Крепкая мужская дружба.

      "Я никогда не искал смысла в жизни, или хотя-бы во всех этих милых словечках, которые говорят своим лучшим друзьям и возлюбленным. Так-же, не было человека, который мог бы понять меня. Но я и не понимал других. Мне этого было не нужно. Я всегда считал себя эгоистом и лицемером. Другие личности твердили забыть о друзьях и отношения. Но я всегда мечтал иметь того, кто поддержит в любую минуту, любую секунду, какой бы час не висел на часах. Всегда хотелось иметь того, кому я бы мог отдавать свою любовь, нежность, заботу. О ком я бы мог беспокоится каждое мгновенье своей серой жизни. Но такого не случалось. Будучи ребёнком, я всегда был маленьким и стеснительный комочком, который просто хотел сидеть в себе. Я рос, а стеснение становилось грустью и отстранённостью. Небольшое пособие: как загнаться."       И сейчас, в тёмной комнате, в самом углу, самое время задуматься об этом. В наушниках играет грустная музыка. По щекам подростка стекает еще пару капель холодных, но настолько жгучих и солёных слез, что глаза жмурятся сами по себе от боли. Темно красные шторы закрыли единственный свет на улице, который исходил от тусклого фонаря на другой стороны дороги. Только редкие звуки мимо проезжающих машин повествовали о печальном окончании дня. Даня поднял голову, смотря на тень. В проёме под дверью была видна фигура, которая бегала из одной комнаты в другую, явно игнорирую эту комнату. А может, она просто что-то искала, и подросток прекрасно знал, что она ищет. А если точнее, он. Убрав с мягких красных щёк бесцветные и мокрые дорожки, рыжеволосый вновь уткнулся в собственные колени, презирая себя за то, что не спрятался, а уселся на столь неудобное место. Наконец, дверь открылась. В проёме показался человек, лицо которого не было видно из-за исходящего света. - Снова сидишь в темноте? - брюнет включил свет, рассматривая комочек в углу возле одной из кроватей. - Выключи, пожалуйста. Глаза болят. - А нечего линзы весь день носить. - зеленоглазый грустно усмехнулся, но все-же выключил свет, и направился к парню на полу. Спустившись по стене, он пытался ориентироваться в темноте лишь с помощью рук, ибо дверь была удачно захлопнута ветром, будто специально подготовленным к этому моменту. Не успев ничего сказать, брюнет оказался в объятиях Дани. - Можно мы так посидим, немного? - ответа можно было и не ждать. Рин раскинул руки, захватывая рыжего в самую приятную ловушку из объятий. - Знаешь, не стоит грустить по прошлому. Ты сам мне это когда-то сказал. - Рин положил руку на голову хамелеона, иногда двигая ей, делая успокаивающие движения в виде поглаживаний. - Ты - это одно... а я... - что сказать дальше, он не придумал. Пришлось молчать, ибо аргументов не было от слова "совсем". - Дурак. - Сам такой. "Знаете, я ошибался, думая, что никогда не обрету смысла жизни. Он был со мной буквально всегда, а я не замечал. Ну, а если задуматься. Кто помогал мне всегда? Кто слушал мое нытье, и был со мной во время предательств бывших "друзей"? Недавно я задумался. Надо же придумать этому определение? Возможно. Но в голову не везло ничего, кроме "ангела". Почему именно он? Если бы я знал. Но когда он заходят в тёмную комнату, а сзади светится неприятный свет лампы в коридоре, то именно это слово пулей выбивается в голову." - Знаешь, ты похож на ангела. - после этих слов, можно было почувствовать, что брюнет так и хотел рассмеяться от этих слов. Что он собственно и сделал. Комната запомнилась громким смехом зеленоглазого, что заставило пол буквально дрожать. Тем временем, он был счастлив, что заставил того выключить свет. - Нет, ну точно дурак. - Сам такой. - Ну, и я тоже.