Из гадкого утёнка в прекрасного лебедя и сразу на войну!

Pow Адриан.

      Было видно, как она волновалась. Её напряжённый взгляд метался, она прикусила губу и стала заламывать пальцы до хруста. Хруст был громким и повторялся, набирая обороты. Это выглядело бы мило, если бы я не знал Мари. Забавно, только у себя в голове я могу её так называть. Произнеси я это вслух и фурия сломала бы мне за такую наглость руку.       Она подняла на меня глаза и у меня пропал весь запал подколоть её. Она действительно переживала из-за случившегося, мне даже стало немного приятно. Всё же мы не числимся даже приятелями, а она так напрягается из-за принесённого вреда. Видимо у неё совести побольше, чем у меня в наши совместные учебные годы.  — Думаю, надо найти нашего нового друга. Есть предположения, кто это может быть? — Эта девчонка фыркнула на мою попытку забрать свою сумку и вцепилась в неё мёртвой хваткой, отчего ухмылку стало невозможно сдерживать.  — Ты шутишь? Боюсь придётся составить целый список подозреваемых. — Вздыхает брюнетка и как ребёнок пинает лежачий под ногами камешек. Интересно, она в курсе что вышла в одной лишь рубашке? Или так торопилась навалять мне, что забыла одеться?  — Ну тогда встретимся после трёх у Нино. — Кидаю я и уж было собрался уйти, но кошачья натура взяла верх и я останавливаюсь с улыбкой до ушей. — И это. Оденься.       Оставив покрасневшую девушку, я удаляюсь. Меня не терзает никакой червячок совести, я даже не подколол её на счет похмелья! Алкашня, пусть спасибо скажет. Подняла ли она мне настроение? Хах, она опустила его так, что я теперь пытаюсь понять, какого черта лыблюсь как умалишённый.

***

 — Какого черта тут собралось столько народу? — Брюнетка возмущается уже на протяжении тридцати минут с тех пор, как мы пришли в коморку, выделенную моему другу, как диджею. — Курцберг, ты то что здесь забыл?  — Я разве не заслуживаю доверия?! — Вскинулся рыжий, наигранно приложив растопыренную ладонь к груди.  — Ты в списке подозреваемых. — Фыркнула Маринетт и скрестила руки под грудью. Она надувшись сидела на стареньком кресле, в одновременно закрытой и развязной позе. На поясе была повязана клетчатая рубашка, рукава которой она постоянно перемещала с коленей на левую сторону и обратно. Ноги в драных джинсах и зашнурованных берцах были перекинуты одна на другую в мужской позе четвёрки.  — Тебе не жарко? — Подколол синеволосую Лука, толкая указательным пальцем ботинок, тем самым сбрасывая ногу в более пристойную позу.  — Отвали от неё, иначе твоей жопе станет жарко. — Огрызнулась неожиданно появившаяся Буржуа. Она осмотрела присутствующих и остановила свой взгляд на мне. — Я так понимаю ты решил повеселиться собрав в этом тесном помещении наших недоразвитых одноклассников?  — Я бы попросил! — Снова возмутился Курцберг, но Хлоя лишь махнула на него рукой, приказывая заткнуться. Тот обиженно скрючился около полки со старыми и пыльными пластинками.  — Тут те, кто может хоть что-то знать. — Пожал я плечами, уже жалея что решил помочь этим неблагодарным особам.  — Лучше бы Сезер позвал! Да тут больше потенциальных спермораспространителей, чем в моём списке подозреваемых! — Вскрикнула Дюпен окидывая взглядом присутствующих здесь Куффена, Курцберга, Ляифа, Кима Ли-Тьена и двух моих друзей из параллельного.  — Кого кого? О ком это ты говоришь? — Прищурившись поинтересовался Куффен. Ух, кажется это надолго. Вот чего ей не помолчать немного и не дать мне самому всё решить?  — А вот это у тебя надо спросить, Мистер подозреваемый номер Два! — Уставилась на него подозрительным взглядом. Она расцепила руки и нагнулась к нему, тыча пальцем. — У тебя явно есть намерения поднасолить мне или кому-нибудь из нашего домика.  — Ты звезду поймала? С какой стати мне на тебя зуб точить? — Всплеснул руками Куффен. — Очень интересно и кто же тогда первый подозреваемый? — Брюнетка резко остыла и снова сложила руки на груди.  — По всей видимости это я. — Приковываю к себе всеобщее внимание. — Пожалуй стоит наконец прекратить собачиться и сказать на кой-чёрт мы вас пригласили.  — Ну наконец-то. — Выдохнул Нино уже изрядно уставший от этих перебранок.  — Простите конечно, но что значит «пригласили»? — Спросил Бернард, высокий и шальной парниша девятнадцати лет. — Мне лично угрожали разбитым носом, если не присоединюсь к этой закрытой секте умалишённых.  — Следи за языком, иначе эти умалишённые порвут тебе очко. — Ласково пропела брюнетка и помахала ему ручкой. — Мы конечно с тобой не знакомы, но раз тебя позвали, да ещё и с угрозой, то у меня есть все основания подозревать тебя в низком и отвратительном поступке! И раз уж все делают вид, что не в курсе происходящего, то поведаю вам историю о самом ужасном похмелье с визжащей подругой, испугавшейся спермы в бутылке из-под мыла!  — Жестко, но по делу. — Хлоя несколько раз наигранно похлопала, разрушая повисшую тишину, а потом кивнула Бернарду. — Ну что? Приготовил очко на растерзание секты умалишённых?  — Ч-что? Всмысле вы серьёзно решили, что это мог быть я?! — Он испуганно покосился на меня, а потом на нахмуренных девушек. — Да я твой домик за четыре метра стороной обхожу, с тобой связываться себе дороже. Может ты и не в курсе, но с самого твоего приезда все только и делают, что шушукаются у тебя за спиной. — Сказал он глядя в глаза брюнетки.  — Поясни. — Я был так занят этими играми с Дюпен-Чен, что кажется что-то пропустил. Неужели она привлекла к себе столько ненужного внимания своим возвращением? Раньше вроде на неё всем было плевать.  — Ну да, неужели думал, что твоя война с Ирбис могла остаться незамеченной? — Он зарылся руками в отросшие каштановые волосы и истерично хихикнул. — Никто в здравом уме не полезет ни к тебе, ни к ней, особенно после слухов о единой личности Ирбис и девочки замухрышки из прошлого. Без обид.       Он кивнул Маринетт, но она даже не обратила внимания. Она ушла в себя, задумываясь о чём-то. Судя по рассказам, личность знаменитой Ирбис вызвала много шума, все решили, что у нас давняя вражда и к нам лучше не лезть. Однако вопрос остался открытым. Кто всё-таки осмелился вклиниться в наш шаткий тандем?  — Тааак, значит у нашей бывшей одноклассницы типа появились хейтеры? — Как-то насмешливо заявил рыжий. Улыбаясь во все тридцать два, он встал ближе к брюнетке, отряхнул свой спортивный костюм и сделал лёгкий поклон. — Готов предоставить Вам услуги телохранителя!  — Сгинь одноклеточное. — Бросила блондинка и легонько толкнула Дюпен. Маринетт вышла из мыслей слегка тряхнув головой.  — Я тут полазил в соц сетях и нашлось немало ваших общих хейтеров. — Вклинился молчавший до этого Нино, — Оказывается есть даже несколько фанклубов и также есть отдельные сообщества, в которых вас считают самопровозглашенными королями.  — Что за бред? — Фыркнула Маринетт. — Мы что в тупом подростковом фильме?  — К сожалению, Маринетт, у нас в школе так всё и устроено. Вернувшись и заявив о себе ты нарушила некоторые устои, кто-то считает, что ты намерена мстить или скрываешь свои мотивы. — Проговорила Хлоя тоже что-то вычитывая из телефона.  — Чушь собачья! На кой-чёрт мне это? Будь моя воля, я бы сюда и не сунулась!  — Во всяком случае, что бы ты не говорила, есть и те, кто рад твоему возвращению. — Тихо проговорил Ким, качаясь на стуле. — Я в том смысле, что ты никому никогда ничего плохого не делала и как бы плохо тебе не приходилось, ты вела себя достойно.  — Спасибо Ким, я рада, что ты так думаешь. — Улыбнулась голубоглазая, а потом посерьёзнела. — Думаю, мы выяснили у вас что хотели. Вы можете идти.  — Как нам искать этого отморозка? — Спросила Хлоя, когда в комнате остались только мы с ней, Маринетт и Нино.  — Он преследовал свои цели. Настроить вас ещё сильнее друг против друга. — Произнес Нино.  — И так же это чудо не в курсе о том, что мы не разосрались в пух и прах. — Ухмыльнулась брюнетка.  — И наверняка продолжит строить козни, подставляя вас. — Продолжила Буржуа, улыбаясь и стряхивая рукой невидимые пылинки со своей белой футболки.  — Тогда предлагаю перемирие! — Говорю я и смотрю на свою бывшую одноклассницу. — Мы будем продолжать перебранки на публику, это даст нам возможность присмотреться к окружению. Этот отмороженный где-нибудь да проколется.  — Временное перемирие и общее дело? — Приподняла бровку Маринетт, а все остальные притихли ожидая её реакции. Дюпен непредсказуема и не известно, как она отреагирует на это предложение. Она может психануть и пойти одной разбираться со всем, не желая работать вместе. Я всегда считал, что она не командный игрок. — Пхах, неплохая идея.  — Ееее. Я не сомневался в тебе Мари! — Хлопнул ту по плечу Ляиф, а после быстро убрал руку и отвёл взгляд. Сыкло.  — Тогда оповестим об этой игре остальных. И еще кое-что, приглядывай за Росси, она не вызывает у меня доверия. — Высокомерно высказалась Хлоя и вышла, ссылаясь на свою занятость.  — Я расскажу Плаггу, а ты поговори с Альей и своей красноволосой подружкой. Нам всем нужно быть на чеку, кто знает что будет следующим шагом. — После утвердительного кивка от брюнетки Нино пожал мне руку и тоже вышел.  — Я рад, что ты доверилась мне и…  — Не придумывай лишнего. — Перебила мой дружеский порыв голубоглазая и одарила меня волной враждебности. — Этого маловато, чтобы забыть всё то, что ты мне сделал.  — Сколько уже времени прошло? Это глупо, злиться на меня за детские шутки. — Я попытался отшутиться и наладить контакт, который и так держался на одном хрупком соглашении.  — Твои детские шутки сделали меня изгоем в школе и привели к побоям. — Холодно произнесла Маринетт, отчего мне стало не по себе. — Не думаешь, что шутки как-то вышли из-под контроля? Ты осознанно обращался со мной, как с мышью и это не исправить спустя три года каким-то дурацким перемирием.  — Чего ты хочешь от меня? Извинений? — Кажется я стал повторяться. После ухода друзей тут стало как-то через чур душно. А может это просто совесть пытается затянуть удавку на моей шее.  — А я и не держу на тебя обид, Агрест. — Посмеялась Маринетт. — Ты так до сих пор и не понял? Обижаться на тебя, всё равно что пасть также низко как и ты сам в то время. Не знаю изменился ты или нет, я вижу лишь то, что ты мне показываешь. Прояви себя, докажи что ты не прогнил изнутри.  — Это… сильно. — Стоит ли говорить о том, что меня задели слова этой девчонки? Думаю и так ясно, что нехило так задели. Я бы даже сказал протаранили, ибо не так уж я и прогнил! Всмысле, совсем не прогнил и доверие друзей тому доказательство. — Говорить о священном искуплении я так понимаю бессмысленно?  — А твои слова чего-то стоят? — Она что, забавляется?  — Давай положим начало нашему приятельскому общению. — Я протянул ей ладонь, надеясь что брюнетка вспомнит, как когда-то также протянула мне руку дружбы в начальной школе. — Ну же, как в старые добрые.  — В старые добрые ты кидался в меня не пафосными речами, а тетрадками. — Пробурчала Маринетт и по пацански скрепила наши руки. Это было настоящее, крепкое рукопожатие, предзнаменовавшее что-то новое хорошее или плохое. Но оно есть, здесь и сейчас.  — Вот вредная девка. Ты сама мне раньше руку протягивала, у тебя склероз, старушенция? — От её выражения лица хотелось лишь смеяться. Растерянность вперемешку с гневом, злостью и детской обидой.  — Да пошёл ты, гуманоид блин. — Брюнетка фыркнула и пихнула меня в плечо. Ну что за ребёнок? — Идём, нам ещё изображать два ненавидящих друг друга торнадо, сносящих всё на своём пути.  — С этим у нас проблем явно не будет. — В меня полетели пенки и подзатыльники. Прекрасное начало крепкой дружбы.