Люблю и любуюсь

      Сонно потянувшись, я проснулась от того, что солнечные лучи заставили меня покоситься на окно. Хватило секунды, чтобы вспомнить, что было вчера: я помнила, что мы работали над нашим проектом по химии с Питером. Неожиданно я осознала, что его руки обхватили мой живот, моё тело было схвачено его конечностями, а его макушка располагалась справа от моего лица. Я не могла не заметить, что сердце билось вдвое быстрее, чем должно было. Но всё-таки было что-то такое в тепле парня, в том, как нежно он обхватывал мой торс, в том, как приятно отдавалось эхом в ухе его размеренное дыхание. Но несмотря на то, что я была удивлена данным положением, я делала всё возможное, чтобы не разбудить его и не прервать момент. Не хотелось ничего больше, кроме того, чтобы чувствовать его эмоции, ощущать спиной его поднимающуюся и опускающуюся грудь и дыхание, проникающее маленькой дрожью по позвоночнику.       Удивительно, что я никому не признавалась, даже самой себе, что прятала в душе небольшую влюблённость в своего одноклассника. Я пялилась на Паркера в то время, как он брал мою руку в свою, другой поглаживая мои волосы.       — Ложись спать обратно, — прошептал он мягко, открывая глаза и пялясь на меня в ответ.       — Питер? — я не была уверена, но у меня было скрытое подозрение в том, что возлюбленный мне врал.       — Да?       — Ты всё это время не спал? — легко посмеялся.       — Может, я спал, а может, и нет. Думаю, ты никогда не узнаешь, хах.       — Если ты не спал, то каким образом мы оказались в таком положении? — усмешка образовалась на моём лице, когда я краем глаза заметила, что щёки Паркера становятся ярко-красными.       Но он ничего не сказал. Вместо этого он оставил небольшой поцелуй на моём лбу, и теперь была моя очередь краснеть. Он лежал на боку, обхватив меня руками за талию и притянув почти вплотную к своей груди. Я крепко хватаю его за руки и притягиваю ещё ближе, вызывая этим усмешку на его губах. «Лисёнок», — ласково шепчет парень и целует уже в ухо, чуть кусая мочку. Реакция себя долго ждать не заставляет: поток мурашек пробежался по моей коже, я выгнула спину, однако парень тут же сильнее прижал меня к себе, зарываясь лицом в мои волосы. Питер что-то невнятно бурчит, и я начинаю смеяться, разворачиваясь к нему лицом. «Ты очень красивая…», — задумчиво шепчет парень.       — Почему «Лисёнок»? — парень первый раз так меня назвал, что вызвало умиление.       — Ты похожа на лисичку. Знаешь, есть такие зверьки: «Фенек» называется, так вот, ты мне их напоминаешь.       — У них же уши большие? У меня тоже? — парень рассмеялся. — Эй, я вообще-то серьёзно, — я наигранно надула губы.       — У тебя прекрасные уши, — парень легонько поцеловал меня в ушко, а затем начал делать дорожку поцелуев до лба. — У тебя горячий лоб, ты хорошо себя чувствуешь?       — Всё нормально, я думаю, это из-за тебя, ну… — мне не хватило сил продолжить, поэтому я уткнулась в парня, пряча своё покрасневшее лицо.       — Питер, ты дома? Пришла пораньше, чтобы приготовить тебе завтрак. Я вхожу, — не успела я ничего сообразить и сделать, как дверь в комнату открылась, и в неё вошла его тётя.       — Мэй! — Паркер присел так, чтобы меня не было видно под одеялом, но моя макушка всё равно торчала.       — Что? Почему в комнате такой бардак и почему ты спишь в… Оу, доброе утро, Майя, — боже, как стыдно, мне пришлось вылезти из-под одеяла.       — Доброе утро, мисс Паркер, — я вылезла вся сонная и лохматая, на мне была футболка парня, надела её ночью, потому что мне было жарко.       — Ты хоть бы предупредил. Ладно, собирайтесь и идите завтракать.       — Нет, не стоит, я уже ухожу.       — Останься, мне будет приятно познакомиться с «просто одноклассницей», — на её лице расцвела лукавая улыбка. — Жду вас на кухне.       Питер начал сдерживать смех.       — Это вообще ни капли не смешно! Знаешь, как мне стыдно? — я швырнула в него подушку, что лежала под рукой.       — Ладно, ладно, — парень прикрыл рот, сдерживая поток смеха. — Всё хорошо, Мэй хочет узнать тебя поближе. Переодевайся, нам ещё в школу сегодня.       — Да иди ты, Паркер!

***

      — Ты ночевала у Паркера?! — казалось, ЭмДжей кричит на всю школу.       — Да тише, тише, — пыталась успокоить я подругу. — Мы просто лежали и обнимались, а утром нас застукала его тётя, — мне нравятся физические соприкосновения. Даже не всякие там поцелуи и прочие штуки. Сидеть друг рядом с другом, так, чтобы руки касались, или класть ноги друг на друга или идти рядом, так, что руки касаются и трутся друг о друга. Мне нравится знать, что я реальна, мне нравится существовать рядом с людьми, я так это люблю.       — И что она сделала? Просто обнимались, какая прелесть. А кто-то месяц назад твердил, что ей ни в коем случае не понравится Паркер.       — Эй, обниматься, между прочим, полезно для здоровья. Может, ты такая и злюка, что тебя нужно обнимать больше, — я расставила руки для объятий, но взгляд Джонс сразу дал понять, что не стоит. — А насчёт тёти ничего, она позвала меня завтракать. Мы мило болтали, хотя мне было неловко после того, как она нас застукала, — меня окутало чувство неконтролируемого перемещения собственного тела в окружающем пространстве, в глазах всё поплыло и цветные пятна стали появляться перед глазами, в ушах раздался пронзительный писк, который заглушил школьный гам. Я облокотилась на стену и присела на корточки, чтобы окончательно не упасть.       — Эй, эй, ты чего? — Мишель придерживала меня за плечо.       — Подожди минуту, сейчас всё пройдёт, — дыхание участилось.       — Да ты вся бледная, — когда я смогла сконцентрировать взгляд, я первый раз на лице подруги застала испуг: такие приступы уже не первый раз. — Тебе надо в медпункт, вставай, пошли.       — Нет, нет, всё нормально. Просто слабость, я в норме, — я поднялась, но голова всё ещё кружилась, но я старалась не подавать виду.       — Ты уверена? — Джонс всё ещё придерживала меня за локоть.       — Да, пошли, посмотрим, почему все встали возле доски с объявлением, — мы с подругой подошли к толпе учеников и немного продвинулись вперёд.       — Школьная дискотека? Столько шума из-за этого?       — ЭмДжей, тебе вечно не угодишь. Мне кажется, будет весело, пойдём?       — Ты не хочешь сходить с Паркером?       — Куда? — Питер и Нед подошли к нам сквозь толпу.       — В школе будут танцы, поэтому я хотела, чтобы ЭмДжей пошла со мной.       — Давайте все вместе пойдём?       — Отличная идея, Лидс, я согласна, ты тоже, Мишель, и ты тоже, Питер. Все мы.       — Мне нравится твой настрой, Майя! Ты в порядке? Ты какая-то бледная… — мы с ЭмДжей переглянулись, и Джейн хотела было что-то сказать, но я сделала это быстрее.       — Да, со мной всё отлично.       — Эй, Паркер, собрался на танцы? Долго ты протянешь? — вокруг стала собираться толпа зевак. — В тот раз ты свою подружку бросил на танцах, нехорошо. Поэтому, Майя, советую найти кого-то получше.       — Я сама разберусь, с кем мне идти, Томпсон, надеюсь, что от тебя не сбежит девчонка.       — Опять ты рот открываешь, когда тебя не просят?       — Знаешь, если б я хотела самоубиться, то я бы просто прыгнула с уровня твоего эго на уровень твоего IQ.       — О нет, пойдёмте. Ничем хорошим это не закончится, — Нед начал выталкивать нас в сторону выхода.       Мы с друзьями вышли из школы и стояли возле ворот, обсуждая предстоящую дискотеку, но вскоре Нед и Мишель ушли, а мы с Питером остались вдвоём.       — Так ты пойдёшь с нами? Ты ничего не ответил.       — Я не могу тебе обещать, ты же знаешь…       — Да, я понимаю, но, если ты пропустишь один день, то ничего страшного не случится. Не всегда же тебе рисковать собой, Питер. Ты не один, есть другие герои, полиция в крайнем случае. Я же волнуюсь за тебя, ты думаешь, мне просто, когда ты уходишь на свой патруль? А эти теракты ещё хуже, — я не собираюсь ставить парня перед выбором: это не в моих силах заставлять человека отказываться от чего-то.       — Знаю, знаю, но, пойми, я без этого уже не я. Иди сюда, — парень притянул меня в свои объятия и зарылся в моих волосах.       — Питер, ты это ты в любом случае. Просто ты надеваешь маску для этого, любой может носить маску.       — Я понимаю. Обещаю, что со мной всё будет хорошо. Я вернусь к тебе, несмотря ни на что, и найду тебя, где бы ты не была, даже если ты будешь в другой вселенной.       — А я всегда буду ждать тебя.

***

POV Питер

      Я не стал говорить Майе, что возможно, вышел на след тех, кто устраивает теракты: она и так волнуется. Её рисунок помог мне очень, и теперь я знаю, как устроена эта бомба, что внутри неё находится инопланетное вещество, что использовал стервятник для своего оружия. Похоже, что в тот раз я не до конца избавился от него, а его дружки из компании решили теперь не торговать им, а взрывать всё подряд. Мы с Хэппи вышли на их след, они, по идее, были на старом складе на конце Нью-Йорка, и сегодня был тот день, когда я должен покончить со всем этим.       Я боюсь быть слабым. Мне приходится делать всё для того, чтобы показать свою незначительную силу. Я бьюсь об лёд успеха с надеждой, что страх исчезнет. Тружусь, но не до изнеможения: не хватает воли и из-за этого чувствую свою слабость, которую никак и никогда не должны видеть люди.       Я боюсь бессмысленного существования. Этот страх заставляет меня быть бескомпромиссным в мировоззренческих и этических вопросах. Я часто не только в силу своей закомплексованности становлюсь чуть ли не гуру для самого себя. Убеждаю других в ложных суждениях, которые я наплёл только из-за того, что хочу чего-то стоить. Я боюсь быть сломленным после всего, что произошло, поэтому, когда надеваю костюм, могу быть, кем только захочу. Но есть то, что заставляет меня вернуться к простому Питеру Паркеру.       Я еле долетаю до знакомого окна, приземляюсь рядом, и сил, чтобы постучать в окно, просто нет, но после всего произошедшего я хочу видеть её. Минут десять я стою и просто наблюдаю за ней, вспоминаю, как хотела покататься в парке на лошади, помню её счастливую улыбку. Она задорно кричала: «Но!», поторапливая её. Тогда в её глазах я видел искреннюю радость. Когда мы смотрели кино у неё дома, она крепко и доверчиво прижималась к моему боку, вдыхая мой запах. Я никогда не понимал, зачем она делает это, а сейчас, кажется, понял. Очень скучаю по лёгкому запаху того шампуня. Неделю назад я купил ей кексик с рисунком лисёнка, ещё удивилась, почему именно он. Потому что эта девушка — мой лисёнок, и она была так счастлива, и улыбка на лице — лучшая награда для меня. Я отучил тебя прикрывать своей рукой рот, когда ты улыбаешься, потому что такое нельзя прятать.       Именно сейчас знал, что попаду в её объятия. Она уже заметила мой силуэт возле окна и спешила открыть его. Стояла и ладошками мяла мою футболку, которую я ей отдал, испугалась от моего вида, но «Славу богу ты жив». Её родной голос мог исцелять меня каждый раз, когда я заваливался к ней со своими болячками.       — О боже, Питер! — я ступаю на её белый меховой коврик, и тот тут же оказывается ярко-красным от свежей крови.       — Тише, тише, всё хорошо. Только не паникуй, ладно? — прошу я, осторожно перебираясь, насколько позволяла раненая нога, на пуфик, — она сразу достаёт аптечку из своего ящика.       — Что случилось? — через несколько минут молчания спрашивает девушка, разрезая конец бинта на две части, чтобы завязать его.       — Я разобрался, нашёл тех, кто устраивает теракты, — она широко раскрывает глаза. — Ты чего, Майя? Всё кончено.       — Зачем ты туда пошёл, дурак? Уверена, что ты ещё и был один. Ты вообще видел себя?! Ты еле стоишь! Сколько раз я просила тебя быть осторожнее? Тебе всегда плевать на то, что я волнуюсь за тебя, идиот, а потом ты весь в крови заваливаешься ко мне через окно и говоришь в итоге «Что?»? — голос становится тише. — А что если бы ты?..       — Что?       — Что, если бы ты умер? Питер, ты понимаешь? Я бы не пережила этого! — она начинает чаще дышать, по щеке катится одинокая слеза, которую она тут же вытирает, но следом катятся ещё слёзы. — Что, если бы ты умер? Я бы не пережила это! Ты столько для меня сделал, я изменилась благодаря тебе. Ты въелся в мою жизнь слишком сильно — я не выдержу, если потеряю тебя. Я, блин, буквально влюблена в каждую твою частичку и каждую искорку в твоих глазах. А я даже ни разу не сказала тебе это…       Я впервые видел её такой. Она смотрела, словно сквозь меня таким растерянным взглядом, чтo я простo нe знал, что мне делать. И от этого становилось только тяжелее смотреть на неё такую. На лице не было ни тени улыбки, а глаза перестали сверкать. Мне казалось, что внутри меня всё рушится.       — Что не сказала?       — Что люблю тебя. Иногда меня это пугает, что всё это могло произойти в такой короткий срок.       — Прости меня. Я больше не буду так делать… Стоп. Что ты сказала? Любишь?       — Конечно, я тебя люблю, идиот, стала бы я тебя постоянно терпеть, если бы не любила? Стала бы? Ответь мне.       — Нет, — я усмехнулся.       — Он ещё и смеётся. Посмотрите на него… — но её возмущения тонут в нежном поцелуе, пока мои руки стирают с щёк мокрые дорожки.

POV Майя

      Сейчас его губы на моих были такими правильными, что даже и посметь не могу прекратить поцелуй.       Я обработала ему все раны, дело оставалось лишь за его регенерацией. Он переоделся в одежду, которую хранил у меня на случай таких ситуаций.       — У меня есть пицца, хочешь? — Питер, явно обессиленный от произошедшего, лежал и дремал. Я сказала, что не хочу слушать об этом, он вернётся домой и мне хватит этого.       — Конечно, я проголодался, — парень встрепенулся и сел поудобнее на кровати.       Я спустилась вниз и засунула остатки пиццы в микроволновку. У меня запершило в горле, поэтому я налила стакан воды и отпила воды, но заметила, как красная жидкость растворяется в воде. Что за чёрт? В ту же минуту меня охватил сухой кашель, я прикрыла рукой рот, чтобы не шуметь сильно. Как только я отстранила руку, то увидела на ней капли крови.       — Пицца готова? — я услышала, как Питер выходил из комнаты, и принялась быстрее отмывать кровь с руки.       — Да, пицца готова, — старалась как можно спокойнее говорить я.       — Ты чего такая бледная? — парень начал рассматривать меня в поисках причины.       — Да ничего, всё нормально. Доставай пиццу.       — Майя, это кровь? — Паркер указал на стакан, из которого я пила.       — Это… — не успела я продолжить, как меня охватил снова приступ кашля с кровью.       — Майя, что с тобой? — Питер замешкался, но потом схватил первое попавшееся полотенце и отдал мне.       — Я-я-я не знаю, такое в первый раз. Просто в последнее время чувствую себя неважно.       — Почему ты раньше не говорила?! — я чувствовала, как медленно силы покидали меня, стоять уже не могла.       — Ты был занят другим. Тебе не надо было забивать голову этим, — всё медленно начинало плыть перед глазами.       — Не настолько я был занят, чтобы не уделить время тебе и твоему здоровью! Я звоню в скорую.       — Нет, пожалуйста, я не люблю больницы, — я вцепилась в кофту Питера, не желая его отпустить.       — Это может быть серьёзно. Смотри на себя. Хорошо, раз не хочешь в больницу, то я звоню Хэппи, — он достал телефон из кармана и начал набирать номер.       — Кто такой… — сил договорить мне не хватило, я упала на пол и провалилась в бездну.       Спустя какое-то время       Яркий белый свет заставил меня проснуться. Писк в ушах и цветные пятна в глазах не давали мне сфокусироваться.       — Позовите мистера Паркера, она очнулась, — на вид молодая девушка в белом халате светила мне фонариком в глаза. — Как вы себя чувствуете?       — Где я? Что произошло? — я смогла подняться с койки и сесть осмотреться. Вокруг меня было полно современной техники, которую в обычных больницах я не видела, всюду ходили люди в белых халатах с умным видом, ещё я заметила охрану. Да какого хрена вообще происходит?       — Мистер Паркер спускается, — раздался женский голос из ниоткуда.       — Хорошо, спасибо, Пятница. Измерь жизненные показатели мисс Смит, — женщина принялась что-то записывать в блокнот.       — Пульс — 75, давление — 90 на 60, температура — 35,6. Твои жизненные показатели понижены. Чувствуешь слабость, тошноту, головокружение? — женщина игнорировала мои вопросы и продолжала задавать свои.       — Только слабость. Где Питер? — я недоверчиво посмотрела на неё.       — Вы в Старк Индастриз, мистер Паркер привёз вас вчера, когда вам стало плохо. Сейчас мы ищем причину, — я не могла поверить словам. СИ? Я, наверное, всё ещё сплю. Стеклянная дверь открылась, и вошёл Питер.       — Питер! — я соскочила с койки, но оказалась слабее, чем думала, и почти упала, но тот подхватил меня.       — Тебе нужно отдыхать. Не волнуйся, всё хорошо. Здесь помогут тебе, — он начал поглаживать меня по голове и помог сесть на кровать.       — Помогут? С чем? — я не думаю, что это что-то серьёзное.       — Понимаешь, то, что произошло с тобой вчера… Мы пока не нашли причину, но уверяю, что здесь собраны лучшие специалисты, — сказала женщина.       — Питер? — я посмотрела на парня, ждав, что он скажет что-то другое, потому что его словам я поверю больше.       — Это правда. Я поговорил с Пеппер, она сказала, что обо всём позаботится. Ты останешься здесь на пару дней для обследования.       — Это всё какой-то странный сон…       — Через пару часов я попросил мистера Беннера осмотреть тебя.       — Это тот, который Халк? — собеседник кивнул. — Слушай, Пит, мне кажется, что это слишком. Максимум, что могло со мной произойти, так это какой-нибудь вирус. Мне не нужно всего этого. И, вообще, зачем мне эти липучки на теле? Капельница мне тоже не нужна. Всё, что мне нужно — это отлежаться дома, — я сняла липучки с себя и вытащила капельницу.       — Майя, понимаешь, это не вирус. В твоём теле мы нашли неизвестный элемент, и он действует на твой организм как облучение, — глаза нервно забегали, и я замахала головой, отрицая сказанное.       — Оставьте нас, — женщина послушала его и вышла. — Это облучение действует на тебя как что-то вроде радиации, — Паркер сжал мою ладонь. — Но это не такое излучение, как альфа, бета и прочие. Поэтому я попросил мистера Беннера осмотреть тебя, — я вдыхала воздух полной грудной клеткой, пытаясь не паниковать и вслушаться в его слова.       — Но как это произошло? И что будет дальше, если это не остановить?       — Мы не знаем, как это произошло, сейчас ищут похожие случаи, но уверяю тебя, что всё будет хорошо. Здесь и не с таким справлялись, — парень попытался улыбнуться. Я только сейчас заметила синяки под его глазами и до ужаса растрёпанные волосы, но на самый главный вопрос он не ответил…       — Что будет, если это не остановить, Питер? — я смотрела прямо в глаза парня, желая услышать ответ, но я думаю, что я знаю уже его. — Я умру, верно? — Питер начал тереть лоб в поисках слов. Странно, но я не испугалась этих слов, меня не окутал ужас от того, что я, возможно, скоро умру. Но это не значит, что я не испытала ничего в этот момент.       Эмоции — это химические уровни в твоём мозге, и твоё тело постоянно пытается поддерживать их в равном количествe. Так что если уровень одной из эмоций резко повышается, соответствующий фермент помечается, и слёзному протоку поступает сигнал открыться в качестве выходa для выпуска слёз, наполненных этой эмоцией. И сейчас эти слёзы полились из меня ручьём, они просто лились, я не хлюпала, не кричала. Питер подошёл ко мне и обхватил моё лицо, руками вытирая их.       — Мы справимся, слышишь? Вместе, — мы встретились взглядом, и в его глазах читалось: «Все будет хорошо», а в моих — трепет и доверие. И в этот момент Питер легонько накрывает мои губы своими. Медленно, но настойчиво он овладел моими губами. Поцелуй был наполнен теми эмоциями, что лились из меня сейчас. Мои податливые губки опухли и покраснели. Сейчас казалось, что я почувствовала всю ту нежность и заботу Питера, через этот поцелуй он пообещал, что всё будет нормально, что мы сможем.       — Вместе, — мы прижались лбами к друг другу. — Пообещай не сильно за меня переживать, хорошо? — я усмехнулась.       — Буду ровно в такой же степени, как и ты за меня, а это от Земли до Луны.