Передоз.

Пасифика долго не могла уснуть. Кровать Диппера, если, конечно, её можно было так назвать, была для неё слишком жесткой. Одеяло слишком колючим, а в комнате витал непонятный для неё запах. Но она была настолько вымотана, что, когда её разум наконец-таки освободился от всех мыслей она крепко заснула. Для себя Пасифика ещё ночью решила, что следующим днём непременно найдёт Гидеона, поможет Биллу и уедет навсегда из ненавистного города. Вот только мысли постоянно возвращали её — к Пайнсу. Нет, что вы она точно не влюбилась, оправдывала себя девушка. Просто парень единственный кто так хорошо к ней отнесся за всю её «веселую» жизнь. Пасифика раздражалась, когда осознавала, что рядом с ним, ей комфортно. Пасифика бесилась, когда парень брал её за руку, а она как послушная овечка следовала за ним. Пасифика строго настрого запретила размышлять себе о непонятной реакции тела. Пасифики становилось страшно… Страшно, когда при виде Диппера её внезапно бросало в жар. Страшно, что иногда она забывала дышать, находясь слишком близко к нему. Страшно, что он заметит её странное поведение. Потому что за ним, Пасифика, ничего такого не замечала, что бросало её в ярость с неистовой силой. «Он просто не хочет влипнуть на бабки» — говорило её подсознание. «Ты думаешь, что на такую тварь, как ты, Диппер обратит внимание? С какого ляда сдалась ему разбалованная богатая наркоманка с миллиардами тараканов в голове?» Поэтому, когда Пасифика открыла глаза утром. Она тут же посмотрела на телефон, который всю ночь сжимала в руке. 6:40 И это было замечательно. Девушка аккуратно свесила ноги с кровати и прислушалась. Мэйбл тихо сопела, а в основном в хижине стояла абсолютная тишина. И вот девушка уже заправляет кровать одеялом. Достает из своего рюкзака чистые черные джинсы, футболку. Делает маленький глоток воды, и взгляд падает на красную толстовку Диппера. Пасифика поднимает её и медленно вдыхает его запах, голова закружилась, а на губах сама собой расцвела улыбка. Опомнившись, девушка строго одергивает себя за подобную глупость и как бы ей не хотелось забрать толстовку с собой блондинка, гордо вздернув подбородок складывает вещь и кладет её на кровать. Ей ничего от него не нужно. Девушка как можно тише закрывает за собой дверь и спускается вниз. Она прекрасно запомнила дорогу из дома. Спустившись и повернув на право, она оказалась в гостиной. На маленьком диване перед работающим телевизором сидел Диппер. Его голова была опрокинута на спинку дивана, руки сложены в замок на животе, глаза закрыты. Но он не спал. Пасифика знала, как выглядят люди, когда спят. Несмотря на закрытые глаза, его дыхание было резким, а руки были напряжены. Девушка не знала, что сделать. Подойти сказать спасибо? Уйти как будто её никогда здесь и не было? Извиниться за предоставленные хлопоты? Второй вариант девушке нравился больше всех, она уже хотела развернуться и уйти. Как в голове резко всплыло слово. Кулон. Вещь, которую она по своей неосторожности выронила на кладбище. Вещь, из-за которой в принципе все это произошло. Кулон был у Диппера, а значит ей придется заговорить с ним. Пасифика опустила на лицо свою обычную маску и подошла к сидящему парню. — Эй, Диппер, — Шепотом позвала Пасифика. Парень лениво приоткрыл глаза и с недовольством посмотрел на девушку. — А это ты, — Вальяжно протянул он. Высказывание парня, блондинки явно не понравилось и даже больно укололо. Но она снова себя одернула. Отправила подальше своё подсознание, которое кричало: «Ну вот! Я же говорило! Ты для него никто.» — Я, — Охрипшим голосом сказала Нортвест, — Я хотела поблагодарить тебя и извиниться за предоставленные неудобства. Диппер вскинул брови. Они оба понимали, что она совершенно ни за что не извинялась. Это была формальность, этикет. — Хорошо, — Этикет, которому Диппер подыграл. — Ты не мог бы вернуть мне мой кулон, — Сразу же проговорила Пасифика. — Нет, — Тут же отозвался парень. Пасифика сжала руки в кулаки, но на лице оставалась все та же маска безразличия. — Я повторюсь, — тем же приятным тоном отозвалась девушка, — Ты не мог бы Диппер, вернуть МОЙ кулон. Выжимая каждое слово, повторила Нортвест. -Я повторю Пасифика, нет. Пасифика нервно выдохнула и скрестив руки на груди прищурила свои голубые глаза. — Ты ахуел? Диппер лишь усмехнулся, а затем и вовсе рассмеялся. Парень смотрел на недовольную и в тоже время непонимающую его реакции девушку. И ему очень хотелось подойти и врезать ей, да посильнее или обнять так крепко насколько бы смог. Проводив Пасифику ночью до его кровати Диппер так и не смог сомкнуть глаз. Все дело было, конечно же в кулоне, он долго и упорно размышлял, пытаясь найти обычное логическое умозаключение. Почему эта богатая стерва копалась в могиле своей прабабки или бабки ища артефакт высшего демона, который даровал ему расторжение сделки? Пайнс, конечно же создал свою теорию и был уверен, что она верна, но он хотел услышать все лично, и удостоверится в своих догадках. Он прекрасно понимал, что девушка ему ничего не скажет. А ещё Диппер совершенно не хотел никуда отпускать от себя эту странную Нортвест. Ещё давным-давно, когда наш маленький Диппер только впервые приехал в Гравити Фолз, когда случайно встретил эту девушку с ангельской внешностью. Пайнс понял, что кажется ему нравится эта заносчивая эгоистичная девчонка, но выслушав все её насмешки Диппер быстро переключился на Вэнди и постарался навсегда заглушить в себе эти чувства возникшие при первой встречи с нахальной девчонкой. Но годы шли… Конечно, наш юный герой встречался с девушками, как и все обычные парни. Пробовал курить, напивался в свободное время на разгорячённых тусовок. Куда его водила Мэйбл под предлогом: «Мы с тобой близнецы, я знаю, что мы стали друг друга недолюбливать. Но ты прекрасно понимаешь, что я могу учиться если захочу, а ты можешь веселится, если соизволишь» На одной из таких вечеринок у Диппера случился первый сексуальный опыт, потом ещё один. К сожалению, первый опыт он хоть и пытался несколько раз вспомнить, но так и не смог. Были лишь размытые покадровые картинки, но Пайнс быстро вошел во вкус и понимал, что для этого и не нужно никакой любви, о которой вторили книжки. В темноте при размытом от алкоголя рассудке ты не видишь лица, да и шлюхи которое отдавались на тусовках, им было совершенно плевать как это происходит. Каким именем их называют, как пытаются повернуть задом лишь бы не видеть их слишком откровенно яркий макияж, который к сожалению не скрывал их недостатки. А когда Диппер возвращался в Гравити Фолз и иногда случайно видел Пасифику в витрине дорогого парфюм-магазина. Его разум замедлялся, сердце оглушительно начинало давить в легкие. Он пытался найти оправдание. Слишком красива — да. Ему определенно нравились блондинки — да. Она была умной — несомненно. Она была не такой как все — конечно. Но при этом, Нортвест была слишком черна своей душой, да и статус у них был совершенно не пригодный для серьезных отношений. И это часто беспокоило Диппера. Одним вечером сидя у камина и просматривая её инстаграм Диппер понимал, что, кажется, он влюбился. Влюбился очень сильно, ещё тогда маленьким мальчиком. Но брюнет был умным парнем, который понимал, что никогда в жизни его судьба не переплетется с судьбой Нортвест. Но жизнь как известно, самая горькая шутка. И когда Диппер залез к Пасифики в комнату рассчитав, каждый угол камер и время смены охраны. Когда стоял в шоке смотря, как его ангела лапает какой-то придурок. Диппер готов был убить его. Готов был заключить со всеми демонами мира тысячи сделок, что бы она стала его. Чтобы не бросала свой высокомерный взгляд, а чтобы смотрела на него так же, как смотрит на мимо проходящих собачек, или когда наблюдала за каплями дождя попивая свой любимый капучино с вишневым сиропом. Диппер хотел её. Он всегда желал эту девушку, поэтому и украдкой наблюдал за ней все эти годы в Гравити Фолз. До того момента, когда она прекратила появляться на публике. Прекратила ходить в свой любимый магазин. Прекратила оставлять несколько купюр бабушке у супермаркета, и больше не пила свой капучино, в любимой кофейне. Он пытался что-то незаметно выведать у Гидеона, но тот лишь покачал головой и сказал, что дела у неё очень плохи, а затем смекнув многозначительно посмотрел на Пайнса, который мимолетно совершенно обычно пожал плечами. И вот спустя год Диппер видит её в объятиях этого ублюдка, конечно у него снесло крышу. Конечно, он взбесился, как бык на красную тряпку. А потом… Боже… Как долго той же ночью, он рассуждал: «О том какая же она у него умная, просто невероятно!» И сейчас, когда она спрашивает у него: «Какого хуя?» Дипперу действительно хочется подойти встряхнуть её и закричать ей в ухо о том, как же сильно она ему приелась. Как же сильно он хочет просто, что бы она перестала строить такое лицо. Как же сильно она, черт возьми должна просто уехать с ним на край свет и находиться постоянно у него в поле зрения. Потому что ему ничего в этой жизни не надо, кроме своего язвительного ангела. Но Диппер Пайнс успокаивается и понимает, что эта девушка не кинется к нему на шею. Эта девушка повязла в своих переживаниях. И ей не нужны ещё одни проблемы в виде Диппера. Он видит в её взгляде, в её движениях, которые кричат: «Я справлялась со всем сама! Да, блять, я иногда полностью сдаюсь! Но я черт возьми молодец, и я смогу, смогу, смогу…» Но она не выдергивала руку, когда он брал. Она явно ему доверяла. Она иногда смеялась над его самыми глупыми шутками, а значит он на правильном пути. Пайнс множество чего помечал — от побоев, до явной наркотической зависимости. Спасибо Мэйбл, с которой он проходил все этапы, спасая её от этой дряни. Он видел, как ей приятно и неудобно, когда он слишком долго задерживал на ней взгляд и тогда брюнет понял. «Я её добьюсь. Эта девушка осознает, что для существования ей никто не нужен — кроме меня, ей абсолютно никто не будет нужен. Она испытает со мной всё, она от меня больше никуда не денется, и когда я буду уходить, она будет меня сидеть и ждать, поглядывая каждую минуту на часы. Она будет хотеть меня. Она будет искать меня взглядом, пытаться сесть ближе, она будет заботиться о моём настроение. С того самого дня, когда Пасифика Нортвест решила заключить со мной сделку, она обрекла себя на моё вечное присутствие в её жизни. Только мне надо немного времени. » — Вообще-то Нортвест, — Холодно произнес Диппер, — Ты обещала, что все мне расскажешь, если я позволю тебе переночевать? Или ты такая же лгунья, как и твои родители. Пасифика и не заметила, как рюкзак упал с плеча. «Как он мог сравнить её с этими монстрами?» Нижняя губа задрожала… Но она как можно больнее сжала кулаки. Боль отвлекает. А Диппер понял, что довольно сильно оплошал и тут же попытался исправить положение.