on the tight rope Might do it just in spite though Backwoods got my eyes low I might just go psycho...

- Ты в порядке?- почему-то вырывается, когда блондинка в очередной раз затягивается табачным дымом, предварительно стряхнув пепел в железную крышечку от банки между ними. - А кажется, что нет?- тихо интересуется она, что-то зачеркивая в тетради. - Мне – да. - Тогда не в порядке. - Почему? - В личной жизни не везет. Да и не только мне,- она, хмурясь, потерла забинтованное запястье и сразу же принялась дальше что-то писать. Крис же невольно заглянула в тетрадь, усмиряя свой интерес:

I'm way more than you can wrap your mind around, I'm A rock star, most days And I can be a porn one if you ask for it If I feel like it I can be the worst and never leave my bed

Ни одной песни девушке это не напомнило. Пока та не сообразила, что это ее песня. Как и та, что она исполняла в пятницу. Отчего Крис хотелось с размаху дать себе огромную затрещину в награду за свою тупость. Ведь она не сообразила, что автором ее была Джо. - Что случилось? Это как-то касается этого?- она взглядом намекнула на запястье. Джоана шумно выдохнула и отложила ручку. Собравшись с мыслями, брюнетка выдала резким голосом: - Гомофобия. Как же меня заебало это слово. - Надеюсь, они получили по заслугам. - Я тоже. И в комнате воцарилась тишина. Не мертвая, нет. Та, понимающая, которой заменяют ненужные, пустые слова. Превращая табак в дым, Кристина докуривает медленно, задумавшись, что идеи для песен Джоана не спроста берет. А что, если они не только часть ее души, но и жизни? Тогда та песня была просто возможным посланием, криком в пустоту, ведь адресат не услышит ее. А если и услышал, то вряд ли понял, что не безразличен. И не понял ведь. Кристина, глянув в крышку, убивает миллиметры остатков табака в сигарете об железо и прикрывает глаза вновь. Кажется, она устала. Безумно. Ну, а само безумие приходит следующим чередом, когда расслабившись, она обнаруживает ребром ладони едва знакомый холод руки брюнетки. Случайно, но все же так приятно. Закусив щеку изнутри, Крис не сдерживается и переплетает ее мизинец со своим, пусть густо краснея от этого. А в груди чувство, будто нечто важное сейчас произошло. Что перевернуло ее с ног на голову и обратно пару раз. - Рука сильно болит?- спустя пару минут искренне интересуется Сото, пусть и тихо. - Уже не так,- на выдохе произносит она. А по голосу кажется, что улыбается, похоже. Хотя на самом деле это ком из боли в горле, перемешанный с чувством какого-то возвышения, секундной безумной радости. А ведь болит уже не рука вовсе. Пока Крис не видит, она до боли кусает губы, думая, что это всего-навсего мимолетная слабость, которая не закончится ничем хорошим. Нечто было уже похожее однажды. Только вот, как оказалось, ее всего-навсего пожалели тогда, хотя никто и не просил. Ее бы обнять крепко, укутать в нежные объятия, как ребенка, и, гладя по темной макушке, сказать, что все будет хорошо, даже если это не так. У Джо взгляд потухший, тусклый такой и иногда даже колкий, стоит пропасть Крис из поля зрения. И она ненавидит себя за это. Навидит за случайную пропажу себя в омуте голубых глаз. Нет, это, скорее, было хищение. Кристине бы статью дали, только вот орган все еще внутри брюнетки кое-как бьется, насильно заставляя не остыть окончательно. Ничем хорошим ей это не кажется. Потому что слишком много дерьма она пережила и знает, что это такое. Девушка, замерев рассеянно глядит перед собой и наворачиваются слезы. Ведь она не заслужила этого. Она не хотела. Когда подолгу смотрела на нее, считая взглядом родинки, пока та писала литературу за ее столом, не думала, что это так обернется. Джоана замечала все, пусть это таковым не казалось. Кристина – сгусток различных эмоций, а ее мимика просто безупречна, отчего при каждой встрече Джо чуть ли не впадала в экстаз, имея привычку наблюдать. Она любит людей, мимику, жесты, какие-то невербальные навыки общения, но ненавидит, что у них внутри. Ей все равно, какие у них проблемы, дела, родственники, работа или что-то еще. Но Крис ее личное исключение из правила, ведь она любит поговорить, а Джо, как оказалось, слушать. Но Крис не сильно любит говорить в одну сторону, отчего и Джоане пришлось кое-что рассказывать, скрипя старыми затворами души, раскрываясь. Ведь она вправду интересуется, как у нее дела, и даже заботится, от чего брюнетка совершенно отвыкла. Крис и Рубен стали чаще ругаться, отчего Джоане хочется исчезнуть из жизни временами намного быстрее, ведь кажется, что причина именно в ней. Она не хотела быть помехой. Не хотела рушить пару, у которой все было так хорошо, что парень познакомил свою девушку с родителями. Не хотела, чтобы было так, как есть. Ведь мечтать, что Крис бросит Рубена ради нее – глупо на самом-то деле. А тем более, что тот все спокойно поймет и не будет лезть уже не в свое дело, думая, что это все не мести ради, – еще глупее. Отчего захотелось истерично засмеяться сквозь стоящие в глазах ужасно щиплющие слезы. Больно. Больно и глупо. Пиздецки глупо. Джоана поднимается с кровати резко, заставив невиновную блондинку непонимающе хлопать глазами, и шатающимся шагом идет к открытому окну. Желание выйти в него с глупой клоунской улыбкой не покидает ее, но она держится не только духовно, но и за подоконник, думая, что она сейчас навернется в обморок. То ли от боли физической, то ли моральной, потому что умело довела себя в обоих случаях. Подрагивающейся ладонью она тянется к пачке рядом с рукой и как только собирается ее открыть, слеза все-таки капает на нее, когда казалось, что Джоана смогла, вновь перетерпела и пошла дальше. И это все. Последняя черта, за которой истерика. Вторая вслед катится по ее щеке незаметно, пока Джо прикуривает, глубоко затягиваясь, будто поможет. Но делает только хуже, когда к ее спине осторожно прикасается горячая по ее меркам ладонь, как раз между лопаток. Джоана, опустив голову, жмурится сильно, что аж искры перед глазами, лишь бы Крис не видела. Берет себя в руки лишь ради нее. Пока Бианчи собирается с мыслями, прячась за своими цветными волосами, Крис смелеет, обняв ту со спины. Джо плохо, и блондинка не знает, есть ли в этом ее вина. Хах, знала бы она. Знала бы она, что делает сейчас еще хуже, может, было бы все иначе. Ее бы вообще не было бы здесь, для начала. Потому что от одних ее прикосновений на коже будто ожоги, а теперь она ее обнимает. Забавно, правда? Сейчас сожгут еще одну ведьму. В руках Крис брюнетка начинает дрожать, как осиновый лист, выпрямившись. Затем затяжка и вся та же маска. - Я в порядке,- одними губами произносит брюнетка, не веря самой себе. Кристина же отпускать ее даже не собирается. Ибо ей это не нужно. Она хочет так и дальше стоять, обнимая ее со спины, крепко и нежно, как умеет только она. Джоана бы тоже хотела. Вообще. Всегда. - Я,- Джо несвойственно ей запинается, говоря уже чуть громче, почти шепотом,- я в порядке. - У-гум,- мычит куда-то в спину она, не веря. - Просто... фильм грустный вспомнила. - Там, где пес в конце сдох?- бубнит Крис в темную Джоанину толстовку, все так же крепко держа ее. - Там, где пес в конце сдох, да,- усмехается она. И больше слова не упало. Они стояли молча, замерев, пока через одну сигарету, заметив знакомую машину в окне, Джоанна хрипло не произнесла: - Пойдем, за нами приехали. Кстати, сегодня твоя очередь тащить меня домой, готовься.