First love

Воскресенье наступает очень быстро. Чонгук сидит за столом с Юнги и пьёт кофе. Он смакует каждый глоток и оттягивает момент. Ему не хочется ехать домой. Он только-только залечил свои раны, смог отпустить ситуацию хотя бы на пятьдесят процентов. Но, конечно, в жизни все так просто не бывает. Юнги вздыхает и смотрит в глаза Чонгуку.  — Малыш, нам пора ехать. Младший кивает и встаёт из-за стола. Ладони потеют и сердце немного ускоряется. Он твердит себе:"Ничего, съездим и вернёмся. Я в любом случае вернусь к Юнги». Чонгук кивает сам себе и садится в машину своего парня. Все точно будет хорошо. Чонгук и не заметил, как они приехали, и Юнги заглушил двигатель. Мин не хотел торопить младшего, так что покорно ждал, пока тот соберётся с мыслями и пойдёт внутрь дома. Наконец, Чонгук собирается с духом, целует Юнги в щёку и выходит из машины. На входе его встречает мать: она натянуто улыбается и зовёт внутрь. Отца и вправду нет. Чонгук клянётся себе, что если она начнёт говорить что-то вроде «ты слишком молод, это временно», — он немедленно уйдёт. Чонгук прошёл на кухню, сел за стол, и мать налила ему кружку чая, поставила рядом вазочку с разными конфетами. Она села напротив и молчала пару минут.  — Чонгук, вот, что я хотела сказать. Пойми, сейчас я очень волнуюсь и стесняюсь говорить об этом, но я должна. Чонгук испуганно посмотрел ей прямо в глаза, ожидая чего угодно.  — Когда ты ушёл… В общем, мы очень сильно рассорились с твоим отцом, и это было последней каплей. Я подала на развод, — Чонгук медленно кивнул, все ещё не совсем осознавая происходящее, — и я хотела поговорить насчёт тебя. Я смотрела очень много видео в интернете. О… Гомосексуалистах. И мне стало гораздо понятнее. Там рассказывали, что это нормально, это не болезнь и ничего «такого» в этом нет, сейчас ведь можно просто усыновить ребёнка. Я думала об этом очень долго, и поняла, что тебя я люблю больше, чем любые обстоятельства, — в глазах женщины выступили слезы, и она уставилась в пол. — Мы никогда не говорили тебе, что любим. Что ты у нас самый лучший. Но это так. Чонгук, я очень сильно люблю тебя. Ты мой сын во что бы то не стало, и мне все равно на слова твоего отца, на всех, кто оскорбит тебя. — Женщина уже откровенно плакала, но Чонгук не решался её перебить, у него тоже горели глаза и сердце, накатывали слезы, — Если ты любишь Юнги, то я тоже. Если ты простишь меня… Я не хочу, чтобы ты думал, мол, «мать меня не принимает». Принимает. Любым. Чонгук поджал губы, стараясь сдержать всхлипы, и встал со со стула, подходя к женщине. Он поднял её за запястье, прижал к себе, обнимая.  — Спасибо, мам. Я тоже люблю тебя. Чонгук уткнулся женщине в плечо и сорвался на рыдания, отпуская все свои переживания, всю свою боль. Он и не знал, насколько ему нужна была поддержка матери. Она любит его, она рядом, и это успокаивало душу. Сонми закрыла глаза, гладя сына по волосам на затылке, давая ему высвободить все накопившееся. Её жизнь была серой, скучной и тоскливой всегда. Она прогорала на работе, а дома её ждал вечно всем недовольный муж. Она не решалась подавать на развод только из-за сына. Однако, сейчас женщина понимала, что зря не делала этого. Возможно, она была не очень хорошей матерью, но она всегда очень сильно любила своего сына. Готова ради него на все, примет его любым. Потому что это и есть любовь, чистая и настоящая. Слёзы катились по её щекам. Она не жила полной и счастливой жизнью никогда. Пусть хоть её сын сможет делать то, чего хочет. Сонми отстранилась, поцеловала Чонгука в лоб. Её же счастье — этот ребёнок. У неё больше ничего нет. Немного успокоившись, они все же решили нормально выпить чая. Завязался разговор, и мама попросила рассказать Чонгука о Юнги, об их отношениях. Это смущало обоих, но парень все же рассказал. О том, какой он добрый, замкнутый, но при этом нежный внутри. Рассказал пару смешных историй и как они познакомились. Мать только нежно улыбалась. «Он влюблён», — проносилось в её голове. Вдоволь наговорившись, решили уже закругляться. Юнги сидит в машине и наверняка извелся весь. Так и есть. Чонгук выходит из дома с красными, опухшими от слез глазами и нежной улыбкой. Юнги тут же выскакивает из машины и бежит к нему. Он берёт его лицо в ладони, заглядывает в глаза и взволнованно спрашивает о случившемся. Чонгук хихикает и кладёт свои руки сверху чужих:  — Всё хорошо, Юнги. Всё хорошо. Старший улыбается, его глаза мокреют и он тут же льнёт к губам Чонгука. Конечно, парни и не заметили женщины, выглядывающей в окно с улыбкой, полной любви и спокойствия. И естественно, никто из них не знал, что в одной из машин у дома сидел мужчина, глотающий слезы, смотрящий на двух парней, клянущихся друг другу в любви.