Вишневый след на твоих губах

Я хочу играть, смеяться, ссориться, а потом мириться в постели. Я хочу мечтать, расти, путешествовать, но всегда возвращаться в те же самые стены, к тому же самому человеку. Я хочу слышать, как смеются мои дети. Я хочу играть в салки на только что подстриженной лужайке, и чтобы дымок от мяса тянулся от барбекю на заднем дворе. Я хочу ложиться спать счастливым и просыпаться еще более счастливым.

©Сара Джио

      Сегодняшний день не предвещал ничего не обычного и говорил лишь о том, что наступил ещё один выходной и альфе не нужно идти на работу, поэтому Чонгук позаботился о том, что желательно бы свозить своего малыша на природу и устроить пикник, ведь чистый воздух сейчас был очень полезен для Тэ.       — Малыш, просыпайся. Папочка приготовил тебе кое-какой сюрприз, — альфа расцеловывает личико своего мужа и пытается стянуть с него одеялко, которое он натянул на себя и держал изящными пальчиками       — Я сплю. Не забывай, что скоро я это сделать не скоро смогу… — Тэ хмурится и продолжает свой сон, пока ребенок не начал пинаться       — Ну-ка, сынок, разбуди своего папу Тэхена, раз мне это не по силам, — альфа ласково целует животик омеги, поглаживая рукой, на что малыш начинает шевелиться, явно просыпаясь от ласк отца       — Чон Чонгук, ащщщ… Ты его разбудил, теперь начнет утренние удары на раздачу… Живёт во мне, ещё и буянит.       Тэхен бурчит себе под нос, пытаясь встать с кровати, на что ему помогает Чонгук. Омега доходит до душа, снимая с себя одежду и заходит под теплые струи воды, проглаживая ладонями свой животик и, начиная мыть волосы, что по мнению омеги должны всегда быть шелковистыми и хорошо пахнуть.       После душа омега одевает удобные леггинсы и большую футболку, направляясь в сторону комнаты, когда он заходит, то обнаруживает Чонгука, который также прихорашивался перед зеркалом омеги, на что он стремительно поспешил занять свое зеркало и стульчик, сместив Чонгука.       — Теперь занято, папочка. Нужно ждать в очереди, — Тэ ехидно прищурил глазки, но увидев обиженное лицо альфы, приподнялся со стула, расчёсывая волосы альфы и целуя его в носик       — Не обижайся, ты очень красивый…— Тэ ластится к мужу ближе, обнимая его и, пытаясь сделать так, чтобы он перестал обижаться       — Малыш… Если бы не твоя беременность, я бы давно отшлепал тебя за такое наглое поведение… Ладно. Собирайся и мы поедим, я покажу тебе сюрприз       Тэхен задумывается о чем-то, а затем чувствует резкую боль внизу живота, отчего начинает тяжело дышать, кусая нижнюю губу       — Чонгук, кажется я сам сейчас сделаю тебе сюрприз… точнее рожууууууу, — омега запищал, начиная хныкать и, уцепился ручками за край своей футболки, сжимая ее       Альфа безусловно испугался, затем подхватил омегу на руки и понес в сторону машины, нежно покрывая личико омеги поцелуями, чтобы успокоить. Чонгук посадил омегу в машину, а затем сел за руль, направляясь в быстром темпе в больницу, пока омега кричал и рыдал, царапая коготками обивку сиденья, сжимая ее.       Когда альфа наконец-то подъехал к больнице, то непременно взял на руки омегу, направляясь в сторону входа, где его встретили врачи и медсестры, что начали забирать Тэ в родильное отделение       — Чонгук, я боюсь… Я не хочу. Мне страшно… — Тэ протягивал ладони в сторону альфы, хныкая и цепляясь за его футболку, так как находился в стрессе и страхе       — Малыш, тише… Ты ведь помнишь о чем мы говорили? Ребенок всего лишь хочет родиться, не бойся. Скоро все пройдет и у нас будет малыш, но сначала тебе нужно постараться, чтобы наше солнышко оказалось у нас на руках. Хорошо? Это не страшно, Тэ. Слушайся врачей и все будет нормально…       Омегу увозят в родильное отделение, в котором переодевают в удобную медицинскую рубашку и закидывают его ножки на удерживающие подставки, чтобы не сводил от боли и давал малышу родиться. Альфа остался за дверью, пытаясь что-то разглядеть и услышать сквозь маленькое окошко. Тэхен сам пожелал, чтобы Чонгук подождал его снаружи, ведь не хотел быть перед ним в не очень лицеприятном виде. Альфа пытался уговорить его, ведь безумно хотел быть рядом и поддерживать омегу в такой момент. На что Тэ все равно отказался, ссылаясь на то, что будет ещё больше нервничать и переживать и ему будет тяжело сконцентрироваться на родах.       — Тэхен, тебе нужно постараться, давай… Я понимаю, что ребенок крупный, но… Так, начинается схватка, вдох и давай, солнце, ещё не много… — Акушер обращается к омеге, давая указания и требуя от него больших действий, чтобы малыш поскорее родился и не задохнулся внутри от нехватки кислорода       — Нет, я не могу… Не хочу… больно, — Тэхен хнычет от боли, сжимая ладонями обивку кушетки и дрожит, ведь было безумно тяжело рожать       — Надо… Ещё не много. Постарайся, иначе нам придется прибегать к другим мерам, чтобы достать твоего сына       Омега тяжело дышит, стараясь следовать указаниям врача, но в большей степени он кричит и рыдает, отчего Чонгук не может найти себе место за дверью, до посинения сжимая свои ладони в кулаки. Альфу беспокоит ситуация, он безумно боится за сына и мужа и не знает, как им помочь. Через время вновь раздается визг омеги, а затем и плачь ребенка, отчего Чонгук прилипает к окну родильного отделения, желая рассмотреть, что там происходит. Врачи уносят малыша на взвешивание и измерение, а также избавляют от пуповины, заворачивая крупного кроху в пелёнку, на что он продолжал плакать. Омегу приводят в порядок, переодевая в рубашку, что не была испачкана кровью и перестилают под ним простынь, чтобы молодому папе было уютно. Врач выходит из родильного отделения, сообщая отцу приятную новость.       — Поздравляю, у вас родился малыш. Вес 3900, рост 52 сантиметра. Ваш муж настоящий герой, родил такого крупного малыша.       Альфа безумно рад, что старается сдерживать слезы счастья. Он желает пройти к мужу, поцеловать его и посмотреть на ребенка. Чонгук проходит в отделение, подходя к мужу, что держал маленького мальчика на руках, нежно целуя его в носик       — Чонгуки, смотри какой он хороший… На тебя похож, — омега безумно рад и счастлив рождению своего зайчика, отчего даже не много всхлипывает, отдаваясь чувствам радости       — Я вижу, солнышко… Ты молодец. Спасибо тебе за сына. Ты подарил мне такое крохотное, но великое счастье, малыш. Я безумно люблю тебя, — Чонгук нежно целует своего омегу, а затем и сына, что отзывается писком, открывая свои сонные глазки и внимательно начиная рассматривать своего отца.       Тэхен хихикает, подмечая, что их сын достаточно милый, но вредный альфа, возможно с возрастом это пройдет и он станет настоящим, сильным мужчиной, что будет радовать своих родителей. А сейчас, Чонгук готов потыкать вредностям обоих своих малышей, что безумно дороги и важны ему, как никто и никогда не был важен.       Альфа проводит оставшуюся ночь в палате своего омеги, чтобы поддержать его после родов и целует ночью такое родное и сонное личико мужа, который сделал Чонгука самым счастливым на свете, ведь теперь у них есть настоящая семья, в которой есть результат и плод их совместной любви, который сейчас лежит в кроватке рядом с кроватью своих родителей и спокойно спит, лишь иногда прирываясь, чтобы удостовериться, что родители рядом и они никуда не ушли. В такие моменты, когда малыш требовал внимания и ласки, начиная хныкать, Чонгук осторожно вставал с кровати и нежно поглаживал его кончиками пальцев по щеке, отчего он причмокивал сонно губками и начинал засыпать вновь, а альфа возвращался к любимому омеге, прижимая его хрупкое тельце ближе к себе.       Чонгук практически не спит эту ночь, лишь рассматривает спокойное и милое лицо своего мужа, понимая, что тот стал для него настоящим счастьем, отчего в сердце зарождалась надежда на счастливое и светлое будущее, в котором их малыш встанет на ножки и неуверенно сделает свои первые шаги, скажет первое слово, перейдет один порог жизни, отправляясь в школу и так далее, пока не станет прекрасным и сильным альфой, похожим на когда-то своего молодого отца, что отчаянно и упорно ждал своего маленького омегу, который ещё не знал, что принадлежит лишь одному единственному мужчине, который всячески отгонял от объекта своей любви нежелательных альф и в тишине бредил своим любимым, невинным мальчиком.