Потерянные Крылья Феникса

1200 лет до открытия темного портала.

– Глава рыцарей Лиадрин... Кому ты верна? Шепот Кельтаса и глаза Лиадрин... Глядя на ошеломленное выражение лица Лиадрин, Кель'тас злобно улыбнулся и сказал своим четырем «слугам». – Сегодня я освобождаю всех, все могут вернуться и отдохнуть. Лиадрин останься, у меня есть необходимость в том, чтобы поговорить с тобой. Панталеон и два других эльфа не понимали почему принц так ценил эту девочку священника, но послушались приказа и удалились. После того, как трое его подчиненных ушли, Кель'тас сказал отцу. –Отец, я хочу общаться с моим подчиненным, я покину тебя вместе с ней. Хотя король очень заинтересован в поведении Кель'таса, но все же целесообразно отпустить его и подчиненного. ...... Теперь в другом зале находятся только Кель'тас и Лиадрин. Кель'тас холодно смотрит на Лиадрин, а Лиадрин смотрит на принца без выражения. Спустя долгое время Кель'тас вздохнул и высказался. – Я всегда отказывался верить, что мои доверенные люди способны предать меня. Девочка не поняла смысл слов принца. В тот момент как Кель'тас увидел Лиадрин его просто преодолели воспоминания. Все его попытки сдержать свои чувства не могли с этим справится. Почему ты предала? Кель'тас почувствовал ощущение беспомощности перед желанием понять ее мотивацию. Когда она его предавала ее чувства были странными. Не было гордости в том, что она его убила. Не было гордости за защиту Кель'таласа от него. Она не поступала так из благих убеждений просто... Чувства.... В тот момент он мог угадать ее чувства. Ее чувства слишком сильно совпадали с его чувствами, когда он нападал на Кель'талас. Гнев, обида, след раскаяния и извинения. Очень сложные чувства. Перед его глазами вновь проносились картины. На них Лиадрин была важным солдатом, отказавшимся от света, которого он принял в свою палатку с самым торжественным этикетом, потом она стала самым первым рыцарем крови в истории Кель'Таласа. Ее командование орденом рыцарей позволило добиться многих побед. Позже он действовал по своему новому плану в новом мире и передал ей тяжелую ответственность за обучение новобранцев. Все эти картины отражают его доверие и ответственность порученную эльфийке. Позже совсем другие картины... Все изменилось, когда он вошел в Кель'Талас с остатками армии и демонами. Женщина стояла на противоположной стороне, его войска также были отклонены ее людьми. Она все также защищала Кель'Талас, но объект борьбы был совсем другим... В конце он вспоминал, как женщина рыцарь подошла к нему с мечом, казалось она что-то говорила. Я не помню, что она говорила... Затем картина была прервана ее мечом. Кель'тас может быть уверен, что заслуживающая доверия женщина-рыцарь Лиадрин предаст его в будущем, но останется верной Кель'Таласу. Кель'тас какое-то время смотрел на девочку священника и тихо сказал. – Сначала сядь, мы могли бы поговорить медленно. Лиадрин молча сидела на своем месте и не говорила. Принц немного подумал и спросил. – Лиадрин, что ты думаешь о Кель'Таласе? Лиадрин была в недоумении, как принц мог задать ей этот вопрос. Подумав об этом, Лиадрин все еще смутно сказала то что от нее захотят услышать. – Это красиво мне очень нравится моя родина. – Отвечай честно! Он увидел? Принц слегка нахмурился, затем добавил. – Я ненавижу людей, которые считают меня идиотом. Не зная почему, но, когда принц нахмурился, у Лиадрин возникло чувство паники. Она поспешно сказала в попытке избежать проблем. – Пожалуйста простите мою грубость. Ваше Высочество просто несколько слов слуги, действительно... Затем он встал. Она прекратила говорить. Желание ударить ее ослабло, и он успокоился. Казалось принц что-то понял, улыбнулся и сказал. – Лиадрин, все что я услышу сегодня не имеет ничего общего с законами королевства Кель'Таласа. Сегодня я обычный эльф, который хочет выслушать друга, которая расскажет некоторые истории своей жизни. Лиадрин была смущена словами принца. Что принц хотел сделать? Пытается получить повод убить ее? Принц понял, что она не слушает вздохнул и сделал последнюю попытку. – Если ты не хочешь говорить я не настаиваю, но я надеюсь дружить с тобой, по крайней мере надеюсь... надеюсь, что в будущем мы станем хорошими друзьями и партнерами». Лиадрин посмотрела на искренние глаза принца и казалось чувствовала небольшую вину в ее сердце. Почему я должна врать? Если он хочет убить меня, то рано или поздно найдет повод. Зачем ему слушать мою историю? Она вздохнула и откровенно сказала принцу. – Его Королевское Высочество вы действительно хотели бы услышать историю этого скромного слуги? Снова подумав он ответил с улыбкой. – Ну-уу... Сегодня я не принц, я просто незрелый ребенок, который встречает старых друзей. Если я бы не хотел слышать это, я бы не стал говорить об этом, я хочу тебя выслушать. Я прошу не называть меня высочеством сегодня, просто называй мое имя. Лиадрин была очень удивлена поведением принца и осторожно сказала. – Тогда я назову тебя принц Кель... – Кель'тас! Убери приставку! – Хорошо, Кель'тас. Сказала Лиадрин с улыбкой и готовностью. Устраиваясь на кресле поудобнее, она наблюдала за своими ногами. – Вы особенный человек... Если вы хотите послушать мою историю, я не могу вам в этом отказать... Кажется, она долгое время не доверяла своим собственным словам, но в конце концов Лиадрин начала говорить. – Я незаконнорожденная дочь благородной семьи. Так как мое рождение скрыли, мы с мамой были изгнаны из дома, изгнаны из города Луносвета и приехали жить в деревню Золотистой Дымки, маленькая деревня... .......... .......... – Это был мой самый счастливый день. Тогда... Лиадрин медленно рассказала свою историю, и Кель'тас тоже тихо слушал. Когда дело доходило до радости то Кель'тас смеялся вместе с ней, а когда дело доходит до грусти, Кель'тас молчал и иногда утешал ее. После того, как Лиадрин рассказала свою историю, Кель'тас долгое время молчал и обдумывал. – Ты не должна сжигать весь лес из-за загрязнения одного дерева. Лиадрин необъяснимо посмотрела на принца. А он встал, подошел к окну и отодвинул шторы позволяя солнцу осветить зал. Свет упал на золотистые украшения, которые отражали его образуя блеск золотистого света. – Ты сильно ненавидишь своего отца, ты все еще постоянно вспоминаешь неприятные воспоминания. Но ты также любишь все что происходило в деревне Золотистой Дымки и вспоминаешь свою мать с улыбкой. Кель'тас остановился, пытаясь составить слова. – В этом мире много прекрасных вещей Лиадрин, тебе стоит найти их. Если ты не откажешься от меня, я готов искать их вместе с тобой. Кель'тас искренно посмотрел на Лиадрин. Глаза Лиадрин были полны неверия и печали. – Королевское Высочество... – Не называй меня своим принцем! Кель'тас перебил её и сказал. – С сегодняшнего дня я прошу тебя как друга, называй меня Кель'тас! Обдумывая его слова она все еще молчала. Затем Кель'тас улыбнулся и погладив ее по голове сказал. – Я чувствую твою грусть и боль Лиадрин. Эти эмоции только твои... Я не способен их понять и утешить тебя, только ты их чувствовала. В то время как я родился принцем и не знал лишений ты чувствовала боль и гнев... У меня нет квалификации давать тебе советы Лиадрин. Однако я просто надеюсь, что ты можешь правильно выбрать объект ненависти. Я верю, что твой враг не эта страна и не дворяне. Я думаю твой враг — это темная сторона нашего мира. В этом мире у кель'дораев много врагов. Много неприятностей могут случится с обычными мирными гражданами, не обладающими властью, деньгами или силой. Я верю ты искренне заботишься о эльфах и не хочешь, чтобы они испытывали боли. Причина, по которой свет выбрал тебя...я верю, что свет не просто так выбрал тебя. Ты обязательно найдешь свой свет. Глядя на принца... Нет... На улыбку Кель'таса, Лиадрин внезапно почувствовала себя немного расслабленной. Этот принц... Это было... – ... После того, как два человека немного поговорили, Кель'тас послал Лиадрин вернуться отдохнуть. Глядя на спину Лиадрин, Кель'тас со вздохом сказал. – Я все еще отказываюсь верить, что мои доверенные люди способны предать меня. После высмеивания себя Кель'тас вернулся в свою спальню чтобы отдохнуть. Открывая дверь в спальню, он тихо произнес. – Может быть, я когда-то ошибался... ......... ......... Наблюдая за сценой в зале две сестры не отрывали глаз от принца. Установив в одежду Кельтаса заклинания слежения, они наслаждались представлением. Синяя сестра улыбалась. – Ненависть и амбиции. Ее сестра добавила. – Верность и доверие. Они вместе произнесли. – Нам интересно что ты выберешь? Зеленый свет в глазах сестер стал ярче, а их фигуры немного изменились. Одна была покрыта темными сгустками в то время как другая зелеными языками пламени. – Наш огонь. – Наша тень. Их руки соединились, переплетаясь пальцами. – Наше пламя всегда горит в тени! – Боль... – Предательство... – Смущение... – Ненависть... – Надежда... – Желание... –Это краеугольный камень всего! –Это столп всего! – Наши... – Надежды! – Мы ждем. – Мы надеемся. – Кроме того... –В будущем как ты будешь выбирать между... – Индивидуальным и коллективным, любовью и страной? – Мы будем ждать. – Мы будем видеть и наслаждаться. – Надеемся, что это будет ответ на наш долгожданный вопрос! – Юный принц. – Когда ты думаешь... –Что ты управляешь своей судьбой... – На самом деле ты был... – В контроле судьбы! Продолжая смотреть на своего нового начальника бывшие адъютанты Кил'джедена ухмылялись. …...... ………. Солариана следовала указаниям своего учителя. Каждый день наблюдая за ним ее сердце становилось сильнее. Словно надежный якорь в бушующем море он помогает расслабиться. Простая прислуга стала магом... Она и представить не могла что обладает талантом. Принц говорил, что ее талант очень опасен, но не менее слаб чем талант арканы... Тьма... Странный шепот многое обещает. Кельтас говорит игнорировать голоса. Это трудно. Постоянная боль и невозможность расслабиться. Голос мешает и давит на нее. Она ненавидит свет. Однако боль от света заглушает голос. Эллриса также начала изучать тьму, но не страдает от подобной проблемы. Ее циничные советы помогают, но видения мешают. В видениях есть враги принца... Весь мир его врагов и зло которое все несут по отношению к нему заставляют ее дрожать. Ее желание защитить своего учителя все еще непоколебимо. Это просто иллюзии. Просто тьма, которая хочет свести с ума. Стоит больше контролировать себя. Стоит больше стараться ради учителя. ......... ......... Послы, посланные на переговоры с ночными эльфами так и не вернулись. Прошло много лет для людей, но совсем немного для эльфов. После многих лет работы Кельтас смог многого достичь, но еще многое было впереди. Кель'талас вновь отправил послов в земли ночных эльфов и так как Аратор наконец развалился были сделаны некоторые меры. Кельтас отправился в Кул-Тирас для проведения переговоров. Была начата закупка сильных магических предметов Аратора. Образование 7 королевств хороший шанс купить стратегические магические предметы Аратора по низкой цене. Неразбериха, человеческая жадность и необходимость денег при реформах, все это помогло эльфам культурно и тактично обокрасть людей. ………… ………… Кельтас и его люди достигли тронного зала Кул-Тираса и сразу предоставили подарки. Развернув из-под красиво стилизованной ткани чешуйчатую броню, сделанную из адамантия и покрытую рунами эльфов они уставились на короля – Кельталас приветствует своих союзников людей. В качестве жеста нашей доброй воли мы решили подарить эти магические доспехи для короля Кул-Тираса. Король с радостью кивнул и принял посланников Кель'таласа. – Кул-Тирас чтит память предков империи Аратора. Прибытию эльфийских гостей рады в этих землях. Кельтас подошел и представился. – Я Кельтас принц высших эльфов хочу пожелать королевской семье Кул-Тираса долголетия, а стране процветания. Немного удивившись тем что к ним прибыл принц эльфов, король еще более радостно ответил. – Я радостно приглашаю послов к банкету. Ваши слова заставляют, меня вспомнить о рассказах, когда люди и эльфы воевали против варварских людоедов. После нескольких часов вежливых разговоров Кельтас вытащил договор. Договор содержал аренду флота Кул-Тираса и создание перевалочных баз в портах Кельталаса. Торговая зона человеческих королевств должна пересекаться в Кул-Тирасе, к этой торговой зоне присоединяется торговая зона Кель'таласа и потом осуществляется торговля с гоблинами. Морские маршруты, рынок сбыта и поставки. Все было готово, не хватало лишь флота. Эльфы не хотят тратить ресурсы на содержание флота. Рождаемость эльфов намного слабее и содержание одновременно и флот, и армию приведёт к истощению численности. С другой стороны, Кул-Тирас мог стать их надежным торговым партнёром. Доход Кельталаса возрастет, но Кул-Тирас получит намного больше выгоды. Увидев такую хорошую возможность король только что образованной страны немедленно согласился. Кроме того, как принц дружественной страны Кельтас получил в подарок медальон королевской семьи Кул-Тираса. Кель'талас и Кул-Тирас обязались соблюдать альянс. Это событие войдет в историю Кул-Тираса как самое успешное соглашение, а король прославился как мудрый друг высших эльфов. ……….. ……….. Эксперименты над смешиванием арканы и света дают небольшие успехи, но до испытания на эльфах еще много работы. Эльфы неспешно ищут Сурамар, а реформа армии почти завершилась. Проблема лечения и магической поддержки рейнджеров исчезла. Осталось лишь создать войска способные защитить в ближнем бою. Новое оружие еще не было предоставлено войскам так как лояльность рейнджеров генералов должна быть направлена на королевскую семью, а не на совет. Совет начинает пытаться бороться с решениями королевской семьи и Кельтас переживает что они могут создать проблемы. Первые магические гравитационные платформы прошли испытание и готовы осуществлять бомбардировку местности для расчистки от троллей. ……… ……… По сравнению со своей юностью Сильвана стала намного более интересной… Ее характер стал напоминать девушку рейнджера из его воспоминаний. Стоит дать ей должность генерала рейнджеров, только надо будет найти подходящее время. Кельтас удерживал эльфийку и медленно поглаживал ее волосы. Гладя и лаская ее, он немного переходил к более низким частям тела. Однажды, когда она поймала их с Аллерией он получил несколько ударов по лицу, а ее сестра подверглась многочисленным обвинениям. За все пройденные годы Сильвана довольно сильно выросла, больше не вела себя ребячески, но... Она все равно ведет себя слишком дико, когда они остаются наедине... Стоит ли считать это проблемой? Так было и раньше? Я не особо помню. Или это последствие моих действий? Неважно, она вполне стала близкой и больше не так бесит.