Фея Весны

      Следующим утром я, оставив Лейлу и Пифф на попечение Флёр и мадам Офелии, отправились к Люциану.        — Завещание? Ты серьёзно? — воскликнул эльф, чуть не упав со своего кресла. Видимо, новость, с которой я пришла, его немного шокировала.        — Да, Люц, я серьёзно, — вздохнула я, усаживаясь на своё место.        — Да ты с ума сошла! Девушки в двадцать один год не должны думать о завещаниях! — Люциан покачал головой.        — Я знаю, — тихо сказала я, кладя тяжёлую от раздумий голову на руки. — Но мне скорее всего предстоит заварушка в разы опаснее, чем пережитое полгода назад. Я не собираюсь умирать, но, сам знаешь, случиться может всякое. Особенно когда в деле замешан Тёмный Феникс.       Я рассказала Люциану о событиях вчерашнего дня.       После того как бессознательную Лейлу продиагностировали, влили в неё необходимые зелья и переодели, у нас состоялся серьёзный разговор с Фарагондой, которой, сюрприз, не понравилось то, что мы не рассказали ей о нападении. Хвала Палладиуму, который на все претензии женщины напомнил про суверенитет Поселения Пикси. И если его глава, Нинфея, не сочла нужным просвещать Фарагонду, то глупо обвинять в этом студентку. За это я готова была расцеловать наставника.        — И почему ты решила, что тебе придётся лезть в пасть к Фениксу? — голос Люциана вернул меня в реальность. Это он хорошо, а то меня мысли начали непонятно куда заводить.        — Потому что каждый раз, когда мы с Фарой цапаемся, меня заносит в самую задницу Вселенной, — мрачно сказала я.        — Чёрт, и не поспоришь, — хмыкнул Люц, нервно приводя в порядок канцелярию, разбросанную по столу.        — Пойми, что я не собираюсь умирать, — повторила я со всей серьёзностью, заглядывая эльфу в глаза. — Но последний год я часто ходила по краю. Если ты регулярно подвергаешь свою жизнь опасности, то рано или поздно Госпожа Смерть пригласит тебя на рандеву.        — Страшно, что ты права, — мужчина покачал головой. — Оформлять будем по стандартной процедуре?        — Именно, — кивнула я. — Если обнаружится моё тело, то пусть сразу пилят моё имущество. В противном случае выжидай все положенные сроки: меня вполне может на пару лет занести в какую-нибудь библиотеку, где я потеряю счёт времени.        — Это в какую, например? — хмыкнул Люциан.        — К Хермеусу Море, — пожала плечами я. — Или рано или поздно старушка Фара меня доканает, и я рвану в Несметные Царства Удовольствий — предаваться пьянству и разврату.        — И откуда ты узнала про план Обливиона Сангвина? — поинтересовался Люц.        — Читаю много, — с улыбкой сказала я, вспоминая горы книг, прочитанных в Сиродиле.        — При встрече выскажу Палладиуму, чтобы не таскал тебя с собой. Тамриэль на тебя плохо влияет, — покачал головой эльф.        — Эй! — возмутилась я. — Да за мной даже ни одного пьяного дебоша в таверне! Не смей меня осуждать!       Люц на это только закатил глаза, и мы приступили к переписи моего имущества, которого оказалось не то чтобы много, но достаточно. Я разделила всё между Блум, Пией, Ривеном, Люцианом и Палладиумом.        — Твой эльф тебя или убьёт, или посадит на цепь рядом с собой, — хмыкнул поверенный, когда мы закончили с бумагами.        — Он не мой, — смутилась я, склоняясь над столом, чтобы дёрнуть друга за длинную прядь, украшенную бусинами. Люц на это лишь покачал головой и закатил глаза. Вот мало его по шее били…       Я планировала съездить и присмотреть полки с чарами расширения в лабораторию, но меня отвлекло сообщение. Нам решили сегодня поставить вводную лекцию по магфилософии, хотя преподавателя в школе ещё не было. Хорошо ещё, что у меня была читерская, как говорит Текна, способность — звонок наставнику, от которого я узнала, что Фарагонде не очень понравилось, что большая часть учеников не понимала смысла предмета. Поэтому Уизгис согласился провести вводное занятие, чтобы к приезду профессора Авалона мы имели хотя бы смутное представление, чему нас будут учить.       Лично для меня магфилософия — это что-то из умений воинов Светлого Камня, которые совмещали боевую магию и медитации. Многие специалисты проходили стажировку в монастыре, но не я. Из-за пола и неспособности к боевой магии. Да оно и к лучшему… после такой стажировки Гелию перекрыло, и он бросил учёбу, решив посвятить жизнь медитации и живописи.       На лекцию я успела только потому, что беззастенчиво телепортировалась прямо к воротам школы. И даже успела занять место на первой парте, как раз между Пией и сонной Блум.        — Ты где была? — шепнула мне фея Луны.        — Дела, — я неопределённо пожала плечами, доставая тетрадь для заметок.       Лекция оказалась, на удивление, интересной. О балансе сил Добра и Зла, на который почти невозможно повлиять извне.        — У меня вопрос, профессор, — я подняла руку.        — Слушаю вас, Персефона, — Уизгис внимательно оглядел меня.        — Насколько корректно говорить о силах как о Светлых или Тёмных? Я слышала теорию, что сила — это как инструмент, к примеру нож. Ножом можно резать овощи, а можно людей. Но инструмент же не становится от этого злым или тёмным, — сказала я. Такая теория действительно была в ходу, правда в Тамриэле, но мы об этом никому не скажем.        — Вы совершенно правы, — закивал профессор. — Говоря про Добро и Зло, мы подразумеваем не столько магическую силу, сколько намерение совершить тот или иной поступок. Это намерение тоже несёт энергетическую составляющую.       Вот как. Что же, это логично. А то пространные рассуждения Фарагонды на ту же тему меня стали порядком утомлять и раздражать. Если ты не добрый, значит, ты злой. И никаких полутонов.        — Профессор, может ли это правило баланса означать, что пока сильна образная «команда света», — Пия стрельнула глазками в сторону задремавшей Блум. — То враги будут генерироваться до бесконечности? Как монстры в какой-нибудь видеоигре…        — Если говорить грубо, то да, — ответил Уизгис.       Блеск. То есть Фарагонда сделала всё, чтобы по законам мироздания Феникс дал о себе знать? А если это будет как спираль? С появлением каждого нового врага нужно будет стать сильнее, и после победы появятся враги ещё могущественнее… Хотя кто может быть могущественнее Феникса? Сам Великий Дракон?       Я хочу обратно в Тамриэль… закрыться бы в особняке да варить зелья пару лет, забив на всё вокруг. Не жизнь, а мечта.       После внеплановой пары я зашла к Луме. Девушка отложила все заказы, чтобы сшить нормальную постель для Пифф, которой мадам Офелия выделила небольшую больничную подушку.       Сама фея Дизайна в медпункт идти отказалась, не желая превращать палату в проходной двор. Да и заказы к Луме полились рекой: пока валялась в госпитале, девушка успела перезнакомиться с кучей людей и прорекламировать свои услуги. Ей вызвалась помочь Мирта, которая с детства шила одежду для себя и своей старой подруги Люси.       Зайдя в больничное крыло, я немного удивилась: видимо, Флёр ну очень привыкла жить в оранжереях, в которые мы невольно превращаем жилые комнаты. Опытным взглядом я определила, что растения были преимущественно лекарственные. Видимо, под дурным влиянием моей пикси мадам Офелия пересмотрела свою любовь к декоративным растениям.       Саму женщину я нашла на её привычном месте — медицинском посту. Мы немного пообщались с врачом, которая без устали восхищалась талантами моей феечки по выращиванию любых растений. Ну да, она у меня такая. Ещё в Тамриэле мы выяснили, что Флёр почти не тратит энергии на заклинания роста. Путём несложных подсчётов Палладиум выяснил, что сил феечки хватит, чтобы вырастить пару акров дремучего леса.       В палате подле бессознательной Лейлы сидела Флора. Флёр с помощью лиан ипомеи вырастила небольшой гамак, на котором покачивала смеющуюся Пифф.        — Персефона! — первой меня заметила моя пикси, тут же полетевшая с объятиями.        — Лума сшила постель для Пифф, — сказала я, помахав забавной, но мягкой кроваткой в мятных оттенках. Маленькая феечка, заметно оживившись, покинула гамак и принялась летать вокруг меня, что-то лопоча. Но было понятно, что Лума смогла ей угодить. Да и Флёр говорила, что все пикси очень любят подарки.        — Что-нибудь ещё нужно? — спросила я у Флёр, параллельно размещая постель Пифф на прикроватной тумбочке, чтобы пикси была рядом со своей феей.        — Что-нибудь вкусненькое, — ответила Флёр. — И семена гардении и плюща.        — У тебя же их был целый мешок! — удивилась я. Феечка закатила глаза.        — Я всё потратила на зелья для легиона, — сказала она.        — Легиона? — удивилась Флора. Мы с Флёр переглянулись и сказали в один голос:        — Долгая история.       Я вздохнула, вытащила из подсумка семена, которые отдала феечке. Флёр тут же полетела зачаровывать горшки, стоящие на подоконнике. Лейла тем временем начала метаться во сне, отмахиваясь руками от кого-то. Пифф, внимательно наблюдавшая за манипуляциями Флёр, тут же полетела к своей фее и положила руки ей на лоб. Маленькие ладошки слабо засветились, а спустя мгновение принцесса Андроса успокоилась и спокойно засопела.       Ничего себе!        — Пифф — пикси снов, — пояснила Флёр, на секунду отвлекаясь от гардении. — Она любит насылать хорошие и добрые сны.        — Потрясающая способность, — я с большим уважением посмотрела на малышку, которая убедилась, что её фея крепко спит, и перелетела на стол, на который я выложила карамельные тарты и шоколадно-ягодные тарталетки на один укус. Хотя для миниатюрных пикси они были как целые торты. К сладостям я добавила морс из снежных ягод, которые освежали в жару, но согревали в холод. Моя Флёр эти ягоды могла килограммами есть, постоянно выращивая кусты, которые даже с магической подпиткой не могли постоянно плодоносить. Пришлось даже ввести ограничение: у меня дома не больше двух кустов. Мне и так в общежитии растения ставить некуда, а на балконе квартиры не так много места, как бы мне хотелось. Но хитрая пикси уболтала Пию, Нессу и Ариадну, и теперь у нас в каждой комнате стоят кадки со снежными ягодами. Чёрт, она даже с Палладиумом договорилась! Когда надо, Флёр в лепёшку разобьётся, но добьётся своего.       На следующий день я прямо с утра отправилась в Магикс за желанными полками. Мне повезло: столяр оказался давним клиентом наставника и уже не раз покупал зелья моего изготовления. Я отдала мужчине пару десятков зелий из своих запасов и получила за это всего за полцены комплект оставшейся мебели для лаборатории в похожем стиле и из такой же светлой древесины. И не надо мучиться и подбирать столы и стеллажи к полкам.       У меня теперь была неделя, чтобы закончить отделку стен, и потом доставят изготовленную мебель, которую, как я надеюсь, мне не придётся собирать.       Дел у меня по идее сегодня больше не было, однако я решила разобраться с тем, что давно требует моего вмешательства.       Первым делом я заглянула в банковское хранилище, откуда забрала один древний фолиант, который мать мне оставить ну никак не могла. Она никогда не видела смысла обучать меня традициям и ритуалам семьи Доминус. Это явно тётя Марион подсуетилась.       А затем я позвонила Блум, пригласив её ко мне домой для разговора. Кузина пыталась отмазаться, но я была непреклонна, сообщив, что как мы поговорим, она может заниматься своими делами. Надолго я Блум не задержу, это точно.       В квартире я повесила бледно-розовый пиджак на спинку обеденного стула и открыла книгу на нужной странице. Повторяя шёпотом слова заклинания, я выложила на тарелку пирожные, купленные по дороге, а также приготовила лавандовый чай.        — К чему такая спешка? — недовольно сказала Блум, когда я впустила её в квартиру. Эту реплику я оставила без внимания, предложив девушке сесть за стол.        — Что у вас со Скаем? — спросила я.        — Тебя это не касается, — отрезала Блум, нервно барабаня пальцами по столу.        — Хорошо, перефразирую, — я поморщилась. — Как далеко уже зашли ваши отношения?        — Ты имеешь в виду… постель? — Блум мучительно покраснела. — Нет, ничего подобного пока не произошло…       «Пока» значит. То есть в потенциальных планах интим имеет место быть. Не зря я всё-таки решила перестраховаться…       Я быстро схватила кузину за левое запястье и, не давая девушке вырваться, начала произносить слова заклинания на языке драконов. Испуганная Блум вскрикнула и попыталась выдернуть руку. Пришлось сжать запястье сильнее. Как бы синяков не осталось…       Сил в заклинание я вбухала немерено, но это того стоило. Когда я замолчала, на внутренней стороне запястья Блум прямо на месте брачной татуировки был выжжен герб семьи, от которого шли руны, опоясывающие руку.        — Что это? — завопила кузина.        — Гарантия того, что ты донесёшь свою девственность до алтаря и не принесёшь в подоле, — устало сказала я. — Отныне к тебе никто не сможет даже прикоснуться с романтическим посылом. Хорошая новость: изнасилование тебе точно не грозит. Плохая: при каждой попытке Ская тебя хотя бы обнять, вы оба будете испытывать дискомфорт.        — Как ты посмела? — Блум ожидаемо начала рыдать.        — Разговоры на тебя не действуют, а моё терпение отнюдь не безгранично, — я и не думала её успокаивать, хотя внутри всё сжималось от жалости к девушке. — Метка исчезнет, как только ты заключишь с кем-то официальную помолвку по всем традициям королевства Домино. Однако ты не вправе обручиться с кем-либо без согласия самого старшего члена семьи. На данный момент это я.        — Это жестоко… — девушка жалобно посмотрела на меня.        — Я тебя предупреждала по-хорошему. Ты не слушала. Поэтому даже не думай жаловаться — сама довела до такого, — я сжала в пальцах небольшую кружку. — Дальше… тебе доставят книги. Их будет много. Прочитать все. Раз в неделю-две будем разговаривать и обсуждать прочитанное. Спокойная жизнь кончилась. Начинай вести себя как принцесса.        — Почему бы тебе не стать принцессой? Ты же старше! — сказала Блум.        — Отдай мне Огонь Дракона и тогда поговорим. Только при этом забудь о спасении Волшебного Измерения, — я закатила глаза. Вот всё у неё так просто, блин!       Блум пыталась следующие полчаса уболтать меня избавить её от метки, но я была непреклонна. А столько бурная реакция кузины лишь убедила меня в правильности сделанного. Это я и сказала девушке. Блум взбесилась и, психанув, покинула мою квартиру.       Я поморщилась от резкого звука хлопнувшей двери. Затем вздохнула и полезла в один из кухонных шкафчиков, из которого достала высокую бутыль с вином Западного вельда Тамики.       Как же я устала быть взрослой и понимающей! Мне тоже порой хочется разозлиться, наорать на ближнего своего и уйти, хлопнув дверью. Вот только у меня нет родственников, которые за меня решат все проблемы. Всё равно придётся расхлёбывать всё самой. Надоело!       За Блум я сейчас была в какой-то степени спокойна, а у остальных моих друзей вроде бы есть своя голова на плечах.       Теперь я могу какое-то время пожить для себя любимой. И начну прямо сейчас.       С вином и пирожными я устроилась на диване, обложившись подушками. Лениво щёлкая пультом, я искала хоть что-то годное. Как назло, показывали всякую чушь. Я остановилась на какой-то маловнятной любовной драме про отбор невест. Во имя Акатоша, ну что за бред! Ещё и вино преступно быстро кончилось…       Почесав затылок, я решила идти ва-банк и достала из подсумка мёд Хоннинга, можжевеловый мёд и Суджамму, которую в Сиродил доставили из Морровинда.       Это было моей последней внятной мыслью в тот день…