Берег скелетов

      — Эники-беники ели вареники! — Когда Билл сдавил ребра Диппер чуть сильней, чем следует, Форд кричал уравнение, разрушающее барьер.       Небо стало еще более тусклым. Постоянно меняющиеся неоновые цвета были не такими яркими, как в просочившемся в их мир Измерении Кошмаров, но от одного взгляда на них начинало тошнить. Казалось, цвета роняли тень и приобретали текстуру, густые и тягучие, они растворялись в пустоте.       — Признаю, я уже и не надеялся, что ты сделаешь правильный выбор, Сосенка. — Билл по-хозяйски приобнял его за плечи.       — Моя семья, — на всякий случай все же уточнил тот. — С ними все в порядке?       — Оставь сантименты и пожинай плоды моей победы! — подозрительно ласково парировал демон.       — Ты обещаешь, что не причинишь им вреда?       — Нет, если они только не сбегут, — Билл громко и пронзительно расхохотался, — но каковы шансы, что это случится?       Диппер вздрогнул.       Прежде всего, он захотел, чтобы в новом мире, подаренном ему Биллом, ночь всегда сменялась днем. Потом в пустом пространстве появились мировой океан и суша. Подспудно Диппер понимал, что жизнь, которой он все вокруг заполняет, обречена с самого начала. Тем не менее, Диппер не собирался сдаваться. Проецируя на живой и неживой материи свою волю, он решил использовать приобретенные силы для чего-то более грандиозного, чем безжалостное и бессмысленное разрушение, которым так славился Билл.       Создание нового разумного вида казалось Дипперу слишком амбициозным. Даже сейчас он больше полагался на память, чем на фантазию, создавая только то, что хорошо помнил или узнал из дневников дяди Форда. В этом отношении сестра всегда была гораздо его смелее и решительнее. Не удивительно, что Диппер захотел воплотить в реальность то, что он сможет воспроизвести с особой тщательностью, вплоть до самой последней молекулы.       Попытка 1       С растрепанными на ветру волосами, в свитере с падающей звездой, Мэйбл бестолково улыбалась, точно проснувшись от слишком долгого сна. Диппер не мог оторвать от нее взгляд — сердце стучало эхом давно забытой эмоции, стократ усиленной гордостью. Однако, чем дольше он смотрел на сестру, тем сильнее это непонятное чувство охватывало все его существо, будто что-то давно забытое.       Спустя довольно продолжительное время оболочка Мэйбл, все также, улыбаясь, смотрела прямо перед собой, но как бы сквозь брата, и пускала слюни.       Первую попытку Диппер похоронил в океане. Но, во всяком случае, это было похоже на маленький успех.       Попытка 2       Диппер решил, что будет за место няньки. Поджарив на костре их праздничный ужин, время от времени он давал Мэйбл маленькие кусочки, словно кормил ребенка. Некоторые из них выпадали недожеванными из ее рта, но большую часть она все же съела.       — Сестренка, — Диппер смотрел на нее так, как будто он не мог быть ни с кем другим, как будто Мэйбл — все, что нужно ему в этом мире. — Я очень сильно скучал по тебе. Я даже не представлял, что возможно так сильно скучать по кому-то.       Как пустое зеркало, отражающее все, что проходит мимо. А он так надеялся получить в ответ хоть что-то.       Затем Мэйбл опустила руки между ног. Диппер не сразу понял, что она начала мастурбировать.       Уже захлебываясь в волнах прилива, он все еще кричал от отчаяния.       Попытка 13       — Дип-Дип, пожалуйста! — Сестра схватилась за отвороты его жилетки и потянула на себя. — Я не хочу закончить как они.       Это не поддавалось логике. У Мэйбл не должно было быть воспоминаний за пределами ее собственного существования. Возможно, что Диппер каким-то образом позволил своей памяти проникнуть в ее подсознание.       — Из-за меня начался настоящий апокалипсис. Это я во всем виновата, — Мэйбл повторяла снова и снова, как сломанная пластинка.       Диппер аккуратно снял с себя ее руки, глубоко вздохнул, глядя на океан. Сестра отшатнулась, смотря на него широко раскрытыми глазами, явно потрясенная, но Диппер не испытывал жалости ни к ней, ни к самому себе.       — Не надо, — слезно попросила Мэйбл. — Я все сделаю.       — Ну конечно…       Поцелуи у нее были неумелые и неуклюжие.       С лицом, прижатым к мокрому песку, и его коленом между лопаток она понравилась ему гораздо больше.       Попытка 41       — Давай просто поговорим, — предложила сестра.       Он пришел вслед за ней на берег и, сев на песок, смотрел на серый беспокойный океан под пасмурным небом. Мэйбл сидела рядом, обняв колени руками.       Близнецы наблюдали за волнами, под высокими облаками катящимися, чтобы в тихом унисоне разбиться о берег.       — Мэйбл? — Поскольку сестра не шевельнулась, Диппер потянулся к ней. Но как только его пальцы коснулись свитера, Мэйбл резко дернулась назад, будто ее ударили.       — Я не хочу умирать, Диппер, — на одном дыхании выпалила она, — не хочу присоединиться к остальным в океане.       Каким-то образом она узнала о своих предшественницах. Диппер спроецировал на нее свое сознание? Каждый раз, когда он чувствовал, что достиг успеха, то сталкивался с новым упущением, другим недостатком. Только его упрямство не позволяло сдаться.       — Это нечестно, Диппер, — сестра вытерла рукавом слезы. — Я не просила об этом.       — Тогда уходи.       Мэйбл не могла поверить своей удаче. Вскочила и неуверенно сделала несколько шагов в сторону, а затем, на полпути, обернулась:       — Обещай больше не создавать меня! — крикнула она слишком громко для такого расстояния.       — Обещаю, пока ты рядом. — Он знал, что сестра далеко не уйдет. В конце концов, она была создана не для того, чтобы его оставить.       Завораживающе было смотреть, как плоть Мэйбл медленно растворилась в океане. Ее кости остались белыми и чистыми. В темной воде теперь отражались только блики, пляшущие на волнах.       Попытка ???       Мэйбл плюнула ему в лицо.       Попытка ∞       — Сосенка пустила корни! — скрипучий голос Билла резко нарушил убаюкивающий шум волн.       Но Диппер остался сидеть на сухом песке, его взгляд был устремлен в точку, где волны накрывали берег.       — Мне нравится то, что ты сделал с этим местом. — На полупрозрачном диске приближающейся луны появилась черная продолговатая полоска, превращающаяся в зрачок. — Получился настоящий берег скелетов.       В следующий миг гигантская волна цунами накрыла Диппера и утащила на глубину.       Плавно дрейфуя среди обломков деревьев и мертвых морских обитателей, он задался вопросом, как долго прибывает на дне.       — Слишком долго, — предположил демон, вытаскивая Диппера на берег.       Билл плюхнулся основанием на песок рядом с ним, забавно шевеля тонкими черными ногами.       — Я пощадил всех, кого ты просил, и видишь, к чему это привело, Сосенка. — Концом трости демон раскопал что-то.       Потребовалось мгновение, чтобы понять, — это кость, вымытая на берег и отшлифованная с течением времени.       — Мне с моей бандой делать здесь больше нечего. Сам понимаешь, масштабы уже не те, — пояснил демон и задумчиво потрепал Диппера по голове: — Помнишь, ты хотел съесть солнце?       Не было причин его уговаривать. В последнее время Диппер вообще перестал пытаться понять, что хорошо, что плохо, что важно, что — нет. Заживо похоронить себя среди останков неудачных экспериментов — чересчур драматичный жест, преисполненный жалости.       — Знаешь, в чем твоя беда? — игриво замерцал Билл. — Ты искренне считаешь, что должен всем вокруг. Настоящие демоны не допускают такой глупости. — Он поцеловал его веками в лоб, прямо в ковш Большой Медведицы.       На самом деле Диппер никогда не сомневался в своем выборе. Как можно не воспользоваться этой исключительной возможностью получить бесконечные знания и силы за пределами всех человеческих ограничений? В конце концов, одна вещь осталась неоспоримой: масштабы его экспериментов и достижений были намного больше того, что человечество могло бы когда-нибудь надеяться достичь.       Диппер посмотрел на склон берега. Кости, оставленные приливом, валялись на песке, ветер уже намел на них крохотные холмики. Конечно, Билл не понимал, каким мог быть его проект: создать жизнь, когда все, на что способен демон — это развращать и разрушать. В этом отношении его бесчисленные попытки не были провалом, по крайней мере, не полностью. А еще Диппер подумал о яркой улыбке, сияющей над ним, о широких ладонях с лишними пальцами, гладящих его непослушные волосы.       Может быть, из всего этого можно хоть что-то спасти?       Попытка 1       Цепочка следов вела к самой кромки воды. Форд стоял, задумавшись о чем-то своем, и ковырял носками сапог мокрый песок. Потом он наклонился и что-то поднял.       — Мэйсон, иди сюда! Посмотри, что я нашел!       В руках у него был красиво сглаженный кусочек опала, сияющий разными оттенками на солнце.       Чуть позже он рассказывал Дипперу о своей коллекции опализованных окаменелостей, которую собирал в детстве со Стэнли, как они ходили на пляж рано утром в поисках спрятанных сокровищ и следов мифических морских чудовищ. Закопавшись шестипалой ладонью в теплом верхнем слое песка, объяснял уникальные свойства костей, зубов, раковин и панцирей, блаженно не зная, что он не первое творение Диппера, которое бродит по этому берегу.