Дикая кошка - опасна.

Прошла неделя после договорённости Шального и Кошкиной. По телефону Максим никак с Соловьёвым договориться не мог, поэтому адмирал решил пригласить его в КТЦ, и сам навестит бойцов за одно. Ну, а почему бы и нет? — Максим? — удивлению Риты не было предела. — Привет. — подошла к нему, обняла. — А ты зачем здесь? — Меня Соловьёв пригласил. Он не хочет тебя отдавать. — Блин… Уговори его пожалуйста. — Ну, что смогу то смогу. Он кстати говорил, что скорее всего и с тобой пообщается. — Только этого мне не хватало. Во время разговора в конце коридора Шальной заметил как Булатов выходит с какой-то дамочкой из ИВЦ. Булатов обнимал её за талию, и они мило о чём-то беседовали. — Ого, у Булатова тут кто-то есть? — улыбнулся, видимо обрадовался, что Кошкина наконец то может быть свободной и возможно сойдётся с ним. — Мне плевать. — Маргарита на его слова отвернулась, а на глазах появились слёзы. Заметив это, Максим обнял её, и они пошли в сторону кабинета Пригова. Пройдя немного вперед они повернули налево, туда же собственно шли и Иван с Машей. От контр-адмирала появление Шального не скрылось, и он был удивлён его появлению. А уж тем более когда тот как-то по собственнический обнял Кошкину, так вообще удивлению контр-адмирала не было предела. Когда Кошкина с Шальным пришли в кабинет Пригова, там уже сидел Соловьёв. — Виктор Федорович, здравствуйте. — Рита первым делом обняла Соловьёва, потом уже села на диванчик. — Здравствуй Маргарита, здравствуй Максим. — Здравия желаю. — Максим поздоровался как с Соловьёвым так и с Приговым. — Ну, разъясните мне, особенно ты Маргарита, почему решила уйти? — вот надо было задать ему этот вопрос в тот момент, когда в кабинет заходил Булатов. — Куда уйти? Здравия желаю. — Здравствуй Иван. Вот, обсуждаем. А ты по делу, или как? — Да просто, документы забрать надо. — Забирай. — А поприсутствовать можно? — Тебе это зачем? Ты за документами шёл, забирай и выходи. Тебя сюда не звали. — Рита немножечко сорвалась. — Маргарита, ну что ты. — Просто его это не касается. — А Шального значит касается? — Да, касается. — Нет, я всё-таки посижу тут с вами. Не волнуйся, меня ты не услышишь. — Мне нечего волноваться. — пока они препирались, Соловьёв вникал в чем суть дела из рассказов Шального, иногда поглядывая на Булатова и Кошкину. Между ними такой момент однажды уже был. И вспоминать его не очень приятно. Не-а, нисколечко. Вы спросите — «Что и откуда знает Шальной?» Так сейчас всё будет ясно. — Виктор Федорович, каждому из нас ведь нужна со временем новая обстановка, правильно? — Ну это конечно. Максим, а Рита тут причём? — Вы знаете её давно, я понимаю, знаю, что она для вас как дочка. Но, она устала быть здесь. — Как это устала? — посмотрев на Булатова и Кошкину со стороны, он увидел заплаканные глаза Риты. — Наверное устала. Но, в полях устаёшь быстрее. — Я это понимаю, но дайте ей добро, пожалуйста. Мне нужен такой сотрудник рядом. — А мне она нужна здесь. Ну не разорваться же ей. И на два фронта она работать как двойной агент не будет. Шальной, прекрати меня уговаривать. Рита мой сотрудник. — Виктор Федорович, давайте её хотя бы спросим. Диалог Соловьёва с шальным проходил шепотом, и прервался на словах Риты, когда та выкрикнула. — Да ревную я тебя Булатов! Да пошёл ты! — она просто встала и со слезами на глазах быстро покинула кабинет генерала-майора. Оставив мужчин в недоумении. — Иван, у вас что, роман? — Соловьёв решил нарушить десятиминутную тишину. — А?.. — Булатов только что пришёл в себя. — Нет, с чего вы взяли? — С прошлого раза, была такая же история. В тот раз он был. — У вас был роман? — Шальной с Приговым как сговорились и сказали фразу одновременно. — Ой. — махнув на мужчин рукой, Булатов сел на диван и схватился за волосы на голове. — Чёрт... — Оставьте нас пожалуйста. — Ну вот, опять из собственного кабинета выгоняют… — с этими словами Шальной с Приговым вышли из кабинета. — Ну Иван. Рассказывай. После того, как Рита выбежала из кабинета Пригова, со слезами на глазах оказалась на парковке, прогуливалась, думала о своём. Сдерживалась, чтобы окончательно не разреветься. POV.Маргарита. Сказала всё-таки. Первая. Добивалась другого. Совсем другого. Теперь и Пригов, и Шальной на меня смотреть будут как не знаю на кого. Теперь уж точно каперангом меня не назвать. Показала свою слабость. Слабым тут не место. Виктор Фёдорович, простите меня. Даже боюсь представить, кем я буду теперь в ваших глазах. POV. Автор. Пока Рита размышляла, Соловьёв и Булатов вели бурную беседу. Ну, точнее Булатов говорил и говорил, а Виктор Федорович просто сидел и слушал.