Из гадкого утёнка в прекрасного лебедя и сразу на войну!

      Пошёл четвёртый день, как я вернулась в родительский дом и поговорила с родителями. Не обошлось без истерик и ругани, но в конечном итоге мы пришли к одному общему решению. Жить я с ними уже не буду. А если уж здраво посмотреть на ситуацию, то жить и не с кем. У отца, как выяснилось в процессе разговора, имеется своё жильё и вот уже пошёл второй год, как имеется и вторая жена. Молоденькая такая, что противненько становится. Так как их недвижимость поделена между собой, маме досталась квартира и сеть пекарен, однако жить в Париже я не собираюсь.       Наверное не стоило называть новую жену отца рогаткой, но что я могу поделать? Я всего лишь бедный ребёнок и у меня такая защитная реакция! Хотя папа кажись обиделся.       Мама предложила пожить с Диксоном до окончания школы, а потом съехать по моему желанию. Как выразились родители, они ещё перед разводом обговорили моё будущее и также намерены обеспечивать меня, считаясь с моим мнением. Только вот не особо они с ним считались, когда разыгрывали сцену счастливой семейки перед дочерью тугодумкой, во время возвращения на родину.       Наверное не стоило портить семейный портрет, что висел в гостиной. Вся наша показная семейная идиллия трещит по швам. Забавно вспоминать то, как некоторые друзья завидовали мне. Почему-то все считали, что у меня безумно дружная семья и что даже на расстоянии мы едины. Я и сама раньше так думала. Жаль, что это не такая уж и правда.        Родители клятвенно заверяли меня в том, мне всегда будут рады дома и я всегда могу вернуться. Вот только куда? К отцу, нарушить его новую идиллию? Вот уж дудки, даже под дулом пистолета я не переступлю порог его квартиры с этой шваброй. К матери? Можно, но разве это будет домом? Пожалуй уже никогда.

***

      Такси остановилось и водитель снова посмотрел на меня через зеркало заднего вида. На лице лёгкие морщинки, а глаза излучают доброту. Водитель по имени Стен всю дорогу пытался меня развеселить разными забавными историями о своих внуках.  — Ты как-то не торопишься выходить, отвезти обратно?  — Не стоит, но спасибо за предложение. — Я глубоко вздохнула и выхожу из машины. Стен помогает мне вытащить чемодан из багажника.  — Хорошо проведи это лето, место замечательное. — Улыбаясь произнёс Стен и оглядел парковочную территорию лагеря. Он махнул рукой и сел в машину. В течении пяти минут, до того как машина скрылась с моих глаз, я подумывала вернуться в неё и попросить отвезти меня в аэропорт.       Стоит ли продолжать это лето здесь? Я так устала. Вымотана эмоционально. Ещё и этот придурок, что подшучивает над моими друзьями. Пока меня не было этот спермораспространитель не унимался и продолжал свои тупые шутки. Пожалуй, он и стал причиной для моего возвращения. Я не успокоюсь, пока не вычислю и не заставлю ответить его, никуда не уеду. Я вынесу этого мудака к чертям собачьим.       На улице приятная погода. Я иду по дорожке из камня и волочу за собой чемодан. Именно в этом чемодане все мои вещи. Те, что я увезу с собой и скорей всего не привезу больше в родной Париж. Как ни странно, эти мысли не вызывают у меня никаких отрицательных эмоций. Наоборот, на душе стало легче, всё наконец встало на свои места.       Впереди ворота, что отделяют парковочную зону от территории заселения. Около входных ворот виднеются люди, они столпились у самого входа и я посмела допустить в свою голову мысль о том, что кто-то решил меня встретить. Ведь есть здесь люди, которым приходится моё общество по вкусу? Люди, которых стоит ценить, как они ценят меня.  — Чёрт возьми. — Прошептала я, когда поняла насколько материальны мои мысли. Меня действительно ждали.  — Я откушу тебе твою красивую задницу Маринетт! Клянусь тебе! — Вслед за угрозами посыпались и объятия от Альи Сезер. Она крепко стиснула меня руками, будто боялась отпустить.  — Эй, мы вообще-то тоже злимся! — Втиснулась милашка Тикки, а за ней и ворчащая Хлоя.  — А ну в очередь! — Буржуа ущипнула меня под ребром и укоризненно взглянула в глаза. — Как ты могла такое сказать по телефону? Последние остатки здравых мыслей пропила у родителей? Не смей даже думать о том, чтобы вернуться в свой гребаный Лондон не попрощавшись с нами!  — Хорошо, хорошо простите. Я была не права, никто не может вправить мне мозги так качественно, как это делаете вы! — И вовсе у меня не слезятся глаза. Это просто Хлоя больно ущипнула.       Позади девочек послышался тактичный кашель, а затем последовала фраза «Если про нас ещё не забыли, мы тоже рады твоему возвращению». Голос Аликс был таким незнакомым, я только сейчас обратила внимание на то, как сильно она повзрослела. Как все они повзрослели и изменились. У Аликс новая причёска в высоком и красивом хвостике, а держащий её за руку Ким выглядит менее ветреным.  — Ты ещё не всю кровь выпила у моего бро, куда собралась? — Пошутил Ляиф приобнимая меня, а после отошёл и положил руку на талию к слегка покрасневшей Алье. Кажись даже не на талию, а куда ниже. Нино тоже изменился, он добивается желанного и не собирается этим желанным делиться. Сезер просто обязана позже рассказать всё в мельчайших подробностях.  — У него кровь слишком приторная, может оставишь себе эту смазливую мордашку?  — Ха Ха Ха, очень смешно Маринетт! — Саркастично с закатыванием глаз проговорил блондин. Он обнял меня и задержался дыханием у моего уха. — Проснуться после пьянки у меня дома, а потом сбежать и пропасть на неделю? Очень оригинально.  — Что говоришь? Скучал? Оооо, я тоже дорогой! — Нарочито громко ответила я на его шёпот. Он посмеялся, а после подхватили и все остальные. Направляясь к нашему домику мы обсуждали происходящее в лагере в моё отсутствие и блондин случайно коснулся темы каких-то соревнований.  — Что прости? Ты серьёзно думаешь что вам вставляют палки в колёса из-за каких-то жалких соревнований? Пф, бред.  — Жалких соревнований?! — Сезер вновь смотрит на меня, словно я конченная идиотка. Хотя сейчас вся компания косится на меня подобным образом. Ну вот что я опять сказала не так а?  — Ирбис, ты идиотка. — Сказал блондин и приложился рукой об лицо.  — Святые корейцы, ты снова не читала посты, которые я тебе отправляла. — Скорее сказала утвердительно, чем спросила моя темнокожая подруга.  — Чего набросились то сразу? Будто это что-то безумно важное, от чего зависит судьба вселенной блять! — Ощетинилась я и надувшись сложила ручки в оборонительном жесте под грудью.  — Не судьба вселенной, но моё будущее точно. — Заметил Ким. — Результаты соревнований будут учитываться при поступлении в колледж и стипендия. Многим из нас это действительно важно.  — Оуч.  — Ты же будешь участвовать? — Спросил меня Агрест, чем одновременно подставил. На меня обратились взоры почти всех друзей. Я не любитель подводить людей, но ведь никому ничего не обещала? Я вообще на это всё не подписывалась! Моей основной задачей было вычислить ушлёпка с плоским чувством юмора, всё остальное не моя забота.

***

      И чего этот кретин увязался за мной? Я что так многого прошу? Всего-то не ходить на тренировки ещё пару дней, может у меня моральная травма? Но нет, этому вожатому нужно было докопаться до меня!       Пацанчик явно меня не возлюбил ещё с первой встречи, когда я публично отказалась идти у него на поводу и показывать вещи. Однако это не повод сейчас выносить мне мозг тупыми и нудными речами на тему моего поведения и его влияния на коллектив. А пошло оно все к черту.  — Куда это мы собрались? — Спросил он когда я встала с неудобного стула и хотела свалить из его кабинета. — Я тебя не отпускал.  — А я и не отпрашивалась, Аривидерчи! — Произнесла помахав ладошкой этому неудачнику.  — Мелкая дрянь. — Выплюнул с тихим омерзением мой вожатый, когда я уже почти захлопнула дверь. На секунду меня будто пробило током от его озлобленного тона. Что же я такого ему сделала? Пару раз нагрубила? Так это вполне нормально для подростка! Тем более он сам вызвался работать с трудными подростками, никто его к нам насильно не пихал.       И тут маленькая, почти неуловимая мысль проскочила в моем святилище гениальных идей — голове. Слегка встряхнувшись и приняв наипокорнейший вид, я аккуратно постучала в его кабинет, а после вошла.  — Ох, она снизошла до простых смертных! — Съязвил мой вожатый. Моя тушка медленно прошла к неудобному стулу с повышенной на максимум наблюдательностью. Я с тебя глаз не спущу!  — Да, знаете, мне тут проболтались о каких-то соревнованиях… — Реакция не заставила себя ждать. Может речь люди и могут контролировать, но вот язык тела совсем другое. Карие глаза вспыхнули, прям как при нашей первой встрече. С тех пор я часто наблюдала за ним подобное во время постоянных перебранок из-за разных взглядов в организационных вопросах.  — Тебе это будет не интересно, ты же тут новенькая. — Он нацепил непринуждённую маску и уткнулся носом в перевёрнутые документы.  — Ну что вы! — Приняла его игру в любезности и присаживаюсь поближе, делая вид что не замечаю, как он тупо смотрит в одну точку, не читая текста на листах. — Я слышала у вас не хватает людей, потому что некоторые основные игроки в этом году отказались посетить лагерь. Думаю, я могла бы стать неплохой заменой…  — Думать не твой конёк. — Маска треснула, видимо он не разделяет моего азарта. Внутри меня всё бурлит, словно адреналин. Я нутром чувствую, он что-то проворачивает. Может не зря ребята переживали о своих соревнованиях. — У вас, мисс Реналс, было слишком много нарушений. Проникновение на склад чего только стоит, боюсь могут просто не допустить.       Он снова перешёл на «Вы» и принял оборонительную позицию. Скрестив руки на груди, он облизывает потресканные губы и оставляет их в гаденькой ухмылочке. Да мимика Агреста по сравнению с ним нервно курит в сторонке. Гадость какая, я их уже сравниваю!  — Ну что вы! Не стоит бояться, это вам не к лицу. — Поднявшись в очередной раз с этого убогого стула (придурок видимо специально его тут держит для своих «любимчиков»), я медленно накланяюсь к нему через деревянный стол. — Уверена, мои нарушения никак не помешают мне помочь Вам в этих замуррчательных спортивных мероприятиях!

***

      Бессонница и поток мыслей в голове отходят на задний план во время утренней пробежке. Сырой воздух плохо сочетается с испариной на лбу и пояснице, но я продолжаю бежать рысью, как молодая кобылка. Вокруг мертвая тишина, я единственная не сплю в такую рань, разгоняя бедных дремлющих птичек. Спортивный браслет на руке издаёт вибрацию, извещая о наступлении шести утра. В лагере скоро подъём.       В голове уже построены намётки плана по вычислению человекоподобного подонка, вставляющего нам палки в колёса. Во честно, я его не знаю, а уже ненавижу. Никого же ведь не трогала, нет блин, свалился на мою голову!       Лагерь потихоньку просыпается, из домиков слышится утренняя суета. Пробегаю мужской домик, на крыльце уже стоит Лука в длинных шортах и выпускает дым изо рта. Завидев меня он поднимает одну руку ладонью ко мне в приветственном жесте. Мы с ним так толком и не смогли нормально поговорить после нашего неудачного розыгрыша и пьяной ночи в их домике. Судя до доброй улыбке, Лука не держит на меня зла.       Лёгкой походкой, с проветренной головой и спокойной душой я вбегаю по ступенькам к двери. Что-то меня дёргает, срабатывает инстинкт и я уж было собираюсь увернуться, но не успеваю. На меня обрушиваются несколько литров хлоросодержащего вещества.Когда я осознаю, что эта жидкость обволакивает меня полностью, затекая в нос, глаза и рот, из меня вырывается нечеловеческий крик. Я задыхаюсь, кричу и машу руками, разбрызгивая жидкость по всему крыльцу.       На крик прибегает Лука и протягивает ко мне руки, пытаясь понять в чём дело. Но я в истерике тру себя и продолжаю кричать. У меня еще с детства была сильная аллергия на хлорку. При контакте дезвещества с кожей появляются крапивница, конъюнктивит, медленно переходящие в отек Квинке. После этого поражается гортань. Всю меня трясёт словно я сбежала из дурки и нахожусь под действием препаратов. Шею сдавило от удушья, что является приступом анафилаксии.       Я закрываю слезящиеся от сжения глаза и думаю лишь о том, как ненавижу аллергические реакции. Как мне приходилось сторониться общественных бассейнов и как я страдала от аллергии в детстве. А как я страдаю сейчас? Эта боль вообще прекратится? Слёзы текут ручьями, но я не могу раскрыть глаз. Всё тело зудит и жжёт, дышать уже практически невозможно. В животных хрипах я расцарапываю кожу на теле не видя кровавых последствий, а при последнем вздохе слышу дикий крик моей лучшей подруги.