Ты лучшее, что у меня когда-либо было. Ты худшее, что у меня когда-либо было

— Я думал, что это неправильно. Типа, знаешь, в колледже все экспериментируют. Но когда ты вступаешь во взрослую жизнь, на каждом шагу тебе твердят, что ты должен создать семью. Мои родители фанатичны в этом плане. Джош ощущает на своём плече лёгкие, почти невесомые, прикосновения губ Тайлера. Он говорит так монотонно, что Дан отключается через каждую секунду, но не засыпает — настойчиво борется со сном. Переворачивается набок, чтобы уткнуться своим носом в шею Джозефа и тем самым замотивировать того, обвив его тело обеими руками. Выглядит это так, будто Тайлер, пеленает Джоша в своих руках, убаюкивает. Джош любит это. — И поэтому ты женился? — тихо бормочет Дан. — Видимо, поэтому. Потом она замутила с одним челом, и сейчас я понимаю, что винить её не за что. Я был отвратительным семьянином и никудышным мужем. И почему-то считал своим долгом устроить сцену ревности, когда узнал об этом. Всё вышло из-под контроля, — Тайлер отрывисто выдохнул. Он концентрировался на более приятных воспоминаниях в отношениях с Дебби, но тот день вывернул наизнанку всю суть их семьи. Ей нужны были деньги, ему нужна была жена. Он как бы её покупал, а она как бы себя продавала под видом участницы традиционной пары с христианскими ценностями, походами в церковь по воскресеньям и индейкой на дни Благодарения. — Ты не любил её, а она скорее всего не любила тебя, — осторожно рассуждает Дан, — зачем тогда ребёнок? — Незапланированный, такое бывает, пони… — Да, да. Я понимаю, не объясняй. В любом случае, тебе пойдёт на пользу, если завтра вы всё уладите. Джош переводит взгляд на лицо Тайлера и видит, как тот, нервно жуёт свою нижнюю губу. — Всё будет хорошо. Не нервничай, — мягко успокаивает он. Тайлер ободряюще кивнул, сделав вид, что он практически не переживает. Но мысли о предстоящей встрече с бывшей женой зудели в грудной клетке, прилипали к животу противным клубком страха. Как себя вести? Как выстраивать диалог? Что вообще говорить? Бешенный шторм вопросов без ответов, бушевал под коркой мозга. Автомобиль плавно припарковался у небольшого кирпичного дома. Автополив газона лениво разбрызгивал воду по зелёной траве, охлаждая накалившуюся землю. Джозеф невольно прикрыл веки, рассматривая картинки из прошлого. Вот Дебби: сидит на этом же газоне, скрестив ноги. Она читает какую-то книгу, время от времени поглаживая свой округлившийся живот. Тайлер наблюдает за ней. Он считает её милой, а особенно в такие моменты. Дебс замечает его, кротко улыбается и взмахивает рукой: — Привет, милый. — Привет, детка. Сознание переносит его в кухню дома. Дебора швыряет тарелку в стену, задыхаясь от собственных слёз. Её голос тонкий, но настолько громкий, что закладывает уши. Она хватает стакан и швыряет его в Тайлера, намереваясь попасть ему в голову, но её муж уворачивается. — Скотина, — визжит она, — как ты можешь упрекать меня? Я больше года одна! Тебя нет! Ты когда дома последний раз появлялся? Тебе плевать на всё! На меня, на сына, на семью! От тебя никакого толка! — её тон больше похож на бульканье, она заикается и давится воздухом. Тайлер, лишь давит презренную ухмылку в ответ. — Ну да, хороший повод, чтобы поебаться на стороне. Я зарабатываю бабки, а ты живёшь за мой счёт, у тебя всё есть! Не оправдывай бешенство своей матки, моим отсутствием. — Да пошёл ты на хуй! — Дебби отвешивает ему звонкую пощечину. Она считает, что имеет полное право на это. Её муж положил на неё огромный болт и не собирался признавать это. Они не спали больше года, да что там не спали — он даже не прикасался к ней после родов. Он не ночевал дома неделями, отключал телефон, не интересовался её жизнью и проблемами. Хотя, никаких проблем у неё и не было. Она позволяла себе всё и чуточку больше, расплачиваясь кредиткой Тайлера. Единственное, что он делал, когда заваливался в семейное гнёздышко, так это проводил время с сыном, не обращая никакого внимания на неё. Дебби этого было недостаточно. Она хотела сесть на два стула сразу. И денег поиметь и мужа. Но этот вариант, изначально был не для их пары. Не успев очухаться, Дебора получила мощную затрещину по затылку. Настолько мощную, что в глазах потемнело. Её хрупкое тело отрикошетило к стене, и она сползла по ней, ватными руками хватаясь за голову. — Ты пожалеешь об этом, — прохрипела она, наблюдая за тем, как Тайлер спокойно вышел из кухни. Они подали на развод на следующий день. Дебора пригрозила заявлением в полицию на основании домашнего насилия. Тайлеру нужно было выполнить ряд условий, чтобы этого не произошло, а именно: подписать дарственную на дом, отдать машину, выплачивать алименты и навсегда исчезнуть из её жизни и жизни сына. Условия были выполнены. Из дома вышла девушка. Её рыжие волосы развивались на лёгком летнем ветру. Солнце играло в них, отдавая медным блеском. Белый сарафанчик обтягивал её стройное тело, выгодно подчеркивая все достоинства фигуры. Она слегка сощурила глаза, разглядывая подъехавшую машину, затем махнула рукой в зазывающем жесте.  — Это она? — Джош с интересом рассматривал Дебби через тонированное стекло автомобиля. — Да. — Ну, иди, — он ласково пригладил взъерошенные волосы Тайлера, вкладывая в своё движение максимальную поддержку. Джозеф чувствовал его тепло, но свою нервозность он чувствовал больше, его взгляд был прикован к бывшей жене, которая сидела на ступеньке крыльца, горделиво задрав голову. — Посмотри на меня, — настойчиво попросил Дан. Тайлер перевёл на него свой взгляд, и Джош моментально прочитал в нём страх перед неизведанным. Джош взял его лицо в свои ладони и подался ближе к нему. — Послушай. Что бы не произошло, я всегда буду рядом, потому что я люблю тебя. Ты будешь чувствовать себя более счастливым, если восстановишь связь с ребёнком? Да. А значит, и я стану счастливее. Но если ничего не выйдет, мы это переживём. Ты понимаешь это? — Понимаю, — Тайлер прислонился губами к его губам, оставив на них невесомый поцелуй, — я люблю тебя. Не медлив больше ни секунды, он вышел из машины. Дебора была спокойна, на удивление Тайлера. Он ожидал более резкой реакции на своё появление — она никогда не была скупа на эмоции. Скорее наоборот, вселенская истерия была её фишкой. По телефону она общалась с ним вполне размеренно, когда он просил её о встрече. Абсолютно непохоже на неё. И это настораживало. Скрестив дрожащие руки на груди и оклеив своё лицо уверенным выражением, он выдал сухое приветствие: — Здравствуй. — Привет, Тайлер, — она прошлась бесстрастным взглядом по его спортивному костюму и кроссовкам, — почти не изменился. — А ты похорошела, — он заметил её едва уловимую, самодостаточную улыбку. — Как Трой? Совсем большой уже стал, наверное… — Эм… Да. Всё хорошо. Так о чём ты хочешь поговорить? У меня мало времени, — она тут же поменялась в лице. Сменила маску с доброжелательности на суровость. — Ладно. Кхм… Прошло много времени. Мы не очень хорошо разошлись. Подпортили друг другу нервы, и я искренне об этом сожалею. Тебе было тяжело. Я должен был быть рядом и… — Опустим лирику, окей? Ты же не за этим приехал, верно? — перебила Дебби. — Давай ближе к делу. — Эм… Да, конечно. В общем, я хочу видеться с Троем. Принимать участие в его жизни и всё такое. — Нет, Тайлер! — Дебора вскочила со ступеньки, расставив руки по бокам. — Он уже забыл тебя, незачем рушить психику ребёнку. — А то, что он растёт без отца, от этого его психика не рушится? — держать себя в руках было неимоверно тяжело, но необходимо. Иначе ничего не выйдет. — Прекрати нести чушь! Мы всё решили ещё тогда. Зачем что-то менять? Он прекрасно обходится без тебя! — Дебби была на взводе, её голос превращался в раздражённый рык. — Но ты не можешь решать за него, — Тайлер сам удивлялся своему контролю над собой. Он не срывался. Держался ровно и смиренно. — Дебби, я же его отец. Выслушай меня, пожалуйста, — Джозеф смотрел на неё, глазами полными горечи, безмолвно прося разрешения продолжить. Дебора метнула в него острый, неодобрительный, взгляд, но высказаться всё-таки позволила. — Я знаю, что ты думаешь. Но, поверь, я не испарюсь, как раньше. Моя жизнь круто поменялась, и я тоже. Я могу дать ему многое, а главное — свою поддержку и любовь. Брови Деборы в изумлении поползли на лоб. — Да, не смотри на меня так. Он мой сын, и я его люблю. Я хочу быть нормальным отцом. Я хочу выполнять свои обязанности родителя в полной мере. Наш ребёнок имеет право быть нужным не только тебе, но и мне тоже. Дебби глубоко выдохнула, собирая мысли в кучу. — То что твоя жизнь круто поменялась, это я знаю. Твоя группа стала достаточно популярной, поздравляю, но я не думаю, что Трою, это особо важно. — Это и неважно. Важно то, что любому ребёнку нужен отец. И у Троя он есть. Так не хорони меня заживо в его глазах. Дай мне возможность доказать ему, что его отцу не плевать на него. Дебби молчала. Она плавала взглядом по Тайлеру, выражая задумчивость, и, видит Бог, Джозеф слышал, как в её черепной коробке трещал мозг. На секунду, она остановила взгляд на его обручальном кольце. — Ты женат? Тайлер, импульсивно вздрогнул, от неожиданности её вопроса. — Точнее, я замужем. Дебора нахмурилась, сводя тонкие брови к переносице.  — Оу. Не скажу, что это неожиданно. У меня всегда были догадки на твой счёт, — она перевела любопытный взгляд на лобовое стекло припаркованного возле дома, автомобиля, — он там? — Да, он там, — Тайлер невольно закатил глаза. С кем-с кем, ну уж не с Дебби, ему обсуждать свою личную жизнь. — Понятно, — отрешённо протянула она, — я подумаю над твоим предложением, может быть. Не прощаясь, Дебби развернулась в сторону входной двери и лёгкой походкой двинулась в дом. — Подумай. Джозеф лениво плёлся по каменистой дорожке, полностью погруженный в свои мысли. Он думал, лишь о том, чтобы Дебора, приняла правильное решение. Им давно уже нечего делить. Вся злость на её шантаж улетучилась за эти годы, он не хотел вспоминать об этом. Тайлер и сам далеко не подарок, поэтому они в равных позициях. Всё, что его волнует — благополучие сына. — Пааапа! Сердце пропустило удар и подскочило к горлу. Тайлер незамедлительно развернулся, увидев, как маленький, темноволосый ангелочек бежит к нему с распростёртыми ручками. Он рухнул на колени, принимая в объятья свою кровинку. Из глаз брызнули слёзы. Он обнимал своего сына, не веря собственному счастью. Тайлер гладил его волосы, целовал розовые щечки, улыбаясь, самой настоящей, сияющей улыбкой. — Господи, сынок! Я так сильно скучал по тебе. — И я очень скучал, — тонким голоском отвечал Трой, — когда мама сказала, что ты приехал, я очень обрадовался. — А я то, как обрадовался, — и Тайлер не врёт.