Часть 1
1 сентября 2019 г., 14:16
– Н-ну же, Эдди, п-п-пожалуйста! У него н-не так всё п-плохо! – Умолял Билл. – Ч-честно!
– Билл, нет, однозначно! Моя мать убьёт меня, если я приду домой поздно! – Возражал Эдди, теребя молнию на своей поясной сумке.
– Э-Эдди, ну с-скажи ей, ч-что ты был в б-библиотеке! – Ответил Билл. – Мне д-действительно нужна твоя помощь!
– Я не виноват, что ты позвал Стэна на свидание в тот же день, когда должен был заниматься с ним! – Стоял на своём Эдди.
С ним – с Ричи Тозиером, балаболом из Дерри, который постоянно, блядь, доставал Эдди. Но Эдди, на самом деле, не настолько был против Ричи и его очков с линзами толщиной с дно бутылки, увеличивающих его шоколадные глаза с длинными ресницами. Глупые прозвища и до жути неуместные шуточки о его матери нисколько не раздражали Эдди. Единственное, что его беспокоило – это осознание того, что каждый раз, когда Ричи внезапно появлялся у его шкафчика, чтобы ущипнуть Эдди за щёку и сказать, как очаровательно он выглядит в коротких шортах, он чувствовал, что его сердце готово было вырваться из груди. И Эдди понимал, что ему нельзя чувствовать такое по отношению к мальчику, особенно к Ричи Тозиеру, который буквально кишел микробами. Не то чтобы это волновало Эдди, ведь каждый раз, когда Ричи прикасался к нему, его трясло. Не от отвращения – прикосновение вызывало дрожь, пронизывающую Эдди до самых костей, и разжигало пожар глубоко в животе.
Он никому не рассказывал о своих чувствах, а лишь огрызался, натягивая своё фирменное недовольное лицо, когда Ричи разговаривал с ним, и закатывал глаза, когда кто-то упоминал его в разговоре. Игнорирование эмоций нисколько не помогало, так что Эдди начал игнорировать Ричи. И в какой-то степени это работало: он не видел Ричи, а Ричи не мог доставать Эдди, напоминая ему, что он застрял в шкафу настолько глубоко, что попал на шесть измерений дальше Нарнии. Но избегание имело пару минусов: Эдди всё ещё думал о Ричи и его глупом милом личике и его глупом милом смехе.
– Н-но он с-согласился! Т-ты же з-знаешь, что я ж-ждал этого с-столько времени!
– Ёбаный господь, – пробурчал Эдди, потирая глаза в поражении. Он знал, что Билл очень долго набирался смелости, чтобы пригласить Стэнли Уриса на свидание, и было бы несправедливо препятствовать их романтической встрече. – Во сколько?
Билл хлопнул в ладоши от радости.
– Т-ты лучший, Эдди! С че-четырёх до п-пяти, на у-углу П-Пайн и С-С-Седьмой.
Эдди поправил лямки своего рюкзака, перенося вес учебников с одного плеча на другое.
– С чем я хотя бы должен ему помочь?
– С х-химией, – ответил Билл. – У н-него уже получается л-лучше, т-так что всё д-должно п-пройти до-довольно гладко, о-обещаю.
Эдди хорошо разбирался в химии, ему приходилось, учитывая количество принимаемых им таблеток. Он рано научился определять, было ли то лекарство, которое ему давала мама, действенным, или всего-навсего являлось плацебо.
– Это будет адище, – захныкал Эдди. – Ты мой должник, Большой Билл.
– Н-на самом д-деле, он не т-так п-плох, Эдди. О-он славный, п-правда. Ты п-поймёшь, когда у-узнаешь его п-получше.
Он славный, милый и забавный и внимательный к окружающим, и блядь, какой же я гей.
– За тобой должок, Билл. – Эдди нахмурился, подходя к велосипедной стоянке вместе с другом. Он вытащил свой велосипед, мельком взглянув на Билла, хватающего руль Сильвера. – Гигантский долг!
– А-ага, х-хорошо.
Эдди задумался, как жутко это будет выглядеть для Ричи, когда он придёт к нему домой без предупреждения и какого-либо объяснения. Боже, это действительно будет очень и очень жутко. Эдди потянулся в свою поясную сумку и достал ингалятор, мгновенно вдыхая его содержимое. Он знал, что лекарство ненастоящее, но всё равно пользовался им – психосоматика и всё такое.
***
Музыка гремела из открытого окна на втором этаже, и Эдди увлечённо наблюдал за Ричи, скачущим под музыку. Такая беспечность движений и Ричи, выглядящий так, будто ничего в мире его не беспокоит, очаровывали Эдди. Ричи достал пачку сигарет из кармана, всё ещё покачивая головой в такт музыке, и осторожно зажёг одну, затем высунулся из окна и посмотрел на мир. Он смотрел прямо над Эдди, не замечая его. Было в этом что-то завораживающее: то, каким глаза Ричи видели мир, как его губы сжимали сигарету. Некая грубая красота, привлекающая Эдди, и он ничего не мог с этим поделать. Эдди поправил лямки рюкзака и направился к входной двери. Ричи совсем не слышал его приближения и продолжал смотреть в окно, поглощённый музыкой и своими мыслями. Эдди позвонил в дверной звонок и подождал пару минут. Дверь не открывали, и он позвонил ещё несколько раз, но уже более настойчиво. Наконец, за дверью кто-то проворчал и Эдди услышал тяжёлую поступь. Дверь распахнулась, и за ней стояла женщина средних лет с красными глазами, источавшая аромат перегара. – Чего надо, пацан? – Спросила она без доли энтузиазма. – А... Эм... Я должен встретиться с Ричи? Помочь ему с химией? – Ответил Эдди. – Разве с ним обычно не тот высокий парнишка занимается? Заика. – Спросила женщина. Эдди открыл было рот, чтобы объяснить, но она перебила его. – Неважно, мне пофиг. Просто поднимайся в его комнату. – Ладно. – Эдди был несколько потрясён, когда женщина впустила его в дом и потащилась обратно на диван, немедленно прикладываясь к бутылке. Он знал, что его мама была чересчур опекающей, но он ещё ни разу не встречал противоположных ей родителей. Он пытался перестать думать, как ему было грустно по этому поводу. Он знал, что его мать безумна, но по крайней мере, ей было не всё равно. А мама Ричи была олицетворением безразличия, и это бесконечно расстраивало Эдди. Он поднялся через ступеньку и, подходя к комнате Ричи, почувствовал вибрацию музыки в своём теле. Дверь в комнату Ричи, услужливо подписанная "Комната Ричи. Не входить, придурки", была закрыта, и Эдди постучал. Через секунду дверь открылась, за ней стоял Ричи с выпученными от шока глазами и с сигаретой, свисающей с его привлекательных розовых губ. – Эдс? Что ты здесь делаешь? – Воскликнул Ричи. На его лице читалось нечто среднее между удивлением, смущением и радостью. Он немедленно потушил сигарету о дверной косяк, краска на нём сморщилась и задымилась. Ричи поправил очки, чтобы те удобнее сидели на переносице. – Билл послал меня, – сказал Эдди, – натаскать тебя по химии? У него сегодня свидание и он не смог прийти. Ричи присвистнул. – Свидание, говоришь? Похоже, ему не требуется помощь с химией? – Он поиграл бровями, намекая на что-то. – Это сейчас было... Жутко отвратительно. – Признался Эдди. – Ох, Эдди, ты ранишь меня. – Ричи надул губы, и как показалось Эдди, ему не хватало сигареты: его рот раскрылся, будто держа её, и в этот момент Эдди понял, почему так трудно бросить курить. – Знаешь, что действительно ранит тебя? Все эти сигареты, что ты куришь. – Сказал Эдди, указывая на дверной косяк, где пузырилось прожжённое пятно. – Эдди Спагетти, ты обо мне беспокоишься? – Проворковал Ричи, ухмыляясь. Щёки Эдди воспылали. – Ты можешь делать другие вещи своим ртом, вместо того чтобы курить. – Уж я-то знаю, что я могу делать своим ртом. – Похотливо произнёс Ричи, растягивая слова. Эдди старался не обращать внимание на усиливающийся румянец. – Да неужели? Например, болтать? Потому что тебе, похоже, это нравится, Ричи. Ричи рассмеялся, и Эдди почувствовал, как его сердце ухнуло. – Заходи, Эдс, для секси мальчиков вход бесплатный. – Сказал он, отступив в сторону, чтобы пропустить Эдди в свою комнату. – Боже, здесь отвратительно! – Выпалил Эдди, разглядывая недружелюбный вид комнаты Ричи. В комнате действительно было отвратительно. Гигантские кучи грязного белья валялись по углам, старые бумаги рассыпаны по полу. На кровати Ричи были разбросаны гавайские рубашки и пачки старой жвачки и сигарет. В воздухе стоял запах никотина и громко играла рок-музыка. Ричи фыркнул. – Господи, Эдс, скажи, что ты на самом деле думаешь, – он подошёл и выключил музыку, оставляя комнату в некоем отсутствии шума, что было на удивление смущающим. – Это как… питательная среда для микробов. – Сказал Эдди с нескрываемым ужасом. – Извини, принцесса, я не ожидал гостей. – Ответил Ричи. – Ещё как ожидал, – настоял Эдди, – Билл должен был прийти. – Я ожидал гостей, которым всё равно. – Пояснил Ричи. Эдди глубоко вдохнул через нос, пытаясь игнорировать бурные мысли о микробахмикробахмикробах и пассивном курении, боже. – Я пока уберу с кровати, окей? – Сказал Ричи. Эдди кивнул, стряхивая с себя рюкзак и держа его перед собой как щит. После того как Ричи избавил кровать от всякой всячины и цветочных рубашек, Эдди нерешительно уселся на неё. – Так на чём вы с Биллом остановились? – Спросил Эдди. Ричи будто не ожидал такого вопроса. – Оу, эм... На кислотах? – Названия кислот или их определение? – Спросил Эдди, расстёгивая молнию на своём рюкзаке и вытаскивая аккуратную тетрадь и учебник, оба с надписью "Химия". – Названия. – Сказал Ричи, на этот раз увереннее. Он поднял листок бумаги и тупой карандаш с пола и приготовился записывать. – Учи, доктор Каспбрак! Я доверяю тебе, дружище! – Возгласил он с ужасным британским акцентом. – Хватит называть меня дурацкими именами. – Сказал Эдди. – Разве Ваше имя не Каспбрак, доктор? – Оскалился Ричи. – Завали, Балабол. – Сказал Эдди, игнорируя его подколы. – Что ты выучил? – Кислоты опасны. Не трогай их. – Повторил по памяти Ричи. – Окей, а какое это имеет отношение к их названиям? – Спросил Эдди. – Ну, я знаю, что моя любимая кислота называется "не-прикасайся-ко-мне-я-великолепная" кислота. – Торжественно сообщил Ричи. – В этом нет никакого смысла. – Я не надеялся, что ты будешь знать о ней, ведь ты не такой восхитительный химик как я! – Воскликнул Ричи. – Нет. Нет, хватит выдумывать. Кислоты – это кислоты, а ты тупой. Это естественный порядок вещей. – Сказал Эдди, разглаживая свой листок. На нём была периодическая система, элементы которой были красиво распределены по цветам. – О, Эдс, ты очень милый, когда раздражён, – улыбнулся Ричи, наклонившись, чтобы ущипнуть Эдди за щёку, – такой милый, милый, милый! Эдди отмахнулся от него, его лицо горело. – Серьёзно, Ричи! Химия! – О, я знаю всё о химии. У нас с твоей мамой фантастическая химия, – ухмыльнулся Ричи, – но не волнуйся, Эдс, ничто не может сравниться с нашей химией. – Бип-бип, Ричи. – Сказал Эдди. Щёки пылали. Ричи нахмурил брови в замешательстве. – Что? – Это значит заткнись нахуй, говнюк. – Ответил Эдди. Ричи рассмеялся. – Ладно, ладно, Эдди Спагетти. – Он помолчал, лениво взглянув на Эдди, и Эдди почувствовал, как его румянец снова вспыхнул. – Ты обаятелен, когда краснеешь. – Бип, блядь, бип. – Пробурчал Эдди, стараясь игнорировать бешено бьющееся сердце. – Да-да, детка. Эдди с трудом оставил без внимания такое прозвище. – Итак, кислоты. Что всегда идёт первым в названии любой кислоты? – Э... Не знаю. Но ты знаешь, как называется пердёж короля? – Что, прости? – Благородный газ! – Господи, нет! – Воскликнул Эдди, ударив Ричи по голове таблицей Менделеева. – Сосредоточься, кусок говна! – Кусок говна? – Скептически повторил Ричи. – Эдди Спагетти, ты безумно очарователен! – Он протянул руку и ущипнул Эдди за щёку, и Эдди шлёпнул его по руке. – Не будь идиотом, Балабол. – Пробормотал Эдди. – Химия. Когда мы называем кислоты, что ставим на первое место? – Водород. – Сказал Ричи так, будто это было очевидно. – Итак, Эдс, что в твоей красивой голове? Эдди нахмурился в замешательстве. – Погоди, что? Я думал, ты не разбираешься в кислотах. – Оу, эм... Угадал? – Сказал Ричи. На его лице было написано чувство вины. – Ты лжёшь, – понял Эдди, – разве тебе нужна помощь с химией? – Ну, э... Технически, нет, но это не значит, что мне не нужна помощь с... – Что? Тогда зачем Билл занимается с тобой? – Перебил его Эдди. – Он… Он не занимается со мной, Эдс. – Признался Ричи. – О чём ты? – Он не занимается со мной. – Сказал Ричи. – Серьёзно. Мы просто... разговариваем. – Разговариваете? – Спросил Эдди. – О чём? – Не знаю, о всяком. – Сказал Ричи, пожав плечами. Его щёки подозрительно начали розоветь. – Это пиздец как подозрительно звучит, Ричи. – Знаешь, Эдс, я не понимаю, с чего ты решил, что это твоё дело. – Огрызнулся Ричи. Эдди потерял дар речи, потому что Ричи был прав. Это действительно было не его дело, но он отчаянно хотел знать. О чём они разговаривали? О чём они вообще могли говорить? У них не было ничего общего, кроме... кроме него. – Почему Билл попросил меня позаниматься с тобой? Если тебе это совсем не нужно? – Надавил Эдди. Ричи скрестил руки на груди, ткань его рубашки помялась под руками, лежавшими в защитном жесте. – Не знаю, Эдс. – Но твоя мама сказала, что Билл приходит помогать тебе с уроками, так что, если он так говорит, а твоя мама так думает, то почему вы лжёте? Что происходит? И почему я здесь? – Эдс, честно, я без понятия, зачем Билл прислал тебя, окей? – Ричи вздохнул. – Ладно, возможно, у меня есть мысль, но я не просил его! – Что? Какая мысль? – Спросил Эдди. – Эдс, забей. – Попросил Ричи неожиданно уставшим голосом. – Нет, не забью. Что такое? – Эдс... – Ричи, что происходит? – Он взвыл, устав от уклончивых ответов. – Ты мне нравишься, понятно? – Закричал Ричи, раздражённо вскидывая руки. – Ты мне нравишься, и я рассказал об этом Биллу, так что он приходит "заниматься со мной домашкой", чтобы я мог изливать душу кому-то, кто не станет осуждать меня за то, что я сраный педик! Ты мне нравишься, и я ною ему о том, какие у тебя прекрасные глаза и какой милый у тебя нос, когда ты злишься и морщишь его, и как чертовски восхитительна твоя маленькая дурацкая поясная сумка! И это тупо, и всё так тупо, и я чувствую, как взрываюсь каждый раз когда вижу тебя, но теперь всё испорчено, потому что ты никогда не захочешь меня видеть, ведь я грязный, безмозглый, раздражающий маленький педик, и ты будешь ненавидеть меня… – Голос Ричи оборвался, когда он тяжело вздохнул и прикусил губы. Он поправил свои очки. – Блядь, извини, Эдди. Пожалуйста, не ненавидь меня? Он произнёс это как вопрос, ответ на который он знал: Эдди станет противно и он сбежит, решив никогда больше не разговаривать с Ричи. – Я... – Эдди был потрясён и лишён дара речи. Он нравился Ричи? Но почему? Ричи был волшебным, а Эдди был просто... Эдди. – Тебе нравлюсь я? – Именно это я сейчас и сказал. – Сказал Ричи, хмуря брови в непонимании. – Или ты выпал на время моего ужасно сопливого признания? – Нет, я просто... – Эдди всё ещё не мог подобрать слова. – Я от тебя ничего не ожидаю. – Только пожалуйста... не ненавидь меня? – Ненавидеть тебя? – Выпалил Эдди. – Боже, нет, я... – Эдди посмотрел вперёд, фокусируясь на глазах Ричи. Зрительный контакт становился вязким и интимным, и Эдди слегка дёрнулся. – Я... – Ну же, Эдс, давай начистоту. – Нервно сказал Ричи. Эдди подбирал фразы, которые не звучали бы слащаво и неискренне, но ничего не придумал. Распалённый, он произнёс тихое "нахуй" и бросился вперёд. Ричи успел лишь сказать "что, блядь", прежде чем губы Эдди заткнули его рот. Как только Ричи осознал, что Эдди целовал его по собственному желанию, он с рвением ответил на поцелуй, запустив пальцы в его волосы. Эдди обнял Ричи за шею, пытаясь сесть к нему на колени, чтобы быть как можно ближе к парню. Ричи коснулся языком губ Эдди, прося разрешения, и Эдди охотно раскрыл губы, впуская язык Ричи в свой горячий рот. Ричи был на вкус как никотин и жвачка, а его губы – грубыми и настойчивыми. Целовать Ричи было опрометчиво и опьяняюще... Эдди не думал, что когда-нибудь привыкнет к этому ощущению. Не думал, что когда-либо захочет привыкнуть. Ричи оторвался от губ Эдди и поцеловал под ухом, оставляя засос на точке пульса. Эдди захныкал в тихой просьбе. – Т-ты мне т-тоже нравишься. – Заикался Эдди от восторженных вздохов, которые в нём вызвал Ричи. Ричи отстранился, тяжело дыша. – Что? – Ты тоже мне нравишься. – Повторил он твёрже. – Я просто… Я хотел сказать это. Ричи ярко улыбнулся, поправляя очки. Он наклонился и клюнул Эдди в кончик носа, который он сморщил в знак протеста. – Ты такой милый, Эдс. – Не заставляй меня жалеть об этом, Тозиер. – Пробормотал Эдди, надув губы. – Не волнуйся, Эдс, единственное, о чём ты пожалеешь, это о том, что не сказал мне раньше. – Ответил Ричи. – Хочу отметить, что ты первый признался... – Возразил Эдди, но Ричи оборвал его, целуя его снова, глубже и слаще на этот раз.***
Эдди подошёл к Биллу, разговаривающему с Беном, Беверли и Стэном, и встал перед ним, положив руки на пояс. – Билл. – Сказал Эдди с угрюмым лицом. Билл повернулся к нему с улыбкой. – П-привет, Эдди! Как всё в-вчера п-прошло? – Ричи не нуждался в помощи с химией. – Правда? – Билл удивлённо поднял брови. – В-видимо, он в-выучил больше, чем я ду-д-думал. – Да. Разумеется. – Сказал Эдди, глядя на Билла испепеляющим взглядом и ожидая, что он расколется. – Оу, Эдди, – сказал Бен, подходя к нему и проводя кончиками пальцев по фиолетовым синякам на его шее, – на тебя напал кровосос? – Господи боже, – Беверли ухмыльнулась, – да это засосы! У тебя засосы! Маленький Эдди Каспбрак получил их! Эдди покраснел и поднял плечи до ушей, пытаясь скрыть улики. – О-охренеть! – Билл вдохнул, пытаясь сдержать смех. – Я вас уверяю, Эдди Каспбрак не маленький. – Раздался голос. Эдди покраснел ещё больше. – Заткнись, Ричи. – Это вряд ли, детка. – Ответил Ричи, обнимая Эдди и кладя подбородок на его голову. Он скромно поцеловал Эдди в висок. Лицо Эдди буквально горело, когда его друзья смотрели на него и Ричи с выражением шока на лицах. За исключением Стэна, который выглядел совершенно нетронутым новостями. Как будто он этого ожидал. Ричи выпустил руку и протянул кулак Биллу. Они слабо ударились костяшками. – Спасибо, Большой Билл, я перед тобой в долгу. Билл громко рассмеялся. – К-конечно, кон-нечно, обращайся! – Ну а как прошло твоё свидание, Билл? – Спросил Эдди, смахивая с плеч руки Ричи. Ричи это нисколько не смутило, он лишь сцепил их пальцы вместе и начал размахивать их соединёнными руками. Стэн мгновенно обратил всё своё внимание на Билла, неожиданно удивлённый. – У тебя было свидание? С кем? Билл побледнел от такого вопроса. Эдди нахмурился в недоумении. – С тобой… – Сказал Эдди тише, и понял, что вау, вероятно, Билл, на самом деле не приглашал Стэна. – Может… я ошибся? – Предположил он, надеясь, что Стэн примет такое слабое оправдание. – Ты… ты сказал Эдди, что мы собираемся на свидание? – Мягко спросил Стэн. Билл закрыл лицо руками. – Т-т-типа того? – Зачем? – Ну, я собирался п-пригласить тебя… я… я п-п-просто слишком… ис-спугался. – Закончил Билл, отрывая ладони от своего лица, чтобы посмотреть на краснеющего Стэна. – Всё в порядке... – Сказал Стэн, мягко улыбаясь. – Хочешь пригласить сейчас? – Ч-что? – Спросил Билл в полной растерянности. – Пригласи меня сейчас. – Призвал Стэн. – Эм… – Билл сглотнул и выпрямился. – Ты х-хочешь п-пойти на свидание с-со мной? – Всё, что тебе нужно было сделать – это спросить, дурачок, – улыбнулся Стэн, – конечно пойду. Билл покраснел и восторженно улыбнулся. – Оу! О-окей, круто! Билл неуверенно сплёл их пальцы вместе, и Стэн сжал его руку в ответ. – Оууу, – проворковала Беверли, – Как это мило! Билл и Стэн оба сильно покраснели, поняв, что они всё ещё окружены своими любопытными друзьями. – Привязанность, – усмехнулся Эдди, – гадость. Обещаешь, что никогда не станешь таким же сентиментальным? – Спросил он Ричи. – Я не люблю давать обещания, которые не могу сдержать, малыш Эдди! – Заявил Ричи, прежде чем покрыть поцелуями его лицо. Эдди фыркнул и нерешительно оттолкнул Ричи в знак сопротивления. Парень хихикнул, отпрянув от Эдди. Через мгновение он почувствовал себя крайне некомфортно без тактильного взаимодействия с Ричи. Он смиренно уткнулся носом Ричи в бок. – Привязанность отвратительна. Сделай это ещё раз. – Пробормотал он. Ричи торжественно улыбнулся и наклонился, чтобы нежно поцеловать Эдди. – Фу... – Беверли захихикала. Она протянула руку и вынула пачку сигарет из кармана куртки Ричи. – Вы заразите их своей слащавостью! И Ричи, и Эдди проигнорировали комментарий. Эдди углубил поцелуй, запуская руки в волосы Ричи, и он издал счастливое мычание из глубины горла. – Нет, это отвратительно. Уверена, публичное проявление чувств где-то незаконно. Я, конечно, рада, что вы разобрались со своими проблемами, но я всё ещё не хочу смотреть, как вы обмениваетесь слюнями. Пожалуйста, хватит! – Умоляла Беверли. – А мне кажется, это мило, что они вместе счастливы. – Ласково добавил Бен. – Нет, это странно. – Настояла Беверли. Она подошла к ним и щёлкнула пальцами у лица Ричи. Он вздрогнул и оторвался от губ Эдди. – Эй! Что за хуйня, Рингуолд? – Тритесь где-нибудь ещё, я пытаюсь приятно провести утро! Эдди смеялся, всё ещё будучи в объятиях Ричи, который кричал Беверли о плюсах и минусах публичного проявления чувств. Он не думал, что когда-либо был счастливее.
