Genius Doctor: Black Belly Miss / Гениальный доктор

С точки зрения Цзюнь У Се, ее дядя был неспособен идти не потому, что яд был слишком токсичен, а потому, что… врачи в этом мире упустили время! Ей никогда не приходило в голову, что проблема не во врачах этого мира, а скорее в том, что она была слишком неправильна! Ее навыки находились на беспрецедентном уровне, словно университетский выпускник делал домашнюю работу за ребенка из начальной школы. Здесь и были значительные отличия. - Да, - ответила она на их волнение. Они молчали, но в их глазах прекрасно было видно зажегшееся пламя, пока они пытались переварить всю информацию. Дворец Линь был в упадке из-за отсутствия преемника, однако если Цзюнь Цинь сможет выздороветь в течение следующих нескольких лет, дворец еще сможет погреться в славе. Эта возможность была очень важна для них сейчас. - У Се, на карту поставлено слишком многое, возможность и само восстановление твоего дяди должны храниться в секрете. Что касается твоего Мастера… - Цзюнь Сянь немедленно задумался об этом весьма насущном вопросе. - Мастер сказал, что не интересуется мирскими делами, - что может раскрыть несуществующий человек? - Это приятно слышать. Мы действительно должны поблагодарить его за всю его помощь! Пожалуйста, передай ему, что, если есть что-нибудь, с чем дворец Линь может помочь, если это в наших силах, мы сделаем все возможное! - взволнованно высказался Цзюнь Сянь. - Я передам, - слабо ответила она. - У Се, спасибо, - Цзюнь Цинь смотрел на У Се теплыми глазами и нежно улыбался. Он был очень благодарен, что все эти годы его семья так поддерживала его. А теперь его любимая племянница сказала, что могла вылечить его с помощью своего Мастера! Он просто не мог дождаться этого момента! Его "спасибо" пробудило в ней какие-то чувства. Она даже удивилась немного. В прошлом она спасла многих, и спасенные всегда благодарили ее, но те "спасибо" никогда ничего не значили для нее. Однако на этот раз "спасибо" Цзюнь Циня заставило ее почувствовать теплоту, и испытанная радость - нежно улыбнуться в ответ. Оказывается, что чувства при лечении члена семьи были совершенно другими. Опьяненная этим чувством, она продолжила: - Мастер дал мне несколько семян лотоса, и я хотела дать одно и дедушке тоже, но из-за особого случая дяди, прямо сейчас я должна сконцентрироваться только на его лечении. Мне потребуется немного больше времени, чтобы подготовить условия для дедушки, - она не могла быть небрежной, ведь Цзюнь Сянь уже в достаточно почтенном возрасте, ей нужно быть очень бдительной. Она хотела хорошенько подготовиться, прежде чем начать, и максимально избавиться от влияния каких-либо факторов. Цзюнь Сянь никогда не думал, что у него тоже была такая возможность. Услышав Цзюнь У Се, он предположил, что она уже начала готовиться. По его груди разлилось тепло, он неловко отвернулся, чтобы потихоньку утереть слезы, которые уже катились по его лицу. Его внучка наконец-то выросла и стала такой разумной. В будущем, кто посмеет назвать его внучку отбросом?! Никто не сможет даже волоска ее тронуть в его присутствии! Никому не сойдет с рук издевательство на ней! - Я оставлю все это в твоих руках. Я сообщу дяде Фу и попрошу проинформировать кухонные персонал. Делай, что хочешь, не спрашивай нашего разрешения, - он сердечно улыбнулся и вздохнул с облегчением. В прошлом, обожая и безоговорочно любя ее, он знал, что ей нравится насмехаться над другими, что у нее надменный характер. Поэтому он во многом ограничивал ее, чтобы предотвратить любые проблемы. Но теперь, когда он смотрел на свою драгоценную внучку, на сердце у него было наконец-то спокойно. Разумная, спокойная, с удивительными медицинскими навыками, глубокой заботой о семье и даже поддерживаемая влиятельным Мастером. У кого еще в мире есть такая великая внучка? Он хотел прокричать на весь мир, какой удивительной была его внучка! Он хотел хвастаться ей перед другими старикашками, злорадствовать над их потрясенными лицами и посмотреть, посмеют ли они еще называть ее мусором! Текущее затруднительное положение дворца Линь могло быть исправлено с помощью Цзюнь У Се. Она станет ключом к возрождению, и он должен защитить ее, также как и дворец Линь, они должны были держать все в тайне до полного восстановления Цзюнь Циня. Цзюнь Сянь значительно пострадал в соответствии с чьей-то великой схемой, он потерял одного из любимых сыновей, а другой был серьезно ранен и все эти годы не мог жить полноценной жизнью. Чтобы сохранить дворец Линь, он вынужден был сократить армию Жуй Линь. Если станет известно, что Цзюнь Цинь может выздороветь, и человек, лечащий его, это Цзюнь У Се... Он не был уверен, что сможет обезопасить их обоих в одиночку. Теперь охрана Цзюнь У Се стала высшим приоритетом. Согласно распоряжениям Цзюнь Сяня, у Цзюнь У Се была полная свобода действий, она могла делать все, что захочет. Никаких вопросов, никаких возражений. Слуги больше не медлили, когда она просила о чем-то. Чтобы избежать последствий после употребления в пищу семени лотоса, Цзюнь У Се решила использовать травы, которые укрепят состояние тела Цзюнь Сяня. Цзюнь У Се придирчиво готовила травяные смеси и прописала диету, чтобы поддержать и укрепить тела Цзюнь Сяня и Цзюнь Циня. Она также подключила слезы белого лотоса. Во время этого процесса дядя Фу лично доставлял все продукты питания и лекарства из рук Цзюнь У Се в руки Цзюнь Сяня, в то время как Лун Ци делал то же самое для Цзюнь Циня. Цзюнь У Се очень серьезно относилась к этому, она могла доверять только этим двум людям! Никакие другие контакты не допускались, ведь кто-то мог проскользнуть и воспрепятствовать лечению. С этим запретом она могла лично контролировать улучшение их состояния и ни о чем не беспокоиться. И отец, и сын удивительно быстро выздоравливали под ее опекой, единственной жертвой был маленький лотос. Поскольку его слезы являлись "специальным компонентом", каждые несколько дней он должен был вносить свою лепту. Каждый раз, когда он материализовывался, черная кошка атаковала его и преследовала, чтобы оцарапать. Комната в конечном счете практически постоянно была заполнена приглушенным хлюпаньем и рыданиями. Он действительно заслуживал некоторого сочувствия! Потрепанный лотос в очередной раз внес свои слезы и, дрожа, забился в угол комнаты, а черная кошка спокойно облизывала лапы, сидя около кровати. Цзюнь У Се только что закончила собирать слезы, когда раздался легкий стук в дверь. Она быстро взмахнула рукой, и маленький белый лотос немедленно исчез, превратившись в едва видимое кольцо на безымянном пальце ее правой руки. - Войдите. Дверь распахнулась и показался Лун Ци. Он поклонился, и, не разгибаясь, протянул ей два свитка. - Второй мастер приказал мне передать их вам, молодая госпожа, - Лун Ци был немногословным человеком. И хотя сказал он немного, теперешняя манера разговора полностью отличалась от предыдущий. Он все еще говорил холодно, но в его голосе появился намек на уважение. Состояние тела Цзюнь Циня с поразительной скоростью улучшалось, и он знал, что за все это ответственна молодая госпожа перед ним. - Положи их туда, - девушка указала на стол поблизости, медленно подняв голову. Лун Ци поклонился еще раз и вошел комнату, глядя не на нее, а в пол. Положив свитки на стол, он собирался уходить, но внезапно она сказала: - Подожди. Он немедленно замер на месте. - Возьми лекарство, что лежит на столе, - приказала она. Лун Ци поднял голову, посмотрел на стол и увидел маленькую белую фарфоровую бутылку. Взяв ее, он спросил: - Как я должен дать это второму мастеру? - Оно для тебя, - сказала У Се, посмотрев на него. Мужчина напрягся всем телом. - Как ты собираешься ухаживать за моим дядей с такой травмой? В будущем не делай таких глупых вещей. Как врач, да еще и с таким чувствительным обонянием, как она могла не ощутить этот слабый запах крови? Лун Ци на мгновение замер, затем выправился и жестко поместил правый кулак слева у груди, чуть поклонился и тихо покинул комнату. Цзюнь У Се поглядела на закрытую дверь и вернулась к своим делам. - Холод снаружи, тепло внутри. Это относится к таким людям как ты, - послышался из окна дразнящий голос. Цзюнь У Се наморщила брови, обернувшись на источник звука. На подоконнике, сложив руки на груди, сидел Цзюнь У Яо. Он улыбался, глядя на ее ошеломленный вид. На этот раз она не смогла почувствовать никакого запаха крови. - Он совершил ошибку и получил за это наказание - это не стоит пристального внимания. Не думал, что ты будешь так добра, что приготовишь для него лекарство, - веселье пропало из его глаз, когда он посмотрел на нее. В тот день, после того, как Лун Ци принес ей извинения и попросил о наказании, она отмахнулась от него. Этот жесткий и прямой человек наложил свое собственное наказание. Он высек себя более ста пятидесяти раз, пока вся его спина не была изранена, однако он не издал даже крика, а уже на следующий день он держался как обычно. Кстати, Цзюнь У Яо знал об этом, однако к нему это не имело никакого отношения. Кроме того, его это совершенно не интересовало, он почти забыл об этом, но вспомнил из ее действий сегодня. - Я ненавижу тот запах, - ответила она мрачно. Цзюнь У Яо хихикнул и спрыгнул в комнату. - У Се так несправедлива. Когда я был ранен, почему ты не лечила меня? - слегка надув губы, он подошел к ней и, прислонившись одной рукой к стене позади нее, загнал девушку в угол. Его темные волосы, ниспадающие по изящному лицу, щекотали ее щеку. Цзюнь У Се нахмурилась и отстранила мешающие пряди от себя. - Из-за твоего имени, - она посмотрела на него, сделала шаг в сторону и спокойно ушла. Цзюнь У Яо, никакой медицины, неизлечимый*. - Ха-ха-ха-ха! - услышав ее объяснение, он не мог не рассмеяться. Он схватил ее за запястье и втянул во властное объятие. Ее маленькое тело было мягким и слабо пахло травами, это на самом деле успокаивало. Она не боролась, не сопротивлялась, просто спокойно оставалась в его объятии, только пара ее умных глаз впивалась в него полным неодобрения взглядом. - Сегодня я как следует вымылся. Ну же, понюхай, ты ведь не чувствуешь никаких неприятных запахов, исходящих от меня, - прошептал он ей на ухо глубоким притягательным голосом, к которому примешивалось легкое озорство. Он явно поддразнивал ее. - Нет, - Цзюнь У Се чувствовала, что что-то неправильно, но не могла определить что именно. - Будь уверена, что если есть что-то, что тебе не нравится во мне, я не позволю этому существовать, - он улыбнулся и еще теснее сжал ее в своих руках. Он понял, что, неважно, что он делал с ней, она все равно не реагировала. Эта девушка, казалось, не знала значения его действий. Как чистый листок бумаги, совершенно пустое выражение лица. И он очень хотел оставить свои отметины на этой бумаге!